Жди меня, Бог.

— О, ящерица выползла на солнышко погреться, — Роул сцепил пальцы за затылком и довольно выдохнул, откинувшись спиной к стене камеры. — Ну, раз криков и возгласов не было, то их смерть была быстрой. Да покоятся их души с миром… Он соединил ладони перед грудью и опустил лицо, активно бормоча себе под нос. Ни одной настоящей молитвы из множества религий Роул, разумеется, не знал. Этот жест он просто подсмотрел у своей сестрицы — та использовала его по назначению, а он исключительно «во имя глумления». — Не думаю, что Кун так бы просто откинул копыта, — тихо вздохнула Эра. В уголках её губ пряталось лёгкое сожаление. Смерть Куна была слишком сладким и несбыточным кушем. — А мальчонку они бы точно в обиду не дали. — Это с чего ты так решила? — искоса глянул Роул, подавляя в себе типичного подстрекателя. — Ну они же сокомандники. — Разве это кому-то когда-то мешало? — тот хмыкнул. Для него это не было каким-то железным аргументом. Сегодня сокомандник, а завтра — случайно пропал. — Не думаю, что Кун будет надрываться в одиночку, — коснувшись очередного сломанного ногтя, Эра выдохнула. И добавила: — Ему нужны те, кем можно управлять. Виен поперхнулась. Эра успела составить весьма точный портрет Куна после одной-единственной встречи. Должно ли её это так удивлять? Кажется, она немного подзабыла, что имеет дело с отпрысками десяти вертихвостов. Но вопрос в другом: принесёт ли такое любопытство пользу? Виен невольно вспомнила, к чему привёл её собственный глубокий анализ и растущий интерес к отпрыску семьи Кун. Если бы она тогда остановилась на поверхностном впечатлении, возможно, удалось бы избежать многого. — Эм… А их камера случайно не напротив камеры твоего дружка? — Роул вытянул шею, пытаясь разглядеть что-то сквозь прутья. — Вроде как да, — ответила Эра. Вести диалог с Роулом в одиночку её уже начинало утомлять. Ещё немного, и она причислит его к энергетическим вампирам. Виен же продолжала изображать из себя каменную статую и не спешила «восставать из заколдованного сна». На данный момент она была бесполезна. Впрочем, Эра поглядывала на неё с лёгким сочувствием и неподдельным любопытством. Что же могло так глубоко её зацепить? — Тогда почему эта тупая рептилия шагает не по касательной, а прямиком к нашей камере?! — напрягся Роул. — Так ещё и зыркает сюда! — Роул, ты нагнетаешь, — Эра закатила глаза. Истерика от Роула — было в этом что-то предсказуемое, но от этого не менее утомительное. Скука смертная. — Да? Взгляни сама. Эта зелёная проблема топает прямо к нам! Но глядеть было уже поздно. Она остановилась прямо напротив их камеры и внимательно вглядывалась внутрь. Снова эта лёгкая, колеблющаяся дрожь в орудии. Да, слова Админа злотогривого, может, и возымели бы на Анаак эффект, что попытку достать Чёрный Март стоит отложить. Но кто сказал, что она не попытается заполучить то, что не могло не быть орудием из Тринадцати месяцев? Ведь это чувство… Ни с чем не перепутать. — Эй ты, патлатая, — Анаак аккуратно, насколько умела, решила вести переговоры через решётку. — Что у тебя в руках? Немой взгляд от Роула, удивлённый от Эры и полный приказа от Анаак. Виен даже не могла определиться, какой живописнее из них. На взгляд Роула она решила ответить игнором, на вопрос Эры в её розовой радужке — подбадривающим кивком, а вот столь неуважительную просьбу от незваной гостьи было принято пропустить мимо ушей и вовсе. — Ты глухая? Что же, в выражениях гостья явно не стеснялась. — Приходи, когда манерам обучишься, — спокойно ответила Виен, стараясь не делать резких движений. Её не сильно интересовал этот метр с кепкой, но то, что у неё было в руке, взгляд притягивало. Она неспешно прошлась взглядом по вытянутому спиральному корпусу крюка, заострила внимание на крошечной гравировке и хотела подобраться ближе к инициалам, но режущий сгусток боли прилетел в правое предплечье. Она схватилась за изнывающее место, громко цокнув языком. — Эй, извращенка! Ни капли этики и приличий! Это непристойно так пялиться на оружие из Тринадцати Месяцев! Так ещё когда имеешь при себе более утончённую и благородную представительницу! К спеси и надменности ей не привыкать. В её команде этого с лихвой, так что приноровиться к замашкам Белого Февраля ей ничего не стоило. Но вот к последствиям от владения таким ценным экземпляром приспосабливаться не хотелось. — Что пристойно, а что нет, я определю сама. Лучше скажи мне, — Виен плотно сжала челюсть, судорожно потирая пульсирующий участок тела, — почему твоя реакция на Чёрный Март не была такой, как на Зелёный… — У нас с ней был когда-то уговор. Но дальше она не продолжала. — В каком плане? — В прямом, — огрызнулась та. Разговор был крайне интимен для души Белого Февраля и не то чтобы приятен. А это лохматое олицетворение смерти на тощих ножках ещё спешит бередить её старые раны. Виен ничего не оставалось, как просто принять обет молчания, словив минуту тишины и в разуме, и в теле. Ту самую сладкую, приятную минуту ти… — Нет, ну как эта, которая чуть не вырубается от лёгкой вибрации, пробралась в Архив Захарда? В жизни не поверю, что действительно ты меня украла. Если только не без помощи кого-либо. Ох, стыд и позор всем системам безопасности, — оглушительный цок раскатился эхом в голове Виен. Ей бы хотелось попросить выражать свои эмоции чуть мягче и тише, а ещё как можно реже, но это бы поспособствовало обратному эффекту. — Да и к тому же она (Чёрный Март) была истощена и на резонанс неспособна, — Виен будто увидела, как та равнодушно пожимает плечами, отворачиваясь в попытке сбежать от честного ответа. — А эта ещё к двум активациям подряд готова. Под стать своей хозяйке. В подтверждение слов Анаак проломила тишину требованием: — Покажи мне своё оружие. «Вот прилипла…» Выводить из себя этот предмет мутации было чревато большими последствиями, ибо опять проглотить облако пыли или осесть в нём не было её мечтой. Но и показывать то, что она так хотела как минимум увидеть, ни резона, ни желания не было. — Ишь, какая наглая букашка! — свирепо шикнула душа. — Ты же явно дала понять, что помогать не будешь. Тогда зачем продолжаешь тревожить? — не сдержавшись, всё же огрызнулась Виен. — Даже понаблюдать нельзя? — огрызнулась та в ответ. — Можно, но желательно молча. Отвлекаешь. — Думаешь, что мои безобидные комментарии проломят твою лобную долю? — Мне больно. Просто очень больно. И это было правдой. Сейчас её тело — тело обычного Избранного. Да, немного выносливее и сильнее. Руки продолжали вспоминать, каково держать сталь в руке, а тело — как двигаться против ветра. Однако её здесь не было… Долго? Нет, очень долго? Исчислению в днях Башни её отсутствия не поддавалось. Да и она не особо засекала своё «отстранение». То, что она была Офицером, — факт, который подтвердил Хранитель. То, что она Незаконная или то, чему ещё не придумали название, — подтвердил тот же лопоухий очаровашка. Но разве наличие ярлыков освобождает от земных чувств? Ответа не последовало. Даже фырканья не раздалось. Но прострелы боли постепенно стали утихать. Осталось лишь тяжёлое, болезненное послевкусие и лёгкое головокружение. А чешуйчатая продолжала глядеть на неё так, будто хотела превратить в пепел одним взглядом. — Ну на, — Виен прокатила по полу к решётке острый меч с крошечным алмазиком, отливающим всеми цветами радуги. — Не держи меня за дуру, — и, не удосужившись наклонить голову для ознакомления с орудием, Анаак пропустила крюк через просвет между прутьями. — Эту безделушку оставь при себе. Ну вот, её всё же раскусили. А она и так сделала одолжение, обратив своё внимание на неё. — Попрошу в своих высказываниях быть аккуратнее, — она совершила ленивый перекат на правую ногу, поёжившись от очередной вспышки боли в лодыжке. Корпус предательски подавался вперёд. Она чувствовала себя бесхребетной. Позвоночник будто слепили из пластилина, и сейчас, под тяжестью налитой свинцом головы, он мягко прогибался ближе к земле. Сквозь зубы она заставила себя выпрямиться. И это всё, что у неё сейчас было. — Хорош лапшу на уши вешать! — заорала Анаак, ударив по стали решётки. — Чёрт, тот чернявый хотя бы честен был, — поправив корону на голове, она зыркнула вновь на Виен. — Где ты его прячешь? — Ты хотя бы скажи, что… — позвонок за позвонком скручивался в теле, сплачиваясь друг с другом. Тело ещё не привыкло к новой «сборке»: мышцы помнили старые движения, но связки и суставы словно заново учились держать равновесие. Каждый вдох отдавался лёгкой дрожью в позвоночнике, а голова казалась чугунным шаром на тонкой пластилиновой палочке. Но боль утихала. — Не благодари. Опять её фокусы. — Оружие из серии Тринадцати Месяцев, — сквозь зубы процедила Анаак. — Какая тупая! Учуяла только одно. Хотя… Чего я хотела от полукровки. — Полукровка? — Разбавленная кровь Захарда. Мать согрешила. — Мать? — Расспросы как-нибудь потом. Итак голова от тебя кругом. Лучше удовлетвори любопытство своих товарищей. Роул недоумевающе поглядывал то на неё, то на ящерку. А Эра, на удивление, демонстрировала умеренность. Да, показную, но любопытство и нетерпение не переливались через края. Тем временем как у Роула начинал ломаться рычаг контроля эмоций, что можно было заметить по раздутым ноздрям и испарине. — Отдай. По-хорошему говорю, — Анаак не унималась. — Хотя… Может, присоединишься к пари? — Пари? — Да. Если тот малец, Баам, кажись, выиграет, то я отдам ему Зелёный Апрель, — Анаак понизила голос. — Если проиграет, то отдаст мне Чёрный Март. Сделай свою ставку. — Красиво говоришь, конечно, ящерица, но как-то нескладно, — подал голос Роул, не удержавшись. — Во-первых… Безродная и Принцесса? Да ну… По ходу, силы есть, а ума… — Хендо замялся. — А во-вторых, если ты сейчас проломишь решётку, то Офицеры проломят уже твою голову. И тогда никакого пари не будет. Ни Зелёного Апреля, ни Чёрного Марта. Только зелёное пятно на полу. Но у той и в мыслях не было отвлекаться от выбранной цели. Её прицел можно было сбить провокациями высшего сорта, а Роул, увы, был только новичком в этом деле. — Прости, мне нечем крыть. Только если языкастого копьезаслонца поставить, — небрежно указав на Роула, Виен не сдвинулась с места. — Да ты совсем ах… — чья-то ладонь накрыла губы Хендо. Тот хотел бы одёрнуть ладонь, но что-то его остановило. Едва коснувшись сухими подушками пальцев гладкой кожи тыльной стороны ладони, он кинул взгляд в сторону, увидев укоряющий взгляд Евразии. «Чёрт, меня взяли в кольцо. Разозлю трёх женщин сразу и точно.. будет туго». Рука Евразии всё ещё прикрывала его рот. Затянувшийся момент близости выразился бледным, но заметным румянцем на щеках. Умеют же эти женщины унизить всё достоинство мужчины. — Не знаю, откуда у тебя это оружие, — игнорируя всё вышесказанное, Принцесса вцепилась руками в решётку, — но… — Твою же мышь, Анаак, хорош чудить! — щуплая рука попыталась притянуть к себе родственницу игуаны, но та осталась неподвижной. Тот ухватился за её плечо крепче и тут же взвыл: Анаак ленивым движением перехватила его руку и крутанула сустав. — Сила есть, ума не надо, — проскулил себе под нос Ли Су, отчаянно дуя на пострадавшие пальцы. — И что тебя снова потянуло к… — всё ещё прижимая руку к груди, Шип невольно прильнул к решётке и ворчание сменилось воодушевлением, — Ой, красотка, привет! — Привет, Ли Су, — рядом с Анаак возникли два высоких, на контрасте, силуэта. Виен оставалось лишь натужно улыбнуться и махнуть рукой. — Рада, что с тобой всё в порядке. Ваша сокомандница немного заблудилась. Не поможете ей найти выход? Ли Су смущённо потёр затылок, жмурясь словно от солнца: — С радостью! И ещё раз простите, просто Анаак… очень увлечённая натура. Виен усмехнулась. «Эх, Ли Су, стараешься, молодец. Но «увлечения» у твоей сокомандницы весьма специфичные. Такими хобби можно только нажить неприятности». — Ну же, Анаак, давай же… — обняв за плечи, он постарался снова её оттащить. Но та продолжала упрямиться, не прикладывая особых усилий. Циркуляция Шинсу оставалась стабильно высокой. Управлять потоками внутри она давно перестала. Течение энергии стабилизировалось само по себе. С такой концентрацией внутренней силы и простому Офицеру будет сложно справиться с одного удара. Ли Су что-то подсказывало, что неплохо бы подключить свой инстинкт самосохранения. Если касание станет более длительным, то низкий уровень проводимости Шинсу даст о себе знать. — Эй, нам надо идти, — на одной тональности глухо прозвучал незнакомый голос. — Без тебя знаю, — Анаак резко повернулась на голос. — Тогда зачем делаешь так, чтобы мы повторялись? — Хатсу убрал в ножны меч и совершил лёгкий поклон перед командой. — Простите за беспокойство. Отклонившись, он приблизился к Ли Су, который утирал невидимые слёзы. — Какой галантный… — мечтательно пробормотала Эра. — Ага. Повезло, что между нами металлическая ширма. Иначе бы он нашинковал нас мелко-мелко, как капусту в щи… — шикнул Роул. Анаак дёрнулась, чтобы уйти прочь, но всё же задержалась на пару секунд. Хвост её нервно хлестнул по воздуху. — Можешь отмалчиваться, но присоединиться к пари — твой единственный шанс уцелеть. После я буду действовать силой, которую ты не выдержишь.