Глиссео

      Три дня спустя Адетта вышла из комнаты номер два, направляясь к Дереку на очередной урок. Коридоры борделя звенели тишиной, только из холла доносилась одинокая мелодия. Работники наслаждались покоем, коллективно обозвав эти недели заслуженным отпуском. Они лениво убирали пустые комнаты, ежедневно меняя бельё только для видимости. В этом не было особой необходимости потому что Годфри Хаммер перестал целыми днями бродить по коридорам, как старое привидение. В последнее время он выходил из борделя рано утром и возвращался только под вечер.              Адетта исправно ходила в лабораторию варить запасы. Она думала, что после встречи с жуткими людьми в мантиях, Дерек станет ещё раздражительнее и отыграется на ней, как на таракана, который постоянно мелькает перед глазами. Однако он, к удивлению, стал даже спокойнее. Он как и Хаммер начал чаще покидать бордель. Адетту не оставляло ощущение, что за её спиной ведётся какая-то невидимая игра. Только Августин оставался в здании и в эти моменты она изо всех сил старалась не попадаться ему на глаза.              Сейчас, направляясь к Дереку в кабинет, она знала, что если он будет в плохом настроении, то первым делом спросит её о Джинни. Если же будет в хорошем расположении — молча укажет на лабораторию.              Размышления прервал глухой стук шагов. По лестнице к ней поднимался Хаммер. Адетта остановилась, просто на всякий случай.              — Здравствуй, милая, — поздоровался он.              — Здравствуйте, сэр, — впервые за долгое время заговорила с ним Адетта. Он ласково улыбнулся.              — Держи, — офицер протянул ей коробку с шоколадной лягушкой. — Сегодня утром ходил по Косому переулку и купил тебе гостинец. Поделись с друзьями.              — Спасибо, — Адетта приняла лягушку, ожидая, что он продолжит разговор. Но офицер лишь прошёл мимо, к своему номеру.              Адетта украдкой осмотрелась и поджала губы. На балконе её легко можно было увидеть, отойти в комнату она не могла, пустые номера закрывали на ключ. Туалет находился далеко и если она пойдёт туда, опоздает к Дереку. Пришлось отойти в коридор, чтобы скрыться от Милли. Там она, затаив дыхание, открыла коробку с гостинцем. Шоколадная лягушка моментально выпрыгнула. Адетта даже не взглянула на неё, её взгляд был прикован к листовку, аккуратно вложенному на дне упаковки. Она развернула его, прочитала несколько слов и спрятала в карман до подходящего времени. Затем зашла в ближайший номер, где убиралась Сабрина и попросила выкинуть коробку.              Как ни в чём ни бывало, Адетта снова вышла на балкон и постучалась к Дереку. Отчёт был коротким — встречи с Джинни стали редкостью. Адетта старалась не думать о том, что сделает Уизли, если узнает, что она следит за ней. Не по своей воле, но факт остаётся фактом.              После того, как Дерек послал её работать над зельями, Адетта спокойно начала свою ежедневную рутину. На полочках справа появилось несколько десятков новых флакончиков. Это были её зелья, приготовленные за последние две недели. Гордость расцветала на её лице новыми оттенками, движения становились увереннее. Каждая вторая попытка выходила почти идеально. Привычные движения успокоили сознание, но не избавили от нетерпения. Целый час Адетта думала о том, что же было скрыто в записке офицера. Нашёл ли он что-нибудь? Нужна ли ему её помощь? Мысль о том, что там могли быть новости о её скором освобождении Адетта гнала от себя, и как только приготовила два зелья от ушибов, воспользовалась этой возможностью, чтобы поскорее покинуть лабораторию. Дерек безразлично посмотрел на два новых флакончика, пробормотал что-то о бесполезных вложениях и отпустил её пренебрежительным взмахом.              Адетта решила воспользоваться своим старым местом. Она так торопилась, что только у двери в кухню вспомнила, что сама не сможет прочитать длинное послание Хаммера.              «Поделись с друзьями»              Она вернулась в служебный коридор и нашла Джинни в одной из комнат для взрослых девушек. Брезита заплетала ей французскую косу, вплетая разноцветные ленточки. С покрасневшими от смущения щеками Адетта прервала это занятие своим взволнованным видом и словами.              — Есть срочное дело.              Джинни без промедления кивнула и извинилась перед Брезитой, а затем молча последовала за подругой. Адетта в полном молчании повела её в кладовку и только там показала клочок бумаги. Лицо Джинни озарилось восторгом.              — Ну наконец-то! — она выхватила записку так, будто та была адресована ей.              — Тише! — умоляюще зашипела Адетта.              Джинни не ответила, только раскрыла послание, зачитывая вслух. Однако тон всё же сбавила.              «Я понял о чём ты пыталась мне сказать. О чём вы все пытались мне сказать. Стоило задуматься о странностях этого места и они не переставая замаячили перед глазами, вытягивая за собой всё новые и новые подробности. Почему в отеле так много работников и так мало жильцов? Почему здесь работают дети? Состояние некоторых помещений вызывает подозрения, что ими никогда не пользовались, а записи, спрятанные у управляющей — в таком беспорядке, что она сама не может найти даже регистрационный бланк для посетителей. В служебных помещениях скрыта мороком железная дверь. Помещение внутри пустое, будто забытое, однако, на полу я нашел весьма подозрительный предмет одежды. Этой малости хватило, чтобы догадаться о настоящем назначении заведения. Таких борделей, скрытых коррупционными схемами в окрестностях Лютного переулка немало, но Дереку угрожают серьёзные люди. Это даёт основания полагать, что его клиенты — не обычные оборванцы. Я знаю, вы не можете подтвердить мои слова, поэтому я говорю вам, всё, что я сказал — правда, и вам меня не переубедить.»              Джинни запнулась, а Адетта закрыла рот ладонью. Улыбка против воли растягивая губы.              — Он догадался о метке?              Подруга неопределённо пожала плечами и продолжила читать.              «Должно быть вас сдерживает тёмная магия. Я не знаю что это, возможно, империус или другое заклятие, однако это не помешало мне копнуть глубже. В нашем департаменте сохранилось досье Августина Лестера. К сожалению, я смог достать только незасекреченную его часть. В этих документах Лестер — герой. Несмотря на свою отставку, после войны именно он помогал аврорам ловить сбежавших последователей тёмного лорда.»              Джинни остановилась и удивлённо посмотрела на Адетту.              — Я не знала, — прошептала Адетта, глядя куда-то в стену. — Это…даже звучит странно.              — Не может быть, чтобы это действительно был один человек, — с сомнением пробормотала Джинни.              — Что же, меня не волнует кем он был раньше, — решительно ответила Адетта. — Сейчас он тот, кто он есть.              Джинни бросила жалостливый взгляд и продолжила:              «Пока не ясно, что связывает Лестера с бордельными делами и Дереком. Мне удалось выяснить важную деталь. Я запросил информацию из местного отдела Департамента Магического Правопорядка и наткнулся на фотографии пропавших без вести. Девочка, с которой ты дружишь, Шарлотта, на самом деле пропавшая без вести Джиневра Уизли.»              Джинни запнулась, и сделала глубокий рваный вдох. На лице её, освещённом неровными бликами ламп, подозрительно блеснули глаза. Адетта терпеливо ждала несколько минут, пока девочка сможет продолжить чтение.              — Этого можно было ожидать, — прошептала она.              «Я также разузнал об именах, произнесённых в тот день, когда в отель ворвались вымогатели. Бэзил Торн мне знаком и не трудно догадаться, что у Дерека с ним конфликт. Однако у него есть покровитель, Фабьен Грейвз, министерская крыса. Он достаточно могущественен и справиться с ним без поддержки было бы трудно. Кажется, мы ввязались в войну за сферу влияния. Я пишу тебе всё это чтобы убедить тебя — я действительно хочу помочь. У Дерека тоже есть покровители, но я не знаю их имён. Если они так же могущественны, как Фабьен Грейвз, моих сил не хватит. К сожалению у меня нет поддержки. И сейчас официально я не на службе.»              Джинни поджала губы и перевернула листок.              — Мог бы хоть постараться, — пробормотала она.              «Чтобы справиться с Дереком, нужно поймать его покровителей, обрубить все его связи. Для меня, сторонника закона это можно сделать только одним способом. Необходимо найти записи Дерека. Уверен, такой дотошный человек хранит компромат не только на клиентов. К сожалению я пока не придумал, как попасть в его кабинет. Он защищён тёмным заклятием, род которого мне даже неизвестен и за всё это время, я не смог найти и капли информации. Мне нужна твоя помощь, Кристина. Ты чаще чем кто-либо проводишь с ним время. Прошу тебя, если ты знаешь что-нибудь, что помогло бы мне добраться до записей, скажи мне. Я буду рад любой информации. Без доказательств мы не сможем опрокинуть его и освободить вас.»              Джинни остановилась и посмотрела на Адетту с вопросом в глазах.              — Не думаю, что я чем-нибудь смогу помочь, — Адетта задумчиво закусила губу.              — Да ладно тебе! Ему нужны любые мелочи, просто покопайся в памяти.              Она кивнула.              — Нужно будет присмотреться к Дереку. Это всё?              Джинни вернулась к письму и её голос дрогнул.              «Простите…» — она запнулась. — «За то, что я пока не рассказал родителям Джинни правду. Сейчас мы находимся в очень деликатном состоянии и, я знаю, что это не то, что вы ожидали от меня услышать, но Артур Уизли не сможет противостоять этой части волшебного мира. Он может спасти Джинни, но обречь всех остальных…»              Джинни закончила и свернула послание, сложив в несколько раз. Она протёрла кулаком лицо, шмыгнула и решительно подняла взгляд. Адетта сделала вид, что не заметила покрасневших глаз.              — Он врёт! — воскликнула девочка сорвавшимся голосом. — Мой папа и братья спасли бы нас! Этот… Как он вообще стал аврором?!              Адетта смотрела в пол, прокручивая в голове каждое произнесённое слово.              — Мы так близко, — прошептала она дрогнувшим голосом.              Джинни зло посмотрела на неё, скомкав бумажку в руке.              — О чём ты…              — Ты разве не понимаешь? — перебила Адетта. — Если мы достанем доказательства, Хаммеру больше не придётся опасаться, тогда он сможет рассказать твоей семье. Но сейчас… Мне кажется сейчас это подставит их под удар…              В глазах Джинни, мокрых от слёз, отражалось понимание, но губы упрямо сложились в тонкую линию неприятия. Она всхлипнула и Адетта неловко обхватила её руками, утешая. Стук сердца громко отдавался в груди. Она не могла подавить в себе этого чувства. Радость. Кто-то наконец знал всё. Офицер Хаммер спасёт их. Ему только надо было немного помочь.              — Скоро всё закончится, мы выберемся отсюда — прошептала Адетта.              Когда Джинни успокоилась, они вместе написали ответ офицеру, в котором обещали сделать всё возможное, чтобы помочь делу. Это были практически единственные слова в записке. Адетта не хотела рисковать.              Этим же вечером Джинни под предлогом уборки проникла в комнату Хаммера и спрятала послание.              Ночью Адетта почти не спала. Жалкие фантазии охватили её разум, как раскалённые клешни. Она представляла, как возвращается в приют и, воспитатели, конечно, не рады этому, но ей всё равно. В первую очередь, она бы отправила письма Гарри, Рону и Гермионе. Наверняка они уже много ей написали… По вечерам бы слушала истории миссис Рейни и вырезала фигурки из дерева…              Когда наступило утро, Адетта, заряженная собственными мечтами, сбежала к Джинни.              Не было сомнений в том, что документы Дерек хранил в тайнике, но был ли он в борделе или он спрятал улики совсем в другом месте?              — Дерек осторожен. Он знал, что Хаммер поселится здесь и не стал бы прятать что-то настолько опасное у него под носом, — утверждала Адетта.              — А где по твоему он может их хранить? Хаммер не только здесь копает, он пробил его и, возможно, знает все ходы отступления. Всем известно, что Дерек — параноик, а самое безопасное место — у всех на виду, — настаивала Джинни. — К тому же, мы ничего не сможем сделать, если улики находятся не здесь. По крайней мере, не помешает проверить.              — Подвал чист.              — Хаммер в записке намекал на кабинет. Поэтому он и написал тебе! Ты туда каждый день ходишь!              — Я же не сижу в его кабинете всё это время! Моя лаборатория в отдельном помещении, я даже его не вижу, когда он меня там закрывает! — запротестовала Адетта. Она вздохнула и задержала воздух в лёгких, схватившись за бедро.              — Нужно что-то придумать. Ты же видела его кабинет? Где могут находиться опасные записи? — Джинни раздражённо потёрла шею. Метка ныла. Терпимо, но предупреждение было кристально ясно. Постоянная фоновая боль действовала на нервы.              — Не знаю! Ты же сама видела, у него там стоят шкафы.              — Вряд-ли он прячет всё в настолько видном месте. Куда ведут двери в его кабинете?              — Одна — в мою лабораторию, другая — не знаю. Думаю, в спальню. Где-то же он должен спать?              — Было бы логично поискать там, раз он туда никого не пускает. Разве что эту подлизу, Милли, — усмехнулась Джинни.              — Твой юмор начинает обретать местный колорит.              Джинни скривилась.              — Я не смогу пробраться в его спальню незамеченной, — продолжила Адетта.              — Ты когда-нибудь видела, как он заходит в свою комнату?              Она задумалась.              — Пару раз он выходил оттуда с какими-то папками.              — Это оно! — встрепенулась Джинни. — Проследи за ним! Скорее всего, у него какие-то заклинания на двери.              — А что дальше? — взорвалась Адетта. — Это не поможет Хаммеру пробраться в кабинет!              — Кстати об этом, — как ни в чём ни бывало пробормотала Джинни. — Я никогда не видела, чтобы Дерек колдовал над дверью в кабинет…              — Может в этом и проблема? Поэтому Хаммер не знает что это за заклинание.              — Если он не соврал, — угрюмо проворчала Джинни.              — Ему нет смысла врать, он здесь наткнулся на золотую жилу.              — Он может заманивать нас в ловушку, — пожала она плечами.              Адетта покачала головой. Это было бредовое предположение и ей даже не нужно было это озвучивать.              — Я прослежу за Дереком, хотя ничего не обещаю, — вместо этого сказала она. — Следить за ним из той коморки будет нелегко…              Адетта вздохнула и устало протёрла виски. Она заманила сюда офицера аврората, а в итоге всё равно всё делает сама.              — Всё, иди, иди! Тебе скоро к Дереку. Приди раньше, если он не будет ожидать тебя, может, тебе удастся что-то увидеть, — поторопила Джинни.              — А ты что будешь делать? — раздражённо спросила Адетта.              — Ну не могу же я присоединиться к тебе в твоём нелёгком труде!              Она закатила глаза и поплелась к выходу из чулана. В кухне её одарили странными взглядами Миранда и Эстер, занятые обедом.              — В тишине и покое лучше думается, — пробормотала она, проходя мимо.              Эстер знающе усмехнулась, а Миранда покачала головой, но за Адеттой уже хлопнула дверь.               «Следить за ним… — мысль сама по себе вызывала тошноту. Она уже чувствовала на себе холодный, подозрительный взгляд, даже не начав ничего делать. — Следить за ним так же, как он заставляет меня следить за Джинни…» — надежда, которую она так лелеяла, внезапно показалась острой бритвой — чем крепче за её хватаешься, тем глубже впивается лезвие в ладонь.              Ей ещё предстояло придумать складный отчёт о Джинни. Хотя она давно не сбегала и, казалось, Дерек больше не заинтересован в слежке, Адетта неизменно каждый раз готовила рапорт так, будто Дерек всегда ждал её с круциатусом, готовым сорваться с губ. Внезапная мысль сбила с шага. Почему он только её заставляет шпионить? Он учил её так, будто готовил к чему-то. Адетта покачала головой. Почему же он никого не заставил следить за ней, когда она сбегала? Ноги замерли перед дверью на балконе. Или всё же заставил?              Она постучала и, рискнув, открыла дверь, не дождавшись разрешения. Дерек стоял у окна с газетой и чашкой кофе в руках. Адетта склонила голову в приветствии и закрыла за собой дверь.              — Рано сегодня. Не терпится от няньки избавиться? — едко усмехнулся он. Отсерпнул кофе и с удовлетворением приказал: — Отчёт.              Адетта сглотнула ком в горле и размеренным тоном выдала хорошо продуманную ложь:              — Этим утром я ушла из комнаты поговорить с ней. Мы пошли в чулан, как обычно. Я застала Джинни, вытирающей пол в кухне. Она сегодня дежурит. Её поза была расслаблена, хотя она периодически зевала… — Один неуверенный взгляд, одна заминка и он всё поймёт. Адетта очистила голову, и говорила…говорила. Она говорила столько деталей, что даже Дерек вскоре начал зевать. А затем добавила одну интересную деталь. — Она была угрюмой, даже расстроенной. Спросила не заметила ли я, как Хаммер шастает вокруг. Не было смысла отрицать. Она сказала, что опасается его. Я сказала, что не доверяю ему… — Дерек хмыкнул. Он помахал рукой и Адетта поспешила закончить рапорт.              — Ты проанализировала её действия? Думаешь она и правда боится Хаммера?              Адетта поджала губы, на секунду задумавшись.              — Мне кажется, она солгала. Все здесь его опасаются кроме Джинни. Она надеется, что он найдёт что-то полезное и сможет освободиться. Возможно, ищет способ связаться с ним.              — Приемлемо, — оценил он и указал на дверь. — Сегодня принимайся за зелье забвения.              Адетта только кивнула и без промедления закрылась в лаборатории. Глубокий вдох. Холодный пот стекал по шее, она вытерла его рукавом и вытащила котёл. Зелье забывчивости не потребует много времени, она давно приловчилась его готовить. Однако сердце продолжало биться о рёбра, а метка болезненно пульсировала, выдавая настоящие намерения. Подготовив все ингредиенты, Адетта подождала ещё 5 минут, прежде чем беззвучно отодвинуть дверь, открыв маленькую щёлочку. Достаточно, чтобы в поле зрения попадал Дерек и дверь на противоположной стене, но недостаточно чтобы быть обнаруженной. Дерек расслабленно потянулся и принялся делать в газете пометки. Адетта вцепилась рукой в кожу на бедре, в надежде облегчить ноющую боль, и помолилась, чтобы он поскорее воспользовался своими опасными документами.              В этот день Дерек не вошёл в комнату за отведённое ей время. На следующий тоже. Он сидел за своими бумажками, гулял по комнате, шарил в шкафах, но не открывал эту дверь. Адетта с трудом заставляла себя идти к нему, потому что это означало, что она ещё час будет сидеть за дверью в одном положении, вцепившись в ногу, которая доставала постоянной болью, словно вместо метки дёргала гнойная рана. А после слежки ей приходилось поспешно изготавливать необходимое количество зелий. Дерек разочарованно посматривал на них, но как и ожидалось, с вопросами не лез.              На четвёртый день удача улыбнулась ей. Адетта пол часа просидела без движения и, подавив зевок, задумалась о том, чтобы размяться и приготовить пару зелий, когда Дерек встал и направился прямо к двери. Адетта встрепенулась и прикусила губу, когда метка отреагировала. Затаив дыхание она следила, как он беспечно достал палочку и сделал несколько лёгких взмахов. Она тут же повторила его движение своей правой рукой, а губами прошептала слова произнесённые им:              — Остиум клауде!               К тому моменту, как Дерек вышел из спальни с чёрной папкой в руках, заклятие крепко врезалось в память.              Адетта громко выдохнула. Но стоило поднять взгляд и кровь застыла в жилах. Дерек смотрел прямо на неё.               Она поспешно отскочила от двери и встала на положенное место у котла. Дрожащими руками, суетно начала набирать валерьянку и волшебную воду, помешивать котёл, про себя отсчитывая секунды: 1…2…3… Но Дерек не постучался ни на 15, ни на 60 счёт. Только тогда у неё получилось выдохнуть напряжение, и даже немного улыбнуться.              Этим же вечером Адетта поспешила к Джинни. Шушуканье в чулане начинало вызывать подозрения, а Престона не было в комнате, поэтому они остались там. Джинни села на нижнюю койку прямая, как струна и поторопила:              — Ну! Рассказывай быстрее!              Адетта понизила голос до шёпота.              — На двери защитное заклинание.              — И что? — нетерпеливо перебила Джинни.              — Я видела это заклинание, оно очень сложное и кажется, оно не просто закрывает дверь, — Адетта с сомнением пробормотала.              — Что? Что значит не просто закрывает?              Она пожала плечами.              — Я не видела в Хогвартсе этого заклинания, я его не понимаю.              — Как хорошо, что у нас есть взрослый волшебник, — с предвкушением прошептала Джинни.              — Нужно написать Хаммеру… — рассеяно пробормотала Адетта, направляясь к столешнице.              — Нет, подожди, — остановила её Джинни. — Я подумала… Ты же слышала Хаммера, на него никакой надежды. Он не сможет достать записи.              — Что ты говоришь? — Адетта сбросила её ладонь с плеча. Плохое предчувствие на мгновение перекрыло дыхание. — Предлагаешь нам самим преподнести ему всё на блюдечке?!              — Нет, ты не поняла, — Джинни понизила голос, намекая, чтобы Адетта сделала то же самое. — Он не сможет, только не снаружи. Мы должны впустить его внутрь.              — О, и как же мы это сделаем?!              — Я пока не знаю. Но разве ты не понимаешь? Без нашей помощи он провалится!              — Он аврор! — Адетта не верила, что ей приходится объяснять такие простые вещи.              — Но он не знает Дерека так, как знаем его мы! Мы не можем просто сбросить на него всю работу, разве ты готова отпустить это? — почти умоляюще шептала Джинни. — Разве ты готова до такой степени довериться ему?!              Адетта не нашла что ответить.              — Мы не будем копаться в его бумагах, мы просто вырубим Дерека и впустим его.              — У тебя уже есть план? — сарказм проник в слова почти против воли.              — Я уверена, Хаммер что-нибудь придумает.              — О, значит здесь ты готова ему довериться?              — Если у тебя есть идеи получше, я открыта для предложений! — сорвалась Джинни.              Адетта умолкла. Сделала глубокий вдох и присела на край кровати. Мгновение тишины позволило нервам успокоиться. Нога пульсировала. Она взглянула на раскрасневшуюся Джинни. Девочка прикрывала ладонью метку.              — Тогда мы сами придумаем план и придём с ним к Хаммеру, — со всем своим спокойствием объявила Адетта.              Джинни кивнула и села рядом.              — Ты же умеешь варить сонное зелье, может подлить его ему в кофе? — предложила она.               Адетта закатила глаза, но промолчала.              — Кофе ему подаёт Милли, — начала размышлять девочка. — Ты могла бы украсть один флакончик и подсыпать в кухне ему в чашку. — Джинни посмотрела на выражение Адетты и добавила: — Нет, давай я подсыплю.              — А Милли ты куда денешь? Ты же не думаешь, что она поставит чашку с готовым кофе и просто уйдёт? — Адетта протёрла виски и покачала головой. Эта идея ей не нравилась. Ей не нравится весь этот план. Ей не нравилось, что Хаммер своим письмом буквально скинул на них самую опасную работу, а если быть точнее — на неё.              — Ты её отвлечёшь, это просто.              — А как ты поймёшь, выпил ли Дерек кофе? Мы не сможем просто ворваться к нему в кабинет, вдруг он забудет про него, копаясь в своих бумажках!              — Ну… — Джинни сдулась. Её плечи опустились и она села обратно на кровать.              — Нет, этот план слишком опасен. Слишком много движений, слишком много вещей, которые могут пойти не так, — заключила Адетта.              Воцарилась тишина. Каждая задумалась о собственных реалистичных возможностях. Они слышали только дыхание друг друга, но не замечали его, занятые собственными размышлениями. Тусклый вечерний свет из окна совсем стих и Джинни встала, чтобы зажечь лампу. Она подвинула лавочку, взяла спички и поднялась к тканевому плафону. Пусть он висел достаточно низко, но зажечь её с пола мог в этой комнате только Престон. Адетта наблюдала, как Джинни поджигает фитиль в стеклянной чаше. В её голове мелькали варианты развития событий, ненадёжные возможности, рецепты зелий, изученных в Хогвартсе…              Джинни слезла с табуретки и отряхнула руки.              — В последнее время ты часто проводишь время здесь, — сказала она, глядя куда-то в сторону кровати. — Всё в порядке с… Августином?              Адетта пожала плечами. Она смотрела на красивый абажур, распространяющий мягкий свет по всей комнате. Она смотрела до боли в глазах.              — Он молчит. Почти не смотрит в мою сторону.              — И это… хуже?              — Не знаю. Не знаю, что у него в голове. Это пугает. Кажется, в любой момент он может… — голос Адетты сорвался на шёпот, — …взорваться.              Джинни села рядом, успокаивающе положив руку на её плечо и молча уставилась в стену. Адетта закрыла глаза и позволила разуму дрейфовать. Она вернулась в Хогвартс. Там ей приходилось беспокоиться только о слизеринцах и оценках по зельеварению. Сейчас все эти несчастья казались детскими играми. Даже зелье чувствительности показалось чьей-то дурацкой шуткой. Она могла представить, что никогда не покидала Хогвартс. Ей не нужно было тратить свою жизнь, работая на такого отвратительного человека как Дерек, видеть каждый день грязь, грехи Лютного переулка и их последствия. Пусть утром она бы просыпалась от насмешек слизеринцев, но потом она бы гуляла с друзьями, училась. О, с каким удовольствием бы она училась. Её навыки в зельеварении значительно улучшились. Если бы она сдавала экзамены по первому курсу сейчас, то без всяких сомнений сдала бы на отлично. Тем не менее сколько бы она ни возвращалась к мыслям о школе, перед глазами стояли неудачи. Вот она на зельеварении снова сделала ошибку. Рон потешается, а Гермиона с недовольным видом шепчет подсказки.              Она распахнула глаза и подорвалась. Джинни, от неожиданности вскрикнула и схватилась за стену.              — Я знаю! — Адетта возбуждённо посмотрела на подругу и, поспешно сбавив звук, затараторила: — Когда-то на уроке зельеварения Снейп заставил нас готовить эликсир питания. Он должен был питать растения, стимулировать рост. Я ошиблась, из котла тогда такой туман повалил! — Адетта скривилась при воспоминаниях. — Снейп даже заставил отрабатывать с Филчем. Но главное — все, кто вдохнул этот туман, потеряли сознание! Я упала одной из первых… Это то что нам нужно! Если я его приготовлю, а затем заманю Дерека в лабораторию…! — она не стала заканчивать предложение, возбуждённо глядя на Джинни.              — Ты уверена, что это сработает? — Джинни присела на край кровати, её голос стал тише. — Ты же не знаешь, надолго ли его хватит.              Адетта сжала пальцы. Вспомнила, как орал Снейп, как медленно угасало сознание.              — В прошлый раз хватило минут на пятнадцать. Но это не важно. Хаммер может знать, как вызвать такой туман.— Она посмотрела на Джинни, в её глазах плясали отблески лампы. — Это наш шанс. Другого у нас нет.              — Нужно написать ему.              Адетта кивнула. Они улыбнулись друг другу и одновременно встали с койки.              Теперь девочки могли говорить с Хаммером прямо, поэтому письмо получилось более откровенным, чем когда-либо. На утро, во время уборки Джинни снова спрятала записку в его комнате. Она обязалась убирать этот номер и никто не стал возражать. Этим же вечером они получили ответ на том же месте. Хаммер предупредил об опасности операции и решительно отказался от помощи. Тем не менее, назначил личную встречу.              На следующее утро они вместе пришли к номеру Хаммера. Адетта несла ведро и швабру, делая вид, что помогает подруге с уборкой. Её не покидало ощущение, что она разыгрывает этот спектакль впустую.              Джинни открыла дверь. Внутри их ждал Годфри. Сидя за маленьким столиком, он пил свой утренний чай. Стоило девочкам войти, губы его растянула лёгкая приветственная улыбка.              — Доброе утро, — он откинулся на спинку, и указал на кровать. — Присаживайтесь.              — Не слишком ли очевидна наша встреча, — скептически заявила Джинни. — Боюсь вам придётся покинуть комнату в течение двух минут, иначе мы вызовем подозрения.              — Вы правы, — согласился офицер. — Но у нас есть ещё две минуты, присаживайтесь.              Джинни только скрестила руки на груди и продолжила стоять. Адетта села, покраснев из-за очевидно недружелюбного поведения подруги.              — Я пригласил вас, чтобы услышать детали из первых рук. Расскажите мне всё что знаете об этом заклинании.              Адетта пожала плечами, уже открыв рот, чтобы ответить, но Джинни опередила её.              — Мы всё написали в письме и пришли обсудить план сотрудничества, — бескомпромиссным тоном, контрастирующим с детским голосом, произнесла она.              — Максимум о котором я могу вас просить это передача информации, всё остальное — дело взрослых, — Хаммер сел прямо, забросив пустую кружку, и серьёзно посмотрел в глаза Джинни.              — Думаете мы доверим вам это?!              Брови офицера поплыли вверх. Адетта вскочила, схватила Джинни за плечо и одёрнула.              — Шарлотта! — она не стала делать пауз и быстро заговорила, выступив вперёд. — Мы имеем ввиду, что риск слишком велик. Вы не знаете, чего нам будет стоить ваша неудача, офицер.              — Я понимаю, — уверенно кивнул он. — Но ваше участие не сделает задачу легче или безопаснее, наоборот…              — Вы считаете, что мы только всё усложним, — констатировала Адетта. — Но как вы собираетесь проникнуть в кабинет? Эта дверь защищена куда лучше, чем спальня, её можно открыть только изнутри.              — Доверьте это аврорам.              — Аврорам? Простите офицер, но я вижу только одного аврора перед собой. И, не обессудьте, из вашего письма мы поняли, что поддержки от аврората ждать не стоит. Вы здесь по личной инициативе, не так ли?              Хаммер выпрямился, поджав губы. Взгляд его стал суровым.              — Мы не такие уж глупые, правда? — огрызнулась Джинни из-за спины Адетты.              — В любом случае я не могу рисковать вами, — произнёс он медленно и спокойно. Затем устало вздохнул и с каким-то проницательным, удушающим пониманием окинул их взглядом.              — Вы должно быть не поняли, сэр, — спокойно ответила Адетта. — Мы рискуем здесь каждый день. Нам большого труда стоило передать вам весточку, привлечь ваше внимание. Вы и сами понимаете, что самый простой способ добиться записей — использовать нас. Мы тоже это понимаем и именно поэтому настаиваем.              Офицер покатал между пальцами перо, лежащее на столе, не отводя взгляда от Адетты. Он смотрел долго и даже Джинни не прерывала тишину. В конце концов он опустил руку.              — Что вы предлагаете?              Джинни ухмыльнулась и вышла вперёд. Адетта, на подкосившихся ногах прошагала к кровати и почти рухнула на неё.              — Значит так, Адетта как обычно идёт в лабораторию, готовит неправильное зелье, из котла повалит дым, который вырубит всякого, кто неосторожно его вдохнёт. Она кричит, Дерек прибегает и вдыхает дым. После того, как он отключается, Адетта открывает нам двери.              — Почему вы решили, что Дерек пробежит на крик? — холодно спросил Хаммер. — Он не дурак.              — Потому что он трясётся над ингредиентами, — серьёзно ответила Адетта.              — Да, — поддакнула Джинни. — Потому что он трясётся над ингредиентами. После того, как она нас впустит, у нас будет примерно пятнадцать минут на поиски. Втроём найти что-то будет легче, чем в одиночку. — с намёком указала она.              — Вы уверены в этом зелье? Вы готовили его раньше? — продолжил допрос офицер.              Адетта покачала головой, понимая, что это брешь, слабое место их плана.              — Это не полноценное зелье, это ошибка. Эликсир питания, в который нужно положить не две капли настойки паутинника, а целый флакон…              — Ты точно уверена в этом? — серьёзно спросил офицер. — Ты готовила его всего раз, и то по ошибке. Это плохой план.              — В этом его сила, офицер. Это всего лишь ошибка. Вы же знаете, мы связаны по рукам и ногам. Даже сейчас… — она сомкнула зубы, почувствовав вспышку боли и решительно продолжила. — Вам не стоит беспокоиться о моей памяти, Снейп меня тогда чуть не накормил этим паутинником, я на всю жизнь запомнила.              Джинни усмехнулась.              — Видите? Всё под контролем. Когда мы находим все документы, Адетта вдыхает дым и ложится рядом с Дереком. Она, конечно, получит взбучку, но не более чем обычно, — Джинни запнулась на этом рассуждении и с неуверенностью посмотрела на подругу. — Правда?              Адетта кивнула.              — Было бы хуже, если бы он застал нас на горячем.              — Какой план Б? — спросил Хаммер, застав своих соучастниц врасплох.              — План Б? — переспросила Джинни, нахмурившись.              — Да, у вас должен быть план, на случай, если что-то пойдет не так.              Джинни стушевалась, Адетта растерянно пожала плечами.              — Если нас поймают, нам крышка и всё…              Хаммер провёл рукой по лицу, будто стараясь удержать на нём бесстрастное выражение. Адетта почувствовала себя глупо. Конечно у них должен был быть план Б!              — Ладно, мы разберёмся с этим позже. Расскажите мне про то заклинание, — приказал он с некоторой долей разочарования.              — Всё что я слышала, это контрзаклятие, Остиум клауде, — Адетта стыдливо рассматривала пол. Минуту назад они спорили с офицером, только чтобы осознать сейчас, что все их аргументы всего лишь детские игрушки.              Хаммер скрестил руки на груди и потёр подбородок. Глаза его тоже опустились на пол, но не из-за смущения. Он промычал что-то и хмыкнул, прежде чем ответить:              — «Спелунка мендациум». Должно быть это оно. Не самая агрессивная защита, но очень хитрая. Если используете неправильное контрзаклятие или просто ворвётесь в комнату, по другую сторону будет ждать зеркальное измерение. Лабиринт, из которого невозможно выбраться без позволения хозяина. Это сильная магия, стоит ошибиться и вы даже не поймёте, что попали в ловушку.              — Какое полезное заклинание, — пробормотала Адетта. Это была не просто ловушка, это была возможность создать карманное измерение. Тайное место. — Жаль в Хогвартсе этому не учат.              — Верно, — без задней мысли подтвердил Хаммер. — Я должен ещё кое-что уточнить. Можно ли с помощью легиллименции обойти то, что вас сдерживает?              Джинни странно посмотрела на него. Адетта тоже молчала несколько секунд, пока не поняла, что отклика от метки нет.              — Думаете мы пробовали?! — первой отозвалась Джинни.              — Нет, офицер, мы не знаем. Эта магия… действует мгновенно и если иногда она просто предупреждает…стоит сделать слишком смелый шаг и она просто остановит сердце.              — Ясно. В таком случае пробовать не будем, хотя я был бы увереннее, располагая полной информацией.              Адетта грустно посмотрела на своё бедро. Джинни коснулась ладонью шеи, на мгновение глаза её затуманились воспоминаниями. А затем она решительно посмотрела на офицера.              — А сейчас давайте все вернёмся к своим обязанностям, — он схватил мантию и направился к двери. — Мы провели здесь явно больше двух минут.                     Интерлюдия              Временами жизнь казалась тяжелейшим бременем. Ты рождаешься червяком, не смыслящим, бессильным. Барахтаешься в грязи, изо всех сил уворачиваясь от чужого сапога. А затем облизываешь этот сапог, чтобы он не поднялся снова.              Дерек обхватил руками голову и с силой сдавил скальп, возвращаясь к реальности. Свежий бычок тлел в пепельнице среди куч таких же, потухших, огрызков. Он искрой светился в полутьме кабинета, не освещаемого больше естественным светом. Дерек посмотрел на него и отвернулся.              «Надо открыть окно»              Он не двинулся. Мысли, тяжёлые, как свинцовый жилет, придавили к месту. Бэзил Торн — рыба-лоцман. Мелкая и надоедливая пиявка, рядом с которой всегда плавает хищник. Когда он появился в дверях с новостями о переназначении, он казался не опаснее самоуверенной моли.              Дерек вдохнул полной грудью затхлый воздух с сигаретным дымом и его замутило. Он попал в ловушку и должен винить в этом свою неосмотрительность. Одна маленькая оплошность потянула за собой целый ком неприятностей. А он всё барахтается…барахтается…              Дверь открылась без единого звука. В проём выглянуло застенчивое личико Милли.              — Сэр, у вас назначена встреча, — тихо произнесла она.              Дерек присмотрелся к несуразной девчонке. У неё меньше всех было желания двигаться. Она нашла своё место, ей хорошо было в грязи. Иногда, глядя на неё, он вспоминал, как в девятнадцать лет отбивал поклоны своему хозяину и как плёл интриги у него за спиной. В эти моменты хотелось прижать её шейку к стене и резко дёрнуть. Сломать позвоночник, как курице.              Он устало поднялся. Вечерние встречи всегда были самыми изматывающими. А что поделать, остаётся только барахтаться….              — Убери здесь всё, — приказал он хриплым голосом. — И проветри.              Милли быстро кивнула и подала мантию. Дерек отряхнул ткань, проверил кейс с документами и ушел в спальню.              — Буду через час, — кинул перед тем, как закрыть дверь.              Милли стояла посреди кабинета и смотрела ему в след, сложив ручки, как послушная служанка.              Дерек взял щепоть летучего пороха и привычным движением кинул в камин. Проход вспыхнул зелёным пламенем, окрасив комнату зловещими оттенками. Он без промедления шагнул вперёд.              Свет ударил в глаза и веки сами сомкнулись, спасая их от мгновенного ослепления. Дерек понял, что переместился, прежде, чем успел открыть глаза — в нос ударил отвратительный запах кожи и бергамота.              Комната не отличалась оригинальностью: бесчисленные стеллажи со свитками древними и современными. Бежевый ковёр и кожаные кресла. Одному хозяину ведомо сколько лет тому дубу, из которого изготовлен этот письменный столик посреди комнаты. Исходя из статуса жильцов, Дерек сделал вывод, что не менее тысячи точно. В одном из кресел, лицом к камину сидел задумчивый Люциус Малфой. Он взглянул на пришедшего и поприветствовал его почти незаметной улыбкой.              — Рад видеть тебя, Дерек. Присаживайся, — он указал кивком на место напротив.              Дерек кивнул и молча шагнул в комнату.              — Смотрю, ты в подавленном состоянии. Должно быть, погода, — Люциус взглянул на улицу через единственное окно. Дерек проследил за его взглядом. Серые облака пушистым волокном застилали небо. С крыши капали остатки прошедшего ливня.              — Смотрю, ты тоже задумчив, — Дерек достал из кейса несколько листов и передал собеседнику. — Это отчёт за месяц.              Люциус взял документы и, всё так же откинувшись на спинку кресла, бегло просмотрел их.              — Слышал дела у тебя идут скверно, — бросил он как бы между делом.              Дерек едва сдержал раздражённый вздох. «Ну вот, началось».              — Есть в последнее время некоторые трудности, — признал он. — Некоторые из ваших решили залезть на мою территорию.              Люциус заинтересованно поднял бровь, хотя глаза его всё ещё бегали по строчкам в документе.              — Вот как? Смотри-ка прибыль упала почти на девяносто процентов, сильно они тебя потрепали.              — Фабьен Грейвз, — Дерек ответил на невысказанный вопрос и Люциус хмыкнул, лениво отложив отчёт в сторону.              — Да, неудивительно, что отчёт неудовлетворительный. Жаль, я не могу тебе помочь, — без капли сожаления в голосе произнёс он. — Я всего лишь спонсор, у меня нет прав вмешиваться в политику управления.              Люциус с холодной улыбкой заглянул в глаза собеседнику и Дерек не сомневался, что он увидел в них отражение бурлящей поверхности его бешенства.              Он сжал челюсть, чтобы не дай Мерлин не сказать то, что рвалось с языка.              — Я — хозяин Ласки, — произнёс он, чётко расставляя каждое слово. — Я знаю, что ты был бы не против запустить лапу в мои дела и уважаю тот факт, что ты держишься нашего договора.              Люциус кивнул, неудовлетворение на мгновение мелькнуло в его глазах.              — Я и сам могу справиться с этой плёвой задачкой, — мрачно усмехнулся Дерек. — И в этот раз, пожалеют все, кто решил играть против меня. Стой в стороне и смотри, Люциус, скоро у меня произойдёт большая чистка.