Жди меня, Бог.

Кабинет Юу Хан-Сунга. — Что?! Первый тур прошли всего трое участников?! Ты вообще как за испытанием следил, чтобы получить такие результаты? — директор второго этажа общипал переносицу до красноты, пока выслушивал доклад о завершенном испытании в районе три от одного из администраторов — Кванта Блитца. — Ну это.. как бы.. — сжав в замок руки за спиной, Квант рисовал взглядом круги по полу, страшась поднять глаза на Хан-Сунга. — Ты там устроил Битву до последнего выжившего? — спрятав руки в длинные рукава ханбоку, Юу исподлобья посмотрел на администратора испытания, который был бы и рад провалиться сквозь землю, лишь бы этот разговор закончился. — Ну вы же знаете меня, я не люблю сложностей, — Квант судил себя объективно, без предвзятостей. Что-что, а заморачиваться он действительно не любил. — Поэтому я провел сорокаминутный матч на выживание. — Хочешь сказать, что из двухсот Избранных за сорок минут осталось лишь трое? И я должен поверить в эту чушь?! — Но.. Но это правда!! Понимаю, что звучит дико, но эти трое положили остальных за сорок минут! — Кто же эти трое? — с завуалированной претензией предъявил Хан-Сунг. — Принцесса Захарда, Незаконный и ещё какая-нибудь нечисть? — Ну.. Типа того.. — Квант замялся. Опустив взгляд, он не прекращал активно потирать затылок. — Все варианты разом. — ЧТО?! Ты говоришь, что дочь Захарда и Незаконный затесались в одну группу? А ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛ?! Более того, ты сбрендил давать подобные испытания, когда в группе такие монстры? А? — Ну.. Я как бы не особо проверял, поэтому… — Квант замялся, схватившись левой рукой за макушку. — НЕ ПРОВЕРЯЛ?! — взбешенный директор вытянул шею по направлению к Кванту, пытаясь неосязаемым напором выудить из него взгляд «глаза в глаза», — ТЫ НЕ ПРОВЕРЯЛ ЛИЧНОСТИ УЧАСТНИКОВ?! У ТЕБЯ СОВСЕМ КРЫША ПОЕХАЛА, КВАНТ? — повышение тона было недостаточным и директор решил повысить голос. — Прошу прощения… — втянув шею, Квант инстинктивно прикрыл голову руками. — Боже, как мне все это разрулить? — вернув прежнюю дистанцию между ними, Юу прикрыл лицо ладонью, — Ну почему подобные вещи случаются, когда Эванкхелл-ним отсутствует? Если Проктор узнает об этом… Хотя, он наверняка уже знает. Огорчение и досада вырисовались в четких и резких, вызывающих и симпатию, и отвращение разом, чертах Хан-Сунга. На самом деле, Юу не испытывал ни одного из чувств и умело блефовал, преследуя нужный ему результат. — Если Эванкхелл-ним пронзает об этом, нам голов не сносить! И покатилась головушка директора с плеч, и покатилась головушка Кванта с плеч… — жест «долой голову» Хан-Сунг проделал с наигранно печальной миной, однако Квант, в очередной раз, купился на столь дешевый развод. — АААА! Мне так жаль! А другого пути нет? — Квант вытаращил глаза, уповая на Хан-Сунга. — Что поделать? — Юу лишь развел руками, продолжая наслаждаться моментом. — Переселяться поближе к Богу молить о спасении.. — О, нет, пожалуйста! Я не хочу умирать! — Квант пал на колени перед Юу, хватаясь за покрытые щиколотки директора. — Пора начать давать милостыню беднякам и очищать свой разум.. — тот брыкнул ногой назойливого админа, повернув голову в противоположную сторону. — Нууу, Хан-Сунг, умоляю! Ты же светлый ум! Я.. Я эту комнату до верхов кофеём залью! — используя рукав ханбоку как канат, Квант поднялся с колен, вцепившись в руку Хан-Сунга. — Ух, похоже другого выбора нет.. — Юу всем видом показывал, что Кванту несказанно повезло. — Я постараюсь все утрясти. — Честно-честно? Хан-Сунг, ты просто прелесть! — Квант повис на руке Юу, улыбаясь во все тридцать два и издавая странные звуки, которые походили на кваканье лягушки. Наверное, это были звуки счастья. — Заткнись, и приготовь мне кофе Максим, — Юу оттолкнул Кванта, повернувшись к нему спиной. — Да-да, конечно, — сверкая пятками, Квант побежал к ближайшему автомату, который выдавал пакетики одноразового кофе. Юу подошел к панорамному окну, за которым скрывался вид на ухоженный, маленький садик. Декоративная плакучая ива спустила ветви к самой земле, скрывая свой тонкий стан. Нежно-розовые лепестки с ветвей ивы уносило в головокружительном танце ветра в самые небеса. Сладкий запах долетал сквозь открытое остро до Хан-Сунга, заставляя морщиться от излишней приторности. — Надо связаться с героиней района номер Три, — директор подошел к столику, за которым велись не только одиночные чайные (и кофейные) церемонии, но и переговоры, — Часы. Видимый режим. Телефон, включить. Соединить с Гвен Ло По Биа. Район номер Три. Конец Испытания. Световые лучи разрушили фасад облачных замков. Небо полностью очистилось, как и воздух. Тела проигравших Избранных превратились в пепел, который кружился в прощальном танце над полем. Но благостную тишину места, с которого сходили последние капельки крови, разрушало чье-то набирающее обороты биение сердца. Тихое хихиканье исходило из тела, несколько минут назад находившегося на гране потери души. Облокотившись на валун, девушка, прикинувшаяся Избранной, прикоснулась к ещё кровоточащий ране, затягивая Шинсу-сеткой дыру до полного соединения мягких тканей. — И все же мой план был идеален, — глухой смех, словно уханье совы, царапал гортань и сжимал легкие Гвен, от чего та зажмурилась. Приложив тыльную сторону ладони к насквозь пробитому животу, девушка выпустила искрившийся фиолетовый поток энергии, прошедший через неё. Медленно уязвимые участки тела стягивались и заживлялись. Рождение и слияние клеток, восстановление ровного дыхания, заживление эпидермального слоя — все это было под контролем Гвен. Насчет своих целительных навыков она особо не распространялась, да и не гордилась ими. Ведь когда они настолько были нужны, она оказалась бесполезной. Гвен усмехнулась. А говорили, что этот подряд Избранных уникален и интересен. Чем? Любые бы другие сразу догадались, что Испытание лишено смысла. Ее условия были изначально противоположны логики. Без обмана и уловок невозможно достичь цели, озвученная ей. Либо все возвращаются к исходному положению, либо все имеют непривычные коды на руках. Зато явно не из брезгливых чистюль. Перешагивать через трупы привычное дело. Не котелком, так клешнями доберутся до цели. Тихий, но весьма неожиданный звук входящего звонка сжал диафрагму. — Часы, видимый режим, — со скрежетом прохрипела Гвен. На циферблате часов отобразилось имя входящего абонента: Змеиная шкурка. Гвен невольно поморщилась, однако нажала на принятие вызова. — Ну, Кванта было вырубать не обязательно, — вот таким приветствием, после всего сделанного и пережитого, была удостоена Гвен. — И тебе не хворать, Хан-Сунг, — растянуто простонала Гвен. — Ты же сам сказал, что Блитц не должен знать о наших договоренностях и посвящать в план его не стоит. Не было иного выбора, кроме как вырубить его. — В любом случае тебе удалось выполнить все пункты сделки, хоть и с личными коррективами, — сухо констатировал директор второго этажа. — Не забывай, что ключевым было свести ту троицу в одну команду. Каким способом ты не уточнял. Вот я и решила поразвлечься, тряхнув стариной. Эх, воистину предалась воспоминаниям, — Гвен блаженно прикрыла глаза. Но теплые воспоминания были задвинуты в дальний ящик, и она вернулась к насущным вопросам. — Хотя я не понимаю, что ты так зацепился за эту неумеху. Она точно Незаконная? Абонент на другом конце соединения решил сыграть в молчанку. — Молчание меня не устраивает, Хан-Сунг. Хотя.. — перед глазами Гвен возник тот же пейзаж, что был и в реальности, однако посередине живописной картинки было крохотное пятнышко. Ничтожное, совсем незначительное, но портящее всё вокруг. Это «пятно» — как бельмо на глазу. Как псовым пятая нога. Оно еле заметно, ничтожно, но не обратить на него внимание было невозможно. И для чего она нужна Хан-Сунгу? Что можно извлечь из этой замухрышки? Но вплетать себя в новые интриги амбиций не возникало, и она решила охладить свое любопытство. — Просто выполни то, что ты обещал, и мы в расчете. — Если тебе действительно уж так интересно.. — Хан-Сунг знал, что Гвен уже отпустила затею с допросом, но если вдруг она заинтересуется, то он точно не упустит возможности пуститься в торговые отношения с давней знакомой. — Говорю же, закрыли тему, — рыкнула Гвен. — Я все выполню, как и договаривались, — на рычание Хан-Сунг на едином выдохе выпалил фразу, подводя диалог к концу. — В лучшем виде, Юу. И да, — Гвен сама собиралась завершить вызов, но решила кое-что уточнить. — Надеюсь, Принцессу вы не собираетесь вплетать в ваши интриги. — Ты к кому-то привязалась? — Юу, выводивший чернилами что-то на бумаге, ухмыльнулся. — Не твое дело, — грубо ответила та. — Я думал, что судьбой Мишель Лайт ты проникнешься больше, — окуная перо в чернила, Юу продолжил выводить иероглифы на бумаге. — Вы чем-то похожи. — Ты намекаешь на мою жалкость? — Гвен отвлеклась от врачевания и, запрокинув голову назад, сжала губы до посинения. Хан-Сунг хмыкнул. — И это говоришь мне ты? — голос Гвен сорвался на фальцет, однако она вовремя вернула себе прежнюю непоколебимость и продолжила на прежней тональности. — Не припомню, чтобы я бежала, поджав облезлый хвост, на самый низ Башни, отсиживаясь там сотни лет и пряча свой громадный потенциал. Да, Хан-Сунг, может я и уступаю тебе в силе, но я не прячусь и не убегаю. Я здесь и я заметна, меня видно, в отличие от тебя. — От своего предназначения тоже не бежала? И специально испытания не проваливала, отодвигая звание Высшего Офицера? — Гвен, хоть и не видела, но чувствовала, как Хан-Сунг хитро прищуривается и продумывает, на какую же болевую точку нажать следом. — И от природного дара анимы, конечно же, не отказывалась, Гвен Ло По Биа, повелительница Кровавых Лошадей? — Заткнись, — завопила Офицер. — Сколько раз тебе говорила, не приписывать мне этот статус и лишний раз не упоминать его. — Занятно. Может и от Бога не отворачивалась? — Они.. Они убили моего сына, Хан-Сунг, — затянув рану до небольших рубцов, Гвен отвела взгляд к солнцу. — Беспощадно, безжалостно. И, знаешь, что? Я лучше преклоню колено перед Дьяволом, нежели буду молиться такому Богу, как злотовласый мальчишка с трехглазым гербом, не знавшим и изначально, что такое моральные устои. Я смотрю ты тоже метнулся к другим Богам, Юу. Но знаешь, они тоже, так себе, на время. — Спасибо за оказанную услугу, Гвен. До связи. Часы. Отключение от Гвен. — Что же, одиночество ей явно не помешает. А теперь пора перейти к воплощению моего плана, — прикрыв глаза, Хан-Сунг отложил перо. — Часы, видимый режим. Подключение к Ро, — встав с места, Юу подошел к окну, не отводя взгляда от тонких древесных изгибов. На связь с Ро он вышел быстро, а объяснить ему план действий на следующее испытание оказалось ещё быстрее. Конечно, Юу был уверен, что этот дотошный и до чертиков пропитанный справедливыми мотивами светлячок что-то заподозрит, однако возражений и наводящих вопросов на раннем этапе удалось избежать. Что льстило директору. — Да я просто гениален, — уповая на свои блистательные навыки стратега, Юу посмотрел на настенные часы, невольно хмурясь, — И куда же запропастился этот пустоголовый Блитц? Сейчас бы кружку, а лучше две, кофе Максим… Зона отдыха для Избранных. Команда Баама. — Последнее испытание, кажись, было трудным. Столько команд провалилось.. — Баам глядел по сторонам, пытаясь детально рассмотреть лица прошедших. — Хм.. Не думал, что столько народу отсеется. Кажется, больше двадцати отцепились, — Кун тоже наблюдал за конкурентами, однако без тени сострадания, нежели его приятель. Агеро так же уловил, что Баам запускает свой взгляд постоянно в одну сторону — ко входу в зону отдыха. — Всё ждешь, что сюда войдут те шумные ребята вместе с мечницей? — Как думаете, господин Кун, они смогли пройти? — Не знаю. В любом случае, не стоит огорчаться чужим провалам. Надо радоваться своим достижениям, — Кун был непреклонен в своей позиции и выражал мысли прямо и без приукрашиваний, — Ладно, перерыв скоро закончится. Я скоро вернусь. Лишь до туалета и обратно, — постучав по чемодану три раза, Кун широко улыбнулся и тут же ринулся в озвученном им направлении. — Эм, хорошо..? — только и успел сказать Баам, но след Куна уже простыл, остался лишь тонкий шлейф одеколона. Бааму недолго пришлось находится под контролем Рака Крушителя, ощущая пустоту и одиночество. — Йоу, везунчик! Походу удача все еще на твоей стороне! — искренний восторг незнакомца оглушил Баама на мгновение и вогнал в ступор. — Что? Кто Вы? — растерянно, но вполне спокойно, без испуга, спросил Баам. —Меня зовут Шип Ли Су. Как делишки? — парень, чьи щеки исцеловало солнце, не переставал тянуть в разные стороны уголки губ. «А вот у него действительно улыбка до ушей, хоть завязочки пришей» — Баам сложил руки на коленях, смущаясь от столь долгого зрительного контакта. — А как тебя зовут? — Шип присел на корточки перед Баамом, стараясь более надежно завязать шнурки кроссовок. Ведь до того, как подойти к Бааму, он уже успел не один раз повздорить с завязками. — Меня зовут Баам. — А это что за здоровяк? — Шип указал на отстраненно сидящего и смотрящего куда-то вдаль Крушителя. — Я Рак-Вожак, — пробасил Рак, даже не удостоив косым взглядом нового знакомого Баама. — Рак-Вожак? — уточнил Ли Су, ни капельки не оскорбленный столь пренебрежительным отношением Вожака. Он поднял свой взгляд чуть выше, дабы рассмотреть во всей красе величественного и могущественного Вожака. — Истинный вождь нашего времени, — однако на этом Рак завалился на правый бок и отвернулся от надоедливых черепах. Негоже истинному Вожаку так долго общаться с подчиненными. Да ещё с теми, что дары не приносят. — Похоже, в вашей команде есть забавный парень, — Ли Су не переставал улыбаться, повернувшись снова к Бааму. — Но ты просто нечто! На вид типичный сопляк, а зашел так далеко! — Это все благодаря моим товарищам.. — Так обычно отмазываются крутые парни, — Ли отмахнулся, после чего он переменился во взгляде. Сейчас он выглядел старше, а смеющиеся огоньки в глазах сменились на непроницаемую тьму. — И все же команды редеют. Значит, что испытания подходят к концу. Отныне уровень сложности будет зашкаливать, — и здесь, не сдержавшись, огоньки снова заблистали в глазах. — Но я обязательно пройду их все! Я обязательно дойду до вершины, как и обещал своему другу! Воспоминание Ли Су. Внешняя Башня, седьмой этаж. (под завоеванием Захарда) — Да входите, входите, во имя Захарда, только перестаньте так настойчиво стучать по височным долям, — тело юноши скатилось с дивана головой в пол, от чего тот стонал, но ничего не предпринимал. Посередине небольшой комнатки стоял замшевый, с потертыми подлокотниками диван, из которого раз в день выпрыгивало по одной пружине. Напротив стояла на самодельной картонной тумбе черная коробочка, звавшаяся телевизором. Тарелки с остатками пищи двухдневной давности были раскиданы как мины по ковру, а кружка, лежащая у изголовья дивана, источала запах плесени. Находящийся в ней чай вот-вот превратится в полноценный яд. Рядом валялась игровая приставка, ровесница все ещё лежавшего макушкой в ламинат парня, желающая отвести душу Захарду и найти покой на облачке-Шинсу. Цветные, жестяные пустые банки, источавшие запахи хмеля и химозы, не только поддерживали атмосферу живущего здесь бунтарского духа, но и добавляли ярких красок этой тусклой халупе. — Ли Су? — скрип колес заставил молодого человека разлепить веки. — Домин, привет! Прости за бардак, — надавив на закрытые глазницы, Ли Су протяжно зевнул. Он чувствовал, с какой досадой на него смотрит друг, однако пытался вести себя непринужденно и загасить зарождающийся внутри стыд. — Ты за него извиняешься каждый раз, — застряв в дверном проеме, Домин продолжал наблюдать за другом, пытающимся адаптироваться к перевернутому миру. — Да? Наверное, пора перестать это делать, — окончательно грохнувшись с дивана головой вниз, Шип громко хмыкнул. — Что именно: разводить хаос или извиняться? — Домин проехал чуть дальше в комнату. — Конечно извиняться! Ведь я такой, какой есть! — заметив, что у него на ногах не только по цветовой гамме, но и по длине надеты разные носки, Ли призадумался. И давно он таким стал? —А ты ещё другом зовёшься, Домин! Пора признать мою натуру, а не отвергать её! — Ли Су, — колесики инвалидного кресла массажировали руку Ли Су, которую Домин направился переехать, — когда ты возьмешься за ум? Ты растрачиваешь себя каждый день попусту, хотя ты не представляешь, на что ты способен. Ты мог бы давно совершить великое, начав покорять Башню.. — Я и покорять Башню? — перебил приятеля Шип, пытавшийся изменить положение тела, однако алкогольная интоксикация ещё держала его за грудки, не давая сделать лишнего движения, — Хоть я и машина для убийств, но не способен на столь отчаянный поступок. — А я говорю, что можешь. Ты самый сообразительный и умный парень из тех, кого я знаю. И.. У тебя есть хоть и не самое крепкое, но здоровое по всем показателям тело, — грустный блеск в глазах Домина сулил ливень, — Ты можешь найти самого себя и то, что мы ищем с самого рождения — призвание, — сравнимые с чистым апрельским небом голубые глаза устремились в потолок, — А ещё понять, куда же пропала твоя мать три года назад. Разве тебе не..? — Мне плевать. Она просто ушла, Домин. Но я не могу её винить, — сделав пару движений, Ли Су все же переместился в положение сидя, согнув правую руку локтем в колено, — ей приходилось заменять отца в том числе. Учитывая, что наша семья из низких сословий общества, да и без каких-либо даров и способностей в области Шинсу, найти свое предназначение или хотя бы адекватно оплачиваемую работу сложно. Скорее всего, она просто ушла искать себе кого-то, кто может её защитить. А в этом мне точно не интересно копаться, — Ли Су отвел взгляд в сторону, выжимая из себя ухмылку. — А про ум, — тот маниакально хихикнул, — ты явно преувеличил, мой друг. — Ли Су, ты всегда был смышлен и превосходил остальных в решении сложных задач. Даже та ситуация с вихрем три года назад, — на упоминание Домина о том, что было будто две вечности назад, скулы Шипа нервно задвигались, — Ты единственный, кто догадался, что в смертельном вихре Шинсу были задействованы Офицеры из седьмой дивизии, оказавшиеся предателями. Только взглянув на запыленный кусочек, как оказалось, драгоценного суспендия, ты все понял! — Домин дернул рычаг на себя и подъехал ещё ближе к Ли Су, смотря выжидающе, не отрываясь. — И что? Мне просто повезло подобрать этот запыленный кусок драгоценного камушка. Будь они чуть внимательнее, решили бы это дело в два счета, — Шип щелкнул пальцами, однако в его тоне сквозила грусть. Ведь тогда в нем был запал и.. желание быть кем-то? — Ли Су, не отказывайся от самого себя! Хватит отрицать то, чем ты наделен! Если бы… Если бы я мог ходить, если бы я мог, как и ты, так легко щелкать, как орехи, любые сложные задачки, то не сидел бы здесь, не пропивал бы самого себя днями напролет и не.. Не.. — слезы начали душить Домина. — Прости, Шип, но это правда. Я просто хочу.. Хочу, чтобы ты стал моими ногами и дошёл до самой вершины Башни. Но для этого тебе сначала нужно разбудить самого себя, — голос Домина сорвался на хрип и, взмолившись одними мыслями, он схватился за горло, не переставая беззвучно захлебываться рыданиями. — Домин, эй, Домин! Пожалуйста, не надо, — тело Ли Су ещё слабо поддавалось контролю и ему пришлось ползком добираться к креслу, на котором его растрогавшийся друг содрогался от нахлынувших чувств. Ли Су гладил по кучерявой голове мальчика, задумываясь о том, настал ли момент для того, чтобы дать столь важное обещание самому дорогому человеку в его существовании. Собравшись с капли сил, которые в нем остались, Ли Су, на выдохе, четко и громко заявил: — Хорошо, я обещаю тебе, Дом, что покорю Башню, потому что у меня есть цель. — Цель? — просипел юноша, убрав руки с лица. — Я найду то, что сделает твое тело здоровым и крепким, — Шип взял за руку Домина, тем самым обратив внимание на себя, — Ты же говорил, что я сообразительный паренек, не так ли? Я сделаю все, чтобы и ты покорил Башню! Увидел ее в полной красоте и взобрался на вершину, исполнив свои желания! — Ли Су, это же.. — Домин потирал кулачком заплаканный глаз через улыбку, полную отчаяния. — Только не говори, что это невозможно, — Ли Су отмахнулся, лукаво щурясь. — Раз ты смог меня вытащить из дня сурка, то и поставить тебя на ноги не такая уж непостижимая задача. Ты нашел сыворотку, способную вернуть в человеческий вид зомби, Домин! — Ты сейчас не шутишь? — до мальчишки только сейчас начало доходить, что его друг, игроман и любитель выпить, сейчас не шутит и говорит с ним о серьезных вещах без доли юмора. — Ты вправду намерен покорить Башню?! — Ага, — спокойно ответил Ли Су, качаясь из стороны в сторону. — Вот так неожиданно? Во имя Захарда, давно тебе надо было устроить такую взбучку! — ударив кулаком по открытой ладони, Домин свел брови в одну точку, сетуя на то, что этот план можно было реализовать гораздо, гораздо раньше. Но.. Созрел бы Ли Су тогда для такого решения? — Осталось дело за малым: найти того сумасшедшего кролика, который втирал мне про то, что я «Избранное Дитя», — Шип устроился в позе лотоса, убрав руки для опоры назад. — Да знаю, знаю, что это Хранитель первого этажа, так что не смотри на меня как на полоумного. — Что?! — превозмогая царапающие ощущения в горле, выкрикнул Домин. — Так ты уже был Избран снова.. Ты мне даже ничего не сказал! Ничего! — чуть ли не выпрыгнув из кресла, Домин потянулся своими руками к шее Ли Су. — Ну-ну, так я точно не доберусь до верха Башни, — Шип отодвинулся ближе к дивану, увеличивая расстояние между ним и взбесившимся мальчиком. Он покачал головой, после чего продолжил: — Да, он приходил опять, я отверг его предложение. Но раз он так настойчив, думаю, придет и в третий раз, — Ли Су был в этом уверен и не считал нужным доказывать ни себе, ни Домину, что Хранитель первого этажа обязательно придет по его ум снова. И, по этой причине, он решил с одной полянки разговора перескочить на другую, — Кстати, видел новую приставку «Башня-135000»?! Помимо того, что к ней идет в комплект шлем, чей корпус состоит из примесей суспендия и.. — Ли Су, ты опять за свое, — скрестив руки на груди, Домин вжал голову в плечи и сгорбился, с отвращением поглядывая на товарища. — А ты опять нудишь, Дом, чем разбиваешь сердце старика, — плаксиво произнес Ли Су, приложив ладонь ко лбу, — Лаааадно, доползу до кухни и найду для тебя чистую кружку, чтобы заварить чая. — С медом! — крикнул мальчик, наблюдая за тем, как Шип, на четвереньках, трясясь из стороны в сторону, пробирается через раскинутые по квартире носки и горы битых и целых тарелок к столешнице. — С медом, с медом, — с улыбкой себе под нос произнёс Ли Су, думая о том, сможет ли он добраться до злополучной чистой кружки или нет. Башня. Этаж Эванкхелл. — Баам, а зачем ты покоряешь Башню? — выйдя из бурного потока нахлынувших воспоминаний, Ли Су взмолил взглядом к золотоглазому юноше. — Я..Ну, я.. Есть один человек.. Я должен найти его в Башне, — сомкнув руки в замке, Баам осмелился, так же как Ли Су до этого, открыто и без стеснения держать взгляд глаза в глаза. — Ого, значит, ты кого-то знаешь из Избранных? Но внутренняя часть Башни огромна, у тебя задача не из легких, — Шип Ли Су призадумался, почесав едва заметную щетину. — Правда? — с испугом воскликнул Баам. Однако решительности в нем было больше, чем страха, — И все же.. И все же я должен найти её! — Кажись, я сболтнул лишнего, — вставая с корточек, Шип обернулся и коснулся плеча Баама, — Не волнуйся, ты её обязательно найдешь. С таким запалом и с такой настойчивостью.. Точно. Ты точно ее найдешь. — Г-н Ли Су.. — глаза Баама стали немного влажными. «Кажется, я понял, почему он забрался так далеко. Хороший парень, и взгляд такой… Такой же как у Домина» — подумал Избранный, хватаясь за возникший перед глазами образ друга. — Ну, я пошел, — Ли Су на выдохе выпрямился, схватившись с испуга за поясницу. (ведь позвоночник в так затрещал, что Ли подумал, а не вылетел ли позвонок другой) Молодой человек, с облегчением выдохнув, все еще обращался к Бааму, стоя спиной, — А то мои приятели наверняка соскучились по мне.. — напоследок Ли Су решил обернуться, не переставая махать рукой. — Увидимся после очередного испытания, Баам! — Хорошо! Мы обязательно встретимся, господин Ли Су! — привстав с места, Баам в ответ пламенно замахал пятерней.