Жди меня, Бог.

***

— Может приступим? Переминаясь с ноги на ногу, Виен ощущала.. Волнение? Нет, нечто иное. Покалывание в ладонях и сводящая колени судорога могла указывать на тревожность, но все эти ощущения сменялись приливом энергии и неконтролируемым возбуждением. Она созрела. Теперь она готова действовать безжалостно. И в меру беспощадно. — Испытание называется «Кролик». Твоя задача проста: тебе надо поймать кролика и выбить из него некий предмет — осколок суспендия . Любым способом, — как только Хеадон произнес условия испытания, врата заскрипели. Перед Виен распахнулся вход в зону проведения тестирования, принявшая имитационную форму зеленой лужайки с обилием полевых цветов. «Выглядит весьма миленько. И пахнет вкусно..» Виен глубоко вдохнула сладостный запах фиалки вперемешку с терпким, травяным шалфея. Что же, Хеадону низкий поклон. Хорошая попытка отвлечь ее и заставить проникнуться луговой тематикой. На считывание скрытого замысла у нее было не так много времени. А так не хотелось, чтобы ее помпезные речи и язвительные словечки пошли стальному угрю под хвост… Да и мальчонку увидеть хочется. Собственно, ради него она и подорвалась с нагретого местечка. Найди Незаконного, ведь только он может завершить то, что не удалось другим до него. Он — ответ на все вопросы. Незаконная ринулась к вратам. Уже не скрывая выбранного оружия, она преодолела одним прыжком сотню метров и оказалась на зеленом холмике. Наклонив голову вбок, Виен, не скрывая любопытства, рассматривала своего соперника. Страшный и грозный зверь, у которого от страха сейчас помпон отвалится. Кролик без отдыха трясся. Мелкая травинка застряла меж передних зубов. Уши были прижаты, а мокрой нос без передышки прогонял воздух. От пристального взгляда Незаконной тот начал пасовать назад, барабаня задними лапами. Своей мягкой, пятой точкой он чуть не угодил в завершающее его жизнь приключение — в пасть венериной мухоловки. Сделав выпад, Незаконная заслонила собой ушастика. Одним резким махом Виен срезала бутон прожорливого цветка. Да, меч в руках она может не только держать. Не зная, на что уповать — на мышечную память или случайность, она обернулась и глянула на своё «испытание». Тот уже тихо посапывал, утопая в желтых одуванчиках. Не убирая далеко меч, который мог пригодиться с минуты на минуту, она отскочила назад. Виен поморщилась. Что-то тут не так. Если её догадки верны, то поляна, сотканная из Шинсу , сжимает истинные размеры животного. Или есть сдерживающий механизм, который не дает выйти за пределы формы кролику. И стоит лишь разрушить иллюзию, как этот дрожащий комок примет истинный облик. Рассеять мираж вряд ли ей по силам. Сколько мечом не махай, картинка не сломается. А если использовать само Шинсу.. смешно. Оно хоть в ней есть? Какая-то она дефектная Незаконная, ведь она не чувствует.. ничего. Никаких потоков, никаких циркуляций «божественной» энергии. — Ты думаешь, я не нападу на эту малютку? Считаешь, кишка тонка? — Виен кинула взгляд через решетку в сторону Хеадона. А сама выжидала, когда же истинные размеры плюшевого зверька дадут о себе знать. Врата с грохотом и лязгом захлопнулись за её спиной. Ха! Он действительно думал, что она будет рассчитывать на побег, если жареным запахнет? Занятный зверек, испытывающий не только её готовность как бойца, но и нервы. Пока она на грани провала по обоим пунктам. Убрав меч в поясные ножны, Виен села напротив погрузившегося в сон кролика. Безразличным взором она окинула окрестности полянки. Что же, надежды зацепиться за подсказку, с самую крупицу, но остались. Изумрудная трава, цветочки, снова трава, но уже пожухшая и примятая на пригорке, опять цветочки и… Морковка? Бесхозная морковка, затаившаяся на противоположной стороне от кролика. Ни грядки, ни каких-либо других предпосылок возникновения очищенного, сладковатого плода с пыльными клубнями. Ромашки, колокольчики и одинокий овощ. Ни капли не подозрительно. Да, то, о чем она думает — авантюра чистой воды. Но этот кроль точно поведется на провокацию. По впалому животу, торчащим ребрам, напоминавшим скрюченные ветви старых деревьев, и многочисленным проплешинам, можно было заключить с точной, злой уверенностью — его морили голодом и содержали далеко не в лучших условиях. Ну либо Хеадон озаботился его формой и посадил на строжайшую диету, которая довела до ещё скрытого глазу озверения. — Хей, мистер милый кроль, это, кажется, тебе предназначалось? — Виен подхватила морковку и присела на корточки. Она сохраняла безопасное расстояние в тридцать кроличьих прыжков, пытаясь поймать взгляд оппонента напротив. Размахивая сладкой морковкой, Виен сидела в ожидании. Живот у лопоухого заурчал. Что же, совсем скоро соблазниться видом гладкой, хрустящей моркови. А там она уже ему и «сюрприз» поднесет, успев обезопасить себя от реальных размеров «испытания». План имелся. Но не без изъяна. Ключевым являлся момент, когда кролик хрумкнет вкуснятины. Его надо зажать собственным Шинсу-полем. И останется малое: нащупать кристаллик суспендия где-то в желудке и наименее болезненным образом извлечь. Если следовать идеальному сценарию, то она вольёт минимальный поток Шинсу в организм зверя и с эти водным потоком получит нужный предмет. Но здесь и вылезала некая «недоработ ка» — Шинсу. На словах все было четко выверено. Но крах надежд уже был на подсознательном уровне. Виен ощущала себя отторженной Башней. Разве у Незаконных не было чудовищной силы? Не было избытка «божественной энергии»? Величашей способности к Шинсу? В общем, быть и здесь исключением не сильно льстило. Попытавшись создать хрусталик шара в руках, выдавливая из себя всю волю, она разомкнула веки и.. посмотрела на пустую ладонь. Да, крушение иллюзий. Но у нее нет права опустить руки. Да что уж там, даже на мелкую осечку. Завязав волосы в высокий, тугой пучок, Виен ухватила плод за изумрудную бахрому и приподняла над землей. Что же, с Шинсу или без, но пора действовать. Если подфартит, то вновь спасет Хеадон. Ну а если нет.. То хотя бы трусихой язык не повернется себя назвать. В противоположной стороне началось шевеление крохотного тельца. Малыш рассеял взгляд сквозь нее. Виен заметила, что белый пушистик сместил весь фокус на плод и зелень, за которую Виен держала морковь. Кролик замер. Он не моргал. Ничего не жевал. Лапками даже не барабанил. Незаконная занервничала. Мало того, что весь план был хлипким и держался на «ну вот вдруг», так еще она «поломала» кролика. Пристально наблюдая за ним, Незаконнпя рассчитывала подтвердить свою догадку и увидеть изменения. Ну хоть какие-то. Безрезультатно. Хотя… Кое-что бросилось в глаза. Обильное слюноотделение с частым придыхание. Не сильно присуще здоровым кроликам. С каждым вздохом и ударом сердца тело ушастого увеличивалось в размерах. Тело растягивалось. Стремительный рост в холке. Отросшие когти, сродни клинку, глубоко вонзились в рыхлую землю. Раскатистый рык служил оповещением об опасности. — Может завершим испытание, Дитя? Выглядишь напуганной, — подстрекатель-Хеадон, облокотившись спиной на железные прутья, крутил скипетр в лапах и беззубо улыбался. — Черта с два ты увидишь как я сдаюсь, — процедила Незаконная. Но она направляла эти слова каждому, за чьим покаянием пришла в Башню. Никто из них больше не увидит ни ее молебен, ни согнутых колен перед их псевдо-величием. — Ну что, я долго ждала, малыш-мягколапыш. Боюсь, сегодня ты опять без ужина, — Виен поднесла ко рту морковь и сделала укус. Хруст. Треск. Полянка надломилась. Глубокая трещина разделила поле на две части. Виен оказалась права, морковь — центр Шинсу-пространства и держащий под контролем размеры зверя элемент. Сладко. Либо она очень проголодалась. Еще один хруст. Старые ребра зверя ломались во имя перерождения в ужасное и беспощадное. Шерсть выглядела жесткой и стояла дыбом, глаза налились алой жидкостью. Уши из прижатого положения обратились в вертикальное и фиксировали каждый подозрительный шорох. «У меня еще есть шанс. Даже если он примет реальные размеры, то будет возможность напором Шинсу выловить суспендий. Не получилось раз, может, получится во второй» — костяшки рук побелели. На мгновение, всего лишь на одну ничтожную секунду, Виен почувствовала, как бешеный поток зациркулировал в ней. И тут же затих. «Черт! И как это вообще контролировать? Нет, ну вопиющий случай, что ничего, кроме статуса бывшего Отказного Офицера, со мной не осталось». Виен мотнула головой. «Да и план я смогу осуществить только при одном обстоятельстве — сделав ему больно», — Виен потрогала кожаный чехол, в котором от прикосновения тихонечко завибрировал меч. Виен понимала, что сейчас не время для встречи лицом к лицу с разумом активируемого оружия. Да и это испытание лишь послужит началом. А все свои тузы из рукава доставать сразу же даже для неё самой представляет малый интерес. Даже если обойтись и без призыва души, Сэла ей отлично послужит и спасёт от неминуемого — смерти. Интенсивно барабаня задней лапой, деформированный «зверек» почесал другой ногой за ушком. Из его пасти полилась человеческая речь: — Вместо морковки Кайко съесть тебя, чёрная кость. Оттолкнувшись опорной лапой от земли, Кайко завис всем телом над Незаконной. Заостренные когти показались за обильной шерсткой. Клыки, желающие погрызть что-нибудь посочнее, выглянули из-под верхней губы. Задрав голову кверху, Виен моментально заняла высокую стойку, заблаговременно приготовив меч. Сведя локти и занеся оружие над собой, она взяла короткий разбег и совершила прыжок. Цель достигнута: мягкие ткани живота монстра распороло лезвие, оставившее длинную полосу. Страшный рык окатил словно ледяной водой, заставив её продрогнуть. Кровавый ливень хлестал из открытой раны и не собирался останавливаться. Вонзив меч ещё сильнее, она зажмурилась и закричала сама. Пускай она слышит только себя, чем звуки жертвы насилия. Но она должна была поступить так. Пускай её путь венчает кровь, дабы после её не видеть ни на чьих руках. «Прости, Кайко. Прости. Я не хотела. Правда, не хотела» — Виен склонилась перед телом чудовища, едва коснувшись его морды. Тот, тяжело дыша и издавая прерывистые хрипы, на легкое прикосновение девушки лишь издал выдох сожаления. Внутренний голос вкладывал в ладони Виен чувство вины, от чего все органы внутри горели. Однако снаружи её колотил озноб. Если жизнь Кайко подходила к концу, то в воздухе витал запах новой. И не только в нем. Из нутра зверя, чья жизнь угасала, «выпал» комок с голубой шерсткой и ярко-зелеными глазами. А за ним выкатился палевого окраса с белым пятнышки, в виде крохотного сердечка, на лбу, кролик, который не переставал что-то усиленно вынюхивать перед собой. Естественным путем начали появляться кролики. Так ещё Хеадон подсуетился о дополнительных спецэффектах: сверху, как конфетти из хлопушек, десятками летели плюшевые, с носами-сердечками, ушастики. — Что за, твою Башню, происходит?! — заорала Виен. Образованная на пустом месте кроличья ферма прижала ушки. Вот Хеадон, Захард его дери, хитрая сволочь! Подкинул ей кролика «с сюрпризом»! Он же не сказал, из какого конкретно кролика надо выбить суспендий. Так ещё и кроличий дождь ей организовал. Походу ей нужен был зонт, а не меч. Не выдержав, Виен со всей злобой впаяла в искусственную лужайку окровавленный меч и оперлась на него. «Оправдай жертву Кайко» — бегущей строкой неслось в голове. Ей было тошно от мысли, что она позволила себе сломаться и нарушила собственное обещание — не забирать жизни. Вокруг нее, насколько она помнила, ходило много слухов. Мол, что Отказной Офицер могла уничтожить более трех дивизий Захарда не запыхавшись. Или, поговаривали, что от скуки та позабавилась с кандидатками в Принцессы и ненароком всех переубивала. Как бы там не было, Виен точно знала одно — жизней она никогда не отнимала. До сегодняшнего дня. И то, этот «инцидент» ещё нерешенный. — Эй, ты, — Хеадон за клеткой, который «якобы» перестал следить за ходом испытания, повернулся к Виен, — ведь пока сердце Кайко бьётся, у меня есть время, так? Отсчет испытания — это же биение сердца того потрепанного и измученного преимущественно тобой ушастика, да? — Да, твои догадки точны. Время иссякнет именно тогда, когда сердце этого монстра перестанет биться. — Надо найти среди сотни появившихся на свет крольчат того самого. И как можно скорее, пока не появилось ещё столько же, — вырвав оружие из земли, Виен присела на четвереньки и посматривала на скопление разноцветных шерстяных комочков, продолжающих активно плодиться. Незаконная долгое время выслеживала свою мишень, но каждый раз сбивалась с прицела. Поняв, что наблюдая с тыла она не добьётся поставленной задачи, девушка легла на живот, перед этим зафиксировав меч на спине, и, двигая лишь верхом корпуса, устремилась к Армагедону всей вакханалии — к кролику Кайко. Подбираясь ближе, Виен ощутила, как забиваются мышцы. Дикий дискомфорт в руках способствовал уже не таким резким и уверенным движениям. Кости ломило. Связки горели от непривычной физической нагрузки. Стиснув зубы и прикусив губу до металлического вкуса во рту, Виен оттолкнулась правой ногой и съехала с пригорка на животе, как пингвин скатывается со снежной горы к открытому горизонту океана. Кролипад было не остановить. — Осталось найти того самого паршивца, — процедила Виен, шмыгнув носом. Кайко прикрыл глаза и готов был отвести душу, но тихое биение сердца доносилось до ее тонкого слуха. Еще дышит. «Кайко, пожалуйста, ещё немного и я спасу нас обоих. Дай мне немного времени» — мысленно обратившись к изможденному зверю, чей каждый выдох мог стать последним, Виен задрала голову вверх и ахнула. Еще один, черт возьми, кролик. Но что-то было по-иному.. Его падение было медленным и плавным. Чуть ли не медитативным. Да и сам он был легким и невесомым, кружась в воздухе быстроходных совокуплений и фантасмагории. И что-то в нем было особенное… Его взгляд иссине-голубых притягивал и завораживал. Но Виен видела перед собой нахальный взгляд синих вод океана, который никак не мог рассеяться перед глазами, спустя столько времени. Отрешенное сверкание ледяных глаз, которые она боялась и мечтала увидеть вновь. Но.. Что у него в зубах? Что-то крошечное, еле поблескивающее… Суспендий. Совсем крохотный осколок, об который кролик точил зуб. И который мог исчезнуть в его же утробе. — Сукин сын, только попробуй его проглотить! — сорвавшись с места, Виен ринулась с распростертыми объятиями к «метеориту». «Мне срочно нужно туда, но я не могу его нагнать!» Кровь стучала в ушах. Виен путалась в ногах. Белый комок увеличивал дистанцию между ними. Она цеплялась руками за воздух. Губы шептали: — Мне нужно, нужно приблизиться к нему! Кролик остановился, но расстояние было приличным. Если она сейчас дернется и устремится к нему, то игра в догонялки возобновится. Она прикрыла глаза и почувствовала, как мир сжимается до точки — все краски исчезают, звук уходит внутрь черепа. На миг она становится ничем — ни телом, ни мыслью. А потом — хлопок, и воздух вновь возвращает ей вес. Пространство изогнулось волной. Она стоит уже в другом месте, а след от её присутствия ещё дрожит в пустоте, как отражение на воде. «Не думала, что я и такое могу и… могла? В любом случае, навык телепортации в этих гипсокартонных стенах мне пригодится». Напротив ухмыляющийся девицы предмет её слежки и охоты мирно понюхивал ароматный цветочек, надкусывая драгоценность. Расстояние между ними сократилось, но тот все еще был в безопасности. Встрепенувшись, дева постаралась бесшумно настичь длинноухого, но подошва берцев решила ход неравного поединка: по гладкой от росы траве, тело проскользило в сторону сидящего кролика. Примкнув нос к носу, Виен повинуясь далеко не здравому смыслу, попыталась ухватить кролика за уши и тряхануть так, чтобы вместе с дурью выбить кристалл. Тот, учуяв недобрый замысел, поджал уши и судорожно задергал задней лапкой. Под прицелом прожигающего до хвоста хищного взора, кроль проглотил ценный кристаллик. — Отлуплю тебя как пиньяту, — прохрипела Незаконная. Виен оперативно достала меч из ножен и кинула в удирающую тушку. Кусок стали приземлился напротив кролика. Ступор и растерянность. А затем снова стремительный бег. Розовые лапки сверкали перед Незаконной, которая не переставала чертыхаться и желать этой Башни исчезнуть. Кролик почувствовал, что эта дамочка, с разбитой губой и запачканным лицом, не может служить больше угрозой для жизни. Потряхивая пушистой попкой, радостный клубочек попрыгал к цветку, чей расцветок напоминал пчелу. А Виен, волоча меч по земле, уже не ругалась, а тихонько хихикала себе под нос. Весь ли яд она спрыснула этим смехом из себя? Шаркая ногами по инерции, она была в секундном действии от завершения испытания. Ещё чуть-чуть и случится маленькая оплошность. Мохнатый малыш приблизился к плюмерии и вдохнул медовый аромат. Вкусно, приторно и очень даже опасно. Но этот кроль не обладал ни инстинктом сохранения, ни единой извилиной. Кроль громко чихнул, развернувшись мордочкой к Виен. Сжимая крохотный аквамариновый осколок, к которому прилипли мелкие пережеванные травинки, а обрамляли контур слюни мелкого зверя, Виен хмыкнула. Испытание оказалось куда более мерзким и истощающим, чем она могла прикинуть. Даже милейшие создания не очень-то скрасили его. Малютка не переставал чихать. Она сочувствовала бедняге, ведь помимо вызванной аллергической реакции, он напрочь сжег себе слизистую. Тем временем.. Сердце Кайко издало последний стук. — Ну что, Дитя, похоже, твое время истекло, — Хеадон одним движением скипетра устранил всё лишнее, кроме мёртвого зверя. — Как жаль, что твой былой азарт сохранился, а вот сноровка и стратегизм.. — пытаясь вынести вердикт, подразумевающий возврат Виен за пределы Башни, Хеадон обратил внимание на разжатую перед ним ладонь. Маленький осколок драгоценного металла, окровавленный и отколотый снизу, тускло поблескивал на человеческой плоти. — Плюмерия, — проговорила та. Администратор Нижнего Этажа свел сзади уши. — Цветы, после наслаждения ароматом которым ушастики получают сожженную слизистую. А у этого мальца ещё и аллергия на данный цвет, чему пронзительный чих был доказательством. —Хм… Не удивлен, что тебя спасло не активируемое оружие, а смекалка и щепотка везения, — Админ указал на меч. Он забрал осколок синего камушка у девушки, — И я не отрицаю твои навыки искусного бойца, но кровь ты… —Хеадон, я хочу, чтобы ты вернул жизнь Кайко. Незамедлительно. И дал ему лучшие условия. Желательно, за пределами Адского этажа. Ведь он оттуда, да? — перебила его Виен. Нахмурив брови и скрестив руки на груди, Незаконна продолжала сверлить взглядом Хеадона, дожидаясь новой хитрости от этого неугомонного иезуита. — Тому, кто тебя чуть не поглотил? — Хранитель повернулся к ней спиной, скрестив за ней лапы. Выждав немного времени, он заговорил. — Хорошо. Но ты отдашь мне меч. У Виен встал комок в горле. Она взялась за больше, чем оружие, Она так и не «оживила» Сэлу за этот долгий путь. С лёгкой досадой Виен провела сухими подушечками пальцев по острому лезвию. Слов благодарности не хватило бы, чтобы описать всю признательность Сэле. И то, она отдавала ей честь только за то, что та помогла ей здесь и сейчас. Сколько же у них было совместных приключений (которых она не помнила), и сколько всего могло быть впереди. Но она знала и верила, что даже без неё, дух Сэлы освободиться от оков стали и та станет свободной. Виен сделала шаг вперед и кивнула: — Я согласна на такого рода бартер. — Ну что, дитя. Я вижу, что сердце у тебя по-прежнему доброе. Отдашь все, чтобы защитить даже чудовище. Испытание показало, что ты не только отважна и безрассудно храбра, но разумна и милосердна, что мало в ком сохранилось в этих местах, — Хеадон отворил клетку наружу и застыл в проеме. — До сих пор в каждом видишь свет? У Виен пробежали мурашки и она осмелилась поднять свой взгляд на Хранителя. Ни ужасающей зубастой улыбки, ни блестящих топазов в глазницах — ничего, что могло доказать блеф этих слов. — Спасибо, Хеадон. Не знаю, почему ты ко мне так добр, — Виен пожала плечами и, положив меч на ладони, протянула его Администратору, — Как и договаривались. Меч Сэлы я тебе отдаю за жизнь Кайко. И да, — девушка наклонила голову в сторону и улыбка коснулась ее губ.— Я могу не видеть свет, однако могу почувствовать его. И наоборот. Могу не видеть и не чувствовать, но услышать через мелодию чуткого сердца. Могу узреть через поступки. Иногда свет смешивается с гнилью и остается только, в конечном итоге, один в выигрыше. Мне просто важно… Важно не отнять надежду, ведь до последней секунды существования, до последнего импульса есть шанс, что в любом существе пробьется тонкий луч света. Разве я могу это забрать? Кто я такая, чтобы забирать веру в то, что беспросветную тьму могут украсить настоящие, мерцающие в густой тьме звезды? Которых, вроде как, и не существует в этой чертовой Башни… Хеадон подошел к Незаконной и забрал меч. Он посмотрел в слезящиеся глаза напротив и заговорил: — Уверенно поднимайся по Башне и найди ответы. Я верю в тебя, Дитя, как и тогда. Один. Два. Три. Биение сердца Кайко учащалось. Но его образ, как и силуэт Хеадона, рябил перед глазами. — Ну что, Дитя, я сделаю тебе ещё один подарок, — прокрутив два раза посохом, Хранитель продолжил, — до достижения этажей, где плотность Шинсу становится выше, а ранг обитателей Башни превышает А, на тебе будет «Бесцветная Защита». Никто не сможет тебе помешать идти под новым именем и возвратить ушедшие дни. Найди ответы, чтобы с достоинством предстать перед теми, кто нанес тебе раны. «И перед теми, кто их залечит». Последним, что услышала Виен, было краткое наставление: — Если ты пройдешь тест, то сможешь подняться выше. На вершину. Снова. Я знаю, что тебе это под силам, Дитя. Не дай себя запугать. Поведя левым ухом, он добавил: — И да. Паренька, которого ты ищешь, нарекли вкусным именем — Баам… Конец Первого Испытания.