Четвёртое крыло: Все ради выживания

«Из крупиц того, что нам известно о черных драконах, так это то, что их невозможно перехитрить. Черные — самые проницательные и умные среди своих соплеменников.»

Полевое руководство о видах драконов.

Раздел 3: «Род Дубхмадинн»

      В лицо ударил порыв ветра, густо насыщенный запахом зелени и сладким ароматом цветов. Женские ладони покоились на белоснежной чешуе дракона, который с каждым взмахом крыльев уносил их всё выше в небо.       Чистый, звонкий женский смех разнёсся над облаками, когда дракон прорезал их, словно стрела. Руки вытянулись над головой в попытке коснуться белоснежной манящей ваты.       Дракон начал снижаться, но девушка лишь чутка качнулась назад, не испугавшись сорваться. Она не сидела в седле, не держалась за спину зверя, беззаботно болтая босыми ногами. Ветер ласково щекотал пятки, и она почесала большим пальцем правой ноги левую, будто не летела на драконе, а отдыхала в летний полдень на веранде.       — Ivestragī's sōvegon ilagon naejot se nykeēdar! — Несмотря на ветер, через который было просто невозможно что-либо расслышать, дракон заурчал в ответ.       Они пронеслись так низко над землёй, что казалось — ещё немного, и пузо зверя коснётся лепестков полевых цветов, густой, сочной травы, самой зелёной, какую только можно было представить. Вкус свободы переполнял их обоих. Девушка улыбнуться во весь рот и, раскинув руки в стороны, закрыла глаза. Белоснежные волосы, спутанные с разноцветными лепестками цветов, развевались в воздухе и струились позади, точно хвост её дракона.       Тепло и уютно. Хотелось раствориться в этом мгновении, в каждой секунде и больше ничего и никогда не ощущать, кроме счастья, разделенного на двоих.       Солнце отражалось в зеркале озера посреди поляны: сначала облака, затем силуэт дракона, и наконец его белое пузо. Гигантского белого дракона. Его отражение занимало половину озера.       На лету дракон зачерпывать воду пастью. Девушка легко соскользнула вбок, чтобы коснуться нежными пальцами водной глади. Легкое белое платьице развивалось на ветру, сливаясь по цвету с чешуёй, которую девушка то и дело бережно поглаживала.       Ее легкий смех снова раздался по округе. Привкус беззаботства опьянял. Хотелось забыть обо всём, растаять в тепле и свете, стать частью этого беззаботного момента.       И когда дракон резко взмыл вверх, расправив крылья, а ветер ударил в лицо, Натаниэль вскочил на кровати.       — Санада благослови! — Мэтт от испуга спрыгнул с табурета, — Ты в порядке? — Волнение в нем тут же отогнало страх, и он в один шаг преодолел расстояние между ними.       Натаниэль схватился одной рукой за живот, где должен красоваться синяк, кой должен был остаться на скуле Мэтта, а другую запустил в достаточно плотное покрывало. Тот самый, колющий голую кожу.       Во рту было сухо, а сердце стучало ничуть не хуже, чем на парапете. Ладони вместе с шеей покрылись потом.       — Где мы? — Спросил Нил, нахмурив брови. Он бегло осмотрел помещение. Место казалось незнакомым, но предположительно…       — В лечебнице академии. Ты вырубился, помнишь? - Мэтт присел на табурет, предварительно пододвинув его ближе.       Натаниэль тут же потянул нижний край черной водолазки вверх и оголил живот с нечеткими очертаниями пресса. Он ненавидел раздеваться перед кем-то, но ему требовалось убедиться, что на нем нет синяка, ведь удар был такой силы, после которого даже вздохнуть было невозможно.       — Тебя подлатали. — Ответил Мэтт, когда Натаниэль провел пальцами по молочной коже.       — Уже пришел в себя? — Раздался женский голос. Цокот каблуков становился всё ближе, и рука ловко отдёрнула в сторону зелёную штору. — Привет, Натаниэль, — Поздоровалась Эбигейл Уинфилд - целительница, которую он знал с самого детства.       — Привет, Эбби. — Нил опустил водолазку и кивнул женщине с невысоким хвостом коричневых волос и с привычным усталым взглядом. Наверное, самым неизменным в этом мире будут наполненные печалью и лаской ее темно-карие глаза.       — Как самочувствие? — Спросила она и поправила свой зеленый халат.       Каждый квадрант обозначен цветом: всадники — в черном, писцы — в бежевом, пехотинцы — в синем, а целители — в зеленом.       — Я в порядке. — Натаниэль коротко кивнул и быстро повернулся к Мэтью, — Сколько я был в отключке?       — Не больше двух часов, — Мэтт дернул плечами.       — Построение… — После прохождения парапета начинается распределение по секциям и перекличка. Это пропускать строго не рекомендуется.       — Не волнуйся, чувак, — Мэтт продолжал сидеть на табурете и совершенно не переживал, что они могли пропустить первое в их в жизни построение, — Они приостановили испытание из-за дождя. — Парень коснулся своей скулы и нахмурился от фантомной боли, а после пересел на кровать и рухнул на нее, — Ты бы знал, как у меня болит спина, эти табуретки хуже парапета!       Натаниэль продолжал недоверчиво пялиться на Мэтью, а после того, как пару раз перевел свой взгляд с Мэтта и Эбби, решился спросить:       — Приостановили?       Мэтт с недоумением кинул:       — Конечно, они же не сумасшедшие. Даже самый подготовленный может поскользнуться. Зачем им ненужные потери? Тем более в квадранте Всадников.       Нил перевёл взгляд на Эбби.       — Да, ты и еще пару человек были последними до того, как парапет перекрыли.       В голове сразу возник вопрос: дошел ли Рико?       — Всадники с водной печатью его высушили. Чув-а-ак, ты бы видел это представление! Просто невероятно! — Воодушевился Мэтт, показывая руками волны, — Вода извивалась в воздухе!       — Жаль, что я пропустил, — Ответил Натаниэль без особого сожаления. За всю жизнь в Басгиате он видел разного вида магию, — Эбби, найдутся для меня бинты?       Женщина кивнула. Подойдя к столу и вытащив из тумбочки пару эластичных бинтов, она передала их Нилу.       — Мэтью, ты можешь подождать Натаниэля снаружи, он выйдет за тобою через минуту, — Тактично, но твердо намекнула она ему.       Мэтт кивнул и вышел.       — Не ожидала, что ты пойдешь в квадрант Всадников, — Честно призналась Эбби, когда Нил стянул с себя штаны. Женщина не только видела все его шрамы, но и лечила большую часть из них, поэтому перед ней не было стыдно показывать… себя.       — Решения никогда от меня не зависели.       Штаны соскользнули до щиколоток. Руки привычно, почти машинально, обвили бинтами колени, накладывая тугие витки вокруг колен. Суставы ныли от боли. Нил сжал челюсть, чтобы ни один недостойный звук не вырвался наружу.       Эбби вздохнула и покачала головой:       — Я была уверена, что Натан на это не пойдет.       Нил горько хмыкнул.       — Значит вы плохо знаете моего отца.       Уинфилд промолчала, хотя по ее решительному вздоху, Нил ожидал привычных нотаций. Она лишь поджала губы и вернулась к письменному столу. Стул заскрипело под ее хрупким весом. Наверное, только ее он и горазд выдержать.       — Как бы сильно я ни переживала за тебя, — Начала она, — Тратить силы на тревогу бессмысленно. Поэтому скажу только одно, Натаниэль...       Она перевела взгляд на Нила, который с трудом поднялся с кровати. Боль отразилась на лице, но он быстро спрятал её за привычной маской отрешённости.       Уинфилд на мгновение показалось, что она видит отражение молодого генерала Веснински.        — Я всегда готова тебе помочь.       Первые шаги дались с трудом, но боли привычна. Она сопровождала как физически, так и морально большую часть его жизни.       — Не нужно обращаться со мной, как с особенным. — Грубо отрезал Нил, даже не взглянув на женщину. Она проработала на военной службе слишком долго, чтобы оскорбляться грубости совсем еще зеленого кадета.       — Ты всегда был особенным. — В тишину ответила целительница, ибо дверь за Веснински уже захлопнулась.       Деревянный пол, каменные надёжные стены — всё казалось знакомым. Планировкой квадранта Всадников, похоже, занимался тот же человек, что и головным корпусом. Только здесь обстановка была куда скромнее: ни тебе дорогих гобеленов, ни портретов исторических личностей, ни декоративного оружия на стенах. Суровость пространства не маскировалась ни роскошью, ни теплом. Здесь было… пусто? Строго? Впрочем, чему удивляться.       Мэтью, как было обещано, ожидал терпеливо за дверью. Оттолкнувшись от холодной стены, он без лишних слов повел Нила на выход.       Между ними возникла какая-то странная тишина, которую нарушал лишь скрип дерева под подошвой.       — Получается, мы сделали это. — Тихо сказал Натаниэль.       Мэтью кивнул.       — Да, мы сделали это.       На этот раз они кивнули одновременно будто бы убеждая самих себя в том, что они прошли первое, и до трясучки страшное испытание. Они выжили.       — И мы теперь кадеты. — Утвердительно продолжил Нил.       Снова молчаливый кивок.       — Твою мать! Слава Санаде! — Взорвался Мэтт и широко улыбнулся, — Мы прошли парапет!       Натаниэль не смог сдержать поджатую улыбку и позволил ударить себя по плечу.       — Хвала богам! Я думал, что умру, когда поскользнулся! Моя рука сама потянулась вверх, и кто-то прошептал: «Ты не умрёшь сегодня», и тело будто не мое вовсе, потянуло меня вверх!       Натаниэль осознал, что из-за происшествия у парапета они даже не успели порадоваться тому, что попросту выжили, а не стали кадетами всеми желанного квадранта Всадников.       — У меня кровь застыла в жилах, когда ты чуть не сорвался, — Признался Нил. Мэтт, ликуя, обхватил его голову и взъерошил бело-рыжие волосы.       — Да кто бы говорил, скромняга! Ты бежал по парапету так, будто каждый день это делаешь! А дракон?! — Он резко отстранился и его глаза широко раскрылись, — Не могу поверить, что это был белый дракон!       Натаниэль кивнул и зачесал взлохмаченные волосы. Его одежда и голова были полностью сухими, как и стоящий рядом Мэтт. Может, и тут всадники с водной стихией постарались?       — Не ты один. О белых я не читал ни в одном источнике, — Веснински приложил руку к подбородку и напряг голову, — Я такое бы точно запомнил.       Они начали спускаться по каменной лестнице широкого коридора. Из решёточных окон лился свет. Однако такого освещения крайне недостаточно, поэтому по всей академии развешаны настенные магические огни. Бесконечные свечи, если говорить простыми словами.       — А что, если он такой как ты?       — Как я?       — Ну, я имею в виду… — Мэтт попытался подобрать правильные слова, — Люди не рождаются с седыми волосами, а у драконов нет белого рода… — Парень почесал затылок и зашипел себе под нос, — Но существуешь ты и существует этот дракон. Может…       — Может он тоже болен? — Слова на вкус вырвались подобно яду.       — Нет-нет! — Мэтью замахал руками, — Черт… Прости. Я не то имел в виду.       Натаниэль отвел взгляд и глубоко вздохнул. Даже если это и имелось в виду, Натаниэль не должен реагировать так остро. Не должен, но что поделать с предательскими эмоциями?       — Хорошее предположение, кадет, — Отозвался незнакомый голос со стороны арки в широкий зал.       Оба мигом развернулись и схватилась за рукоять оружия: Нил за кинжал у ребер, а Мэтью за…палку? Нет, то было деревянное древковое оружие, сложенное в два с железным стержнем соединяющим части.       Из-за колонны появился мужчина во всем черном.       — Я ставил на то, что ты не пройдешь парапет, — Он скрестил руки на груди.       Нил оглядел мужчину и охнул.       — Джексон. — Пробормотал Нил, будто бы глаза обманывали его.       — Натаниэль.       Джексон Димаччио — сын полковника Патрика Димаччио, правой руки генерала Веснински. Он выпустился из академии вместе с Лолой, когда как Ромеро стал третьегодкой.       — Думал, ты мертв. — Сказал Натаниэль. Они не виделись с похорон Лолы. Возможно, он и присутствовал на похоронах Мэри, но Нил получил соболезнования только от его отца.       — Аналогично. — Джексон был высоким, бледным и черноволосым парнем с двумя изумрудами в глазах. Его непослушные волосы прилизаны прямо как у полковника. Лола всегда взъерошивала их, утверждая, что лохматые ему идут больше.       — Это… — Шепотом встрял Мэтью, и приблизился к Натаниэлю. Он пытался разглядеть нашивку на груди, видимо, не разбираясь в погонах на плечах, — Кто?       Нил не успел открыть рот. Суровый голос Джексона привлек все их внимание:       — Больше уважения к лейтенанту, кадет. — Он коснулся кончиком указательного пальца нашивки в виде драконьей чешуи, — И к вашему преподавателю.       Глаза Нила полезли на лоб, а Мэтт выпрямился по стойке смирно, приложив руку в висок.       — Примите мои извинения, сэр! — Выпалил он со страхом в голосе, — Это было неуважительно с моей стороны, сэр!       — Вольно, кадет. — Джексон махнул рукой, — Тут я занимаю должность вашего лектора. Однако не думаю, что подобная бестактность пройдет мимо генерала, — Он сузил зеленые глаза и точь-в-точь повторил выражение полковника Димаччио, — Изучите погоны и нашивки до начала лекций, новичок.       Мэтью не мог нормально сглотнуть под острым кошачьим взглядом.       — Так точно!       Запугал бедолагу…       Натаниэль скептично оглядел напарника, а после Джексона, самого близкого друга Лолы и, по совместительству, приятеля Ромеро.       — Держи, — Димаччио кинул черную баночку, которую Натаниэль подхватил в воздухе. — Закрась волосы до того…       — Я не буду закрашивать волосы. — Перебил его Нил и бросил баночку краски обратно.       Джексон нахмурился.       — Ты слишком выделяешься. Не в хорошем смысле. В толпе достаточно поднять глаза, чтобы найти тебя, понимаешь к чему я веду? — Он выжидающе взглянул сначала на Нила, а после на Мэтью, — Вот твой приятель понимает, а ты хватаешься за принципы, которые сведут тебя в могилу.       Перед лицом предстала картина умирающей матери. Никакие деньги и золото ее бы не спасли. Она впервые за многие годы коснулась его макушки и пригладила непослушные волосы. Ее взгляд был наполнен тревогой.       «Натаниэль, пообещай… что ты никогда не будешь бежать себя самого. Побег от истины, это лишь отсрочка столкновения с неизбежностью. Обещай мне…» — Это были её последние слова, прежде чем блеск в глазах угас, а черты лица смягчились после долгих страданий.       Нил прикусил нижнюю губу, когда ему вновь подбросили краску. Он сжал ее в руке, покрутил, а после поднял твердый взгляд на Джексона.       — Нет. — Он достаточно настыдился. Хотя бы раз в своей жизни он хочет проснуться с высоко поднятой головой. И не важно, что решился на этот шаг он впервые за двадцать лет в квадранте Всадников, где в любой момент твое имя может оказаться высеченным на камне.       Баночка снова оказалась у Джексона, но на этот раз ее убрали в карман черной шинели.       — Предупреждение Ромеро показалось мне неудачной шуткой. — Хмыкнув, Джексон наклонил голову набок, и изумрудные глаза будто бы впервые разглядели перед собой Натаниэля. — Я и забыл, что ты тоже Веснински.       Нил нахмурился.       — Поторопитесь кадеты, скоро построение.       Спускались оставшийся путь они в гробовом молчании. Напряжение после встречи с будущим преподавателем были не из лучших. Давящая аура Джексона ощущалась за километр.       — Этот человек пугает, — Прошептал Мэтт со страхом, что сейчас Димаччио выпрыгнет из-за угла, — Что сын полковника Димаччио забыл в тылу? Его способности полезнее вне боя?       Натаниэль покачал головой:       — Его метка засекречена, но даже так, причина не в этом.       Они спустились на первый этаж и вышли на улицу, прямо на широкий, залитый светом внутренний двор цитадели, куда могли вместиться тысячи всадников. По форме он напоминал угловатую каплю, чей закругленный конец был образован гигантской внешней стеной не меньше десяти футов. Внушающая драконья ротонда, соединяющая два здания, служила входом в зал собраний и библиотеку.       — Во времена гражданской войны, пять лет тому назад, его вместе с драконом сбили в полете. Он сломал позвоночник, а дракон повредил крыло. Их нашли только через пару дней, а как ты сам знаешь, чем больше срок со дня получения травмы…       — Тем бесполезнее становится целитель… — Закончил Мэтт, и печаль отразилась на его лице, — Точно! — Вдруг воскликнул он, хлопнув себя по лбу, — Совсем забыл! Парень, что вырубил тебя это…       Раздался громкий колокольный звон, знаменующий закрытие ворот квадрантов, а значит пришло время подсчёта и перераспределения по секциям.       Натаниэль взглянул на широкий помост посередине двора, по которой поднималась знакомая фигура коменданта и двух всадников со свитками, а за ними и писец в своих бесформенных одеяниях.       — Позже. Нам пора, — Отрезал Нил и повел потерянного Мэтта через такую же не понимающую толпу к каменной возвышенности.       Громкий и твердый голос раздался по всему двору:       — Триста двадцать один из вас пережили парапет и стали кадетами, — Начал полковник и по совместительству комендант Димаччио, — Неплохо. Триста семнадцать с ним не справились.       Натаниэль переглянулся с таким же шокированным Мэтью. Почти пятьдесят процентов. Это учитывая, что парапет перекрыли, а не заставили проходить испытание при ужасных условиях. Даже ветра сегодня не было…       — Вот почему парапет перекрыли и высушили… — Осознание ударило в голову.       — Разве так делают не всегда? — Мэтт чуть наклонился, но не отрывал глаз с отца Джексона.       — Нет, на моей памяти испытание ни разу не приостанавливали. — Натаниэль с напряжением разглядывал высокую фигуру Димаччио, всеми силами надеясь, что их глаза не пересекутся. У него от правой руки отца мурашки по коже, — Думаю, это было вынужденной мерой, так как в прошлом году парапет не прошло двадцать пять процентов, что в три раза превышало показатели десятилетней давности.       Смертность растет среди новобранцев, и верха это заметили. Они не могли допустить, чтобы парапет прошло меньше двухсот человек. На фронте всегда нехватка всадников, а кризис будет вовсе не кстати.       — Звучит плохо.       — Это очень плохо. — Натаниэль сжал руки в кулаки, — Рождаемость с каждым годом падает. В гражданской войне мы понесли слишком много потерь, тогда как на границах королевства неустанно велись и ведутся боевые действия. Защита границ медленно истощает. Мы пустили в ход самых сильных, а теперь…       Мэтт огляделся по сторонам и тихо спросил:       — Думаешь, мы на грани?       — На очень тонкой грани.       — Как сказано в Кодексе, теперь начинается настоящее испытание! — Радостно продолжил Димаччио, и его хохот разнёсся над сотнями голов. — Вас будут испытывать, на вас будут охотиться, и только инстинкты и умения спасут вас до Молотьбы. И если вас на ней выберут драконы, вы станете всадниками, а если нет… — Он хищно осмотрел напрягшихся кадетов, — То у вас будет шанс попробовать снова! — Его смех снова раздался по площадке. Кадеты хватались за сердца и вздыхали от облегчения. — Дисциплина, — Он указал на людей пальцем, — Наше все. Только на порядке держится любая структура. Последнее слово всегда за командиром Крыла, и не советую доводить ситуацию до моего вмешательства… Вам это не понравится. Передаю слово командирам.       Полковник ушел с помоста вместе с помощниками, позволив старшим всадникам занять места на помосте.       На помост поднялся неторопливым и твердым шагом мускулистый парень с нашивкой драконьего крыла на груди, а за ним трое всадников с нашивками отряда.       В квадранте Всадников существует четыре отряда и в каждом из них по три секции: Пламени, Когтя и Хвоста. Как правило, командиром отряда становится второгодка, а командиром Крыла — третьегодка.       — Я Грэйсон Джонсон, старший командир квадранта и глава первого Крыла. — Нилу он не понравился с первого взгляда, — Как назовут ваше имя, встаньте в строй командира своего отряда.       Один за другим кадеты двигались в толпе к строю, и Натаниэль невольно начал подмечать, кто первогодка, а кто уже не новичок. Да, вся эта толпа состояла не только из новоприбывших.       — Рико Морияма! — зачитывал парень с двуручным мечом за спиной.       К шоку Натаниэля, парень минуту назад представился Кевином Дэем — тем самым, с кем они виделись в последний раз, когда им было меньше восьми. Он едва узнал его: человек перед ним почти не имел ничего общего с тем образом, что сохранился в памяти…       Натаниэль постарался переубедить себя, что мыслям о Кевине не место в его голове. Она и так забита, как переполненный чемодан.       — Поскорее бы этот день закончился. — Устало выдохнул он себе под нос.       — Жан Моро! — Прозвучало следующее имя.       Они оба выжили.       — Значит, тот придурок в первом Крыле. — Подтвердил Мэтт.       Натаниэль кивнул.       Когда первый отряд закончил распределение в свое Крыло, на помост поднялся знакомый блондин с яркой улыбкой:       — Добрый день, дорогие новобранцы и старые товарищи! — Он встал подле Грэйсона, а рядом с ним у помоста командиры секций, — Я Джереми Нокс, командир второго Крыла.       И последовала аналогичная процедура.       — Николас… — Девушка из секции Когтя запнулась и перепроверила список, — Николас Хэммик! — Ее голос сквозил радостью.       — О! Он у нас? — Отозвался Джереми с места. Его тоже порадовала новость о некоем Николасе. Странная реакция на обычного новичка.       Последним именем новобранца было Эрик Клозе, и на возвышенность поднялся Сэт Гордон, который не нашел интересным вести себя дружелюбно. Он лишь быстро приказал командирам секций начать зачитывать имена.       Натаниэль и Мэтью отошли подальше от толпы, постоянная давка начала изрядно надоедать.       — Рене Уокер! — Крикнула высоким голосом девушка из секции Когтя, — Марисса Бейкер!       Когда третье Крыло озвучила свой список, Мэтт огрызнулся и схватился за голову:       — Твою мать, боги издеваются над нами!       — Не волнуйся, если нас нет в списках, мы не отправимся домой.       — Нет же! — Мэтт указал на фигуру, поднимающуюся по помосту, — Я об этом!       Натаниэль проследил за направлением и увидел, как ненормальный, что вырубил его при их первой встрече, встал подле Сэта, нахально улыбаясь.       — Тот, кто вырубил тебя, это…       — Эндрю Миньярд, командир четвёртого Крыла. — Представился блондин, и сердце Нила ушло в пятки. Остальные всадники обходили его стороной, а Гордон покосился на него недовольно и отступил на шаг, словно он есть воплощение опасности.       Перед ним предстал сын Джозефа Миньярда — лица восстания пятилетней давности и убийца Лолы Веснински.       Остальное было как в тумане. Натаниэль не мог отвести он него взгляд, несмотря на напекавшее голову солнце, на Мэтта, пытавшегося до него достучаться, на толпу, которая становилась все более структурированной.       — Элисон Рейнольдс! — Озвучивала стальным голосом бритоголовая с щитами на предплечьях и на спине, — Кэти Фердинанд!       Натаниэль сфокусировал свой взгляд на шее Эндрю, на которой можно заметить четкие очертания татуировки. Она выглядывала из-под тонкой водолазки. Как Натаниэль сглупил! Сын предательской мрази был прямо перед глазами, а он даже не заметил. Он мог убить Миньярда прямо подле парапета. Он мог отомстить за Лолу, но из-за своей невнимательности пропустил идеальный момент поквитаться.       — Мэтью Бойд и Натаниэль Веснински! Встать в строй! — Требовательно закончила девушка и передала список Эндрю, что встретил ненавидящий взгляд Натаниэля.       В глазах Эндрю пылала ненависть не хуже. Они буквально прожигали друг в друга, пока Мэтью тащил приятеля за собой в строй четвёртого Крыла.       Этот ублюдок все продумал. Теперь Натаниэль, сын палача Джозефа Миньярда, низшее звено в цепи подчинённых Эндрю-сука-Миньярда.       И глядя друг на друга, они это понимали. Эндрю смотрел на него сверху вниз с помоста и, сжав пергамент в руке, победоносно улыбнулся, от чего у Нила вздулась вена на шее.       Он убьет его, чего бы это не стоило.       Командиры по одному зачитывали воодушевляющую речь и, пока до Эндрю не дошла очередь, Нил этого не заметил.       — После парапета вы чувствуете себя непобедимыми, не правда ли? — Начал Миньярд, смотря прямо на рыжеволосого с серебристыми кончиками, — Неприкасаемыми? Избранными? — Все вокруг начали аплодировать в знак подтверждения, кроме тех, кто стоял впереди строя — старших. Новобранцы считали его речь подбодряющей, но Нил ощущал, что что-то тут нечисто. — Давайте-ка проверим, так ли это.       Наряду с аплодисментами и свистом к ним присоединились звуки драконьих крыльев, разгонявшие воздух.       Все подняли глаза к небу, в поле зрения показался целый строй драконов. Рядом Мэтт ликовал от радости и адреналина. Натаниэль же не удивился представлению, как остальные. Драконы разной расцветки приземлились на верхнюю стену. Вниз посыпался песок. Теперь стало понятно, что массивные стены были возведены не для защиты…       Драконов было чуть меньше десяти, но внимание Нила привлек черный, самый большой среди остальных. Он выбрал себе место прямо посередине строя и сверху помоста. Натаниэль знал, что не стоит смотреть на драконов, особенно им в глаза, поэтому засунул свое любопытство поглубже, выставив голову перед собой. Женская спина его командира была тем, что было ему необходимо.       Вместо радостных возгласов начали доноситься крики. Все хотят стать всадниками, покуда не встретятся с огромным, покрытым шипами и чешуёй огнедышащим существом, способным убить тебя одним длинным когтем.       Они были массивными, заслоняли собой солнечный свет и глядели на людей своими прищуренными золотистыми глазами с нескрываемым отвращением и осуждением.       Если бы люди не нужны были им для развития способностей, проявляющихся от связи и печати всадника, чтобы укреплять защитные чары вокруг Наварры, то они бы истребили их еще тысячелетия тому назад. Им люди необходимы, дабы защищать долину за Басгиатом. Они называют ее своим домом, самым безопасным местом для взращивания детенышей.       Из строя выбежал курсант и бросился с криком к парапету. Все обернулись именно в тот момент, когда красный дракон открыл пасть и огонь плеснул из его длинного горла прямо на курсанта. И как по сценарию, отовсюду стали доноситься вопли и крики. Огонь хлестал то с одной стороны, то с другой.       Натаниэль видел, как драконы убивали людей, поэтому лишь схватил Мэтта за рубаху и предупредил:       — Побежишь — умрешь.       — Я похож на труса? — От прошлого энтузиазма ни следа не осталось.       Черный дракон наклонил голову в их сторону.       Даниэль, как ранее представилась девушка с бритой головой, крикнула:       — На землю!       Все четвертое Крыло по команде опустилась на корточки. Кроме Нила.       Ну уж нет. Он не будет пресмыкаться пред этим огромным, до безумия свирепым и страшным существом. Не узнать данного дракона для любого писца все равно что забыть собственное имя.       Чёрных драконов можно встретить крайне редко, а стать его всадником подавно. На данный момент на службе находится всего два чёрных. Кода — дракон главнокомандующего генерала Морияма и дракон Командира Эндрю Миньярда — Дабхглас.       Узкие золотые глаза остановились на хрупкой фигуре, и Натаниэль с вызовом поднял голову, встретившись с драконом взглядом. Если дракон захочет убить кого-то, то он найдёт любой повод. Особенно, когда твой всадник желает его скорой кончины.       Пасть черного дракона приоткрылась, а ноздри затрепыхались. Натаниэля обдало горячим паром, прежде чем по всему двору разнесся громкий гортанный рев. Дабхглас заревел прямо на Натаниэля. Его даже немного отбросило назад.       Драконы рядом заверещали и переминались с лапы на лапу, дистанцируясь от разъярённого соплеменника.       Запах из пасти был просто отвратительным, а одежда теперь вся покрылась слюной и соплями, но Нил на это ответил расправленными плечами и поднятым подбородком.       Дракон закрыл пасть и фыркнул, прежде чем взмахнуть широкими крыльями и взлететь ввысь. Камень под ним осыпался, но структура даже не пошатнулась.       — Кто-нибудь еще желает проверить себя на неуязвимость? — Вместо нахальной улыбки, на лице Миньярда заходили желваки, — Запомните, тут вы никакие не герои и не избранные. Вы либо всадник, либо мертвы.