2. Анкетирование
6 ноября 2024 г., 14:35
У неё на щеке, будто вплавленная в эбеново-черную кожу блестела золотая нитка гарнитуры. Джек почему-то не мог оторвать от неё взгляда, настолько классно это смотрелось. И она и её спутник были одеты в широкие брюки и отлично сидящие пиджаки, застёгнутые на поясе и открывающие грудь почти целиком. У неё между грудей были титановые вставки в виде пазлов, красиво переливающиеся на тёмной коже. У него под кожей светились красные линии бьющегося сердца. Корпораты, одним словом.
Джек сидел перед ними за столом и их разделяло невидимое поле, пересечение которого обошлось бы Джеку в нехилый электрический удар в шею от его безобидного с виду ошейника.
Джек сидел, положив ногу на ногу, курил и на планшете проходил тест, уже третий за сегодня. Корпораты улыбались пластмассовыми улыбками и ждали.
— Всё, — воскликнул Джек, — тридцать две минуты сорок одна секунда. — Он положил планшет на стол и подтолкнул. Тот проехался по столу прямиком эбеновой красавице в руки.
— Замечательно! — сказала она.
— Это очень хороший результат, — отметил он.
— Я сейчас внесу его в базу, — произнесла она, щелкая что-то на планшете с немыслимой скоростью.
— И мы увидим первичную оценку, — добавил он.
— Оценку чего? — поинтересовался Джек.
— Вашей личности, — с улыбкой ответил он.
Джек выгнул бровь и спросил:
— А в чем оценка? В баллах? В коинах?
Она рассмеялась очень красивым хрустальным смехом.
— И в том и в том, — ответил он и подмигнул Джеку.
— О! — воскликнула она очень чувственно, глядя на экран планшета, — О-о-о!
Джек недоумённо на неё смотрел, не понимая, что происходит.
— Вам хорошо или плохо? — спросил он.
Она улыбнулась.
— Мне хорошо! Потому что у вас очень высокий индекс!
Он зааплодировал, она тоже.
— Я безумно польщён, но я уже устал от вас, — сказал Джек. — Я рад помочь науке или что там за исследование вы проводите, но я от общения с вами уже хочу в “куклу”.
— О нет! — воскликнул он. — Это не исследование, Джек. Это собеседование!
— Собеседование у меня было вчера, меня приняли, — сказал Джек.
— Мы предлагаем большой контракт! — сказала она.
— Вам понравится, Джек, — добавил он.
— Но нам надо закончить с вашей анкетой, — проворковала она.
Джек, переводя взгляд с неё на него и обратно, ничего не понимал. Как будто говорили они на каком-то другом языке.
— Какой анкетой? — спросил Джек.
— Генеральной! — ответила она.
— Базовой, — добавил он.
— Какой длины у вас член? — спросила она.
Джек поперхнулся сигаретным дымом.
— Данные о росте, весе и размере одежды есть в вашем тюремном деле. А про член ни слова, — сказал он, всё так же улыбаясь.
— А зачем вам, боюсь спросить, знать длину моего члена? — спросил Джек.
— Для анкеты, — ответила она ласково, как несмышлёному ребёнку.
Джек закатил глаза.
— Не знаю, не мерил, — сказал он.
— А вы можете измерить сейчас? — спросил он, достал из внутреннего кармана пиджака лазерную линейку и бросил Джеку. Джек линейку поймал, но смотрел на него недоумённо.
— Пожалуйста, — сказал он.
Она улыбнулась и кивнула.
Джек вздохнул, посмотрел на них двоих как на психов и встал. Отвернувшись от корпоратов, он оттянул штаны и очень приблизительно измерил размер своего члена.
— Восемь сантиметров, — сказал Джек садясь.
— А в состоянии эрекции? — спросила она.
Джек поднял бровь.
— Тоже сейчас померить? — спросил он с сарказмом.
— Да, пожалуйста, — ответила она совершенно серьёзно. — Мы подождём.
— Нет… — сказал Джек, — я при вас дрочить не буду.
— Вы можете отвернуться, — сказал он.
— Мы можем отвернуться, — сказала она.
— Нет! — воскликнул Джек.
— Он стесняется, — сказала она своему спутнику.
Тот нажал на кнопку коммутатора на столе.
— Вы можете Джека отвести в уборную и привести потом обратно?
— В уборной вы сможете измерить? — спросила она.
Джек закрыл глаза, вздохнул и кивнул.
Вернулся Джек минут через десять и сел за стол.
— С вас ещё сигарета, — сказал он.
Корпорат достал пачку, вытащил из неё сигарету, прикурил от угла пачки и кинул Джеку. Джек её поймал и сунул в рот.
— Пятнадцать сантиметров, — сказал он.
Она вбила данные в планшет.
— Очень высокий индекс.
— Да, — сказал он, — очень высокий.
— У нас есть четыре запроса на такой индекс, — радостно сказала она.
— Будет очень высокая цена! — добавил он.
— Какая цена?! — воскликнул Джек. — Я вообще вас не понимаю.
— Вам предоставляется возможность вместо смертной казни продать себя на десять лет, — пояснил он.
— Сдать в аренду, — сказала она и рассмеялась своей шутке.
— В рабство? — спросил Джек, подняв брови.
— На десять лет, — сказал он, улыбаясь. — В тридцать шесть вы уже будете свободны.
— А сколько всего интересного вас ждет за время отбывания контракта! — воскликнула она.
— Вы подписываете, мы ставим одну галочку и вы выходите отсюда уже гражданином Луны, — пояснил он.
— А гражданин Луны не может быть казнён или как-то иначе наказан на Земле, — добавила она.
— А по законам Луны преступления, совершенные до получения гражданства не учитываются, — сказал он.
— Вы уже сегодня будете ночевать не здесь, а в гостинице, — она обворожительно улыбнулась.
— А что подразумевает ваше рабство? — спросил Джек, нахмурившись.
— Владелец не может отпустить раба, — сказала она.
— Владелец не может убить раба, — добавил он.
— Если владелец сделает раба не дееспособным, он обязан компенсировать это финансово, — сказала она. — Но это глупость. Рабы с индексом такого уровня стоят целое состояние. Кто станет портить такого раба?
— А зачем вообще покупать рабов? — спросил Джек. — Если можно нанять.
— О, вы не понимаете, Джек, — сказал он.
— Это сложно объяснить землянину, Джек, — сказала она.
Джек смотрел на них, переводя взгляд с эбеновой красавицы на атлетичного красавца и до него только сейчас дошло, что они отнюдь не идиоты. Джек, нахмурившись, задумался о том, что выбор у него довольно простой. Или умереть или на Луну на десять лет в рабство. Умирать Джек не хотел. В рабство, разумеется, тоже, но рабство, это на десять лет. А смерть — это навсегда и любая надежда умирает вместе с тобой.
— Где подписать? — спросил Джек и корпораты одновременно улыбнулись.
