Не потерять друг друга

Десять лет назад

      За окном уже наступал новый день. День, который был очень важен, ведь именно сегодня Медузия с Сарданапалом решили пожениться. Несмотря на то, что сейчас было лето, за окном сгустились темные тяжелые тучи. Похоже, что вот-вот начнется дождь. Черноморов резко открыл глаза, очнувшись от тяжелого сна. Отчего-то всю ночь его мучали кошмары, он постоянно просыпался, чувствуя, как внутри нарастает какая-то необъяснимая тревога.       Первое, что бросилось в глаза Сарданапалу – это Медузия, которая уже не спала, а сидела, обхватив колени, и задумчиво смотрела куда-то вдаль.       – Меди, что-то случилось? – обеспокоенно спросил академик, коснувшись ее руки.       – Нет, – Горгонова покачала головой, словно хотела прогнать плохие мысли. – Просто… не знаю, может, тебе это покажется глупым, но у меня какое-то плохое предчувствие.       – Может, это просто волнение? – предположил Сарданапал, поцеловав ее в щеку. – Все-таки сегодня очень важный день в нашей жизни.       – Наверно, – пожав плечами, ответила Медузия. Однако в глубине души она понимала, что это внутренняя тревога совсем не похожа на волнение перед важным событием.       – Я пойду к Ягге, предупрежу ее, что завтрак будет не совсем обычным, – Черноморов поднялся с кровати и, накинув мантию, вышел из комнаты. О том, что его самого всю ночь мучали кошмары, он решил промолчать, чтобы не накручивать Меди еще больше.       «Надеюсь, что Сарданапал прав, я просто волнуюсь из-за свадьбы», – пыталась утешить себя Медузия, заклинанием застилая постель.       Горгонова открыла шкаф и критично осмотрела его содержимое, пытаясь выбрать, что же ей надеть на свадьбу. Времени на подготовку совсем не было, ведь предложение Сарданапал сделал только вчера, и Меди настояла на том, чтобы устроить свадьбу как можно раньше. С этими исчезновениями в волшебном мире рассчитывать на какие-то призрачные «через полгода-год» казалось каким-то глупым.       Когда Сарданапал вернулся в свою комнату, то на Медузии уже было надето светло-голубое платье в пол, которое подчеркивало ее идеальную фигуру. Волосы были собраны в красивый пучок, а легкий макияж дополняла немного робкая улыбка.       – Ну как тебе? – тихо спросила Горгонова, посмотрев на своего без пяти минут мужа.       – Ты великолепна, – прошептал он, не отводя от Меди своего восторженного взгляда.       – Тебе, наверно, тоже пора поторопиться, – произнесла Медузия, доставая из шкафа выглаженный заклинанием темно-синий костюм. – Кстати, что сказала Ягге, все нормально?       – Она совсем не удивилась, представляешь? – ответил Сарданапал, забрав у Меди костюм. – Сказала, чтоб мы не переживали, она проведет обряд Древнира. Так что уже совсем скоро буду по полному праву называть тебя своей женой. * * *       Медузия с Сарданапалом были приятно удивлены, когда увидели украшенный по случаю праздника Зал Двух Стихий. Все преподаватели Тибидохса, нарядные, стояли у длинного стола и улыбались. Вот только без учеников было как-то пустовато…       – Что вы там застыли на пороге? – нарушил тишину звонкий голос Ягге. – Или уже передумали?       – Ни за что, – твердо ответил академик, взяв за руку Медузию. – Пойдем, Меди.       Будущие муж и жена встали перед преподавательским столом.       – Итак, начнем, – торжественно объявила хозяйка магпункта. – Вы оба изъявили желание переплести нити своих судеб и отныне будете идти по жизни рука об руку. Будет плохо одному, будет плохо и другому. Один счастлив – счастлив и второй. Все радости и беды отныне будут делиться пополам. Медузия, согласна ли ты на это?       – Да, – ответила преподавательница нежитеведения, с нежностью взглянув на Черноморова. Она уже давно была готова последовать за ним хоть в огонь, хоть в воду.       – Сарданапал, согласен ли ты? – спросила Ягге, внимательно посмотрев на него.       – Согласен, – громко сказал он, чувствуя, как немного дрожат его руки.       Ягге серьезно кивнула им и затянула тихую песню на каком-то древнем, никому не известном, языке. Перед хозяйкой магпункта появился небольшой котелок и несколько склянок и пучков трав. Ягге одновременно пела и добавляла в котел нужные ингредиенты.       Когда варево было готово, она замолчала и разлила не очень приятную на вид жидкость в два бокала, которые протянула Медузии и Сарданапалу.       – Выпейте это до дна в знак того, что вы до конца жизни будете связаны друг с другом, – сказала Ягге.       Медузия с Сарданапалом послушно выпили полные бокалы болотного цвета жидкости.       – Поздравляю, – торжественно произнесла хозяйка магпункта. – Объявляю вас мужем и женой. А теперь можете обменяться кольцами.       Черноморов достал из кармана пиджака красную коробочку и уже собирался открыть ее, но его остановил громкий незнакомый голос:       – Позволите присоединиться к вашему веселью?       Все сразу же обернулись на голос.       У входа в Зал Двух Стихий стоял какой-то человек в черной мантии, а из-за накинутого капюшона разглядеть лицо было невозможно.       – Кто вы? – первым очнулся от неожиданности Сарданапал.       Темная фигура скинула капюшон, и перед преподавателями Тибидохса предстала женщина, на лице которой сияла злобная усмешка.       – Я Чума-дель-Торт, – самодовольно произнесла незваная гостья. – На все остальные вопросы отвечу позже.       Черноморов вскинул перстень, но Чума оказалась проворнее.       – Взять их! – громко крикнула она, и со всех щелей тут же повалила огромная толпа нежити.       На лицах преподавателей появился явный страх, немного смешанный с удивлением.       Сарданапал пытался послать искру в Чуму-дель-Торт, но она смогла увернуться, а затем многочисленная нежить закрыла ему весь обзор.       Отовсюду слышались заклинания, полыхали красные и зеленые искры. Черноморов оглушал одну нежить за другой, на автомате выкрикивая боевые заклинания. Однако все его мысли были о Меди, которая сражалась чуть в стороне от него.       Преподаватели храбро сражались за себя и за свою школу, однако противников было слишком много. Через какое-то время они оказались во власти нежити, которая незамедлительно сняла с них волшебные кольца. Чума-дель-Торт сразу же произнесла заклинание обездвиживания, и преподаватели Тибидохса оказались на полу. Нежить же куда-то испарилась в один миг.       – Так-то лучше, – лицо Чумы-дель-Торт озарила торжествующая улыбка. – Вот теперь можно и поговорить.       – Это ты захватила все школы? – спросил Сарданапал, который был единственным, кому Чума разрешила говорить. Остальные же были под заклятием молчунов и могли лишь слышать их разговор.       – Да, я, – довольно ответила женщина, подходя поближе к преподавателям Тибидохса.       – Что ты с ними сделала? – голос Черноморова немного дрогнул. – Они… мертвы?       – Ну, не такое я уж и чудовище, – усмехнулась Чума-дель-Торт. – Все живы и здоровы. Если я всех убью, над кем мне тогда властвовать? Пока что все школы телепортированы со своих прошлых мест. Но совсем скоро они вернуться обратно.       – Но как ты смогла их телепортировать? – недоумевал академик. – На это же нужен чудовищный заряд магии.       – Все просто, когда есть вот такая милая штучка, – Чума продемонстрировала всем какой-то амулет, который висел у нее на шее. Похоже, Сарданапалу была знакома эта вещица.       – И дорого за него пришлось заплатить? – поинтересовался он.       – Да, цена была высока, – в голосе Чумы-дель-Торт проскользнуло легкое сожаление. – Увы, теперь я смертна… Но я не боюсь смерти, пока со мной этот амулет. Вот такой интересный парадокс.       – Как ты смогла пробраться на Буян? – спросил глава Тибидохса, мысленно пытаясь понять, как ему без кольца освободиться от наложенного заклинания и спасти остальных.       – Опять же, мне помог амулет, – немного лениво произнесла Чума. – Хотя, надо признать, ваша защита была лучшая. Я думала, что поспею к началу свадьбы.       – Зачем тебе это нужно? – поинтересовался Сарданапал, желая узнать мотивы, которые руководили этой женщиной.       – Все просто, я хочу власти над волшебным миром, – глаза Чумы-дель-Торт загорелись каким-то яростным огнем. – Я стану новым главой Магщества, и все школы будут мне подчиняться.       – Мы не станем тебе подчиняться! – резко прервал ее Черноморов.       – Сарданапал, какой же ты глупец, – слишком спокойно произнесла Чума. – Я зомбировала всех учеников и преподавателей в прошлых школах, и вас ждет то же самое. А завтра я наведаюсь в Магщество, и все – власть в моих руках. Поверьте, в вашей жизни практически ничего не изменится, вы также останетесь тут работать, я буду во главе Магщества, и вам будет казаться, что так было всегда. Учеников я тоже зомбирую, когда они прилетят сюда к новому учебному году.       Преподаватели Тибидохса молча переглядывались друг с другом. В глазах друг друга они увидели отражавшийся ужас. Дело и правда принимало слишком серьезный оборот.       – Поймите же, я сделаю вашу жизнь лучше, – продолжала Чума-дель-Торт. – Ягге, ты страдаешь из-за смерти своей дочери… Разве не будет лучше, если ты ее забудешь? Поклеп, а ты избавишься от воспоминаний о предательстве твой бывшей жены. Зуби, кажется, ты обрекла на гибель своего брата? А из-за Тарараха умер Пегас… Соловей терзает себя тем, что совершал набеги на мирных жителей. Разве не будет лучше, если вы забудете то, что мучает вас каждую ночь? Сарданапал и Медузия, с вами все несколько сложнее… Но и вам я придумаю новую жизнь, вот только кого-то в ней не будет.       Медузия бросила обеспокоенный взгляд на академика, который словно потерял дар речи от услышанного.       – Знаете, в жизни есть одна вещь, которую я терпеть не могу. Она делает людей ужасно слабыми, и может помешать в моем деле. Это любовь… Да, Сарданапал и Медузия, я сейчас говорю именно о вас. Столь сильное чувство между вами со временем может снять зомбирование, поэтому одного из вас придется убрать из Тибидохса. Медузия, тебя я отправлю в мир лопухоидов, и вы больше никогда не увидитесь с Черноморовым.       – Ты не посмеешь этого сделать! – яростно выкрикнул Сарданапал, пытаясь освободиться от обездвиживающего заклинания. Однако без магии это было нереально.       – Медузия, – взгляд Чумы переместился на преподавательницу нежитеведения. – Я внушу тебе, что ты с рождения была лопухоидом. Конечно, детально прорабатывать воспоминания у меня нет времени, но несколько штук я тебе состряпаю. Хочешь, останешься преподавателем?       Горгонова ответила ей взглядом, полным ненависти. У нее просто не укладывалось в голове, что эта женщина сотрет ей память и переселит в мир лопухоидов. Неужели, она навсегда потеряет Сарданапала и весь волшебный мир?       – Кстати, могу прямо сейчас познакомить тебя с твоим будущем мужем, – судя по виду, Чума-дель-Торт в полной мере наслаждалась происходящим. Она произнесла какое-то заклинанием, и рядом с ней появился незнакомый мужчина.       – Это Марк, – представила гостя темная волшебница. – Ты посмотри, какая красивая у тебя будет жена. Можешь забирать ее прямо сейчас, а дальше все, как договаривались. Сотрем ей память, устроим аварию, у нее будет амнезия. А дальше ты спаситель на белом коне, и она твоя!       – Меди! – беспомощно закричал Сарданапал, смотря на то, как его любимую уводит какой-то мужчина. Медузия в последний раз взглянула на него, в ее глазах стояли слезы.       – Я найду тебя, – громко произнес Черноморов, видя, что Меди была уже практически у двери. – Найду и спасу во что бы то ни стало!       – Вот только жаль, что ты все это забудешь, – Чума-дель-Торт послала в академика искру, и он, потеряв сознание, растянулся на полу.       «Тяжелая мне сегодня предстоит ночка», – подумала Чума, настраиваясь на процедуру зомбирования.