Fool me once

— Хотел бы я сказать, что мы скоро увидимся, но, боюсь, так быстро меня не отпустят. Гарри нахмурился. Он знал, что пусть они и не могли видеть друг друга через международную каминную сеть данного типа, тот все равно прекрасно знал, какой эффект произвели на него эти слова. Мысленно, он сделал себе пометку заглянуть завтра в отдел транспорта и коммуникаций, чтобы подать заявку на открытие полного каминного доступа. — Они не могут вечность удерживать тебя в Нью-Йорке. У тебя есть и другие обязанности, а это дело вполне может возглавить и Вайс. — Это Конгресс, Гарри, — перебил его Персиваль. Его голос звучал устало. — Ты знаешь, какими они могут быть. Гарри промолчал. Персиваль был прав, он был прекрасно знаком с системой МАКУСА и не сомневался, что тот сделал все от себя зависящее для утверждения деловой поездки в Британию. Это было не так просто. — С другой стороны, — протянул Персиваль, теперь в его голосе можно было уловить лукавые нотки, — в этом есть и свои плюсы. Так ты сильнее по мне соскучишься. Гарри фыркнул. Его губы непроизвольно растянулись в улыбке. — Раз уж мы выяснили, что является настоящей причиной твоих срочных дел в Америке… — Естественно. Я всего лишь готовлю почву для нашего пламенного воссоединения, — вторил ему такой же дразнящий голос. Последние слова прозвучали особенно торжественно, и Гарри не выдержал, рассмеявшись. — Попридержи коней, ковбой. Для начала попробуй получить благословение моего отца. Предупреждаю, он очень придирчив к кандидатам на роль спутника жизни для его единственного сына. — Хм, даже не знаю… Думаешь, глава департамента Защиты Магического Правопорядка имеет шансы завоевать его одобрение? — Думаю, у тебя есть шанс, — ответил он с напускной серьезностью, после чего продолжил, оставив всю игривость позади. — Я думаю, он будет счастлив узнать о моем выборе, правда. Ты знаешь, он всегда тебя уважал. Сказав это, Гарри потянулся рукой к шее, доставая из-под футболки длинную цепочку, которая была продета через аккуратное кольцо. Холодный металл приятно ощущался в его пальцах, а золотая поверхность казалась огненно-красной из-за отражающихся в ней бликов пламени. Он не стал говорить родителям об их помолвке, решив что лучше всего будет сообщить об этом вместе при личной встрече. Они также не афишировали своих отношений среди коллег в Америке. Об их связи было известно только узкому кругу близких людей — будучи довольно публичными фигурами, оба предпочитали оставлять свою личную жизнь за закрытыми дверьми, поэтому они собирались наслаждаться неведением окружения об их статусе настолько долго, насколько это было возможно. С учетом недавней помолвки, эта новость рано или поздно должна была облететь оба континента. — Жду не дождусь увидеть реакцию твоей семьи, — после долгой паузы проговорил Персиваль. Вспомнив последний ужин в Годриковой Впадине, Гарри мысленно усмехнулся. Отец задавал подозрительно много вопросов об их совместной работе, что не могло не наталкивать его на определенные выводы. — Мне кажется, они уже о чем-то догадываются. — Что ж, в таком случае мне стоит поторопиться с приездом в Британию, — насмешливо протянул тот. Гарри хмыкнул. — Именно об этом я и говорю.

***

В переговорной стояла страшная духота. Для середины августа температура воздуха зашкаливала за критическую отметку, с чем толком не могли справиться даже охлаждающие чары — департамент по контролю погоды, по всей видимости, всем составом решил уйти в отпуск. Гарри оттянул ворот аврорского мундира, мысленно проклиная любовь министерства магической Британии к консервативным одеждам. Тяжелая форма усугубляла и без того плачевную ситуацию. Обновив собственные чары, он смог с облегчением выдохнуть, чем заслужил очередной мимолетно-раздраженный взгляд серых глаз в свою сторону. С самого первого дня их знакомства Люциус Малфой, казалось, возненавидел его искренней ненавистью. У Гарри складывалось впечатление, это было чем-то личным. Возможно, его эго не вынесло публичного унижения в кабинете и позора перед собственным боссом, а может, было что-то еще. Тем не менее, он не упускал шанса отвесить какой-нибудь уничижительный комментарий, ловко замаскированный под неприглядную лесть, в сторону Гарри. По “счастливому” стечению обстоятельств, таких возможностей ему представилось достаточно. Люциус Малфой стал его второй тенью. Теперь он присутствовал на всех собраниях, брифингах и даже допросах. При этом одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что делал он это не по собственной воле. Очевидно, ему поручили эту слежку, и не нужно было иметь высший бал по прорицанию, чтобы сообразить, кто именно был этим человеком. — Вы же знаете, что вам не обязательно повсюду следовать за мной, мистер Малфой? Если мистеру Риддлу так важна информация об успехах нашего дела, он всегда может прийти и спросить о нем лично, — развел руками Гарри, снисходительно улыбнувшись. — Мне нечего скрывать. Люциус Малфой скривился. — Как будто у него есть время на вас. У мистера Риддла есть дела поважнее. Гарри широко распахнул глаза, в наигранном возмущении прикладывая к сердцу руку. — Я оскорблен до глубины души, — сокрушенно покачал головой он, после чего его глаза приобрели хитрый прищур. — Значит ли это, что, в таком случае, самым важным делом для вас являюсь я? Должно быть, это довольно неприятно для волшебника… вашего уровня. Лицо Малфоя окаменело, его глаза сверкнули, а бледные губы сжались в тонкую линию. Сощурившись, он сделал шаг к Гарри, так, что теперь они оказались в непосредственной близости друг от друга, подался вперед и тихим голосом проговорил: — Вы играете с огнем, Поттер. Аккуратней… — его голос стал еще тише, — вы можете обжечься. — Что вы, я всего лишь хотел сделать вам комплимент, — примирительно заверил его Гарри. — Я польщен, что руководство Министерства так сильно печется об успехах этого дела, что готово пожертвовать временем таких влиятельных сотрудников как вы. Это впечатляет. Верхняя губа Малфоя дернулась, он смерил его сверху вниз долгим презрительным взглядом, после чего резко развернулся и покинул кабинет с высоко поднятой головой. Проводив его ровную спину насмешливым взглядом, Гарри принялся за стопку бумаг, ожидавшую его на письменном столе. Теперь, когда Люциус Малфой больше не раздражал своим навязчивым присутствием, можно было, наконец, заняться делом.

***

Его уединение не продлилось долго. Люциус Малфой появился на утреннем брифинге следующего дня, все такой же надменный как и днем ранее. При всей его кажущейся чинности и важности, он представлял из себя классический образец привилегированной элиты британского магического общества. Он был всем тем, что Гарри так глубоко презирал. Тем любопытнее для него была природа взаимоотношений между ним, главой одного из старейших чистокровных родов, и его боссом, пусть и заместителем Министра Магии, но, тем не менее, далеко не чистокровным волшебником. Фамилия Риддл была маггловской, в этом не было сомнений. Более того, теперь, когда Гарри смог ближе к нему присмотреться, он мог с уверенностью сказать, что Риддл не производил впечатление типичного британского аристократа, как это было с Малфоем. Хотя он и казался Гарри высокомерным, мужчина, несомненно, обладал острым умом, харизмой и лидерскими качествами. Риддл был интересной личностью. Отсюда следовали вопросы. Что это был за человек? Какую политику он вел? Почему даже влиятельные представители знатных родов невольно замирали и напрягались, услышав его имя? У него не было разгадки к этой головоломке, зато он мог воспользоваться сомнительными привилегиями общества Люциуса Малфоя, так удобно не покидающего его ни на шаг. — Как долго вы знакомы с заместителем Министра, мистер Малфой? — спросил он между прочим, не поднимая головы от последнего отчета Мартинеза. Когда ответа не последовало, Гарри отложил документ в сторону и в упор посмотрел на волшебника, устроившегося в дальнем кресле у противоположной стены кабинета. Тот делал вид, что не слышал его вопроса. Усмехнувшись про себя, Гарри продолжил, игнорируя отсутствие реакции от предполагаемого собеседника. — Судя по тому, что именно вы являетесь его доверенным человеком, готов поспорить, что вы знаете его как никто другой. Мускул на лице мужчины дернулся, но кроме этого он никак не обозначил, что тот был услышан. Отметив про себя, что так он ничего не добьется, Гарри решил изменить тактику. Откинувшись в кресле, он сложил руки в замок и слегка склонил голову набок. — А ведь мы с вами чем-то похожи, Люциус, — протянул он, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. — Идеалисты, верные своим принципам… Способные оценить настоящую силу. В этот раз Малфой скривился, как будто ему в рот положили кусок кислого лимона. Как и рассчитывал Гарри, подобный комментарий он не смог оставить без ответа. — Вы бредите, если считаете, что у нас с вами может быть хоть что-то общее, — выплюнул он с таким отвращением, будто ему была противна сама мысль о подобном сравнении. — Достаточно уже того, что я вынужден находиться с вами в одном помещении. Гарри безразлично пожал плечами. — Я вас тут не держу, забыли? Вы всегда можете попросить мистера Риддла назначить на это задание другого человека. Его последние слова возымели на Люциуса Малфоя совершенно занимательный эффект: он весь подобрался, на секунду в его глазах отразился панический страх, а и без того бледное лицо побледнело еще сильнее. В самом деле, это было очень любопытно. Почуяв запах крови, он решил немного надавить. — Если хотите, я сам поговорю с ним об этом. Возможно, нам действительно не помешает свежий взгляд… Пальцы мужчины сжались в кулаки, а все его лицо перекосило от злости. Это был первый раз, когда Гарри имел удовольствие наблюдать падение безразличной или же презрительной маски. Он не мог обманывать себя — это зрелище приятно согревало. — Ты… безмозглый заносчивый мальчишка, — с ненавистью прошипел Малфой. — Не суй свой нос не в свое дело. Гарри холодно улыбнулся. — Я что-то не заметил, когда мы с вами успели перейти на ‘ты’, — его улыбка приобрела острый оскал. Сделав паузу, он обвел его колючим взглядом. — И вы немного забываетесь, мистер Малфой. Вы разговариваете с заместителем Главного Аврора и, если я посчитаю нужным, я подниму вопрос о вашей замене, скажем… по причине некомпетентности. Напомните, это же вы курировали процесс сотрудничества в предыдущих… неудачных расследованиях? Малфой сидел неподвижно словно окаменевшая статуя. Выражение его лица стало нечитаемым, и только злой прищур выдавал бушевавшую в нем ярость. Он гордо приподнял подбородок, а после усмехнулся и, скопировав позу Гарри, откинулся в своем кресле со сложенными перед собой в замок руками. — Чего же вы этим добиваетесь, мистер Поттер? — О, боюсь, вы меня неправильно поняли, — добродушно отозвался Гарри. — Я только хотел поддержать разговор. Говорят, общие темы сближают, а мистер Риддл — довольно интересная личность, вы не находите? Мне всего лишь было интересно, что вы о нем думаете. — Не кажется ли вам, что ответ на ваш вопрос может быть несколько больше, чем вы можете проглотить? — насмешливо протянул тот, поигрывая в руках тростью. — Это не Америка — излишний интерес к чужой персоне может быть расценен как… подозрительный. — Что вы, мой интерес носит сугубо познавательный характер. Меня восхищают сильные личности, а заместитель Министра производит именно такое впечатление. Но если вам нечего сказать о его достижениях… — Гарри сделал многозначительную паузу и его ожидания приятно оправдались — тот, наконец, заговорил. — Мистер Риддл великий волшебник. Он гениален. С его уровнем владения магией не сравнится никто из ныне живущих, — глаза Люциуса горели фанатичным блеском, что заставило Гарри задуматься, что за гребанный культ личности построил себе Риддл. Малфой описывал его как божество и, даже если тот и был действительно могущественным, как говорил последний, Гарри не мог понять, как такой человек как Малфой мог поклоняться волшебнику с маггловской фамилией. Слова Малфоя вызывали больше вопросов, чем ответов. Тот, тем временем, продолжал: — Он — единственный, способный навести порядок в этой жалкой пародии на министерство, — с презрением процедил он. За время своей пламенной речи его лицо и глаза стали живыми, подернутыми настоящими эмоциями, а щеки тронул легкий румянец. Гарри не думал, что такое было возможно. Определенно, культ. — Звучит… очень впечатляюще, — он постарался, чтобы его голос звучал искренне. То, что сказал Малфой, вполне могло оказаться полезным. — В чем заключается его подход, если не секрет? — Почему бы вам самому не спросить его об этом? — последовал ехидный ответ. Малфой снова закрылся. Закинув ногу на ногу, он по-царски устроился в своем кресле и теперь взирал на Гарри со своей типичной высокомерной ухмылкой на тонких губах. Вся его поза говорила о том, что тот больше ничего ему не скажет. Легко улыбнувшись, Гарри взял в руки отложенный ранее документ, принимаясь заново вчитываться в длинный отчет. Он узнает больше от отца.

***

— За это время не произошло ничего, что могло бы заинтересовать вас, милорд, — он опустился на одно колено, почтительно склонив голову. — Я следую вашим указаниям, не отхожу от Поттера ни на шаг… Взмах руки подобно заклинанию немоты заставил его резко замолчать. Последовавшая пауза послала по коже волну нервной дрожи. С каждой утекающей секундой напряжение нарастало. Каким-то шестым чувством он словно видел вот-вот подступающее к кончику палочки красное свечение непростительного заклятия, направленного в точности в его склоненную голову. Его единственным желанием было закрыть глаза, но он бы никогда не позволил себе подобную слабость. Вместо этого его взгляд полностью сфокусировался на сущей мелочи — узоре дерева, пересекающем аккуратный срез досок паркета. Зрачки невидяще обводили рисунок, а давление на колено было единственным, что хоть как-то отвлекало от холодной капли пота, стекающей вниз под мантию. Он не смел пошевелиться, со смирением ожидая наказания за отсутствие полезных новостей. — Поднимись, Люциус. Он дернулся, ожидая чего угодно, но не этих слов. Не желая заставлять Лорда повторять приказ, он поспешно встал, не смея поднять голову. — Посмотри на меня. Глаза встретили бездонную черноту зрачков и в ту же секунду его мир взорвался быстро меняющимися картинками, расплывчатыми образами последних дней. Изображения стали четкими, все события и диалоги проигрывались в голове с бешеной скоростью. То, что Лорд решил применить к нему легиллименцию, только оттягивало неизбежность пытки. Он знал его достаточно хорошо, чтобы понимать, что ничего из увиденного не придаст тому хорошего расположения духа. Вторжение в голову исчезло так же быстро, как и появилось. Он резко втянул сквозь зубы воздух, а внезапное головокружение — последствие легиллименции от руки Лорда — заставило его слегка пошатнуться. — Ты свободен, — голос Лорда звучал спокойно, лицо приобрело задумчивое выражение, а уголки губ немного приподнялись. Подавив в себе искру изумления, Люциус торопливо поблагодарил его, поклонился и поспешил к выходу. Он не собирался оставаться тут ни минутой дольше.

***

Гарри выходил из ванной комнаты, когда прямо перед дверью материализовался сияющий силуэт, в мгновение ока приобретший очертания лисы, и голосом Беккера отчеканил несколько отрывистых фраз. Первая настоящая наводка. Три недели непрерывного копания и, наконец, их старания принесли свои плоды. От былой сонливости не осталось и следа. В груди поднималось эйфорическое чувство предвкушения погони, возможно, боя. По телу прокатилась волна дрожи, мышцы натянулись как струна, а в голове не осталось ничего кроме выверенного расчетливого голоса наперед выстраивающего каждый их шаг и детальный план действий. То, что по времени было около двух часов ночи, могло сыграть им на руку. Они не могли полагаться на эффект неожиданности от одного времени суток, но в комбинации с безрезультатным расследованием шестимесячной давности это могло несколько ослабить бдительность врага. Сейчас существенным было даже малейшее преимущество. В считанные секунды полотенце, обернутое вокруг бедер, оказалось на кровати, а он уже методично застегивал пуговицы аврорского мундира. Еще несколько мгновений и Гарри, убедившись, что все необходимое на месте, поспешил аппарировать в штаб. Портключ перенес их на окраину Лондона. Даже если бы они заранее не знали места назначения, окружающая обстановка говорила сама за себя: единственным освещением в грязном пустынном переулке, где они оказались, выступала полная луна, её свет отбрасывал жутковатые тени на неровные стены и высохший асфальт. С обеих сторон их окружали невысокие кирпичные здания, которые в свое время служили чем-то вроде фабрики. От одного взгляда на потемневшие окна появилось странное ощущение, что за ними внимательно наблюдают. По позвоночнику пробежал холодок и Гарри крепче сжал в руке палочку. Повернувшись к группе, он знаком указал всем рассредоточиться. Их целью было неприметное здание на другой стороне улицы, но прежде чем начать действовать, их задачей было обнаружить и нейтрализовать охранные и сигнальные чары, которые, если эта наводка действительно была рабочей, присутствовали тут в большом количестве. Медленно, они методично продвигались к своей цели, надежно скрытые от случайного наблюдателя иллюзионными заклинаниями, которые, однако, не мешали им видеть друг друга. В округе царила неестественная тишина: не было слышно ни дуновения ветра, ни крика ночных птиц. Несмотря на отсутствие тут каких-либо посторонних чар, с каждым шагом в Гарри все больше и больше росла уверенность, что они на правильном пути. В десятке футов от объекта они разделились. Если это место на самом деле каким-то образом использовалось людьми, которых они ищут, все потенциальные входы в здание будут тщательно опечатаны. Они не имели права на ошибку, нужно было действовать крайне осторожно. Их команда состояла из пяти человек, включая самого Гарри. Все роли были заранее распределены. Остальные две группы подкрепления оставались в штабе дожидаться приказа к действию. По прошествии десятка долгих минут, металлическая часть браслета на руке Гарри нагрелась, сигнализируя о первой успешной находке. Он быстро поднял запястье на уровень глаз, вчитываясь в появившиеся там строки. Оповещение поступило от Хендерсон, опытной волшебницы, с которой ему уже несколько раз приходилось участвовать в операциях в прошлом. Ее смежной специальностью являлось разрушение проклятий и она была профессионалом своего дела. Приблизившись, Гарри отметил ее сведенные брови и суровое выражение лица. Она сосредоточенно смотрела на неприметную дверь с обшарпанной краской перед собой и без остановки водила в воздухе палочкой. — Вот тут, — едва слышно произнесла она, не поворачивая головы в его сторону. — Чувствуете? Нахмурившись, он поднес руку к месту, куда указывала она, и невольно втянул сквозь сжатые зубы воздух. На долю секунды ладонь пронзило острым разрядом, и так же, как и появилось, это чувство быстро исчезло. На смену ему перед ним начали появляться пульсирующие тонкие нити, опоясывающие каждый дюйм поверхности здания. Магические потоки слабо светились, они были спокойны и едва заметно колебались, как будто под действием легкого дуновения ветра. — Что это? — так же тихо, как и Хендерсон ранее, спросил он. Несмотря на обширный опыт в выездных операциях с подобным он еще не сталкивался. — У меня есть подозрения, но сначала нужно кое-что проверить, — прошептала та, разводя руки в стороны и принимаясь бормотать неразборчивые обрывки фраз. В этот момент волшебные нити ожили, вспыхнув ярче, они словно потянулись к ней и она была вынуждена отступить. Палочка в ее руке мелко дрожала. — Нужна ваша помощь, одна я не справлюсь. Поравнявшись с Хендерсон, он сконцентрировался на сияющем рисунке и, как только она снова начала произносить слова, Гарри направил всю свою энергию на то, чтобы удерживать нити на месте и не дать им достичь ее рук. Это было… непросто. Волшебная сеть застыла, натянулась, изо всех сил пытаясь вырваться из-под его контроля. Возможно, так бы и произошло, но в какой-то момент все закончилось. С еще одним взмахом палочки, Хендерсон отчеканила заключительные слова, а нити, в последний раз дрогнув, лопнули и рассыпались мерцающими искрами. Так и не достигнув земли, они растаяли. — Отличная работа, Хендерсон. Та кивнула, слабо улыбнувшись. Пока они были заняты обезвреживанием внешней защиты, другие члены группы успели обнаружить дополнительные сигнальные и ограждающие чары, развешанные по периметру. Из-за того, что действовать приходилось с особой осторожностью, они потратили на нейтрализацию проклятий больше, чем рассчитывали изначально. Медлить еще дольше было нельзя. Внутри складского помещения было еще тише, чем снаружи. Звук собственного дыхания, казалось, отражался от стен, а единственное, что хоть как-то освещало пространство, было лунным светом, проникающим сквозь пустые глазницы окон. Бесшумно, они начали продвигаться вглубь пристройки, накладывая перед собой выявляющие чары. Помимо старого строительного мусора здесь было пусто, не было ни единого признака пребывания тут человека. То же самое ждало их и в нескольких других прилегающих помещениях. Здание старой фабрики было огромным, и разделение грозило им фатальной ошибкой. Сюрприз поджидал их у входа в одно из подземных хранилищ. С виду неприметные двери разили магией, в этот раз не было необходимости применять обнаруживающие заклинания, чтобы убедиться в этом. Жестом, Гарри указал Хендерсон и Крейгу заняться дверьми, в то время как остальным более тщательно проверить периметр на предмет ловушек. Сам он вытянул руки и сфокусировался на том, что находилось внизу, за преградой, с которой сейчас боролись двое из его лучших людей. Он не назвал бы это даром, скорее просто полезным умением. Еще в старшей школе он обнаружил в себе склонность различать магические потоки при достаточно сильной концентрации. Он знал, что это не было чем-то общепринятым, возможно, наоборот, довольно редким, поэтому старался особо об этом не распространяться. Подобное умение, между тем, было слишком полезным, чтобы не применять его в операциях, и это была еще одна причина, по которой его команда ценила его как лидера. Внутри ощущалась целая сеть, сплетенная из магических нитей, она была плотной, местами запутанной и отличалось от той тонкой паутины, с которой они столкнулись снаружи. Он прикрыл глаза, пытаясь еще больше погрузиться в эти ощущения — обнаружить источник, различить цвета. По всей вероятности источников было несколько, а само сплетение чар концентрировалось в одном центре наподобие шара. Не похоже, чтобы такое могли использовать для оповещения или в охране, это было скорее… Он резко распахнул глаза, когда раздался громкий вскрик. Крейг склонился над Хендерсон, которая теперь стояла на коленях, низко опустив голову. Ее тело пробирала крупная дрожь. Чары, опоясывающие вход в подвал, вспыхнули багровым, и это могло значить только одно. Тем, кто их накладывал, уже было известно о незваных гостях. — Приготовились, — отрывисто выкрикнул Гарри, более не заботясь о соблюдении секретности. Молниеносным взмахом палочки была выбита дверь, а уши пронзил душераздирающий вой сирены. В следующую секунду их группа уже сбегала по ступенькам вниз. На ходу Гарри послал сигнал подкреплению, а после полностью переключился на происходящее вокруг. Он с шумом втянул воздух, когда перед глазами предстало именно то, чего он точно не ожидал тут увидеть. Однако, времени на размышления не было, потому что в них тут же с нескольких сторон полетели вспышки проклятий. Завязался бой. Отразив очередное заклинание, Гарри продвигался вперед, не теряя из фокуса расположение своих людей. Судя по всему, эта группировка была застигнута врасплох: они были в большинстве, но, бросаясь непрерывным потоком проклятий, отступали к запасному выходу. Заклятие, выпущенное им в одного из противников, попало точно в цель. Ожившие цепи сковали тело коренастого мужчины, но напарник последнего быстро его освободил, позволяя тому снова оказаться на ногах. Эти люди были хорошо подготовлены, и, кроме того, они были знакомы с территорией, находившейся в их распоряжении. Тем не менее, судя по их тактике, они пытались сбежать к границе антиаппарационного барьера либо же к портключу, при этом нанеся как можно больший ущерб. К тому времени, когда к рядам команды Гарри прибавилась подмога, вместе они бы смогли остановить если не всех, то хотя бы часть преступников, но те уже успели подобраться к выходу. В следующий момент в руке у одного из них мелькнуло странное устройство, он перевел взгляд за их спины, поднял его вверх и как в замедленной съемке они наблюдали, как его палец с силой жмет на спусковой механизм. Все, что Гарри успел сделать, это раскинуть руки в стороны и, задействовав всю свою силу, создать самый мощный щит, на который только был способен. Потом прогремел взрыв.