Последняя надежда династии Таргариенов

Часть 4: Привкус Крови

КОРОЛЕВСКАЯ ГАВАНЬ       Ранним утром раздалось тихое журчание. Тирион Ланнистер справлял малую нужду в Черноводную, отдавая дань уважения, сражению, в котором он участвовал, защищая бастарда Серсеи.       — Вы довольны?       — Более чем. Наконец они приплыли к Королевской Гавани, высадившись к тайным проходам. Сиворт отправился на поиски Бронна Черноводного.       — Мне страшно, Тирион.       — Как и мне, Мирцелла.       Бронн шел по подземельям Красного Замка вместе с Джейме Ланнистером, рыцарь Черноводной насвистывал Рейне из Кастамер. Первым заговорил наемник.       — Знаете, мне интересно, а как это? Нынче, женщин... Возбуждает ваша золотая рука? Или, сейчас, у них в почете железнорожденные? — неприятным голоском начал Бронн, проводя параллель между ним и его сестрой. — Нам нужно упражняться, ведь еще немного и вас прозовут Безруким Ланнистером.       — Если сейчас ты не заткнешься, — огрызнулся Джейме, — тебя прозовут Безголовым рыцарем Черноводной.       — Это было грубо, сир Джейме... Голова, как оказалось, вещь нужная! И особенно нужна мне сейчас... Прошу не забывать, я нахожусь не из-за своей великой доброты. Мне нужно ваше золото! Глупость... Не находите? Ланнистеры мне платят за то, что я колочу Ланнистера.       — Тебе так хочется повторить участь всех лордов Стокварта? — Джейме остановился, прокручивая меч в левой руке. — Серьезно, Бронн. Тебе так мешает голова на плечах?       — Угрозы от вас — это смешно. Даже ваша сестра придумала чего похлеще, когда пыталась меня убить... Из-за угла, словно тень, вышел Тирион Ланнистер. Джейме сжал учебный меч в руках и казалось, сейчас кинется на родного брата. Бронн, проанализировав ситуацию, понял, что ему лучше покинуть Ланнистеровское общество.       — Что ты здесь делаешь? — огрызнулся Джейме.       — Давно не виделись, братец.       — Я пообещал, что если увижу тебя вновь - разрублю по пополам.       — Учебным мечом... Это будет крайне тяжело сделать.       — Ты убил нашего отца!       — Да, убил. Но как оказалось, меня опередили. — Тирион усмехнулся. — Его отравил Оберин. Джейме, я сделал это не для того, что бы разрушить наш Дом!...       — Да мне наплевать! Какого черта ты хочешь, Тирион? Тирион вздохнул так, словно несет на своих плечах тяжесть Семи Королевств.       — Ладно, видимо, обойдемся без душещипательных разговоров. — почесав голову, понял карлик и продолжил. — Я хочу, что бы ты мне помог. Чтобы между нами не случилось - ты мой брат и единственный человек, которому я могу это доверить.       — Очень мило, что ты вспомнил об этом сейчас! — ответил Джейме, подойдя ближе к брату. — Серсея не отдаст трон... Тирион позвал Лукового Рыцаря, которой держал за руку принцессу Мирцеллу Баратеон, тихо ступающую возле него. Она с интересом оглядывала стены, в которых таились секреты. Величественное сооружение, словно шептали о тех, кто прежде носил доспехи, во имя чести и славы. Тьма растворялась при свете факела.       — Ты заберешь Мирцеллу... — Тирион, оглянувшись, начал шептать. — Ты ее заберешь! И укроешь за пределами гребанного Вестероса! Ты единственный, кто может защитить свою дочь, болван! Дейенерис хочет использовать ее! Но я не позволю рисковать моей племянницей.       — Тирион, я... — Джейме потерял дар речи, когда в тени завидел свою дочь. — А как же ее мать? И как ты мне предлагаешь это провернуть?!...       — Ты знаешь, что Серсея не отдаст трон даже ради этой девочки. Она готова умереть за него! Подумай своей головой! Принцесса подошла ближе и увидела его.       — Джейме! — Мирцелла кинулась к своему дяде и крепко обняла его, она сразу же заметила его золотую руку. — Что случилось с твоей рукой?! Джейме с трудом проглотил слюни, он увидел шрам на ее лице, переглянувшись с Тирионом, который одобрительно кивнул, он обнял свою дочь.       — Мне она тоже не нравится. — хриплым голосом сказал Цареубийца и слабо улыбнулся. — Я... Договорю с дядей Тирионом. Мирцелла, улыбнувшись, оставила братьев и вернулась к Давосу Сиворту, который был неподалеку. Он не заканчивал травить истории о давних передрягах, в которых он успел побывать.       — Я заберу ее отсюда. Но что будет с тобой?       — Я самый удачливый карлик во всем Вестеросе... За это можешь не переживать! А если что и произойдет, — грустно понял Тирион, но в мгновение, словно по щелчку пальца, продолжил своим обычным голосом. — То выкупи бордель и назови его в мою честь, не знаю, "Карликов удел" или "Под тушей Беса"... Ты ведь знаешь, я всегда хотел иметь собственный бордель.       — Какой же ты кретин, Тирион.       — Кретинство всегда было нашей общей чертой, Джейме.       — Я не знаю, когда мне еще представится возможность. — начал Джейме, — Я должен сказать тебе то, что собирался сделать очень давно... Тиша не была шлюхой. Она была простолюдинкой, дочерью фермера. Отец заставил меня сказать, что я ее выкупил в борделе... Вся история - ложь нашего отца.       — Можешь не переживать, Джейме... — словно попытавшись парировать и обидеть Джейме, проговорил Тирион. — Когда тебя не было рядом... У Серсеи... Или, правильнее В Серсее всегда был другой Ланнистер. Наш кузен Лансель. А сейчас, если я правильно понимаю, вкусы нашей сестры изменились? Ланнистеры поникли. Братья ранили друг друга как ни один их враг.       — Изменились. — горько ответил Джейме. — Что ты планируешь со своей королевой, Тирион? Сравнять этот сраный замок с землей?       — Мы этого не хотим. — с полной серьезностью произнес карлик. — Какие у нее планы?       — Я с ней почти не разговаривал, Тирион. Но я готов поклясться, что она не сдаст Королевскую Гавань. Золотые мечи скоро прибудут сюда на кораблях - войско выросло. Серсея разослала воронов ко всем Домам Вестероса. И я должен был двигаться в авангарде к бабке Тиреллов, но сейчас там Тарли.       — Твои клятвы очень много значат. — не упуская возможности, пошутил Тирион. — С твоей наблюдательностью, ты наверное, даже обнаружишь, где заходит солнце! Но и если даже ты не знаешь, что она задумала?... У нее нет шансов выиграть в этой войне. У нас есть драконы и сильнейшее войско. Наша сестра взорвала Септу Бейлора... И у нее есть Дикий Огонь... К Тириону, да и к Джейме, пришло осознание того, что Серсея может сравнять все с землей. Королевская Гавань могла вспыхнуть в любой момент.       — Она не пойдет на это. — поставил точку в этом разговоре Джейме.       — Забирай свою дочь и проваливай отсюда. Как только стемнеет, ты покинешь это гнилое место. Сиворт договорился с торговым судном. Вы поплывете в Пентос.       — Но Серсея?...       — Даже не думай, — зашипел Тирион, — даже не думай про это! Ты и так танцуешь на льду, на котором проступили трещины. Хватит ли у тебя ума не прыгать на нем?       — Ты уверен, что твой план сработает? Ты уверен, что этим людям можно довериться?       — Никому нельзя, Джейме. — отрезал Бес. — Но этот старый моряк - добрый друг Лукового Рыцаря, а эту дружбу укрепил тяжелый мешочек с монетами. Братья обняли друг друга, обнимали крепко - ведь они, вероятно, прощались навсегда. Им нужна была эта встреча.       — Мы не прощаемся. — сказал Джейме, оглянув своего брата снизу-вверх.       — Не прощаемся. — подтвердил Тирион. — Я соскучился по твоему кислому лицу. Луковый Рыцарь, обнял принцессу и отправился на берег. Тирион, перебирая короткими ногами, встретился с Бронном.       — Бронн Черноводный. — остановившись ненадолго начал Тирион. — Ты все еще живой.       — Через денек другой, — начал Бронн, — я убираюсь отсюда к хренам. Сейчас меня не заботит ни золото, ни бабы, ни титулы.       — Тебя-то?       — Меня-то. Сейчас меня заботит только моя шкура. — Бронн начал тыкать пальцем на себя. — Я знаю, что здесь начнет твориться, когда драконье пламя обрушится на этот дешевый бордель. Мне насрать на ваш поганный трон, насрать на ваши королевские интриги. Мне нравится жить.       — Настанет день, — с ухмылкой произнес Тирион, — когда ты преклонишь колено, как лорд Стокварта.       — Или настанет день, — ответил ему Бронн, — когда ваша сестра приведет в жизнь все свои сокровенные желания и все таки казнит вас.       — Не дождешься. — с кислой улыбкой ответил Тирион. — До встречи, Бронн.       — Справедливости ради, — признался Бронн, — вы не самый гнусный человек, которого мне приходилось знать. Ваше общество я мог терпеть целый день.       — Не могу сказать о том же, Бронн.       — Береги себя, Бес. ВИНТЕРФЕЛЛ       Люди услышали драконов. Эйгон закрепил Длинный Коготь на своем поясе, почувствовав легкую, родную тяжесть на бедрах. Сэмвелл помогал ему облачиться в черный доспех без какой-либо символики. «У меня нет своего герба — осознавал Эйгон». Тарли укутал его мягким, темным плащом. Сэм неловко переглянулся со своим другом.       — Ты отправляешься с королевой, Джон?       — Да, — хрипло ответил Эйгон, — отправляюсь. Как ты думаешь, согласится ли твоя милая семья преклонить колено? — Эйгон понимал, что им с Дейенерис нужны союзники. Он знал, что ее визит в Винтерфелл мог означать только одно. — Может быть, твой отец, случайно, выбравшись на охоту сломает себе спину? Он припомнил Сэмвеллу его давний разговор с отцом, когда тот, так старательно хотел избавиться от своего сына, да так, что отправил его в Ночной Дозор. Тарли не мог скрыть подступивший комок к горлу, он заканчивал застегивать доспехи, с легкой дрожью в руках. Грядет война.       — Мой отец, — дрожащим голосом выронил Сэм, — самый гнусный человек во всем Вестеросе, но он не заслуживает смерти!       — И что ты предлагаешь? — с нескрываемой долей удивления, скорее похожим на стеб, поинтересовался Эйгон. — Отправить охранять его руины Стены?       — Вы можете, — предложил Сэм, — взять его в плен?       — Я не буду ничего обещать. — Эйгон приподнял глаза, в которых блеснула жестокость.       — Мне кажется, что твои... Арья и Санса... Отлично справятся с тем, чтобы управиться с Винтерфеллом...       — Не сомневаюсь. А ты отлично справишься с тем, чтобы отправиться в Цитадель. — приказал Защитник Государства. — Когда мы вернем трон, королеве нужен будет умный и верный мейстер. Не интриган, или какой-либо выродок, как те, что сейчас. Ты единственный человек, которому я доверю это, без колебаний и сомнений.       — Но я?... — расстерявшись спросил Сэм, узнавая в словах ныне Таргариена, своего старого друга. — Я ведь...       — Возьми Лили и ребенка. — поправляя черные, как воронье крыло, волосы, ответил Эйгон. — Государству, чтобы его восстановить, нужны будут надежные советники.       — Будь осторожен, Эйгон. — Тарли сказал так, словно понимая, что говорит совсем с другим человеком. В его словах слышалось огорчение, перемешанное с осознанием. Эйгон Таргариен шестой своего имени, молча кивнул и отправился в зал, где наконец встретился со своей тетей. Она поприветствовала его легкой, мягкой и доброжелательной улыбкой.       — Дейенерис? — самодовольно, в своей манере, начал Эйгон. — Не думал, что понадоблюсь так скоро.       — От тебя будет больше пользы на Драконьем Камне, — оценивая его доспех начала Бурерожденная, — чем здесь, собиравшим пыль возле камина. По пути по оставшимся делам Эйгона, во дворе они встретились с Сансой, Арьей, Бриенной Тарт и Подриком Пейном.       — Ваша Милость. — слегка склонив голову, ответила Бриенна. — Я Бриенна Тарт. Подрик Пейн, почесывая затылок, тоже склонил голову.       — Рада познакомиться, Бриенна Тарт. — казалось, она впервые видит настолько воинственную женщину.       — И на долго-ли ты, Джон? — холодно поинтересовалась Санса. — И что нам делать дальше?       — Ты здесь главная, Санса. — разведя руками ответил Эйгон. — Тебе решать, что дальше. Дейенерис переглядывалась между своим племянником и Сансой вопросительным взглядом.       — Ваша Милость. — было отчетливо слышно, с каким трудом слова покидали рот Сансы. Арья стояла, не проронив и слова. Она обдавала Эйгона убийственным взглядом.       — Арья, Санса... — Эйгон им кивнул с едва заметной улыбкой на лице, он взглянул на стены Винтерфелла, мельчашивших людей, которые носились из стороны в сторону с инструментами. Некоторые из них стояли на раздаче за едой, горячей похлебкой с черствым хлебом. — Бриенна Тарт - присмотрите за ними. Тарт молча кивнула.       — Как только я верну трон, — Дейенерис смотрела на Сансу, — я окажу Северу необходимую помощь.       — Для нас это будет честь. — безразлично ответила Санса. Дейенерис натянуто улыбнулась, отправившись за своим племянником, она с интересом смотрела на здешних людей, пытаясь понять, из чего они скованны. Было ясно, что северяне скованны из льда. В воздухе до сих пор чувствовался неприятный запах.       «Запах смерти, — подумала Дейенерис, — привкус крови».       — Ты тоже чувствуешь этот...       — Запах кладбища?       — Именно. — Дейенерис медленно и аккуратно шла за Эйгоном. — Что насчет "Последних дел на Севере"?       — Осталось еще несколько. Они спустились в крипту вместе с факелом, который подсказывал дорогу и проливал свет на статуи предков Старков. Таргариены двигались медленно и каждый их шаг отзывался мелодией стали, и в потертых стенах гулким эхом раздавался характерный звук и тихий топот. Остановившись возле статуи с розой, Эйгон прошелся по ней оценивающим взглядом, словно ждал от нее ответа.       — Это твоя мать?       — Да.       — Неудивительно, что мой брат в нее влюбился. Наверное, не столько из-за красоты, сколько из-за характера. — Дейенерис, оглядывая статую, опечаток на которой оставило время, проговорила. — Все Старки такие? Или это исключительное проклятие по женской линии?       — Упрямые, стоявшие на своем, — Эйгон сделав паузу и продолжил, — но в одном они точно правы. Зима близко. Вокруг витал мрачный воздух, наполненный запахом пыли давно прошедших лет. И Король Зимы отдался своим мыслям.       — Дорн выдал нам дочь Серсеи, — с чувством грядущей победы произнесла Дейенерис.       — Ты и впрямь думаешь, — ответил Эйгон, словно пытаясь не засмеяться, — что в ней проснутся добрые материнские чувства? Да скорее она умрет в огне, чем помашет белым флагом.       — Мы хотя-бы должны попытаться.       — Я не имею ни малейшего представления, — точно подметил Эйгон, — какие у вас планы. Может наконец ознакомишь меня с ними? На лице Дейенерис скользнула игривая улыбка. Выбравшись из крипты они зашли в Богорощу, к могиле, которую припорошил свежевыпавший снег. Дейенерис заметила, как лицо Эйгона переменилось.       — Кто здесь похоронен?       — Мой лютоволк. — холодно ответил Эйгон, оглядывая могилу. — Прежде, чем погибнуть, он справился с сотней упырей.       — Как вы одержали победу?       — Кровью. — вглядываясь в чардрево неподалеку ответил Эйгон. — Мы выиграли заплатив за победу кровью тысячи людей. Но победа ли это? Рейегаль принял своего всадника совершенно спокойно - королеве показалось, что он был рад его видеть. Если это вообще можно было назвать радостью. По пути, Эйгон и Дейенерис, преисполненные чувством разрастающийся свободы, пытались обогнать друг-друга. Они отправились на Драконий Камень. ДРАКОНИЙ КАМЕНЬ Едва они спешились, к ним сбежались советники в лице Мормонта, Вариса, Серого Червя и Миссандеи.       — Кхалиси! — запыхавшись пробормотал Мормонт. — Тирион вывез Мирцеллу с Драконьего Камня. Ее здесь нет. Варис, стоял, пристально наблюдая за королевой и с нескрываемым интересом, новым драконьим всадником.       — Мы взяли его... Под стражу. — подбирая чужеземные слова доложился Серый Червь. — И его друга из Севера.       — Меня не было день! — раздраженно выпалила Дейенерис, повысив голос. — Меня не было один день! И вы умудрились, прямо из под ваших носов, упустить дочь узурпаторши? Эйгон стоял в стороне, оглядывая величественное сооружение, которое представлял собой замок Драконьего Каменя. На его лице волей-неволей появилась легкая улыбка, когда он вслушивался в разговор.       — Той ночью в замке вспыхнул пожар. — аккуратно начал Варис, выслуживаясь своей королеве.       — Где он?! — спросила Дейенерис. — Я хочу его видеть! Эйгон последовал за Дейенерис в темницу, находившуюся под Драконьим Замком. Беса и Сиворта рассадили по разные концы. Он кивнул Серебряной королве, оставив их наедине с карликом.       — Где ваша племянница?!       — Не знаю. — не соврал карлик. — Надеюсь, что подальше от этих паскудных мест.       — Вы предали меня. — сухо сказала Дейенерис. — Вы предали мое доверие. Это измена, лорд Тирион!       — Я сделал то, что должен был. — поморщился карлик. — Как бы поступили вы, если вашим родным угрожала опасность? Вы бы остались в стороне, когда на вашем родном человеке рисовали мишень?       — Назовите хоть одну причину, почему я не должна вас казнить? — решила узнать Дейенерис, ее голос был холоден. Даже слишком. — У нас был шанс! Был шанс, что Серсея сдастся! Из-за вашего мнимого чувства долга, лорд Тирион. Мы потеряли этот шанс.       — Если миру предстоит уцелеть только лишь рискуя маленькой и невинной девочкой, — твердо сказал Тирион, — то пусть уж лучше этот мир сгинет. Эйгону не составило труда сориентироваться, чтобы найти Лукового Рыцаря в темнице Драконьего Камня. Он шел медленно, аккуратно, ступая по холодной земле. Было странно, но с первого же мгновения, замок показался ему родным местом. Словно в голове вырисовывались события, о которых он давно позабыл. Едкое чувство, будто бы он уже здесь был.       — Сиворт? — Черный Дракон оперся плечом об стенку, где чуть дальше - начиналась решетка. Он стоял полубоком, в тени, с интересом изучая своего поданного. — Стоило тебе только приехать и твою голову посетили мысли вывезти Ланнистеровскую девчонку?       — Джон?! — поежившись на своем месте воскликнул Луковый Рыцарь. — Седьмое Пекло! Я не буду кормить тебя дешевыми оправданиями. Черт с этим всем! Я видел эту девчонку - она порядком настрадалась и последнее, что ей бы потребовалось - это участвовать в торгах, словно лошадь!       — Кто сказал тебе, — с холодом отрезал Эйгон, — что Дейенерис стала бы торговаться этой девицей? Кто сказал тебе, что ты вправе распоряжаться, что потребуется? Или может быть, они хотели запустить ее из катапульты прямо в ебаную Королевскую Гавань?! В темнице воцарилась тишина, слышались редкие падающие звуки капель и гулким эхом разносившийся голос Дейенерис. Вскоре он оставил Сиворта наедине с мыслями и присоединился к королеве, которая вела, казалось, бесполезный спор с Ланнистером.       — Бастард из Винтерфелла. — оценив его взглядом, не скрывая того, что он рад этой встречи, начал карлик. — Рад этой встрече.       — Карлик с Кастерли. — с ухмылкой ответил Эйгон, заглядывая в тесную комнату пыток. — Что с твоим лицом? Не преуспел в фехтовании?       — Можно и так сказать. — отстраненно ответил Тирион, продолжив разговор с королевой. — Обычно, когда люди, у которых есть хоть капля разума, совершают измену... Они не возвращаются обратно, соглашаясь на смерть!       — Или тебе не хватило разума, — подметил Эйгон, — или ты исключение? Никогда бы не посчитал тебя перебежчиком, да и к тому же к Серсее?...       — Кому ты передал Мирцеллу? — Дейенерис вглядывалась в лицо Тириона, дожидаясь ответа.       — Своему брату. Они уплывут из Вестероса.       — Спустя столько времени, — заскучавшим голосом продолжил Эйгон, — воссоединение отца и дочери?       — Войско, в авангарде Тарли, — спокойно и рассудительно ответил Тирион, — идет к родовому замку Тиреллов. Не знаю, какие у них планы, но Королева Шипов не на стороне моей сестры... Ее дочь взорвали в Септе Бейлора. Да и к тому же, у Серсеи добавилось войско - она выкупила Золотых Мечей и половину их флота. Дейенерис посмотрела на Эйгона крайне странным взглядом. По пути из темницы у них завязался разговор:       — Кажется, у тебя разногласия с советниками?       — Тебя это забавит?       — Нет, скорее, удивляет. Как ты это допустила?       — Если бы ты сразу полетел со мной на Драконий Камень - этого бы не было!       — Войско Безупречных?... Освободительница оков купила их как скот?       — Тебя так хочется составить компанию этим двоим и первую ночь встретить в темнице?! Эйгон, ты можешь давиться своей иронией сколько угодно, но не сейчас. На совещании Совета, присутствовали все советники, в том числе и Эйгон Таргариен. Решительным и властным голосом начала Дейенерис.       — Это... Лучший мечник Севера!... — она не могла называть его Джоном, слова не лезли в горло, на мгновение замешкавшись, она продолжила. — Человек, который возглавил оборону Семи Королевств и спас их! Преклонив колено, он перестал быть Королем Севера, но не перестал быть Защитником Государства. Он отозвался на мое приглашение и теперь займет место в Совете. Что насчет Тириона и... Сиворта? Лорд Тирион предоставил нам сведения, что Тарли двигаются к родовому замку Тиреллов, по приказу Серсеи. Также, она сказал, что узурпаторша выкупила войско наемников, Золотых Мечей... Если это окажется правдой - у меня есть все основания верить этому человеку и помиловать его! Миссандея наблюдала за северянином с долей удивления в глазах, приметила его черные, словно уголь, доспехи, приятную внешность. Теперь она могла понять, о чем тогда говорила Дейенерис. Эйгон присел на скрипучий стул, обдавая безразличным взглядом всех остальных советников, стоявших с задумчивыми лицами. Он издавал характерный звук доспеха. Покручивая в своих руках серебряник, то подкидывая его, то перебирая между пальцев, он откашлявшись, решил поделиться своими мыслями.       — Мы слишком долго засиживались, потеряли дракона, половину флота и из-за своего бездействия растратили доверие Семи Королевств. С завтрашнего дня, мы с Дейенерис отправимся на Дрогоне и Рейегале к... Королеве Шипов, убедиться в ее верности. И если нам повезет, поменяем курс направления войск Ланнистеров обратно, откуда они пришли. Может быть, весть шлюшке Ланнистеров, о том, что ее войска разбиты двумя взрослыми драконами, заставит ее хоть немного задуматься?       — Очень радостно видеть в нашем Совете, — учтиво начал Варис, — новых лиц. Но боюсь, вы не слишком осведомлены в положении наших дел? Как вы и просили, Ваша Милость, я отправил воронов во все Дома Вестероса... Север, как и полагается северу, холодно верен нашей королеве. Мы не получили вестей из Орлиного Гнезда, Рогового Холма, а также половине мелких Домов Простора. Баквеллы, Руты, Корнфилды, Браксы, Эпплтонов, Крейны...       — Ясно, ясно, ясно... — Эйгон перебил евнуха. — Называй вещи своими именами - половина Простора объявили мятеж и верны тупорылой суке Серсее, и неудивительно, что Долина Арренов тоже под сомнением. Варис, потирал руки друг об друга, оглядывая то Дейенерис, то Эйгона.       — Талли, Тиреллы, Север и Дорн — почесывая густую бороду, промолвил Джорах, понимая расположение дел. — Это уже неплохо.       — Мы высадимся на берегу, — Дейенерис смотрела на карту, которую из себя представлял стол, — займем Грачиный Приют и я вместе с... Джоном слетаю к леди Тиррел. Дальше, объединив силы, мы отправимся с войском к Хэйфорду.       — Наше войско насчитывает и без того... — осознавал масштабы Джорах Мормонт. — Двадцать шесть тысяч воинов. Только лишь на одного дотракийца придется шесть воинов Вестероса.. Вы вернете свой трон и вызовите всех лордов Семи Королевств - преклонить перед вами колено. Дейенерис благодарно кивнула Джораху.       — Серый Червь, — громко обратилась Дейенерис к командиру своего войска, — завтрашним днем мы выступаем! Приготовь своих людей.       — Да, Ваша Милость!       — Джорах Мормонт, сообщи кхаласару, что завтра они ступают на деревянных коней и пойдут по морю...       — Яра Грейджой, Ваша Милость и Теон Грейджой... — представил Варис вошедших на Совет людей. Эйгон посмотрел на Теона с несвойственной ему долей удивления в глазах. Он был уверен, что он умер с тех самых пор, когда его голову посетила мысль захватить Винтерфелл и предать его огню. Все казалось словно он находится в дурном сне.       — Я вернула своего брата, Ваша Милость. — откашлявшись, Яра поприветствовала королеву и продолжила. — Наш флот ждет ваших указаний... За все это время мы успели привести его в состояние. И куда делся ваш Луковый Рыцарь? И я вижу новых людей в совете... Джон Сноу?       — Леди Грейджой. — слегка выглянув из-за стола, ответил Эйгон. — Кракен сражается с кракеном, лев со львом. Этой ночью будут еще какие-нибудь вести?       — Надеюсь, — смерив взглядов Эйгона, начала королева, — на этом противостояния родственников закончатся. Яра, вы вместе с... Луковым Рыцарем, который сейчас прибывает в темнице, возглавите наш флот. Сиворт заблокирует торговые пути и мы возьмем Глотку, а вы отправитесь в Черноводную вместе со своим флотом... И братом.       — Что вы предпримите по отношению к лорду Тириону, Ваша Милость? — тихо поинтересовался Варис. — Проявлять сострадание и чувства к своим родственникам - достояние не многих, но также, в редких случаях, огромная ошибка...       — Лорду Тириону, — ответила Бурерожденная, — представится возможность подумать о содеянном. На этом мы заканчиваем... Я благодарю каждого за слово! Советники тихо разошлись, Эйгон был в их числе, он разгуливал по замку, в поиске сам не зная чего. Зайдя к себе в покои, на балконе, Черный Дракон заметил Красную Жрицу.       — Лорд-командующий? — не поворачиваясь, поинтересовалась Мелиссандра. — Ты все таки с ней встретился... И одержал победу у Винтерфелла. Мелиссандра, медленно и аккуратно повернулась к Эйгону, который изучал ее без особого интереса, он занял свое место на стуле, ожидая получить ответы на вопросы.       — Ты-то что здесь забыла? — сухо поинтересовался Эйгон.       — Тоже, что и ты, — мгновенно ответила жрица, — помочь вернуть королеве, то, что ей положено по праву.       — Тебе об этом сказал Владыка? — усмехнувшись, попытался узнать Эйгон. Он поигрывал с серебряником в руке.       — Он о многом мне сказал. На всего его воля... Эйгон? — она сделала явный акцент на его имени. Защитник Государства, некоторое время, просидел в полнейшем ступоре, находя в себе силы совладать с самим собой.       «Она первый человек, который выводит меня из себя. — понимал Эйгон».       — Объединение Таргариенов...       — Что, блядь, за чертовщина творится? — он молниеносно вскочил со стула и обнажил валирийский кинжал, который едва коснулся шеи жрицы, но этого было достаточно, чтобы пустить кровь. — Отвечай на сраные вопросы, ведьма!       — Меня не испугаешь смертью. — она тихо наклонила свою голову ближе к нему, так, что находилась на расстоянии вытянутой руки. Это заставило его убрать кинжал от ее шеи. — Как и тебя.       — Что со мной творится? — Король Зимы вел разговор на повышенных тонах. — Я это чувствую! Эйгон засунул кинжал обратно, всунув его в чехол, который крепился на поясе.       — Ты уплатил цену. — жрица приблизилась к нему, так, что их губы едва ли не касались друг друга. — Ты так много потерял, Эйгон. Черный Дракон, с трудом проглотив слюну, отдалился от жрицы, как только она попыталась соединить их губы. Король Зимы разгневанно отошел от нее.       — Они вернутся. — холодно сказал Эйгон. — Мы одержали победу в битве, но не в войне.       — Ты просто инструмент, — пожав плечами ответила Мелисандра, — ключ к ответам, и спасению нашего мира. Исполни свое предназначение.       — Кто этот принц? — с кивком поинтересовался Эйгон, сжимая рукоять Длинного Когтя в своей руке. — Кто принц, что обещан?       — Ты скоро узнаешь, — с легкой улыбкой ответила жрица.       — Если меня убьют, — сделав к ней шаг, словно дикий хищник, отгоняющий врагов, железно продолжил Эйгон, — не возвращай меня снова.       — На все Воля Владыки.       — Это не просьба. Дейенерис постучала в дверь его покоев. Эйгон, помедлив, сказал, чтобы она вошла. Он не отрывал глаз от Мелисандры.       — Я вам не помешала? — фальшиво узнала Дейенерис, оглядывая жрицу и своего племянника.       — Мы уже закончили, Ваша Милость. — поклонившись королеве, ответила Мелисандра и покинула его покои.       — Весьма мило, — с ухмылкой ответила Мать Драконов, — решил уверовать во Владыку Света?       — Какого черта она здесь делает? — с гневом выпалил Эйгон. Дейенерис впервые видела его таким, закипающим от злости.       — Что у вас произошло?       — Эту суку стоит отправить отсюда куда-подальше, в преисподнюю, откуда она выбралась.       — Ты так и не ответил.       — Личные разногласия, Дейенерис. — с холодом ответил Эйгон, казалось, он делал все, чтобы прервать эту беседу.       — Может быть, ты успокоишься? И перестанешь себя таки вести? Эйгон молча сел на стул, снял перчатки и тяжко вздохнул, размышляя о том, что услышал некоторое время назад. Он переглянулся с Дейенерис, которая присела рядом с ним.       — Ты готов к тому, что будет завтра? — поинтересовалась королева. — Прольется кровь, Эйгон. Она взяла его холодные руки в свои. Это заставило поднять взгляд на нее.       — Тебе было так интересно, откуда у меня войско Безупречных? — тихо спросила Дейнерис, вглядываясь в его серые холодные глаза. — Я сожгла того, кто их продавал. Он был отвратительным человеком. Я сказала Безупречным, что они свободные люди и могут не служить мне, если не хотят. Тогда ушло лишь несколько человек.       — Если сжечь всех отвратительных людей, — он смотрел в ее фиолетовые глаза. — в королевстве не останется никого.       — Разве мы с тобой такие отвратительные? — Дейенерис спросила с легкой улыбкой.       — Мы единственные Таргариены, которые остались в живых. С завтрашнего дня начнется писаться история, как ты отвоюешь свой трон.       — Без верных людей, — мягко ответила Дейенерис, — маловероятно, что из этого бы что-то получилось. Я проделала слишком большой путь, чтобы проиграть. Потеряла близких мне людей. Они отдали свои жизни не напрасно, Эйгон. Он ответил лишь коротким кивком. Дейенерис, еще не выбравшаяся из своего доспеха, встала со стула и прошлась по Эйгону оценивающим взглядом.       — Спокойной ночи. — ответил ей Защитник Государства.       — До завтра, Эйгон.