Redemption

      На следующее утро Агате пришло сообщение от лаборатории фонда. Результаты анализов были готовы, но её просили посмотреть их лично, не в переписке. Это наводило тревожное предчувствие.       Она пишет об этом Дракуле.       Д: «Готовы ехать?»       А: «Да.»       Д: «Теперь у меня есть машина, можете не звонить водителю.»       — У него есть водительские права? — говорит она самой себе, наливая кипяток в кружку с чаем. А потом до неё доходит.       А: «И как вам на вкус умение водить машину?»       Д: «Отлично!»       А: «Вы сделали лицензию за один вечер?»       Д: «У меня хорошие навыки убеждения:-)»       А: «Надеюсь, такие же хорошие, как и вождения.»       Д: «Довезу вас в целости и сохранности. Напишите адрес.»       Женщина задумывается: дать вампиру свой адрес? Хотя он и так мог узнать всё что угодно, пока пил её кровь.       Минута в минуту ко времени возле её дома появляется чёрный автомобиль. Не такой уж редкий цвет, но она почему-то уверена, что другой он не выбрал бы, даже с его любовью покрасоваться. Агата выходит на улицу. Дракула по-джентльменски открывает ей дверь машины.       — Спасибо. — она садится и пристегивает ремень безопасности. Хотелось верить, что не придётся проверять его прочность на практике. — Успели купить машину, но всё ещё ходите с телефоном вашего фамильяра?       — Думаю, Ренфилд не против.       — Конечно не против, вы же его контролируете.       — Я обещал ему вернуть телефон при первой возможности. — мужчина улыбается, поворачивая ключ зажигания.       Какое-то время они едут в тишине. Дракула решает включить радио.       — Есть какие-нибудь пожелания? — он бегло смотрит на женщину.       — Хм? — она зависла где-то в своих мыслях. — Что угодно, только не новости.       Он кивает и включает музыкальную радиостанцию, но негромко. Агата думает, почему ей просто не отправили файл с результатами. Ехать предстояло долго. В ожидании вердикта.       — Терпение, доктор Хельсинг.       — Вы всё ещё можете читать мои мысли?       — Я и так вижу, что вам хочется быстрее всё узнать.       — Они могли просто прислать мне всё в электронном виде, но написали, что лучше ознакомиться с документами в фонде.       — Секретная информация?       — Для этого должна быть какая-то причина. — она закусывает губу.       — Боитесь?       — Считается, что самое страшное, что может случиться — это смерть. Но мне кажется, что стать нежитью намного хуже.       — А вампиром? — мужчина изучает её лицо.       — Смотрите на дорогу. — Агата крутит кольцо на пальце. Для человека, который получил права буквально вчера, он вёл машину просто идеально. Будто с его способностью могло быть по-другому. — Не знаю. Если выбирать между двумя вариантами, то я предпочту второй.       Дракула понимающе кивает. Вряд ли кто-то в здравом уме выберет стать нежитью.       — Но мне бы хотелось, чтобы это был мой личный выбор, а не вынужденное положение вещей. — женщина замечает на себе взгляд, наполненный какой-то наивной надежды. — В гипотетической ситуации, если бы я хотела. — уточняет она.       Они покидают окраину города и пейзаж из бетона и стекла наконец пропадает, сменяясь деревушками и просторными полями.       — Не люблю большие города. — говорит Ван Хельсинг, чтобы разбавить молчание. Она смотрит на сгущающиеся вдали над горизонтом тучи. Вечером будет дождь.       — Тогда почему живёте в Лондоне?       — Дом достался от родителей. Я могла бы переехать, но из-за болезни так было легче. Не нужно долго добираться до больницы. — Агата прикрывает глаза, массируя пальцами виски. Это не её воспоминания, она никогда тут не жила.       — Всё хорошо?       — Да, просто не могу привыкнуть, что у меня теперь два мозга в одном.       — Я правда не знал, что так получится. — мужчина не думал о возможных побочных эффектах; он даже не сразу осознал, что его кровь, вероятно, может «воскресить» Агату.

***

      Они снова под конвоем проходят в здание фонда.       Агата сталкивается с лаборантом в коридоре.       — Доктор Хельсинг, добрый день! — он не удостаивает Дракулу приветствием и делает вид, что если не будет смотреть на него, то он куда-то испарится. — Я оставил результаты у вас в кабинете на столе.       — Добрый! Хорошо, спасибо. — это ещё предстояло узнать — добрым будет день или нет.       — Вашим сотрудникам не хватает вежливости. — говорит Дракула, когда они идут дальше.       — Кто бы говорил. Отнеситесь с пониманием, обычно вампиры тут не разгуливают.       — Точно. Обычно вы сажаете их в клетку.       — На это есть веские причины.       — Я на свободе и никого не трогаю.       — Надеюсь, так и будет дальше. — Ван Хельсинг открывает дверь своего кабинета и пропускает мужчину вперёд.       — Думаете, я озверею и сорвусь? — если быть честным с самим собой, то он не исключал такого развития событий. Наверное, стоит включить в свой рацион побольше крови спокойных и уравновешенных людей.       — Вы же сами говорили, что вас лучше не злить. — женщина невольно вспоминает разговор в банке крови.       — Туше.       Агата сразу подходит к столу и берёт скрепленные между собой листы бумаги. Внимательно смотрит на данные в таблице. Дракула останавливается за её спиной, заглядывая через плечо. Она садится за стол.       — Что там? — мужчина опирается рукой на столешницу.       — Подождите. — Ван Хельсинг жестом руки просит не отвлекать её.       Дракула молча смотрит, как она бегает взглядом по строчкам, что-то обводит, подписывает. Замечает, что у неё красивый почерк. Потом ему надоедает стоять и он подкатывает второе кресло к столу. Через несколько минут Агата наконец откладывает записи и с облегчением выдыхает.       — Можете поздравить меня, я не стану нежитью. Ровно также, как и вампиром.       — А что вы говорили тогда, насчёт вируса и вашего заболевания?       — С большой долей вероятности ваш вирус — онколитический*. Не мешало бы провести дополнительные исследования, но пока скажем так. Я думаю, что важно не столько количество укусов, сколько их длительность. Потому что после первого моё состояние не изменилось. Я была по-прежнему больна. Но во время второго моя болезнь полностью отступила. — она решает не отделять воспоминания Зои от своих, всё равно она неосознанно говорила о чём-то, чего в её жизни никогда не происходило. Придётся привыкать.       — Так быстро?       — Да, обычно так не бывает. Видимо, вирус крайне агрессивен.       — Но при этом процесс обращения не был запущен? Клеток вируса хватило ровно на то, чтобы убить ваш рак?       — Совершенно верно. Честно говоря — мне просто очень повезло. Вирус мог быть и не онколитическим, либо устойчивым к другим видам рака. Либо его могло поступить слишком много и тогда… Вы и так знаете. — женщина качает головой. — Слишком удачное стечение обстоятельств, просто невероятное.       — Как-то не слишком весело выглядите. — вампир внимательно смотрит на неё. Разве она не должна радоваться, что выжила? Пусть и с его непрошенной помощью. Второй шанс на жизнь штука редкая.       — Просто не знаю, чем я это заслужила.       — Если вы не заслужили, то совершенно не представляю, чем заслужил я. — конечно, она не была святой, но явно более достойным кандидатом на выживание, чем он. — Оставьте эти мысли.       Агата едва заметно улыбается. — Мы можем использовать ваш вирус в противораковой терапии. Это всё ещё очень сложный и трудоемкий способ, но есть неплохие результаты.       — Хотите сказать, у меня вместо слюны лекарство от рака? — мужчина вскидывает бровь.       — В каком-то смысле. Знаете, вы как змея. Или скорее ящерица. В общем, не зря носите свою фамилию.       — Сочту это за комплимент.       — Сами подумайте: у вас высокая регенерация организма, своего рода яд, который может как причинить вред, так и послужить лекарством.       — Могу ползать по стенам. — добавляет Дракула с ноткой самоиронии.       — Вот, видите.       — Но предпочту сравнение с драконом.       — Как скажете, мистер Балаур. — отвечает женщина с усмешкой и поднимается из-за стола. — Я схожу в лабораторию.       — Может на обратном пути заглянете за кровью? — он смотрит на неё щенячьим взглядом.       — Что конкретно вам принести?       — Выберите что-нибудь на свой вкус.       — Я не пью кровь.       — Хотите попробовать? — на его лице лукавая улыбка.       — Не думаю. Но, так уж и быть, постараюсь вам что-нибудь подобрать.       Она уходит из кабинета. Мужчина смотрит ей вслед. Что бы он делал, если бы Агата умерла, а он остался жить? Кажется, даже возможность смотреть на солнце не смогла бы развеять мрак в потускневшем без неё мире.       Ван Хельсинг возвращается с контейнером крови и протягивает Дракуле.       — Хотите, чтобы я прямо из него пил?       — А что не так?       — Слишком неэстетично.       — Ах, простите, господин эстет. Если отодвинетесь, то дам вам кружку.       Он встаёт и откатывает кресло в сторону. Агата достаёт из ящика стола кружку с милейшими котятами, давно подаренную коллегами, и протягивает мужчине.       — Серьёзно?       — Другой у меня нет.       Дракула с кислой миной забирает кружку и отходит к «своему» столу в углу комнаты. Наливает кровь.       Агата садится в кресло, смеясь:       — Да ладно вам. В следующий раз приносите свой красивый бокал и можете эстетично сидеть с ним сколько угодно.       — Так и сделаю. — бубнит он и делает глоток.       Женщина отворачивается к столу и смотрит на документы. От неё ускользнула одна мысль. — Знаете, почему мне не прислали результаты на почту?       — М? — он облизывает кровь с губ.       — Если есть вирус вампиризма, значит его можно культивировать в лабораторных условиях. Сделать вакцину.       Дракула скептически смотрит на неё:       — Хотите сказать, меня можно вылечить?       — В теории, да. Или наоборот — заразить кого-то в корыстных целях.       — Надеюсь, у вас не сумасшедшие работники, которые станут заниматься подобным.       — Вам разве не хотелось, чтобы вампиров стало больше?       — Не думаю, что такой способ — хорошая идея. Может закончиться полнейшим хаосом. Вдруг кому-то в голову взбредёт превратить в вампира полнейшего психопата с манией величия?       — Не могу не согласиться. Надо будет обсудить этот вопрос с коллегами. Я скоро вернусь.

***

      — Почему вы не сказали мне раньше? — Дракула слышит за дверью чей-то возмущённый голос.       — Потому что сначала мне нужно было убедиться. Это лучше, чем заранее наводить панику. — отвечала Агата.       — Это слишком серьёзная вещь, чтобы умалчивать о ней. Даже если вы здесь главная.       — Я умолчала только о своём предположительном диагнозе. Остальное вы знали.       Дракула, заинтересованный спором, выходит в коридор:       — Так это вы, Блоксэм! Как ваш палец? — с наигранной доброжелательностью интересуется он.       — Прекрасно. Спасибо. — женщина бросает на него гневный взгляд. Как специалист по безопасности**, она была недовольна тем, что вампир свободно ходил по зданию. Хотя, по сути, она поспособствовала его возвращению. Может, поэтому так беспокоилась.       — В чём дело, вирус уже сбежал из лаборатории?       — Да, на ваших ногах, несколько веков назад. А теперь мог бы вместе с доктором Хельсинг.       — Какой ужас.       — Я передам информацию сотрудникам, и мы проведём собрание по этому поводу, когда будут готовы дополнительные исследования. — говорит она Агате.       — Отлично, спасибо.       — Я приглашён? — интересуется мужчина.       — Только если будете за решёткой, под охраной и в наручниках.       — Это не поможет. — говорят Дракула и Агата одновременно. Дракула — с хитрой улыбкой. Агата — с каменным лицом.       Блоксэм раздражённо вздыхает:       — Тогда придётся раздать каждому сотруднику по колу.       — Это тоже не всегда работает. — продолжает Дракула. — Знаете, колом сначала нужно попасть...       — В сердце, я знаю.       — Не думаю, что вам стоит тратить время на собрание, Граф Дракула. — Агата пытается разбавить напряженный разговор. — Я потом вам всё расскажу.       — А если вам будет нужна какая-то информация, которую знаю только я?       — Думаю, мы и так знаем про вас достаточно, чтобы провести целую научную конференцию. Извините, доктор Хельсинг, мне нужно идти. — Блоксэм оставляет их одних.       Мужчина смотрит ей вслед. Агата видит опасный блеск в его глазах. Она дёргает его за рукав пиджака, обращая внимание на себя.       — Что?       — Успокойтесь.       — Я спокоен.       — У вас взгляд убийственный. Пойдёмте. — женщина уводит его обратно в кабинет.       Если Дракула способен перенимать какие-то черты личности тех, чью кровь он пьёт, может ли причиной его агрессии являться жестокость, которой было пропитано человечество на протяжении всей истории?

***

      Вечером Дракула вызвался отвезти Агату домой. Едва они сели в машину, как начался дождь. Совсем скоро он превратился в ливень. Можно было слышать частый стук капель по крыше и стёклам машины. Где-то вдали сверкнула молния, а через несколько секунд послышался гром. Ван Хельсинг смотрит, как по окну стекает вода. Шум дождя смешивается с тихой музыкой из радио, создавая умиротворяющую атмосферу. Даже раскаты грома не мешают этому. Хочется закрыть глаза и позволить звукам заполнить разум, заглушить мелькающие в голове мысли. Агата поддаётся этому соблазну и не замечает, как ненадолго засыпает.       So far from who I was       From who I love       From who I want to be       So far from all our dreams       From all it means       From you here next to me***       Они проезжают где-то половину пути, когда женщина открывает глаза. Дождь всё ещё льёт стеной, уменьшая видимость. Приходится ехать медленнее. Но ей кажется, что она могла бы ехать так целую вечность. Дракула задумчиво смотрит на дорогу.       — Устали? — он замечает её взгляд на себе.       Ответом ему служит вздох. Слишком много событий и мыслей в последние дни. Или для неё их можно считать первыми после возвращения к жизни?       — Возьмите выходной, вы же директор.       — Пока не могу. А ещё без меня вы не попадёте в банк крови.       — Я могу обойтись другим способом.       — Скажите, если бы у вас с самого начала была возможность брать кровь, не причиняя при этом вреда другим, чтобы вы выбрали?       — Не знаю. — отвечает мужчина после короткой паузы. — Обычно никто не учит новообращённых контролировать порывы к жестокости. А потом это становится частью тебя.       — Вы воспринимаете людей только как еду?       — Не всех. — он слегка улыбается ей. Вообще-то ему нравились люди. Но ему нужна была кровь. Пусть это и было жестоко, но в этом плане он недалеко ушёл от самих людей. Которые, например, заводили милых пушистых кроликов, чтобы сначала любоваться ими, пока они растут, а потом сделать из них рагу. Что уж говорить о том, какие ужасные вещи люди творят друг с другом. Иногда могут дать фору даже монстрам.       — Но вы тоже когда-то были человеком… Что думаете насчёт вакцины?       Вампир опасливо смотрит на Агату.       — Разве вам не хотелось бы стать свободным от жажды крови?       — А вам не хотелось бы стать свободной от жажды воды? — насмешливо спрашивает он.       — Это не совсем корректное сравнение. Если вы перестанете быть вампиром — останетесь обычным человеком.       — Вы разве не испытали на себе проблемы обычного человека? Болезни, уязвимость, недолгая жизнь. Кстати, чтобы жить — крови вампирам нужно меньше, чем людям еды. Меньше оборотов производства, вреда окружающей среде и тому подобное. Вы же так беспокоитесь из-за экологии.       А ещё, если бы он не был вампиром, то она сейчас была бы мертва. Правда умерла она по той же причине.       — Да, но…       — Подумайте, сколько нового вы можете узнать, если будете жить дольше, весь мир у ваших ног на сотни лет вперёд.       — А что насчёт одиночества? — задаёт женщина неудобный вопрос. — Ваши родные, близкие, друзья — они все умрут, а вы останетесь жить? Или попытаетесь уговорить их стать вампирами?       — Я бы попробовал. — он бросает взгляд на Агату, вполне недвусмысленно намекая на неё.       — А если вместо вампира выйдет нежить?       — Тогда ваша вакцина может быть полезной.       — Хорошо. Может, в чём-то вы и правы, но я всё равно не дам вам есть людей.       — На поводке водить будете? — Дракула усмехается.       — Вы и так за мной ходите, как послушный пёс.       Он останавливает машину. Ван Хельсинг вопросительно смотрит на него. Его настолько задела шутка, что он хочет выгнать её на улицу?       — Смотрите. — мужчина кивает вперёд, заставляя её взглянуть через лобовое стекло. Сквозь стихающий дождь Агата рассматривает вдали силуэт оленя, стоящего посреди дороги. Даже издалека понятно, насколько это большое животное. Красивые рога расходятся в стороны словно ветви дерева. На дороге больше нет машин, поэтому олень чувствует себя совершенно комфортно, разгуливая по трассе.       — Никогда не встречала здесь оленей. — она говорит тихо, будто может спугнуть его.       — Вот видите, не зря получили второй шанс на жизнь. — Дракула тоже понижает голос.       — Предлагаете продлить его на несколько веков?       — Ну, кто-то же должен присматривать за тем, чтобы я никого не кусал. — мужчина улыбается. Ему действительно был нужен кто-то, кто сможет усмирить его пыл. У Агаты неплохо получалось.       Она думает, что теперь это её крест по жизни — пытаться контролировать зверя с человеческим лицом. Отчасти ею движет чувство вины. С другой стороны — было любопытно посмотреть, сможет ли Дракула с собой справиться. А ещё удобно изучать вампиров, когда ты сам вампир… Как далеко её может завести интерес?       — А вы готовы перестать есть людей, если я соглашусь?       Он пожимает плечами. Ему теперь было необязательно охотиться, поэтому он мог бы попробовать оставить привычный образ жизни.       — Это слишком серьёзное дело, чтобы сразу принять решение. — ей было достаточно опрометчивых поступков в жизни.       — Я вас не тороплю.       — Для начала мне нужна хоть какая-то уверенность, что вы сдержите своё слово. Предлагаю вам испытательный срок.       — То есть вы хотите, чтобы я выполнил свою часть сделки до вашей? Хитро́.       — Не вижу другого способа получить гарантии.       — А какие гарантии могут быть у меня?       — У вас? Будто вы не можете просто обратить меня силой… В этой ситуации вы можете выйти победителем при любом раскладе.       — Ладно, вы правы. — Дракула не хотел её заставлять. Ван Хельсинг и так достаточно настрадалась из-за него.       Вдали слышится звук встречной машины и олень, под стать королю леса, как его называют, грациозно отходит на обочину дороги, а затем скрывается в зарослях деревьев.       — Я сначала подумала, что вы остановили машину, потому что обиделись на мою шутку.       — Что? — мужчина смеётся. — Подумали, что я вас высажу?       — Ну…       — Неужели вы настолько плохого мнения обо мне?       — О, я куда более плохого мнения о вас, не обольщайтесь.       Он смотрит в её глаза. Она знает, что Дракула видит её насквозь. Ему почему-то больно от того, что женщина не может быть честной хотя бы с самой собой. Возможно потому, что правда была слишком неприятной. Кому захочется признаться в симпатии к такому человеку, как он?       — Агата…       — Не надо. — она качает головой. — Я знаю, что вы всё знаете.       Вампир осторожно касается рукой её щеки. Ван Хальсинг закрывает глаза. Как бы ей ни было приятно от его прикосновения, она не могла себе этого позволить.       — Давайте просто поедем дальше. — просит она и мужчина убирает руку.       Дракула не настаивает, потому что знает, кто он такой. Это могла бы быть история о красавице и чудовище, но за чудовищем не скрывался прекрасный принц. И всё же ему так хочется, чтобы Агата была рядом.       Она тянула его из тьмы, в которой он существовал все эти столетия, в прямом и переносном смысле. Но даже если отставить в сторону её статус монахини, вряд ли бы это что-то изменило. Женщина видела монстра в человеческой оболочке, и он был согласен с этим. Он не умел по-другому. Но мог бы научиться.       — Я согласен на испытательный срок. — тихо говорит мужчина.       Машина вновь трогается с места.       Когда городские пейзажи за окном становятся всё ближе, дождь почти заканчивается, только редкие капли падают на стекло. Дракула отвозит Агату домой.       — Завтра на том же месте и в то же время? — спрашивает он, когда она выходит из машины.       — Да, если вас не затруднит. Спасибо, что подвезли.       — Обращайтесь.       — Буду знать. — Ван Хельсинг кивает. Странно, что он вообще решил ездить сам. Раньше его подвозил Ренфилд. Да и со способностью быстро перемещаться он мог бы не ездить вовсе. Это он ради неё так старался?