Оракул выбрал тебя

      На следующий день Мортред встречала взглядом входящие в Квейн войска Бронзового Легиона - Тресдин направила сюда несколько центурий в качестве временного гарнизона города. Свесив одну ногу с перил, девушка сидела во дворе одного из зданий, приложившись спиной к столбу, и крутила в руке один из кортиков, которые забрала ранее с тела погибшей Сестры. За спиной у нее также висел клинок, которым она убила Рикса. Отрезав кусок от яблока, которое она держала в другой руке, Мортред положила его в рот и точным броском отправила остатки фрукта прямо в урну.       Сердце словно на секунду зашевелилось, когда к ней подошел человек, которого она знала уже будто много лет.       - Что ж, вот они и здесь. Пора и нам собираться.       Было около полудня, и солдаты Тресдин рассчитали время так, чтобы войти в город до вечера, чтобы еще было время расставить караульных по всему городу. Выполнив просьбу Тресдин, можно было и правда с чистой совестью убраться отсюда: со смертью Рикса его группировке нанесен существенный ущерб, а значит, что земли Стоунхолла должны теперь на долгое время быть в безопасности. Мортред планировала выведать у Рикса больше информации о Бронзовом Легионе, но смерть Сестры затуманила ей разум, заставив просто перерезать всех воулов.       - И куда же нам собираться?       - Домой?       Рассмеявшись, Мортред закатила глаза, как делала это раньше в общении с Громобоем, но в этот раз мысли ее были совершенно иные, чем об упреке или подколе. Что такое дом? Это место, куда ты всегда можешь вернуться? Или это любая кровать, на которую можно свалиться после тяжелого дня? Ни то ни другое целиком не подходило для Мортред, но все же для нее дом - это ее орден.       - Где-где, а дома меня сейчас точно не ждут. Пока я не убью Остариона.       Громобой облокотился на перила около Мортред, заставив ее полноценно сесть, свесив обе ноги.       - В таком случае как насчет остаться в Стоунхолле - у тебя получалось неплохо жить там? Ты даже смогла прославиться в Легионе.       А как бы жила Мортред, не будь она Сестрой Вуали? С точки зрения благополучия Стоунхолл - это достаточно хороший выбор, но авторитаризм Императора ей точно не по вкусу. Может быть, где-нибудь в глуши на подобии деревушки Зару’Кина?       - Ну уж нет. В Стоунхолле мне больше делать нечего.       - Но и не идти никуда ты тоже не можешь.       Мортред тревожно вздохнула.       - У меня появилась очередная сумасшедшая идея, но я даже не знаю, с чего начать.       - А не сумасшедшие идеи у тебя когда-нибудь вообще были?       Все в порядке, он просто шутит.       - Мне нужно найти способ отнять у Остариона бессмертие. Только так я смогу его убить.       Глаза рыцаря округлились, и он на мгновение уставился на девушку, будто увидел кошмар.       - Да уж, планку ты задрала просто неимоверно высоко.       Оба замолчали, смотря себе под ноги. Мортред понимала всю безвыходность своей ситуации, а Громобой же прокручивал в голове возможные риски. Наконец, он заговорил.       - Мортред, я правда хочу помочь тебе, но это же просто безумие. Ты хочешь вмешаться в колдовство, да простит меня Всезнание, и в темную магию?       - И я сделаю это, если понадобится. Ты же видел мой список, и в нем одно имя. И пока оно не зачеркнуто, я готова перепробовать все, чтобы достичь цели. - Ее голос стал холодным и резким.       Громобой искренне удивился ее преданности своей цели - она может переплюнуть даже самых отважных рыцарей ордена Всезнания! Бессмертие Остариона - это древняя магия, о которой ничего неизвестно, нет даже намеков на то, где можно искать зацепки. Но она же не остановится, а значит, может пострадать, тем более если дело дойдет то колдовства. Она лучший боец, что Громобой встречал за долгое время, но с магией ей точно не совладать. Единственное, что он может предложить - это помощь ордена Всезнания. Наверняка в ордене есть старцы, которые знают хоть что-то об Остарионе.       - Тогда поехали со мной в Эмарак. Мы поспрашиваем старцев о магии Остариона - наверняка, они что-то знают!       - Эмарак? Это же за океаном. Так вы находитесь в Эмараке?       - Да. Так что приглашаю тебя к себе домой, если тебе угодно. Путь и правда будет долгий, но ведь ты же сама сказала, что готова перепробовать все? А вариантов у тебя не то чтобы много. - Громобой энергично встал на ноги, улыбнулся и упер руки в бока.       Эмарак - это южная часть одного из восточных континентов Земного мира. Местность там целиком и полностью состоит из гор, скал и холмов различной высоты, среди которых, а также и внутри пещер обжился орден Рыцарей Всезнания. Мортред не посещала эти места, но из обучения знала, что этот континент считается родиной разных божеств. Так, например, кто-то верит, что горная цепь к северу от Эмарака - это место, откуда в мир сошёл сам Зевс. У Мортред не было ни единой идеи насчет того, как ей продолжать свое дело, поэтому она согласилась.       - Хорошо. Это лучше, чем ничего. Но прежде я хочу добыть свиток телепортации, настроенный на Стоунхолл.       - Здравая мысль, я бы тоже обзавелся одним. Думаю, Тресдин нам не откажет. Все же тебя что-то тянет в этот город?       - Нет, просто отсюда можно достаточно быстро попасть и в Белый Шпиль, и в Ревтел и в Костяное Королевство.       Мортред уже собиралась слезать с перил, как вдруг Громобой протянул ей руку.       - Ты же понимаешь, что я сама могу слезть?       - Понимаю.       Он понимал это, и все равно держал руку протянутой, потому что хотел помочь ей с ее нелегкой судьбой, помочь не потерять себя. И он всегда будет держать руку протянутой ей. Мортред аккуратно взяла протянутую ей руку и с легкостью спрыгнула с перил. Какое-то время они смотрели друг на друга, держась за руки, пока не утих марш центурий. Только они решили направиться к выходу из города, как к ним подошел Беласанно.       - Вынужден попросить вас отчитаться о проделанной работе. - Сатир сложил руки за спиной и внимательно смотрел то на Мортред, то на Громобоя. Рыцарь сделал шаг назад и кивнул в сторону легионера, позволяя девушке описать все так, как посчитает нужным именно она.       - Рикс мертв, а его банда бежала из Квейна. Они не скоро вернутся, так что город в безопасности.       - Здесь был Рикс? Как же он-       - Я убила его. - Мортред пристально посмотрела в глаза Беласанно, уловив на долю секунды едва заметное удивление. Она сказала, что убила его, но Беласанно, скорее, услышал «Я переиграла тебя» - убийство Рикса еще больше возвысит Мортред в глазах солдат Бронзового Легиона и усилит доверие Тресдин.       - Понятно. Что ж, Стоунхолл благодарен вам за вашу самоотверженность. Я передам командиру новые вводные. - Беласанно откланялся и, развернувшись как типичный солдат, зашагал в центр города. Он не может соврать Тресдин в своем докладе, ведь в таком случае он потеряет доверие командира. В конце концов Мортред выиграла эту партию противостояния умов и получила некое влияние и славу в Бронзовом Легионе. Все же иметь выход на солдат - это хороший актив, только вот понадобится ли он ей еще раз? Армия лишней не бывает.       Вскоре пара подготовила припасы, своих лошадей и они направились в Эмарак. Им двоим предстояло проехать Стоунхолл, объехать южную горную цепь и вдоль границы с Ревтелом добраться до Тареса, портового города Империи Галаниуса, который много лет назад был насильно колонизирован. Несмотря на давно подавленную попытку элиты Тареса обрести независимость от Стоунхолла, в городе все еще витают протестные настроения, а общественный порядок часто приходится поддерживать силой - тогда Галаниус лично приказал Бронзовому Легиону подавить восстание, а теперь же в городе усилен местный гарнизон.       Путь до Тареса занял неделю, но Мортред уже перестала считать дни, которые она тратит на убийство - впервые дело так сильно затянулось, но тем больше удовлетворения она получит, когда преуспеет. На подходе к воротам города уже можно было ощутить на себе морской воздух: будучи не самым крупным городом Стоунхолла, Тарес все же был важной точкой для выхода к морю, откуда можно было добраться до Ашкавора, джунглей Фелстрата и земель Гунь-Ю. Многие считают, что именно около Ашкавора и находился ныне потерянный Остров Масок, отчего в Таресе периодически появляются паломники, которые хотят его посетить и использовать город как место отбытия. Тем не менее Эмарак находился севернее всех этих мест, на другом континенте, а значит, что нужно было найти корабль, который доставит пару именно туда. По сравнению с другими местами, родина Громобоя не пользовалась большим интересом, во многом из-за гористого ландшафта, а также из-за местных жителей - кто же захочет просто так посетить Рыцарей Всезнания, чтобы промыть свою голову их бесконечными лекциями о вере? Забавно, но именно Мортред оказалась таким человеком. Добравшись до порта Тареса, пара остановилась на краю дороги.       - Нужно узнать расписание отбытия кораблей. Насколько я знаю, из Тареса в Эмарак ходит всего один корабль. И… - Громобой стал осматривать флаги на мачтах пришвартованных кораблей, - Кажется, вон тот!       - У Рыцарей Всезнания есть свой флот?       - Ну, у нас, конечно, есть свой небольшой флот, но именно этот корабль я бы назвал как туристический. Все же к нам приезжают не так много людей, но была попытка популяризовать Эмарак в обществе, вот и был создан этот постоянный маршрут.       Оглядев другие корабли, Мортред подметила, как к ним выстроились огромные очереди из пассажиров, в то время как на корабль до Эмарака стояло в очереди всего пара человек, которые, возможно, и то были членами команды.       - Раз люди не идут в веру, то вера сама к ним придет, да? - Ухмыльнувшись, девушка взглянула на Громобоя, оправдывая рыцарские походы во имя Всезнания.       - Кхм… Давай лучше пойдем побыстрее. - Рыцарь пустил коня дальше, потупив взгляд.       Корабль представлял собой крупное двухпалубное судно с восемью белыми парусами. Нос корабля заканчивался деревянной статуей, которая, как предположила Мортред, обозначала жреца Всезнания. Сам же корабль был в отличном состоянии: никакой ржавчины на металле или трещин на досках, паруса идеально сотканы чистейшей тканью, канаты ничуть не вьются, а единственный продолговатый флаг, развевающийся высоко на грот-мачте, гордо носил эмблему рыцарей Всезнания. К удивлению Мортред на нижней палубе корабля не было никаких пушек - судя по всему это и правда лишь туристический корабль. Подойдя вместе с Мортред к кораблю, Громобой окликнул главного:       - Эй, капитан!       Через мгновение на палубе показался мужчина, возрастом как Громобой, носил он белую рубашку с черным жилетом поверх, на ногах же были брюки с черными сапогами. Но что сразу бросилось в глаза, так это его пояс, на который было нацеплено все подряд: компас, складная подзорная труба, виток веревки, шпага и скрученный пергамент. Выглядел он опрятно, пусть даже его волосы доставали до плеч, они придавали ему серьезный вид вместе с его карими глазами.       - Я! Чем обязан?       - Вы ведь отплываете в Эмарак? Найдется пара мест?       - Во имя Света, рыцарь Всезнания! Хочешь попасть домой?       - Да, домой. Можно на борт?       - Конечно, кто я такой, чтобы вам отказывать? Мы, в Эмараке, рады всем. - Дал добро капитан, разглядывая Мортред.       Погрузка на борт заняла несколько минут, еще с полчаса судно ждало других пассажиров, но вскоре, осознав, что до Эмарака больше никто не отправляется, капитан корабля принял решение покинуть Тарес. Земля быстро исчезла с горизонта, и спустя час вокруг был лишь необъятный синий океан. Солнечная погода задавала ощущение некоего расслабляющего путешествия, а приятный морской бриз словно уносил с собой все тревоги, помогая разгрузить голову.       Мортред стояла на палубе по правому борту корабля, держась за поручни, и смотрела далеко вперед: казалось, что этот пейзаж хорошо олицетворяет ее состояние, когда четкой дороги не видно, но любое выбранное тобою направление все же приведет тебя куда-нибудь. Девушка медленно достала из-за пояса свернутые бумаги об ордене Сестер Вуали, что она выкрала из императорской библиотеки Стоунхолла. Не торопясь срывать завязанную на них нитку, Мортред смотрела на них некоторое время. Что же она хочет узнать из этих бумаг? На что надеется? На то, что, прочитав их, она магическим образом решит все свои проблемы? Или найдет ответы на все свои почему? Какая наивность глупой девчонки!       - Ах, давненько я не был в море! Ты часто на кораблях передвигаешься? - Глубоко вдохнув морского воздуха, Громобой подошел к Мортред.       - Зависит от того, где находится моя цель. - Не отрывая взгляда от горизонта, Мортред сжала сверток у себя в руке.       - Что это?       - Информация про наш орден. Если бы я знала, что там, то давно бы уже прочитала.       - Хм. Так ты не можешь решиться? Что тебя останавливает? - Облокотившись на поручни, рыцарь взглянул на девушку.       - Однажды я уже узнала то, что мне не следовало знать. И я будто ничего не помню. Как будто сама судьба меня тогда спасла, стерла все из памяти, пощадив от участи знающего.       - Боишься, что в этот раз будет иначе?       Мортред лишь поджала губы и на мгновение опустила голову, словно ее обличили.       - Судя по всему, от Сестер многое скрывают в ордене. Вы же не просто так называетесь Сестрами?       Девушка резко выпрямилась и повернулась к рыцарю, чуть ли не врезавшись в него:       - Ты не понимаешь, все не так! Никакие мы не сестры, мы лишь… Инструменты, игрушки в руках божества! Он меняет нас по своей прихоти, стоит лишь одной оступиться. Вот и меня он просто поменяет, если я не убью Остариона!       - Прости, я не знал… - Рука Громобоя потянулась и медленно дотронулась до руки убийцы. - Я обещал, что помогу тебе, никто тебя не заменит! Ты живой человек, Мортред, такой же как все мы, и никто от тебя не избавится!       - Во мне давно уже нет человечности, Громобой - я убила сотни людей, ни разу не пожалев об этом. Я проливала кровь и заставляла других проливать слезы по всему свету. Я не человек, я лишь оружие в игре Оракула по переделыванию мира. И последняя, кого я должна была убить - это себя, так Мортред перестала бы существовать и осталась бы лишь Сестра Вуали. - Мортред взглянула на то, как ее руку держал Громобой. - Но появился ты и стал тянуть меня обратно, перечеркнув все мои старания и результаты.       - Если ты чего-то достигнешь, но потеряешь при этом себя, то скажи, стоит ли это того? Стоит ли проживать жизнь так, чтобы в конце стать никем?       - Таковы правила. Я пыталась выйти за их рамки, но что может один человек против целого ордена?       - Но ты не одна. Больше не одна.       Сердце екнуло, и Мортред с изумлением уставилась на Громобоя: он говорил искренне, от всего сердца. Девушка не понимала, почему она так ему дорога, но в глубине души обрадовалась тому, что она теперь нужна кому-то. И вот снова ее будто отговаривают от того, чтобы узнать больше о своем ордене: она может прочитать то, что написано в бумагах и узнать новые секреты, либо же свернуть с этого пути и последовать за Громобоем. В этот раз она не допустит ошибки, судьба спасла ее в прошлый раз, когда Нериф ей все поведал о Сестрах Вуали, стерев все из памяти, но теперь она не позволит неизвестности диктовать, что ей нужно знать, а что нет. Пусть многое так и останется для нее неизвестным, но зато у нее останется самое главное - это ее «я». Этот человек, Ревнитель Громобой, словно свет жизни, который вытащил ее из пропасти забвения.       Громобой медленно потянул Мортред к себе и нежно обхватил ее. Спустя мгновение их губы слились в поцелуе, который оба они никак не ожидали. Сначала Мортред широко раскрыла глаза от внезапности и самовольности рыцаря, но по мере процесса глаза инстинктивно закрылись, как только она поняла, что было вложено в этот поцелуй: он был особенным, словно она купалась в теплом свете, исходящем от рыцаря, свете, который доставал до самого ее сердца, растапливая его все больше и больше с каждой секундой. Пульс участился, звуки будто пропали, а тело дрожало. Мортред захотела также обхватить Громобоя руками, но осознала, что все еще крепко держит в руке бумаги с тайнами ордена. Ни капли не колеблясь, она простым движением швырнула их за борт, и ее руки тут же ухватились за голову рыцаря. Свои шлемы они оставили на нижней палубе, поэтому исследовать друг друга было проще: руки Мортред неуклюже и неловко держали Громобоя, словно это что-то инородное, но уверенность рыцаря вскоре передалась и девушке. Сама того не ожидая, Мортред исследовала эти новые чувства с большим трепетом в груди, до последнего сомневаясь в их реальности, но с каждым моментом все больше веруя в их настоящую сущность. Сейчас и здесь - это все взаправду, и девушка сделала свой выбор: она лишь надеялась, что не ошиблась.       Наконец их губы расстались, и оба столкнулись с последствиями, как только разум вновь прояснился.       - Я хочу, чтобы ты знала, насколько ты дорога мне, Мортред. Если понадобится, то я пойду за тобой в ад, но не позволю тебе забыть себя.       - Это… Я… - Мортред уперлась лбом в плечо Громобоя в попытке скрыть свои и без того раскрасневшиеся щеки. - Надеюсь, что до ада не дойдет.       - Я тоже, - погладил девушку по голове Громобой, - Я тоже.

***

      Через три дня корабль достиг Эмарака. В порте было довольно пусто, лишь несколько небольших торговых судов разгружали ящики с товарами. Сам порт находился на вырезанной в скале площадке, специально обустроенной для приема судов. Стоило лишь чуть задрать голову, как в глаза бросалась высокая горная порода, которая, по словам местных, словно сама увеличивалась в размерах с каждым годом. Высадившись на берег, пара взяла свои припасы, оседлала лошадей и Громобой повел их в свой дом, а именно в Цитадель Всезнания, самое крупное строение всего ордена. В Цитадели находились все собранные орденом знания, жрецы, рыцари, клирики, иерофанты постоянно пополняли обширную коллекцию писаний, добывая информацию с разных концов света.       После поцелуя, а также находясь на незнакомой территории, Мортред чувствовала себя довольно неловко. Но она сама решилась на все это и теперь полностью доверяет Громобою, а значит надо просто успокоится. В конце концов она покинет это место, как только узнает все, что ей нужно. Доехав до Цитадели по бесконечным серпантинам, пара спешилась и зашла внутрь огромного четырехэтажного здания. Голубоватая мраморная отделка здания олицетворяла небесное пребывание смертных, повсюду стояла стража в белых доспехах, постоянно бегали местные, кто в мантиях, а кто в льняных одеждах. Высокие потолки, разрисованные божественными образами, словно постоянно давали знать о своей ничтожности перед Всезнающим, а массивные позолоченные колонны поддерживали эти самые потолки, словно вера поддерживала саму жизнь. Заметив кого-то, Громобой повел их в сторону небольшой группы людей.       - Великий иерофант, приветствую! - Смиренно поздоровался со стариком Громобой. Тот медленно повернулся в его сторону и, разведя руками, также поздоровался.       - Громобой! Мальчик мой, ты вернулся! - Они тепло обнялись и даже похлопали друг друга по спине.       Великий иерофант - это глава всего духовенства, именно он посещает Всезнание глубоко под землей и водит туда посвященных, тратя недели лишь на путь в одну сторону. Будучи человеком в возрасте, иерофант ходил в белой мантии в цвет его седым волосам, подвязанной золотистым поясом. Его сморщенное старческое лицо говорило о колоссальном опыте жизни, который он получил в боях и библиотеках, в странствиях и медитациях. Мортред стало любопытно, почему великий иерофант так тепло относится к Громобою.       - Вижу, ты привел с собой кого-то, кто эта юная леди? - Оба наконец отстранились друг от друга.       - Это очень дорогой мне человек, я привел ее сюда в поисках помощи у Всезнающего.       Иерофант взглянул на Мортред, которая словно оказалась на каких-то смотринах: на нее будто смотрел не человек, а нечто большее, безграничная сила Всезнающего будто пронзила ее насквозь.       - Великий иерофант, благодарю, что приняли нас. - Мортред слегка склонила голову в качестве приветствия.       - Всезнающий помогает всем, кто готов его принять. Что именно ты ищешь, дитя?       Находясь еще на корабле, Мортред получила некоторые наставления от Громобоя касательно того, как правильно общаться с Великим иерофантом, поэтому все ответы были заготовлены заранее.       - Я ищу знаний о том, как победить зло, использующее темную магию.       Иерофант хотел было поднять бровь в изумлении, но вместо этого слегка крякнул и помаялся на ногах.       - Аккуратно нужно бороться с темной магией. Мы собираем знания о ней, только чтобы иметь представление о том, как противостоять ей. - Старик умолк, но губы его продолжали шевелиться, словно он общался еще с кем-то. Глаза его бегали, а руки, сложенные на поясе, подергивались. Наконец, он продолжил. - Что же, вижу, что твои намерения благие, да наставит тебя Всезнание в твоем деле. Громобой, поможешь нашей гостье с ее вопросом?       - Конечно, Великий иерофант, благодарю.       - И потом зайди ко мне, как освободишься. Нужно обсудить твое задание. - Иерофант повернулся и медленным шагом с группой монахов направился из Цитадели.       - Что ж, мы получили благословение, а значит нам теперь доступны все возможности здесь. Давай отведу тебя в твою комнату, а завтра уже приступим к работе?       - Да… - Протянула Мортред, задумчиво смотря вслед уходящему иерофанту, - Так и сделаем…       

***

      Целый месяц пара потратила на чтение книг, летописей, свитков и беседы со старцами, жрецами и иерофантами в надежде узнать хоть что-то о том, как работает бессмертие Остариона. Мортред даже отвела своего коня старцам для исследования магии, которая поддерживает в нем жизнь, но безрезультатно. Когда кого-то специально вычеркивают из истории, то становится невероятно трудно найти о нем или о его силе информацию, к тому же Остарион обрел бессмертие очень давно, так что никого из его тогдашних современников просто не осталось в живых.       В какой-то момент упорство и терпение дали свои первые плоды, когда пара общалась с очередным старцем: эти люди обращались за помощью к ангелам по многим вопросам, включая информацию о событиях прошлых лет. Так как ангелы не стареют, то они могут проживать множество жизней смертных, а чьих - зависит от того, к какому человеку ангел будет приставлен при его рождении. Пусть человек может и не помнить своей прошлой жизни, но ангел до малейших деталей помнит жизни всех людей, которых он вел в этом мире. Так, ангел-хранитель этого старца был в прошлом приставлен к одному кузнецу, что ковал оружие для войны против Остариона. Из рассказа старца Мортред узнала, что тогда, сотни лет назад, Остариона не убили, но смогли остановить две загадочные фигуры: Кровопускатель и Разрушитель Цепей. Грубые имена для жестокой эпохи, но даже такие малейшие детали Мортред расценивала как маленькую победу. Для своей цели они использовали некий серебряный клинок, который, как оказалось, на время отнял бессмертие у Остариона - этого оказалось достаточно, чтобы остановить короля. Так он просидел сотни лет на троне, пока Акаша не вернула его к жизни. Кажется, вот и появился настоящий шанс убить короля, или все же просто остановить? Мортред захотела разузнать побольше о загадочном серебряном клинке, поэтому осталась в Цитадели еще на некоторый срок.       Время также повлияло и на отношения Мортред с Громобоем: девушка заметила, что объятий в ее жизни стало гораздо больше, пусть и их инициатором всегда был Громобой. Тактильный контакт перестал вызывать чувства раздражения и отвращения и превратился в форму выражения новых чувств, которые, вопреки правилам, Мортред испытывала с лихвой. Иногда доходило до того, что убийца сама ненароком прикасалась к рыцарю, словно каждый раз заряжаясь теплом, к которому она уже так привыкла. Дальше объятий дело не шло, что вполне устраивало Мортред: все же находясь среди других рыцарей Всезнания было бы крайне неуместно целоваться у всех на виду. А хотела ли Мортред вновь поцеловать Громобоя? Она часто рассуждала о том, что у них за отношения и, не имея в этом никакого опыта, в итоге сформулировала их как симпатию. Каково же было ее удивление, когда она поняла, что Громобой симпатичен ей, бездушной, холодной, жестокой убийце. Но если это тот путь, на котором она сохранит свое «я», то она готова его принять.       Мортред лениво перелистывала в библиотеке страницы очередной недавно написанной книги, быстро пробегая текст в поисках проклятого имени. Эта книга была о магии, но не той, что была нужна девушке.       - Что-нибудь интересное? - раздался рядом привычный голос.       - Здесь все про Аганима.       - Того самого Аганима? Это же самый великий волшебник в мире!       - Был. Он им был, Громобой.       - Ну, смерть не убавляет его величия, не думаешь?       - Ты прав, я не думаю, что есть вообще хоть кто-то, кто не слышал хоть раз об Аганиме. Однако его величие все же не спасло его от смерти. - Мортред стала рассматривать зарисовки портрета Аганима: высокое, четырехрукое существо с, на первый взгляд, достаточно добрым взглядом. Спустя мгновение Громобой пододвинул к ней стул и присоединился к процессу.       - Смотри, это должно быть его скипетр. - Рыцарь указал на очередную зарисовку, где было подробно разрисовано оружие великого мага.       - Скипетр Аганима… В нем, наверное, содержится огромная сила, думаешь, он может помочь победить Остариона?       - Ты так говоришь, будто достать этот скипетр - это плевое дело! - Рассмеялся Громобой.       - Как же я ненавижу колдунов и чародеев… - Со вздохом Мортред перевернула очередную страницу, ее взгляд тут же привлекло написанное имя. - Смотри, кажется, у Аганима есть сын.       - А ведь и правда! Интересно, он-то хоть жив?       - Если и жив, то про этого Рубика я ничего не слышала. Забавно, разве он не должен был быть столь же могущественным волшебником?       - Дети не всегда идут по стопам родителей. А может он вообще специально скрывается где-нибудь?       - Я бы не удивилась, если это так. Все эти маги те еще трусы, вместо честного боя стоят в стороне и читают свои заклинания! - Мортред перелистнула очередную страницу и наткнулась на вложенную в книгу записку. Судя по потертому почерку, ей было уже много лет, но все же прочитать некоторые строки было возможно. Взяв ее в руки, девушка стала вникать в написанное вместе с рыцарем.       «… Аганима больше нет, но его сила… тот, кто владеет скипетром, владеет и… он влияет на каждого по-разному… найти его, чтобы…»       - Влияет по-разному? Скипетр что, дает каждому разные силы?       - Если это так, тогда это очень опасная и непредсказуемая вещь.       - Но кто-то все же хотел найти этот скипетр, может, чтобы спрятать его? - Задумчиво почесал бороду Громобой.       - Или оставить его себе, почему бы и нет? - Оба уставились на записку, перечитывая ее снова и снова. Таким могущественным артефактом кто-то обязательно должен владеть, иначе в чем его смысл? Но кто обладает необходимыми для этого способностями? Мортред подперла лоб руками и облокотилась на стол, ее разум пытался просчитать дальнейшие действия. Эта абсолютно ненужная информация об Аганиме совершенно сбила ее с толку, ей нужно найти этот загадочный клинок, которому сотни лет, сколько еще придется искать? У кого бы спросить, кто живет так долго на свете? Как казалось Мортред, за месяц они пообщались уже со всеми священнослужителями в Цитадели, девушку уже все знали и, к ее удивлению, всячески нахваливали ее за поиск помощи у Всезнания.       - Любопытно было бы взглянуть на знания, собранные этим Рубиком. Представляешь, что ему мог поведать сам Аганим?       Мортред замерла на месте:       - Как ты сказал?!       - А? Я? - Рыцарь с недоумением взглянул на свою напарницу, - Говорю, что этот Рубик может многое знать.       «Аганима уже нет сотни лет… Кто-то должен владеть его скипетром… В этой книге, которой от силы года два, написано, что Рубик жив, а значит, что все, что знал Аганим, теперь должен знать и Рубик… Логично же, что отец передал и свое оружие сыну! Уж ему-то должно быть известно про магические артефакты, такие, как этот серебряный клинок!»       Мортред чуть ли не вскочила со стула и хотела броситься на Громобоя от неожиданно нахлынувшей радости осознания, но вовремя спохватилась и остановилась, держа руки в воздухе.       - Ты чего это?       - Я просто… Я поняла…       За столь долгое время, проведенное вместе, Громобой начал на полуслове и полудействии понимать Мортред. Он слегка улыбнулся, встал и сам ее обнял. Ее руки тут же ответили взаимностью, крепко обхватив рыцаря.       - И когда ты уже научишься…       - Эй! Не все сразу! - Девушка сильнее сдавила рыцаря, выражая свое смущение.       - Так что ты поняла?       - Нам надо найти Рубика и разузнать у него про серебряный клинок. Я уверена, он должен знать хоть что-нибудь! - Стоило Мортред закончить предложение, как она почувствовала, как от смеха трясется грудная клетка Громобоя.       - Хе-хе. Нам? Вот прям так, мы вдвоем вместе можем все на свете?       - Да, нам! Теперь ты уже так просто не выберешься из этой истории. - И когда это в ней появилось столько привязанной настырности?       Оба чуть отпрянули друг от друга и посмотрели друг другу в глаза: да, они оба по уши застряли в этом, и выбраться смогут только вместе. Но ведь именно благодаря всей этой ситуации Мортред стала чувствовать то, о существовании чего даже не догадывалась, с каждым днем она отдавалась этому все больше, и ей это нравилось. Если убийство Остариона - это то, что связывает ее с Громобоем, то пусть же король живет вечно, ведь тогда она сможет любить бесконечно. Их губы потянулись друг к другу, но момент прервал подошедший парнишка, монах, одетый в светлые одеяния. Пара быстро отстранилась друг на друга.       - Рыцарь Громобой, вам велено срочно явиться на Совет.       - Кхм. Хорошо. По какому поводу?       - Великий иерофант был крайне взволнован, когда посылал меня за вами. Думаю, это что-то очень важное.       Переглянувшись с Мортред, Громобой поспешно удалился:       - Встретимся позже!       Оставшись одна в библиотеке, девушка вычитала информацию о том, где может находиться Рубик: согласно записям, Великий маг обитает в достаточно скромной обители недалеко от Белого Шпиля - крайне любопытный выбор для местоположения своего жилища. Удовлетворенная результатом проделанной работы, Мортред собиралась уже покинуть библиотеку, как обратила внимание на звук переворачивающейся страницы книги, которую ранее читал Громобой, сидя рядом. Она подошла к лежащей на столе книге, которую рыцарь даже не успел закрыть перед уходом, и прочитала название раскрытой главы: «Призыв ангелов-хранителей». Уголки губ сами по себе слегка поднялись, и Мортред почувствовала небольшой жар на щеках: Громобой не позволит, чтобы случай с ее ангелом повторился еще раз. Вот насколько она ему дорога.       Мортред заметила, что постоянно проводимая ею медитация давалась ей все труднее и труднее. Мало того, что из головы было необходимо убрать Громобоя, который так прочно там засел, так еще и появлявшиеся во время медитации образы кардинально изменились. Вместо привычной девушке пустоты, в которую помещались ее будущие противники, в образах возникал то бирюзовый, то пурпурный туман, из-за чего было сложно разглядеть будущие удары, направленные на нее. Создавалось ощущение, что из этого тумана на тебя кто-то смотрит и будто выжидает нужного момента, чтобы напасть. Девушка надеялась, что это лишь временное явление, связанное с ее эмоциями, и вскоре все должно стать как раньше. Однако, услышав то, что рассказал ей Громобой после встречи с Советом, она поняла, что как раньше уже не будет никогда.       - Сколько было атак?       - Двенадцать боевых столкновений с войсками Остариона по всему миру. Это лишь те, о которых нам известно.       - Это невозможно! Как можно так быстро перемещать свою армию? - Мортред стала взволнованно расхаживать по отведенной ей комнате вперед и назад, скрестив руки на груди. Король действовал все агрессивнее, а область его действий выросла в разы.       - Все бои проходят по одному сценарию, и в конце боя Остарион просто уводит своих солдат, поднимая из мертвых воинов вражеской армии.       - Где он нападал?       - Атакам подверглись Кноллен, Долина прорицаний, Йоскрет, Калдин, Вигильские земли, Друуд, Кандонес, Серебристые леса…       - Да он словно чума! - Перебила рыцаря девушка. - И что, никто не смог дать ему отпор?       - Кто-то смог, а кто-то нет. Но при этом он не останавливается, ничего не захватывает, просто повторяет все снова и снова, будто он…       - Ищет что-то? - Мортред остановилась и уставилась в окно. На улице было пасмурно, серые тучи сливались в один пейзаж с бездушными горами того же цвета. Вообще Эмарак походил на довольно унылое и безжизненное место, удивительно что именно здесь находится Всезнание.       - Мы не знаем, но больше не можем оставаться в стороне. - Щелкнула застежка, Громобой надел свой шлем. - По воле Всезнания, а также с решения Совета, нам приказано рассредоточиться по миру и помогать всем, на кого нападает Остарион - нельзя допустить еще большего порабощения душ. Вот и началась война… Живых и мертвых.       Мортред тяжело вздохнула, как только поняла, что желание Акаши исполнилось - по всему миру появлялись горячие точки, которые несли смерть и разрушения. И вот опять Громобой хочет всех спасти. И как она умудрилась связаться именно с ним среди миллионов других людей?       - И куда же тебя направил Совет?       - Видимо туда, где должен быть Рубик.       Девушка, наконец, обернулась. Громобой держал в руке свой свиток телепортации, настроенный на Стоунхолл, и был готов прочитать его, стоило ему лишь получить согласие Мортред на очередную совместную вылазку. Найти Рубика, получить серебряный клинок и с его помощью развеять магию бессмертия Остариона - это вполне подходит для выполнения полученного им приказа.