Fake and Real — Fictober 2024

В гареме Сына Неба гнетущая тишина. Не слышен смех, не звучит музыка. Каждый день, следуя высочайшей воле, здесь умирает кто-то из наложниц или наложников молодого императора. Хонджун разгневан и ни одна из красавиц не может заставить повелителя вновь почувствовать вкус к жизни. Сегодня очередь Сонхва. Рабыни умащивают тело юноши и одевают в шелка. Он не боится — знает, что сможет положить конец череде нелепых смертей. Когда его ведут по сумрачному коридору, освещенному лишь нещадно чадящими факелами, кажется, что тени всех невинно загубленных душ взывают об отмщении. Хонджун ничего не ждал от этой ночи. Пресыщенный любовницами он едва сдерживался, чтобы не отправить на казнь очередную жертву, даже не дав ей и шанса на спасение. Вопреки ожиданиям сегодня его досуг должна была скрасить не знойная красавица, одетая в лоскуты ткани, лишь едва прикрывающие наготу, а стройный юноша в полностью закрытом платье и черной полупрозрачной вуали. — Ты не будешь пытаться соблазнить меня? — в раздраженном голосе сквозило удивление. — Как прикажет мой господин… но если мне будет позволено, я хотел бы всего лишь рассказать одну историю. — Садись рядом и начинай! — Хонджун жестом указал на место подле себя. Сонхва низко поклонился и устроился у ног императора. — Косой, по осеннему холодный, дождь венчал наступивший октябрь… С рассветом история подошла к концу, а Хонджун едва смог перевести дыхание. — Я приказываю тебе, продолжай! — Прости, повелитель, мое место — быть рядом с тобой лишь ночью. Если позволишь, я приду к тебе завтра. Низко поклонившись, Сонхва вышел из спальни императора, провожаемый изумленными взглядами стражи. Каждый день с наступлением сумерек Хонджун ждал его у себя, чтобы вновь услышать одну из волшебных сказок. Их вечера украшали огромные подносы с фруктами и кувшины с вином. Летний ветерок доносил из окна журчание фонтанов и нежную музыку. Сонхва загадочно улыбался, позволяя себе лишь иногда надкусить сладкую виноградину или пригубить из кубка. — Господин, мы поймали одного, когда их отряд отступал в глубь леса… Император изнемогал от любопытства, но ничего не мог поделать. Он был готов ждать каждый вечер, лишь бы снова слушать сладкие речи своего ночного гостя. — Крупные капли дождя стучали по деревянной крыше… Каждая история была по-своему уникальной. Иногда император смеялся до икоты, а временами рыдал как безутешный ребенок. Никогда до этого его жизнь не была такой полной, такой насыщенной, такой многогранной. Погружаясь днем в государственные дела, он с волнением ждал наступления вечера, чтобы вновь, чтобы опять, чтобы снова… Сегодня Сонхва предстал пред очи императора одетым особенно торжественно. — Повелитель, это будет особенная ночь и, прежде чем я начну, хочу взять с тебя обещание… — Проси все, что захочешь! — Если я и правда так угодил тебе, обещай, что ты будешь мудрым правителем, будешь заботиться о каждом существе в своей империи и больше ни одна жизнь не оборвется по твоей бездумной прихоти… — Клянусь! — Хонджуну никогда не было так легко дать слово, потому что он знал, что единственное, чего он хочет — это видеть Сонхва, смотреть в его звездные глаза, слышать его завораживающий голос. Если его просьба — это все, что ему нужно, император готов ему это дать. Сонхва задержал взгляд на слабо трепещущем огоньке свечи, глубоко вздохнул и начал свое повествование. — Жизнь — река, вереница событий, сложенная из поступков… С рассветом, когда эта удивительная история подошла к концу, Сонхва достал спрятанный в широком рукаве тонкий нож и уверенной рукой нанес себе удар точно в сердце. Все, что успел император — лишь подхватить практически невесомое тело возлюбленного и уложить его на атласные подушки. Жизнь ушла из Сонхва так же быстро, как с его губ слетело последнее слово. Хонджун завыл сквозь слезы, утыкаясь лицом в колени и прижимая нож к груди… — Сонхва, верни мне жизнь…