Теплонищета

— Бля, прикинь, такой вбуханный клиент попался, что.. - Тут же начинал рассказывать бармен, только переступив порог квартиры. За эти пару секунд, он уже успел споткнуться о что-то в темноте коридора. Кстати, именно из-за этого, чаще всего, они и могли поругаться с Экселем, ибо тот просто игнорировал существование света. Будто специально садил своё зрение сильнее, зато сидел в комфорте и покое, пока не возвращался хозяин, наводя тут некоторую суету, - ..Ёпт твою мать, - ругался мужчина, когда ему уже в лицо светили экраном телефона, чья яркость была выкручена на сотку, - Включи свет, ну! - Продолжал ругань Рэми, пока его приказ смирно выполняли. Из-за резкого появления света они оба зажмурили глаза, а потом, открыв их, уже лукаво смотрели друг на друга. И так каждый вечер.  — Что он? - спрашивал дизайнер, отставляя свои кеды, о которые кое-кто споткнулся две минуты назад. Выключая наконец и телефон, он собирался слушать, но не терпел, пока бармен скинет своё старомодное пальто. Не ждать же ему, как в приёмной больницы или в зале суда. Вместо этого проходил вглубь комнаты, параллельно включая свет и в ней, пока ноутбук был покорно оставлен на подоконнике.  — Чем ты тут дышишь, - наигранно морщась от спёртости воздуха здесь, Рэми распахивал окна. В комнату подуло морозной свежестью и тогда он уселся на свою кровать, которая была немного неаккуратно заправлена. Может, он и не чистюля, но с детства оставалась привычка убирать кровать без складок на ней, поэтому съёрзанное покрывало выдавало преступника. — Бля, Селя, косяк за косяком, - бурчал мужчина, поправлял свою кровать, а потом доставал из кармана два купона, - Клиент под конец решил свои деньги раздавать, почти весь бар угостил, а мне вручил это, - Рассказывая, бармен уже передавал бумажки в руки программиста, который быстренько поправлял свою чёлку, параллельно читая надпись.  — Бесплатный поход на каток? Интересно же, - сразу восклицал тот, а затем ложил купоны на тумбу. Сам не понимая чего тут примечательного, забирал ноутбук, усаживался на диван и старательно сохранял свой файл. Из всего уважения к отдыху, который требовал организм, тот никогда не работал ночью. Ну, или скорее, до того момента, как хозяин вернётся домой, чтобы поговорить с ним и обсудить что-то новое. Может, у дизайнера ничего такого и не происходило, зато бармен возвращался с различными историями, которые или злили, или наоборот сильно веселили, вызывая широкую улыбку.  — Я даже на коньках стоять не умею, - вздыхал Рэми и обыденно начинал переодеваться, прикрываясь лишь дверцей шкафа. Он совсем переставал его стесняться за те две недели, которые прошли с того момента, как они решили, что будут проживать вместе ещё долго. Ключ как раз-таки должен быть готов завтра, - Тем более, нету времени на такую ерунду время тратить.  — Взял бы выходной.. - разумно говорил Эксель, ещё сильнее залазя в экран ноутбука, лишь бы даже мельком не видеть чужое тело. Ему-то вообще всё равно и совсем не противно, но просто не хотелось смотреть. Да и любоваться почти нечем, только спиной возможно. Трусы же никто не снимает, хотя если и снял бы, то он тоже не смотрел, а наоборот быстрее убежал на балкон, - И компанию хорошую.. Научиться кататься — проще простого.  — Ну так возьми выходной, раз такой умный, - отвечал мужчина, а затем, усаживаясь рядом с ним на диван, уже переодевшись, укладывал голову на его плечо, - Я купоны дам, девочку сводишь какую-нибудь.. - Говоря чуть тише, даже пленительно, Рэми "проходился" по его руке средним и указательным пальцами, вызывая волну мурашек, - Молодые ещё, отдохнёте там.. - Продолжая это говорить, он сильнее раздражал программиста, который был раскрыт в своём обмане: тот совсем ничего не сохранял, а до этого просто смотрел на рабочий стол.  — А ты чё ж никого не сводишь? - закатывая глаз, мужчина громко вздыхал и скидывал чужую руку с себя. Зато голову уже не сталкивал, а просто открывал вкладку ютуба, которую дёргал в случаях того, когда совсем нечем заняться. Забавно лишь то, что бармен замечал и пару других вкладок, которые относились к недетскому рейтингу. Ну, а что, тот ведь всё равно дома один, пускай развлекается, как хочет. — Или кандидаты все пропали?  — Да один кандидат был, но он мне всё настроение своими кедами испортил, - жаловался Рэми, поднимая свою голову с его плеча. Прозевавшись, он видел, как программист даже ничего не писал в поиск, а просто застыл, раздумывая над язвительным достойным ответом. Что, что, а шутливо поругаться надо по расписанию. Такое они умели, перед тем, как начать разговор по душам. Однако бармен не сдерживался и уже слегка смеялся, поднимаясь с дивана, пока пружины лишь тихо застонали.  — Ладно, пошли через дня два, - соглашался мужчина, откладывая свой ноутбук. Вставая за ним, его лицо тоже приобретало милую улыбку, - Пошли, я нам карбонару готовил, - Идя на кухню, он разминал себе поясницу, которая почему-то сильно конючила. Хозяин же хвостиком бросился за ним, услышав про вкусный ужин. Уже неважно что там с катком, с клиентом и со всем миром. Вкусно покушать он любил, особенно, если не нужно готовить и если это сделано за счёт Экселя. Разговаривают они всегда то громко, то тихо, выстраивая странную динамику. Вот если бы они вместе записывали голосовое, то там скорее вырисовывалась кардиограмма, ещё и какого-нибудь деда, страдающего аритмией. Главное, что им было комфортно так, когда они вдвоём пытались удивить друг друга своим днём. Рэми, конечно, полегче, ибо у него хватает пьяных историй от всяких дебошир, что переодически портили ему жизнь, зато веселили его собеседника, который периодически даже мог поперхнуться едой, начиная смеяться. Только ближе к более позднему часу они переходили к другим темам. Более глубоким и более раскрывающим их как личность. Тогда узнавался и любимый жанр в музыке, и школьные годы, что уже немного составляло картинку друг о друге, хотя и карикатурную.  Рэми — экзистенциалист, попробовавший всё что можно было ещё подростком. Вырос в семье, где деньгами можно было и подтираться, пока самому сыну приходилось мыть фары машин, чтобы в кармане водились хоть три копейки. Его плейлист, который был включен лишь единожды, наполнен всеми жанрами музыки, но он знает абсолютно все треки наизусть. Особенно, если в них говорится о крепкой дружбе, которую он больше всего ценил между человеком о собакой.  Эксель — скорее скептик, который старался попробовать, но ему очень рано вырвали крылья. Сначала думает — потом говорит, а чтобы сделать что-либо, то думает дважды. Не будет кричать на всю улицу «вот это мой бывший, он мне в подъезде сосал», а промолчит, ибо скорее сосал бы он (благо таких ужасов ещё не происходило). Не боится активно высказывать своё недовольство, если это правда ему мешает, но, если терпимо, то может и заткнуться. Склончив к лёгкой паранойе, которая часто стопорит его, однако, если это вовремя заметить и подсказать ему, то из него выйдет очень неплохой толк.  Кратко они бы друг друга так и описали, хотя особо и не лезли в душу. Нельзя сказать, что они не собирались этого делать. Скорее знали, что время ещё придёт, поэтому, когда похолодало, то уже прекращали сидеть на балконе, ради очередной болтовни. Всё равно, пока убирали кухню, поочередно умывались и укладывались в постель, то успевали многое обсудить, хотя до сих пор осторожничали, проверяя границы дозволенного.  — Так, как звали твою собаку в.. - не успевая до конца задать вопрос, программист тихо шмякался на диван, который вновь страшно заскрипел, напоминая звуки из ада. Именно из-за этого, мужчина и заткнулся, приподнимаясь с постели, осматривая мебель, которая по ощущениям должна была разломаться на куски, иначе это никак и не прокомментировать, - Мне кажется, что я его сломал.  — Не неси ерунды, - говорил хозяин квартиры, до того, как тоже усесться на диван и доломать его полностью. Ножки его, финальный раз простонав в агонии, съехали ближе к полу и мебель буквально села вместе с барменом, что даже тихо ойкнул. Чтобы не отбить себе ничего, он резко поднимал свои ноги, удерживая их на 45 градусов, немного задевая и соседа, который громко выругнулся, осознавая то, что ему больше негде спать, - Ладно.. - вздыхал мужчина, а потом тяжело вставал с дивана, приценивая весь ущерб, - Доломал его я, поэтому спи на кровати, а я на полу подремлю.  — Тебя за язык никто не тянул, но спасибо, - говорил Эксель, до этого тихо усмехнувшись. Было приятно, что его не заставили валяться на полу, хотя и немного обидно за своё вип-ложе. Может, оно и было низкого класса, зато не приходилось потом мучать себя за то, что бармену приходится спать на холодном полу, которого спасало лишь одеяло под ним. Его же бережно пожертвовал сам дизайнер. Лишь бы спать спокойнее.  Они гасили свет, ещё слегка поговорили шёпотом, правда не на прошлые темы. Сейчас уже обсудили насчёт того, что нужно купить ещё одну кровать. Понятно конечно, что скорее программисту нужно приобрести её за свои деньги, но сошлись они на каком-то расплывчатом мнении. Грубо говоря, ни к чему и не пришли, ибо Рэми, когда он только улёгся нормально, то тут же захрапел, обрывая их разговор. Может, кто-то бы и возник в таких обстоятельствах, но Экселю наоборот так спокойнее, ибо этот остолоп всегда имел какие-то проблемы со сном, будто состоял с ним в тревожно-избегающих взаимоотношениях. Уже под храп засыпал и сам программист, размышляя уже о том, что придётся недолго сидеть на гречке, зато никто не будет спать на полу. И на сломанном диване.  […] С утра же была картина маслом. Почему-то именно сегодня было поразительно удобно. Не жарко и не холодно. Может, из-за того что в спину больше не упирались старые пружины, а может, из-за того, что удобно была закинута и рука, и нога. Было какое-то равномерное распределение тепла, приятный запах и даже солнце противно не било в глаза. Почти всё встало на свои места, когда Эксель проснулся и первое что видел — чужое сонное лицо.  Свою руку он закинул на плечо бармена, пока его приятно обнимали за талию. Ответно программист обхватил его своей ногой, прижимая чутка ближе. Одеяло же давно скинуто в другую часть комнаты, пока они, плотно обнявшись, спали рядышком на полу. Есть вариант, что без привычки Эксель и скатился с кровати, но тогда должен был бы обязательно проснуться. Конечно, он не сильно был против чужих посапываний, но всё равно сильно сконфужен тем, что практически сам обнимал своего соседа, с которым у них только дружеская дружба и они просто братва на всю жизнь. Они явно не те, кто будут друг другу дышать в лицо, но раз уж так судьба сложилась, то можно было бы и воплотить кое-что в жизнь.  Осторожно, чтобы не разбудить другого, он вытягивал свою вторую незанятую руку и подносил к чужому личику. Диковато, до сих пор сильно опасаясь, тот аккуратно касался его щетины. Ловко и мягко программист провёл по ней всеми пальцами и убедился в своей давней догадке: она была мягкая и эластичная. Не сказать, что совсем подростковая, но по-своему хороша. Во всяком случае, не кололась бы при поцелуях, что делает его абсолютным счастливчиком. «Его» имеется ввиду Рэми, а не дизайнера, который всё не мог остановиться щупать подбородок, будто он впервые увидел мужика.  — Мм, - предсказуемо быстро просыпался бармен, приоткрывая свои глаза, а затем зевая во весь рот. Сам же программист быстро убирал свою руку, оказавшись чуть ли не пойманным с поличным, - А, это очередной сон, где мы переспали с Экселем.. - тихо, сонно, но весьма чётко произнёс он.  — В смысле, блять, очередной?