Авторские заметки к лору «Ночного наследия»

      Эквестрийские Игры происходят от осенних праздников земных пони: когда урожай был уже убран, а осень ещё не переходила из разряда «золотая» в разряд «слякотная», земные старались устроить себе нечто весёлое и радостное. Что вполне логично: зимой с развлечениями было сложнее.       Постепенно соревновательный элемент стал приобретать самостоятельное значение, и это подметила Селестия — её, как обожаемую правительницу, традиционно приглашали на практически все праздничные мероприятия, и она не могла отказываться абсолютно всегда, хотя бы некоторые приглашения время от времени нужно было принимать. Уловив тенденцию, она предложила сделать такие соревнования более централизованными (чтобы жители разных земель, приезжая на них, больше общались между собой) и расширить их программу (чтобы могли участвовать не только земные, опять-таки в целях сближения народов). Поскольку предложение вело, так сказать, к повышению градуса праздничности, оно было с удовольствием принято. Обратной стороной стало то, что Игры теперь проводились реже: подготовка к таким более масштабным мероприятиям требовала времени и ресурсов. Также пришлось ввести некоторые ограничения на число участников, дабы все соревнования укладывались в разумное время.       Ко второй половине VII в.с.э. Игры сформировались в своём более-менее окончательном виде. Они проводились раз в шесть лет (иногда в силу обстоятельств соблюсти этот интервал не получалось), всякий раз в разных местах и при том условии, что проводящиеся подряд Игры должны обязательно устраиваться в достаточно далеко отстоящих местах по всей стране. Длительность их должна была укладываться в две недели. Участники Игр выступали не сами по себе, а представляя свои населённые пункты, не более двух участников от каждого — это правило было введено для того, чтобы весь пьедестал никогда не был занят тремя земляками. Заявки на участие подавались предварительно, и если их было много, то устраивались отборочные соревнования.       (В затее Селестии с выступлением Виндчейзера проблема отбора не возникала: не допустить единственного участника от Грифонстоуна к виду, в котором грифонские спортсмены доселе никогда не выступали и никому не составляли конкуренции, было абсолютно немыслимо из одних только политических соображений, о чём см. ниже. Впрочем, даже если бы она возникла, то проблемы бы как таковой всё равно не было, но и эффект от затеи получился бы совсем не тот.)       Третьи Игры в начале VIII в.с.э. сыграли печальную роль в эквестрийской политике. Как раз тогда устанавливались отношения с грифонами, и грифонья делегация, разумеется, была приглашена в качестве гостей. Оказалось, что грифоны не очень понимают спорт и особенно спортивные игры с их искусственными правилами и условностями, и вокруг этого недопонимания возникло несколько забавных ситуаций (одну из них Виндчейзер пересказывал спутникам под Холлоу-Шэйдс). Однако когда дело дошло до стрельбы из лука, то получилось совсем не смешно.       Глядя на эти соревнования, грифоны высказались о них весьма презрительно: с их точки зрения, в реальном бою эквестрийские лучники ни малейшей пользы бы не принесли, сами оказавшись отличными мишенями. Селестия попыталась что-то объяснить, но нарвалась на предложенное пари: она выбирает любого грифона из делегации, тот прямо сейчас спускается на поле и соревнуется один на один с эквестрийским чемпионом. Чемпион опрометчиво согласился участвовать в таком состязании и был вынесен самым старым (и явно имеющим старческие проблемы со зрением) грифоном, что называется, в одну калитку с полпинка. На трибунах воцарилась гнетущая тишина, Селестия попыталась сгладить ситуацию, предложила поучаствовать в следующих Играх, но получила убийственный ответ: «Вот так вот соревноваться — это же всё равно что младенцев избивать!» Этот случай изрядно подтолкнул её к «радикальному решению проблемы грифоньего милитаризма» — то бишь лишить грифонов экономических возможностей не только воевать, но и вообще делать что-то в международных масштабах, — что позже привело к грустным для Эквестрии последствиям…       (Именно здесь кроется причина, почему Селестия была так заинтересована в выступлении Виндчейзера за Грифонстоун: она хотела показать всем, и самой себе в первую очередь, что та старая ошибка осталась позади!)       После тех Игр принцесса задекларировала принцип «спорт вне политики!» Своё участие в Играх она свела к протокольным действиям на открытии и закрытии, а от всего прочего отстранилась. Она даже лишила себя возможности влиять на место проведения, и единственным возможным рычагом её давления на оргкомитет остался отказ от протокольного участия… но это, пользуясь грифоньей поговоркой, было бы «как бить тараном по тараканам». На практике этот инструмент ею никогда не применялся и даже не упоминался вслух, даже на уровне намёка.       Игры, показанные в сериале, проходили в 1107 с.э. в Кристальной империи, следующие состоялись в Троттингеме в 1113. К тому времени регламент успел несколько измениться: теперь к соревнованиям допускались и иностранные участники, но с тем же ограничением «максимум двое от одной страны» из тех же соображений.       Программа за прошедшие века существенно расширилась, и уже никого не удивляли виды, в которых тот или иной народ априори имел бы преимущество. Но всё же самыми популярными оставались «универсальные» виды, а из них главным зрелищем неизменно считался забег на длинную дистанцию. Этот традиционно проводился в последний день Игр, финиш встраивался непосредственно в церемонию закрытия, а после него следовало награждение и речь Селестии… чем последняя, было дело, таки пользовалась иногда в пропагандистских целях…