Жди меня, Бог.

Парящая крепость. Этаж Эванкхелл. Зона отдыха. Команда Виен. После испытания чувства Виен были смешанными. Она ощущала, как прочная паутина терпения рвется. Ей хотелось придумать хитрую западню для Хан-Сунга, дать подзатыльника все еще не унимающемуся Роулу, мягко, но с укором попросить Эру замолчать и к черту проломить потолок этой Башни. Просто хотелось, без причины. Вот-вот и она пустит по венам ту самую бешеную кровь, которая сулит разрушительный процесс. Но нет. Она не даст волю тому, что отодвинет её дальше от цели. — Нас будто меньше совсем не становится! — простонал Роул. Облокотившись на копье, он со скучающим видом наблюдал за маячащими перед ним фигурами. — С точностью наоборот, — Эра скрестила руки на груди, не моргая пялясь в толпу. Сбившись в третий раз в подсчете, Эра махнула рукой. — Состав будто вдвое сократился. Виен, как считаешь? — Эра обратилась к мечнице, стоявшей по правую сторону. — Количество участников явно поубавилось. Не менее семи команд выбыли в предыдущем раунде, — одернув футболку, Виен присела на скамейку. Хлопнув по деревянной поверхности скамьи, Виен тем самым предложила Эре и Роулу присоединиться к ней. — Но, кажется, что все веселье впереди. И бесчисленное количество Избранных, которые познают смерть от моей руки.. Злорадная ухмылка поселилась на устах Виен. Мечница сгорбилась, быстро потирая ладошки и, как показалось проводнице, давила в себе коварный смешок. Эру передернуло. Таращась в оба, проводница прикрыла ладонью рот, заглушив немой крик. — Да шучу я, шу-чу! — Виен заливисто рассмеялась, ударив себя по коленке.— У тебя такой здоровый знак вопроса застыл на лбу, Эра, его тяжело игнорировать. Как и несвойственную бледность лица, — Виен кончиком указательного пальца смахнула слезинку. Все еще сохраняя улыбку, мечница дополнила: — Во мне есть твердая уверенность того, что я не смогу преступить и, — Незаконная запнулась, однако нужные слова быстро отыскались, — убивать всех без разбору. Единственное — сложность испытаний будет возрастать и риск самим быть загнанными в угол высок. — А я за кровопролитие и крики! Хочу, чтобы все вопили от того, как я выворачиваю им суставы, ломаю шейные позвонким и, и… — почесав горбинку носа, Роул думал, чем же закончить свою мысль. — Хочу, чтобы орали от того, как горят у них кости! — От тебя это не звучит жутко, — Эра отмахнулась от Роула, на выдохе шепнув «идиот». — Эй, креветка переваренная, у меня острый слух! — Роул вскочил с места, размахивая кулаками перед невозмутимым лицом проводницы. — Так ты реши наконец, недоваренная или переваренная, во-первых, — Виен удивилась, что Эра ответила Хендо учтиво и спокойно. Но терпения проводницы хватило лишь на один вежливый ответ. — А какого черта, во-вторых, ты не перестаешь меня называть креветкой?! — багряный румянец вспыхнул, поглощая весь запас спокойствия и контроля над собой. — Роул, я могу подстроить все так, что твое тело не выдержало плотности Шинсу и ты задохнулся от несвойственной для тела нагрузки. На меня даже никто не подум.. — Так, хватит! — Виен встала между сокомандниками, разведя руки в стороны. — Роул, извинись перед Эрой. Давай, давай, — мечница сжала плечо выходца Хендо до болезненного прищура. — Эра тоже извинится перед тобой. — Чтобы я и извинялся?! — Роул одернул плечо, дотронувшись до покрасневшего места от цепкой хватки Виен. Надув щеки, выходец из Великой Семьи боролся с желанием дотронуться острием копья до уверенной и беспристрастной физиономии креветки. — Чтобы я и извинилась?! — Евразия скрестила руки на груди, обиженно повернув голову в противоположную сторону от товарищей. — Какой вздор! — Вы оба бываете так невыносимы, — Виен покачала головой. Перебранки этих двоих её знатно утомили. Утомили? Нет, они порядком надоели. Дабы не быть третьим колесом в их конфликте, Виен присела обратно на скамейку. Непослушные волосы топорщились в разные стороны, на корсете уже образовались потертости, а у берц отклеивалась подошва. Поняв, что в оглядывании собственного внешнего облика она найдет лишь одни изъяны, Виен переключилась на оценку пространства. Стены были окрашены в ядренно-желтый цвет, от чего глаза начинали быстро болеть. Криво уложенная плитка под ногами дребезжала от каждого шага, а сверху редким снегопадом прилетала цементная крошка. Хм, а эта комнатка может поконкурировать с ней в потрепанности.. — Ой, покриви, покриви из себя важную особу, безродная. Держать морду кирпичом и брякать что-то заумное — это всё, что у тебя есть, — Роул решил, что схватка ещё не окончена и продолжал брехать. Псовым вряд ли понравилось бы, если бы Роула сравнили с ними, но тот действительно тявкал как мелкий щен на потеху двух зрительниц. — Эй, а это ещё что такое?! — Роул посмотрел на кисти рук, которые были обвиты голубой водной лентой. — Креветка, я знаю, что это твои проказы! А ну-ка быстро разруби эту голубую жижу! — Роул поднес завязанные морским узлом кисти рук к Эре, тряся ими перед ее носом. — Эх, прогадала, — состроив грустную мину, указательным пальцем Эра ткнула себя в щеку и состроила грустную мину. — Я хотела кляп в рот организовать, а вышли наручники. Случайно, — состроив невинный вид, Эра поправила невидимый для остальных нимб над головой. — Ты говоришь, потуже надо? Не вопрос! — Эра, спасибо, я знаю, что ты так выказываешь согласие с моей позицией, — Виен, не вставая с места, ухватилась за ткань рубашки проводницы и потянула на себя. — Но, будь добра, освободи этого крикуна от плена Шинсу. А то обрушим на себя, ненароком, внимание Офицера-другого. — Как обычно, ты убедила, — Эра буркнула что-то ещё себе под нос, опечалено выдохнув. — Ладно. Эра движением руки приманила поток Шинсу обратно к себе. Маленькой змейкой он вернулся к ней и растворился в руках. Роул покрутил около виска, но Виен успела выступить барьером, за которым его выходки не настигли проводницу. — Ладно, креве.. Эра, да? — Виен показалось, что это не было издевкой и Роул действительно запамятовал имя проводницы. Интересно, а ее имя он вообще пытался запомнить? — Если тебе они так нужны, то можешь взять, — Роул протянул пустые ладони, выдавливая из себя искреннюю улыбку, — мои извинения. — Ха, — Эра, обняв себя за плечи, упрямым взглядом сверлила Роула, — от меня, копьезаслонец, раскаяния не жди! — Ну тогда, — пустые ладони сжались в кулаки, — получай это. Роул из кулаков адресовал грубое послание, показав два средних пальца. Виен всегда работала на опережение: прежде, чем Эра направит новый поток Шинсу, который может стать для Роула последним, в копейщика, она закрыла ладонью глаза Эры. Взяв Виен за руку, продолжавшую скрывать от неё реальность, Эра раздвинула тонкие пальцы и увидела через маленький просвет ехидного Роула, прыгающего как блошка на шкуре псовых, сгибая и разгибая в такт собственному напеву средние пальцы. Эра грубо оттолкнула от себя Виен, надвигаясь бурей на Роула. Эта перепалка могла продолжаться до прихода Админа, а может и дольше, но вмешательство третьих лиц предотвратило одно столкновение, чтобы дать случиться другому. — Эй, это же ты! — послышалось совсем рядом. — Да, точно ты! Виен краем глаза ухватилась за источник звука. Ростом более двух метров. Широкоплечий. По осанке и открытой позе можно сказать, что уверен в своих силах и готов к любым исходам. — Мы знакомы? — Виен встала со скамьи и ей тут же пришлось уворачиваться от удара. — Откуда.. — но Эра не успела договорить, ведь её прервал громкоголосый незнакомец. — Я вызываю тебя на бой, — темно-синяя игла острием оставалась в миллиметре от глотки мечницы. Виен и мускулом не повела. Для тревоги не было места, а страх обошел стороной. Она помнила угрозы от ее любимой Десятки Великих Семей, которые она пропускала мимо ушей. А уж угроза какой-то простецкой иглой, скованной кузнецом, чей доход равен отрицательному значению, явно в ней не ковырнет испуг. Этот Избранный словно малыш, размахивающий погремушкой и пытающийся привлечь к себе внимание. — Ладно. То, что ты наплевал на правило, которое гласит, что Избранным запрещено драться в перерывах между испытаниями — меня особо не волнует, — Виен ущипнула себя за переносицу, с трудом сдерживая раздражение. Она уже устала от вечно скулящего и ноющего Роула, а тут ещё один горячий головой спесивый выскочка нарисовался. — Но всё же... хоть объяснишь, зачем ты это сделал? — Мои товарищи провалились. Из-за тебя, — его голос звенел от гнева. — Барьер придавил их. — Они не могли просто.. — страшась предположить то, что вполне могло произойти, Виен пошатнулась. Поймав равновесие, Незаконная напрягла все тело, натянула каждый мускул словно тетиву. Не отводя взгляда от Избранного, Виен скрестила пальцы за спиной. «Как глупо. Но вышло это инстинктивно, — Виен хмыкнула. — вероятно, в прошлом я часто полагалась на веру и удачу». — Они живы. Я в этом уверен. Но ты закрыла им путь. Их команда была достойна идти дальше! — он резко поправил сбившуюся бандану. Глаза налились кровью. — И теперь я не собираюсь сидеть сложа руки. Мне плевать, если за это меня вышвырнут из зоны Испытаний. Я должен… должен отомстить. За них. Лишить тебя самого ценного! Он бросился вперёд, чувствуя, как под подошвами скрипит гравий и гудит настил. Весь мир перед ним сузился до одной линии. Он, игла и цель. Его дыхание сбилось, но руки были спокойны, а голова холодной. Игла в его руках превратилась в копье. Вспоров воздух, наконечник — тонкий, изогнутый, так и жаждал пронзить насквозь плоть, выцедить каждую каплю из обидчика, поквитаться за товарищей. Но в последнюю долю секунды цель исчезла. Игла вонзилась в стену, пробив поверхность с глухим звуком. Крошка цемента осыпалась на пол. В воздухе повисла тишина. Вязкая. Отстраненная. Затягивающая. Однако тишину начал заполнять шум. Зеваки со всех сторон перешептывались, тыкали пальцем в эпицентр событий и на дыру в стене. Другие же, до этого лишь наблюдавшие издалека, теперь зашевелились. Перешептывания переросли в возбуждённый гул. Пальцы тыкали то в дыру в стене, то в инициатора боя. Самые любопытные, то приближались, то отступали с опаской — вдруг сцена продолжится? — Черт… — выдох вырвался сам собой, — Я же целился точно в неё!.. Где она?.. — глаза Избранного метались, остекленев от растерянности. — Неплохо, — голос прозвучал едва слышно, но так близко, что сердце Меркуса замерло. Он вздрогнул. Виен стояла за спиной, почти касаясь его. Она легко положила подбородок ему на плечо, словно они были знакомы добрую сотню лет, зная друг друга со времен до правления Захарда. — Но, боюсь, ты промахнулся, — добавила она с ленивой усмешкой. Он резко повернулся. Дыхание сбилось от напряжения и тревоги. — Как ты... как ты это сделала?! — он развернулся к ней. Его голос дрожал от ярости. Он чувствовал себя глупо. Да ещё и раздетым под её взглядом. Хотелось прикрыть все интимные места, однако он не мог. Её взгляд — рентген, ничего не утаишь. — Мне жаль твоих друзей, — произнесла она тише. — Надеюсь, с ними всё в порядке, — медленно Виен начале поглощать тень. Еле передвигая ногами, девушка, чья тактика одержала победу, собиралась удалиться под перешептывания сторонних и пыхтение проигравшего. — Что, убегаешь? Тактика молчаливого отступления?! — выкрикнул тот. — Нет, — голос был ледяным и почти пустым. — Просто не вижу смысла, — в глазах Виен исчезло раздражение. Читалась лишь усталость. Однако она все ещё была повернута к нему спиной и до него глухо долетали её слова. — Твои товарищи выбыли. Думаю, они бы хотели, чтобы ты продолжил путь. И за них тоже, — мечница потерла запястье, развернувшись к молодому человеку лицом. — Я отдам им должное отказом от боя с тобой. Да и не особо хочется, чтобы меня дисквалифицировали из-за тебя. Он ощутил, как древко иглы в его руке стало влажным от пота. Ладони дрожали. Парень сжал его крепче, пытаясь унять дрожь, будто сжимал всю свою обиду в этом движении. — Маскируешь трусость под великодушие?! — прорычал он. — Ты... бесишь, — голос стал хриплым, как перед срывом. — Эй, Меркус! Мы тебя потеряли! — донёсся голос, прорвавший плотную тишину. Он обернулся. Сквозь рябь он различил своих товарищей — расплывчатые силуэты, окутанные пылью и светом. Они двигались к нему. Уверенно, с решимостью. Их лица были измотанными, но глаза ещё полны веры. — Тебя ждут, — Виен кивнула, — Увидимся на следующем испытании. Там… дам тебе фору. Только не промахнись снова, — Виен отряхнула плечи, после чего протянула руку. Потертая ладонь, с длинными линиями жизни. На запястье браслет с тонкой тесемкой и маленькими копьями, которые, ударяясь друг от друга рождали звон колокольчиков. Чистый взгляд, без всяких грязных и коварных примесей. Но весь облик блаженной и непорочной портило одно — лёгкая, презрительная усмешка. Он готов был ей поверить, если бы не эта изогнутая линия на лице. — Мы точно не закончили, — отрезал Меркус, отворачиваясь. Рука осталась без ответа. Он двинулся навстречу команде, не оборачиваясь. Виен сжала ладонь и тихонько рассмеялась в кулак. Сдержанно. Едва слышно. Её плечи дрожали от сдерживаемого смеха. Ей это показалось… забавным? Неужели именно в этом и есть настоящая она: щекотать нервы другим, изводить и острить как пубертатная язва? Быть клинком, который не убил, но оставил шрам на всю жизнь? А вдруг их жизни разбились? Нет, она точно опустила барьер за собой, не пропустив никого и не задев. Но верно ли то, что она помнит? Утопая в размышлениях, Виен потеряла реальность из виду. Однако вернула обратно её любимая контрастная пара сокомандников. — Эй, Виен, с тобой точно всё в порядке? — протароторила Эра, поправляя манжеты своей рубашки. Её взгляд, внимательный и чуть прищуренный, прошёлся по мечнице с головы до пят. Не дождавшись ответа, она принялась за более предприимчивую проверку: одёрнула Виен за локоть, на секунду оттянула край футболки, затем с профессиональной хмуростью потянула за ворот, заглянув внутрь. — Эй, что за откровенный досмотр? — Виен шутливо отмахнулась, перехватив запястье проводницы, — Это уже попахивает непрошеным медицинским вторжением. Ты что, собираешься меня сдать на опыты прямиком в Мастерскую? «Что? Мастерская? А это откуда взялось в моей речи? — Виен, только нащупавшая нить между прошлым и настоящим, тут же её упустила, — Ладно, просто надо запомнить». — Прости, просто мне показалось, что ты попала под зава... — Эй, безродная, тебя точно не задело? — грубовато перебил Роул, втиснувшись между девушками. Его тяжелое дыхание и нахмуренные брови выдавали беспокойство. Виен, с плохо скрываемым удивлением покосилась на него. Роул и переживает? Она усмехнулась, воспринимая «безродная» уже как родное имя. — Нет, всё цело, — она сделала пару резких движений, пытаясь отряхнуться. — Но, кажется, на мне вся пыль Второго Этажа. Плюс каменные сувениры, — она снова чихнула и принялась себя хлопать по плечам и бокам. — Думаю, мне всё же стоит немного привести себя в порядок, — сказала она, отступая на шаг. — Тебя проводить? — Эра, я по указателям и всю Башню смогу пройти, а до туалета тем более дойду. — Про Башню прозвучало уж очень самоуверенно, ну да ладно.. Ладно, — Эра развела руками и не стала настаивать на своем. — Тогда я пошла исполнять типичные женские штучки, — Виен пожала плечами, покосившись в сторону Роула. Эра хихикнула, а копьеносец и не понял. Не понял никто из них и того , что за не считываемой иронией Виен скрывались усталость и сомнения. Под предлогом «поправить внешний вид» Виен быстро скрылась из виду, направляясь в противоположную сторону от места, где продолжали галдеть, шуметь, обсуждать подтасовку, упущенную из виду самим Админом, да и просто существовать остальные Избранные. Её шаги были уверенными, но внутри что-то тревожно зудело. Нет, ран на ней не было. Она «чесалась» от мыслей. И чужого назойливого взгляда, который прилетел в макушку. Обернувшись, Виен никого не обнаружила. Избранные маячили за её спиной, хаотично петляя по пространству, не обращая никакого внимания на неё. Но кто-то явно следил за ней. — Рановато как-то для паранойи, — пробубнила Виен, заворачивая за угол. Указатель с иконкой женщины приветливо встретил мечницу, уводя в дамскую комнату. С другой стороны стены, за которой скрылась Виен в надежде подлатать свой внешний вид, притаилась та самая «паранойя», следившая за происходящим в соседнем секторе в укромном углу. И имя ей было Кун Агеро Агнис. Он крутил в руке нож, вальяжно облокотившись на выступ. Оттолкнувшись ногой от стены, он подхватил портфель с пола и, перед тем как преодолеть пролет, чтобы встретиться с Баамом и тупым аллигатором, Кун с измождением произнёс: — Ну и товарищей ты находишь себе, Баам.