ЛквиDатор

      По пробуждению Тревис чувствовал некое дежавю: пришел какой-то незнакомец и позвал на разговор, в такую же комнату без окон, только в той не было ковра. Человек, что принимал новенького на работу, предупредил и о других деталях сделки:        — Мы сообщили родственникам о вашей кончине. По истечению года можете опровергнуть эту информацию, а пока работаете в строжайшей секретности даже от них. Будете состоять в команде с тремя напарниками, перед вызовом получаете документ с описанием объекта и правилами поведения с ним, так же оператор озвучит вам задачу по рации. Выполнив задание, остаток дня проводите на свое усмотрение, исходя из вашей ситуации — в пределах Фонда. Если изъявите желание погулять или выехать в близлежащий город, уведомите своих смотрителей.       Гарлоу перечитал документ, который ему вручили. Все было так, как сказал работник Фонда, никаких мелких шрифтов или недосказанностей. Изучая договор, он чувствовал на себе пристальный взгляд, и — если бы но — не только того человека, что следил за ним.       — У меня нет нужной подготовки. — Наконец говорит он. — Из пистолета стрелять умею, но не больше. Наверняка ведь ваши работники проходят какие-то курсы, или спецшколы?       — Это не ваш случай. — Коротко отвечает собеседник. — У тех людей выбор больше и полномочия шире. Отработайте год, тогда наша организация посмотрит, заслуживаете ли вы на подготовку.        — «Подумаю» — сказал бы я, будь у меня выбор. — Пробурчал себе под нос юноша. Работник Фонда сделал вид, что не услышал.       Когда долгожданная подпись была поставлена, Тревиса отрпавили в медпункт на осмотр. Там его встретила хорошо знакомая женщина, с их первой встречи ее настроение не сильно улучшилось.        — Ты посмотри, какая встреча, приследуешь меня?! — Поинтересовалась Амелия. — Меня только перевели из корпуса ликвидации последствий в тот, что смотрит за ликвидаторами, и на тебе — опять тот же парень.       — Да, я тут теперь работаю. — Спокойно ответил он. — Может теперь мне-таки дадут увидеть свое лицо.       Став напротив него, женщина задумчиво подперла подбородок рукой. Она ненадолго отложила свой вечный спутник — блокнот — и заглянула Тревису в видящий глаз.        — Ну а сам как чувствуешь?        — У меня острижен клок волос, нету глаза, я не чувствую половины лица. Руку уже видел — от локтя и до запястья в ожогах, на плече шов. Судя по тому, как меня все отговаривают, это не самая приятная картина, но как по мне это нечестно — все пялятся, а я даже не знаю, что со мной.        — Ах да, нечестно. — Закатив глаза, отвечает врач. — Ну, твоя взяла, только недолго, мне еще осмотр проводить.       Здесь нет зеркала, но у Амелии в сумочке свое имеется. Такое маленькое для макияжа, но даже его достаточно. Вглянувшись в этот крохотный кружочек, юноша понимает, что от его красоты не осталось и следа, он вообще удивляется тому, как выживал все это время.       — Я лично готовила тебя к операции, сбривая волосы, — комментирует женщина, — с левой стороны они просто не растут, лицевые кости черепа тоже пострадали, на их место поставили железные пластины, перекрывать их пришлось искуственной кожей — другая на таком металле не приживется, с твоей настоящей их сшили органическими нитками, на твоем месте я бы не ковыряла швы.       Слушая все это, Тревис чувствовал, как внутри растет ужас. Эта «искуственная» кожа выглядела как расчлененная дешевая сумка, которая теперь срослась с его лицом, а серебристая нитка отсылала скорее к чудовищу Френкенштейна, чем к человеку.       — Скажите, док, вы случаем не знаете, как мне вернуть чувствительность?       — Невозможно. — Аккуратно забрав зеркало, отвечает Амелия. — Конечно, у Фонда есть панацея, эта такая таблетка, которая лечит все на свете, но рядовому ликвидатору-новобранцу ее не выдадут.       — Я не о том. — Даже не цепляясь за призрачную возможность все вернуть, обреченно, заявляет Гарлоу. — Как мне снова начать ощущать себя живым, или хотя бы человеком? Я смотрю на свое лицо и ничего не чувствую — ни страха, ни злости, ни умиротворения. Словно 035 оставил дыру в моей душе, которую так и не залатали.       — Что же, — растеряв саркастический тон, задумалась Трейс, — я могла бы кое-что посоветовать, из личного опыта. Немало видела жертв евклидов. Бери зеркало и смотрись в него каждый день, особенно перед выходом на задание, пытайся вспомнить что-то из прошлого, кем ты был и что делал — а тогда сшить это с тем образом, который есть сейчас. Предупреждаю: тебе может быть и страшно, и обидно, и до слез больно, но в конце концов, ты смиришься, наверно, это и будет то облегчение, которое заполнит дыру.       — Спасибо.       — Ну а теперь Гарлоу, раздеться до пояса! Мне нужно осмотреть твою осанку, походку, провести опрос и взять анализ крови. Не усложнй задачу, а не то тебе только крысы будут сочувствовать!       Тревис решил не ставить лишних вопросов, и без того догадался: после контактов с некоторыми монстрами (объектами, как их тут называли) происходили необрабитмые изменения, вот их-то здесь и отслеживали. Правда, его нормальные показатели отличались от других людей, но по словам Амелии оказались «чуть получше, чем можно было ожидать».       Затем ему выдали униформу — черный костюм, пистолет с десятью обоймами патронов — как-то маловато на месяц, работали-то по двадцать дней — рацию, персональный наручный компьютер (Фонд знал толк в технологиях), подозрительного вида маску (фильтры и визоры давали по необходимости), карту доступа и три таблетки красного цвета.       — А это что такое? — Работник, который выдавал, тоже не скрывая рассматривал Гарлоу, так что теперь вопрос зеваке пришлось повторить дважды.       — Это копия «панацеи» с еффективностью 80%, используй в самых крайних случаях, если надо завершить задание, ну а на остальное вот тебе стандарная аптечка с бинтами, жгутом и обезболами.       Затем новобранца направили к спальням ликвидаторов. В каждом отряде было четыре человека, а в спальнях располагались по двое. В свою Тревис прибыл первым, после той комнаты, как обяснили местные «для класса D» эти покои казались раем.       У каждого были свой письменный стол, розетка, кровать и шкафчик для вещей — остальное надо было покупать на свое усмотрение. Конечно же, была тут и вентиляция вместо окна, по которой мог идти как воздух, так и какой-то монстр… Судя по засохшим следам крови около двери, тут уже кто-то жил дня так три назад.       Тревис занял правую кровать, так как от туда при пробуждении ему было виднее дверь. Тут же парень принялся раскладывать свои вещи: выданные фондом одежду, средства личной гигиены и… Тетрадь с ручкой. Как сказали на пункте выдачи «для подержки психического здоровья». Впрочем, работники обязывались сдавать дневники на проверку раз в месяц, так что писать туда что-то личное не стоило.       Гарлоу как раз заправлял постель, когда в комнату вошлел другой жилец. Он просто стоял там, похоже, наблюдая за соседом, даже слова не сказал, ну а юноша не хотел оборачиваться — его уже достали подозрительные взгляды и негодования. Наконец парень закончил с постелью и обернулся — нельзя же было вечно игнорировать того, с кем собрался работать.       Между ними запала молчанка, так как оба внаглую пялились друг на друга. От чего так смотрели на новенького ликвидатора можно понять: он выглядел как жертва безумного хирурга, а вот что было не так со вторым? Ну, у него была красная кожа, такая, словно незнакомец измазался в краске, очень маленький нос, чуть помутневшие глаза, но самое главное — чтобы точно развеять все подозрения — когда тот заговорил во рту блеснули зубы, острые все как один.       — Приветствую, меня зовут Джастин. Должен уведомить, что я отношусь к номеру 939, это такие кеторы. Нас — их детей — используют для выполнения заданий, обычно до определенного возраста, пока мы не теряем над собой контроль, но я вроде как пока что не потерял, так что меня определили в ликвидаторы. Стало быть, мы теперь соседи, а ты тоже кетор, или, может, евклид?       — Что? Нет! Евклид… это же те, которые относительно безопасные да? — Чуть растерялся собеседник. — Меня зовут Тревис, я — жертва одного из ваших объектов, и меня тоже определили в ликвидаторы.       — Получается, люди настолько мне доверились, что поселили со своим?! — Джастин улыбнулся, признаться, глянув на его улыбку Гарлоу понял, почему на него пялились как на кота в цирке. Он был похож на человека, возможно, даже не отличим в костюме, но вот без спецодежды — Нечто, вылезшее из фильма Карпентера, не иначе.        — Наверно, потому что мое лицо ничего не чувствует. — Опустил его с небес на землю юноша. — А сколько-то тебе лет?        — Семнадцать, в ваших годах.        — Надо же, на год старше меня. Тебе уже доводилось работать с ликвидаторами?       — Да это — вся моя жизнь! — Оживился монстр. — знаю, что они носят, — вдруг голос его стал точной копией того работника, что выдавал оружие, — как говорят и как действуют.       — Ага, меня интересует последнее. — Чувствуя, что даже в нем пробуждается какое-то чувство — толи страх, толи любопытство, сосредоточился на главном Тревис. — Понимаешь, никаких инструкций мне не давали, у нас будет еще двое напарников, возможно, опытных, не хотелось бы подвести на первом же задании.       — А, да не волнуйся ты так. — На этот раз заговорил голосом самого Гарлоу, — Большая часть их работы — импровизация, тебе дают задание а ты должен исполнить его… Желательно, не растрачивая много патронов, тут они на вес золота.       Пока что новоиспеченный ликвидатор не приставал к коллеге с вопросами о том, зачем тот меняет голоса, и какими еще приятными сюрпризами обладает. Было достаточно и того, что это существо пыталось быть дружелюбным, хотя было видно, что замтено нервничает. Перед тем, как отправиться на завтрак, парочке предстояло познакомиться с остальной командой, эти жили в комнате напротив.       — Хм, а что это тут у нас, парочка уродцев? Так это я что ли с вами… Ну и гадость!       Его звали Ричард, Ричард Сейвс, из той реки текста, которую парень лет девятнадцати (да они все тут ему в старшие братья годились!) вылил на коллег, стало понятно, что отец его работал тут большой шишкой, но вот недавно был убит неким Стариком во время побега, и теперь золотого мальчика сунули в ликвидаторы, сместив с менее опасной должности координатора. Про таких родитель Тревиса говорил: «надо уметь слушать и вычленять действительно важную информацию. Я всегда очень осторожен с прерыванием подобных пациентов, так обидятся и потом ничего не скажут, ну а я то должен помочь».       — Наслаждайтесь компанией друг друга, чудаковатые, ну а мне выпала честь находиться в окружении прекрасной дамы. Как ты говоришь, тебя зовут?        — Артур Флинт. — Спокойно сказала подошелшая к ним девушка.       Смуглая, темноволосая, с густыми бровями она и правда была похожа на принцессу из арабской сказки, может, из индиской… Но вот никак не на Артура, что еще за бред?        — Оу, да она просто шутит, ну же, деточка, твое имя.        — Артур Флинт. — Повторила компаньонка. — Я тут и работал ликвидатором, но меня случайно забыли в переключателе полов и теперь перевели в другой отряд. Говорил об этом уже четыре раза, пока ты раскладывал вещи, мог бы и послушать для приличия.       — Фу, какая гадость, так меня что ли сунули в когорту уродцев? О, мой дорогой папочка, за что же и на кого ты меня покинул, после стольких твоих заслуг…       — А я рад, что в нашей команде есть хоть кто-то с опытом. — Прервал его Гарлоу. — Мне все равно, мужчина или женщина, думаю, те твари, что ждут нас на работе, тоже не станут перебирать.       На это его сосед по комнате отвел взгляд, а вот Артур улыбнулась. Каким бы не был ее настоящий пол, та улыбка точно оказалась искренней.       Впрочем, за завтраком с Тревисом и Джастином никто сидеть не хотел — пришлось занять отдельный стол. Столовая фонда была просто огромной, и кого там только не встретишь по утрам: людей в белых халатах, половина из которых собралась покурить прямо у входа, официальных работников — те облепляли кофейные автоматы и там же распивали свои рафинированные напитки, болтая за жизнь, ликвидаторов — куда же без них, все столы позанимали, и конечно же каких-то непонятных служащих, которые с гордым видом стояли около тумбы, заваривая привозной кофе из кофейника.        — Как тебе на новом месте, Ричард? — Язвительно спросил один из последних. — Зад не жмет?       — Вполне неплохо. — Задрав голову, ответил тот. — У меня тут появилась очень симпатична подруга…       — По имени Артур. — Закончил один, остальные покатились со смеху.       Тревису было не до этого: он пытался поесть, придерживая челюсть (по непонятным причинам именно еду она пропускала, напрочь отказывась пережевывать без помощи), а заодно не смотреть на Джастина: тот точил нечто, похожее на сырой фарш, впиваясь в это зубами, что были чуть длиннее человеческих. Однако же чувство справедливости взяло верх: юноша встал из-за стола и подошел к задирам.       — Вам какое дело, выполняйте свою работу. — Сказал он, загараживая обзор на вчерашнего мажора.        — Полегче, парень, мы просто смеемся, или инвалидам вроде тебя юмор недоступен? — Улыбась во все тридцать два, заявил один из них.       — У меня для вас тоже есть одна шутка. Парни, которые непойми чем тут занимаються, думают, что они самые крутые, но когда к ним решит подкатить какой-то монстр, они отложат кучу кирпичей, потому что даже пистолета в руках держать не могут. Разве не забавно?        — Ага, так его батя помер. — Ткнув пальцем в сторону Ричарда, заявил еще один.        — Так вы все можете умереть, зазнайки. Помните об этом, а я больше не буду обращать внимания на подобный сброд.       Конечно, они пытались его подтрунивать , но Гарлоу сдержал свое слово, уделяя куда больше внимания еде, чем этим непойми откуда взявшимся петухам. К счастью около их стола толпы не наблюдалось — видимо Джастин был не самым приятным для них собеседником. Ближе к концу завтрака компашка просто потеряла интерес и перешла на обсуждение других вещей.        — Ты — кетор или евклид? — Повторил свой вопрос отпрыск чудовища.       — Говорил же, я обычный человек. — Поставив грязную посуду на поднос, заявил Тревис.       — Тогда как ты заставил их отвязаться, даже не набив морду? — Удивился тот.       — Просто не даю задирам того, чего они хотят. Я знаю несколько таких вещей мой отец работал… то есть и сейчас работает психологом, он рассказывал немного.       Относя посуду, новоиспеченный ликвидатор не забыл поблагодарить поваров за еду, хотя те и не оценили, отвернувшись от него. Что-же, его дело быть вежливым, а реакция других людей зависит от них самих.       После четверка вернулась к комнатам. Вообще-то задания давали лидеру группы, но поскольку у этой пока такого не было, обратились по рации к Ричарду. Тот взял свой аппарат с таким видом, словно отвечал на важный бизнес-звонок.        — 19-96 С, на связи, прием.       — Оператор 19-96 С, мы имеем для вас неотложное задание. В следствие некоторых поломок на нижних этажах, были нарушены условия содержания S.C.P. 131. Вы должны подняться туда и эвакуировать объекты А и В ко входу. Информацию о них получите на свои персональные копмьютеры. Конец связи.       — Что за идиотское название 19-96 С? — Спросил Джастин. — Насколько знаю, у каждого отряда есть свое, более уникальное.       — Но для начала его надо придумать. Ты что ли этим займешься, ящерица? Я не собираюсь! — Проворчал Ричард. — Давайте уже переодеватся и скорее на работу.       Если первая половина команды чувствовала себя неловко — непривычно было Артуру носить жеснкие вещи, даже бронижелеты, то вот Тревис и Джастин в костюмах с масками ощущали себя просто восхитительно. По крайней мере, так на них не сильно пялились, а это, несомненно, плюс.       По ходу высянили, что искомые ими объекты — каплеглазики. Внешне странноватые, но волне себе мирные существа. Понятно, почему их попросили отвести ко входу, а не пристрелить.        — С их стороны было очень вежливо дать нам такое легкое задание для начала. — Проккоментировала Артур.       — Ну а что случилось, что условия нарушились? — Насторожился Тревис.       — Нижние этажи, — пояснил сосед по комнате, — мы на четвертом. Тут испытывают новоприбывших образцов, выше евклиды и изоляционисты — ну такие, какие безопасные, но требуют минимум внимания к себе, а ниже кэторы — я там родился и вырос. Кто-то сейчас там, внизу, разбирается с этими объектами, может даже с моими сородичами, ну а нам достались последвтия, которые дошли наверх.       — Мне это все больше не нравится.       — Да ну, Гарлоу, не нуди. — Отмахнулся Ричард. — Если так хочешь, отправляйся на встречу с кетором и отдай ему еще кусок лица.       Этот комментарий Тревис проигнорировал. Их команда отправилась к лифту: карты доступа позволяли безпрепятственно ходить по коридорам, и даже заходить во многие камеры. И все же, юношу не покидало чувство опасности: им ведь надо было не просто эвакуировать объекты, но еще и защитить их от кого-то.       — К слову, их там двое, оражневый и желтый, я к ним дешников водил. — Пока они ехали, сказала Артур.       — Дешников?       — Еще одни работники, только больше как испытуемые. Узнаешь их по оранжевым комбинезонам — можешь даже пристрелить, они не имеют права выходить из камер без сопровождения. — Проинформировал Ричард.       Команда оказалась на первом этаже, где — сюприз — были настоящие окна. Тревис даже глаз протер, настолько солнце было для него непривычно. Белые стены, яркие коридоры — почти как какой-то госпиталь, только пустота в коридорах напоминала о чем-то неладном.       — Нужно разделиться. — Скомандовал Рич. — Мы с Артуром пойдем в комнату, а вы двое прикрывайте.       Тревис посмотрел на Артура. Она совсем побледнела: видимо, прошлый опыт работы давил. Может, девушка всеръез задумалась над его словами и том, что именно может пойти не так. Да и он не знал как будет безопаснее: оказаться с Джастином в коридоре, или зайти туда, в комнату отдыха, где, по свидетельствам из ПК, потерялись каплеглазые.        — Ричард, давай я пойду с тобой, мало ли, там что-то внутри. Не думаю, что Артур будет способна стрелять в таком состоянии, да и ты на снайпера не тянешь.        — Ладно. — Процедил сквозь зубы тот. — Только потому, что ты за меня заступился, уродец.       Вот так они и оказались в комнате, спроектированной по всем законам хорошего отдыха: мягкие пуфы, тенисный стол, большой телевизор с диваном, радио и даже танцпол — ни в чем себе не отказывали. В ПК были записаны частоты раций напраников, так что они могли в случае чего сообщить, пока что тревоги не подымали, парни в комнате были совершенно одни.       Один из пуфоф заходил ходуном, Ричард тут же направил на него оружие, Гарлоу же отодвинул напарника в сторону и пошел на источник звука. Оказалось, это был тот, кого они искали — оранжевый каплеглазик.       Маленькое чудо, похожее на пухленькую тыкву, подкотилось к ликвидатору, помахивая отроском на голове. Они никогда не моргали, если верить отчетам, но от этого пристального взгляда на душе становилось как-то легче. Впервые со дня инцедента Тревис почувствовал что-то положительное, хотя точно не мог сказать что. Создание непонятным образом заставило его выставить руку и погладить, после чего лицо под маской исказилось в улыбке.       — Оказывается, одноглазые существа тоже могут быть красивыми. — Выразил он свои мысли вслух. — Погляди, Ричи, это ты в него стрелять собрался?       — Да ладно. — Беря милаху на руки, засмущался тот. — Я и стрелять-то не умею.       Оставив первого напарнику, парень отправился за вторым. Около танцпола, где было разбросано полным-полно проводов, маячило желтое пятно. В рации были слышны обрывки диалогов — общались с другими ликвидаторами. Некоторые из них отвечали коротко и сдержанно, другие — истошно вопили, как бы там ни было, а работы у коллег оставалось весьма недурно. Размышляя над этим, Тревис аккуратно переступал провода, подбираясь к каплеглазому. Возможно, они не могли ходить по таким поверхностям, тогда как он добрался до того места?       Желый выглядел чуть иначе: он пошел на руки ликвидатора, но вместе с тем глаз у него слезился, да и само существо дрожало. Каплеглазики не просто так покинули свое место содержания, их что-то напугало. Положив ладонь на этого, Гарлоу ощутил, как собственное сердце забилось быстрее, в такт напуганному монстрику.       — Тише, я здесь, чтобы помочь вам, давай не будем паниковать? — Его спокойный голос сработал, по крайней мере, существо больше не дрожало.       Тревис поспешил к напарнику, на этот раз не напрягась с проводами — просто пробежался по ним чувствуя, что ботинки малость прилипают. Липкие провода? Ну и странно… Чего только…       — Чего только в этом Фонде нет. — Повторил мысли парня Ричард, уставившись на него остекляневшими от ужаса глазами.       Тревис сразу понял, что у него что-то за спиной. Рисковать не стал: сперва опустил каплеглазека, пустив его к сородичу, тогда выхватил пистолет и, не подымаясь, в полусогнутом положении, обернулся. Там и правда появилась какая-то фигура, в которую он выстрелил не задумываясь.       — О, халамадник триклятий, всі шкури з тебе поздираю! — Закричало оно женским голосом, хватаясь за простреленную грудь.       То была очень старая женщина, на вид лет восемдесят, не меньше. Морщинистая, скрюченная, только одно у нее было новым — костюм серого цвета с красной эмблемой фонда. Казалось, старуха лысая, только вот как выяснилось у нее все же были волосы, больше похожие на паутину, вот они-то и запутались в проводах.       — Рич, хватай каплеглазых и убирайся, я прикрою. — Не задумываясь крикнул Тревис. Если эта бабка и сделает чего, то пускай лучше с ним, калеченным, чем с крепким молодым парнем.       Ричард спорить не стал, хоть так и простоял столбом, пока Гарлоу не стрельнул в старую еще раз. Подхватив объекты, напарник двинулся к двери, в это же время раненный объект побежал на ликвидатора со скоростью, какую старая женщина точно развить не могла.       Тревис додумался отойти, однако же бабка цепанула его рукой — с нее тоже свисали эти паутинные волосы. Замотав его костюм, чудище потянуло на себя, после чего принялось драть пожелтевшими ногтями и придприняло попытку укусить. Понимая, что монстр хочет сделать что-то свое, дабы с концами сожрать его (ну или просто убить, но уж точно не обнять), юноша рискнул выполнить прием, какому научили на курсах самообороны.       Они сцепились руками, но руки Тревиса оказались снаружи, правую ногу он выставил вперед. Надавив одной рукой на предплечье, второй он уперся в старуху, которая как раз напирала на него. Сосредоточившись, он подвернул ногу, резко потянул руку на себя и… Перекинул тело врага, правда, сам при этом оказался на коленях.       — Клятий дідько, я ж тебе кочергою переломаю, хребта переб’ю! — Ответила на это старуха.       Он почувствовал, что теперь волосы обвили все тело — очевидно, ошибся, вообще вступая в контакт с чудовищем. Костюм местами порвался и теперь на Тревиса начало накатывать странное чувство, будто бы он улетал куда-то под потолок, а та бабка вообще растаяла, превратившись в серое пятно. Наверно, так бы и провалялся, если бы на помощь не подоспел Джастин. Он схватил напарника и потащил к выходу так резко, что волосы попросту разорвались.       Артур тем временем что-то неуверенно бубнила в рацию, Ричарда и след простыл. Из ответа Тревис разобрал цифры 352 — наверно, номер того объекта. Когда же старуха двинулась следом, Джастин заговорил уже ее голосом:       — Чи ж тебе Фонд не попереджав? Вертайся до камери, бо знову їсти не дадуть.       — Він забагато хоче, а мені свободи треба!       В ответ на это его напарник зарычал, да так, что старуха отступила. В тот миг его руки настолько сильно сжали Тревиса, что тому показалось, будто бы он сейчас сломается, как игрушка, на которую наступили. Благо, этого не случилось, а вот что ждало впереди — настоящий ад.       Пострадавшего отвели к Амелии, где та бесцеремонно стащила с него костюм и хорошенько так обдала водой из шланга. После нанесла какую-то мазь на места покраснений и обдала таким потоком ругани, половины из которого Гарлоу даже не понял.        — Тебя какой черт потянул кетора руками лапать? — Верещала она, накладывая примочки на раны. — Это повезло, что Яга была не голодной, а если бы решила тобой пообедать? Знаешь, она ведь сперва отрывает конечности, а потом доедает, пока жертва корчиться в припадке эйфории, вот так бы и закончил, после месяца реабилитации.       — Я откуда должен был это знать? Мне сказали — найти и привести к выходу каплеглазых — благо, Ричард с этим справился, — а что там будет кто-то еще, этого не говорили.       — Так думать надо было. Координаторы не всегда вовремя реагируют на ситуацию, оно им и не надо — сидят в безопасности, это ты должен думать, чтобы не умереть. А теперь сядь, от ее фермента надо противоядие колоть.       Стоит отдать должное, уколы были почти безболезненными, хотя с их последствиями Тревис пролежал до самого вечера. Лихорадка и странные галлюцинации так же не отпускали: то угасали, то вспыхивали с новой силой. Учтивый Джастин принес ему обед, который новоиспеченный ликвидатор благополучно вырвал. Хорошо, что каждая комната была оборудована своим санузлом.       — Знаешь, а круто ты ее швыранул через плечо. Я бы так не смог, если бы у меня не было силы четырех дюжих мужиков. — Видя, что к вечеру сосед малость пришел в себя, заявил монстр.       — Я слышу по интонации, ты пытаешься меня похвалить, но что-то не выходит. — Сев на кровати, ответил Тревис.       — У меня хорошо получается повторять слова за другими, но плохо составлять их в предложения. Иногда говорю что-то обидное, когда хочу как лучше. Мы не думаем, что говорить, мои просто повторяют ваших, чтобы заманить их и сожрать.        — Почему ты так не делаешь?       — Потому что еще не мутировал, но это должно случиться когда-то. У всего нашего выводка произошло, у меня нет. В Фонде сказали, поработаю тут, пока крышу не сорвет, а тогда — к сородичам в камеру или на расстрел.        — Жестоко.       — Мир жесток, здесь так точно. Ну, не будем за плохое, давай о хорошем. Мы с Артуром посовещались и решили, что тебе, как первому пострадавшему, будет дана великая честь — назвать нашу команду, и, наверно, возглавить. Ты хотя бы пытался нас организовать, не то что Ричард.       — Да ладно. — Тревис прервался, думая, что сейчас побежит прощаться и с ужином, но к счастью, еда осталась в желудке. — Назвать команду, говоришь? Тогда уж так, чтобы нас впереди ждало только хорошее. Как насчет «Взлет»?       — Хорошо звучит. Эх, а ведь я никогда не видел, как птицы летают.       Так команда получила свое название, ну а за Тревисом, который рвался вперед разбираться со всякой нечистью, среди коллег закрепилось прозвище — Ликвидатор.