Цвета рубина

Звенят разбитые окна. Стекла, частично разломанные и с множеством дыр, разрушаются окончательно: в помещение тенями запрыгивают черные волки с острыми клыками. Размерами они намного больше обычных животных: доходят мне до пояса. У них большие морды, широкие пасти и длинные хвосты. При движении за демоническими созданиями растекается черная дымка. От погрома и монстров ухожу на рывке: перекатываюсь к стене и приподнимаюсь на одном колене, оглядываю обстановку. Руки обретают силу: меч лежит в них как влитой. Волки чудовищной сбивчивой тучей движутся ко мне, однако пресекает их резкий голос демона: — Место. Помещение разрезают две полосы яркого света, и в руках демона появляется оружие. Он держит два обоюдоострых меча за рукояти посередине, от коих в противоположных направлениях расходятся длинные, точеные лезвия. Спина у демона ровная, плечи расслаблены, обозначая полный контроль над ситуацией. Для него стая огромных, рычащих волков, кружащих вокруг, лишь легкое развлечение. Когтистые лапы полосуют бетон. Монстры больше не обращают внимания ни на кого, кроме демона. Члены группы загнанно вжимаются в стену. Демон прокручивает мечи. Глаза его полыхают алым. — Сидеть, — раздается величественный приказ. Монстры опускают головы, утробно рычат. Прижимают уши и пригибаются. Однако команду не исполняют. Один из волков делает стремительный выпад в мою сторону, как следом отправляется отдающее ярким бликом оружие демона. Клыкастая пасть клацает воздух в сантиметрах от моего лица и рассыпается. Перевожу взгляд на воткнутое в пол лезвие, пробившее бетонную конструкцию, и оно тут же исчезает, вновь появляясь в руке демона. Боковым зрением примечаю ребят. Смотрят ошалело, но не дергаются. Это хорошо. Чем меньше они акцентируют на себе внимания, тем лучше для них. — Неразумные существа, — презрительно произносит демон. — Я не ваш хозяин и вы не станете слушать мои команды, ясно. Тогда. Два меча вихрем взмывают в воздух и в секунду разрезают десятки волков. Душная волна черного праха поднимается от самого пола и, покачиваясь, медленно опускается. Множество демонических существ повержены всего одним ударом. Чувствую, как широко распахиваются глаза. Раздаются громкие хлопки, и в помещение заплывает статный силуэт. По-другому не назову: он словно шествует по воздуху, притом совершенно не передвигая длинных ног. В черном плаще до высоких ботинок, с темными короткими волосами, легкой щетиной и ярко-красными глазами. Высокий и крепкий, с мощной челюстью и злым взглядом. — Убил моих гончих вместо приветствия, Астарот? — говорит он с опасной ухмылкой. Опускается на пол, и бетонная конструкция отвечает протяжным треском. Нити трещин расползаются во все стороны от существа. Знакомый демон, названный Астаротом, сжимает челюсти. Ростом они идентичны, однако у новоприбывшего шире плечи, более массивный корпус и объемнее ноги. — У тебя их много. — Ты прав. За окном вновь раздается протяжный вой. Различаю блик металла, а в следующий миг передо мной появляется спина в шелковой, черной рубашке. — Я перед тобой, Асмодей, — холодно говорит Астарот. На пол падают капли крови. Из его руки исчезает перехваченный меч и вновь появляется в руках хозяина гончих. — Сначала тебе придется сразить меня. — Как скажешь, брат, — злобно улыбается Асмодей, выставляя длинный меч вперед. В руках демона, закрывающего меня своей спиной, также из нитей света появляется меч. Широкий, непомерно большой — подобный не предназначен для рук человека. Вместе с тем изысканный и резной, без единого скола, цвета серебра — оружие выглядит как творение богов. Люди могут лишь лицезреть его мощь, как и мощь демона, непринужденно держащего изысканный предмет, одним своим видом внушающий почитание. И людям на поле брани сверхсуществ не место. — Ходу, ходу, ходу! — быстро командую, оборачиваясь к членам группы. От громкого крика ребята немного приходят в себя и бегом подаются к лестнице. Я замыкаю их. За спиной раздается лязг скрещивающихся оружий, и ударная волна ускоряет и без того молниеносные движения. — Какого, мать вашу, происходит? — рычит Остин, толкающий заплетающегося Берта в спину. Я и сам ничего не понимаю. Мы должны были уничтожить троих падальщиков, однако явился Астарот, сообщил, что ждет, как выяснилось, Асмодея — еще одного демона высшей лиги. Волки не делали выпадов в сторону ребят, только в мою. Соответственно, Асмодею и его гончим нужен был именно я. За каким чертом моя смерть вообще нужна демону, обладающему такой силой? За каким чертом другой демон меня защищает? Какую роль я играю на шахматной доске? Я пешка, которую легко отдают в размен. Я не должен быть тем, за кем ведут охоту подобные существа. Спрыгиваю с середины ступенек, тем самым обгоняя ребят, и пронзаю мечом огромного волка, совершающего прыжок вперед. Первый этаж заполонен рычащими демоническими созданиями. От скрещивающихся мечей на втором дрожат стены хлипкого, старого сооружения. Нас похоронят под бетоном, если не выберемся раньше. Я прорубаю нам путь. Волки рычат и совершают нападки, однако сражать их на удивление просто. Чувствую себя правильно. Там, где должен быть. Там, где способен проявить потенциал, запертый внутри. Удар, второй. Пригибаюсь, позволяю одному из волков разорвать рукав плаща и царапнуть острыми клыками кожу, однако в тот же миг обезвреживаю второго. Тогда возвращаюсь к предыдущему и пронзаю шею острием меча. Прокручиваюсь, переворачиваюсь, лавирую среди монстров. И с каждым новым ударом, шагом и действием ощущаю, как становится легче и приспособленней тело. Если для уничтожения первого монстра мне требовалось приложить силы, то со всеми последующими ощущается простота — их и моя. Они — глупые, рычащие монстры. Я — воин, совершенствующийся в битве. Руки не слабеют, напротив, становятся крепче. Монстры, за быстрыми силуэтами которых сперва было сложно уследить, замедляются, и каждый новый удар проходит в режиме приостановленного времени. Угроза, ощущавшаяся перед демоническими созданиями в самом начале, рассеивается, и это замечаю не только я. Бездумные нападки монстров заканчиваются. Они начинают отступать и подбирать момент для рывка. Рычат, скалятся. В помещении кружат облака черного праха. Одной рукой подталкиваю в спину Терезу, вынуждая быстрее покинуть здание, вторую, с мечом, выставляю вперед, вместе с тем следя за противниками. Прежде чем успеваю выйти на улицу, один из них совершает стремительный прыжок, однако меч рвет пасть монстра и тот рассеивается. В следующий миг вырываюсь из ненадежного строения, в пару быстрых рывков догоняю ребят, обхватываю Терезу за плечи и валю на землю, к которой прижимаю весом собственного тела. Девушка вскрикивает, рядом падают Берт и Остин, а здание бывшего склада разваливается под оглушительные звуки разламываемого бетона. Каркас рушится и схлопывается, огромные плиты валятся на землю, и в нас летит волна пыли и мелкие осколки, ударяющие в спину и затылок. Откашливаю забивающий легкие грязный воздух, приподнимаюсь и оборачиваюсь, глядя, как два демона раз за разом скрещивают мечи. Они мгновенно исчезают и появляются в разных точках: то на вершине обломков, то в воздухе, то в нескольких шагах от нас, то вдали, где их силуэты сложно различить. Небо разрезают яркие вспышки молний. Мощные порывы ветра бьют в лицо. Окружающий мир дрожит и покоряется силе, в него прибывающей и оставляющей заметный отпечаток. Встаю, протягиваю руку громко кашляющей Терезе и тяну девушку на себя. Подхватываю с земли меч. Остин распрямляется, упирается ладонями в колени. Берт затравленно смотрит на происходящее большими глазами. Он словно понимает больше любого из нас, и именно потому не может с происходящим примириться. Отпихиваю членов группы за свою спину, лицезря, как волки выползают из-под завалов. Все в пыли, они передергивают туловищами, стряхивая серый налет. — Что нам делать? — говорит Тереза, слабо сжимая рукоять. — Сражаться, пока не прибудет подкрепление, — отвечаю, не спуская с хищников взгляда. — Они на нас не реагируют, — замечает Берт. — Только на тебя, Ноэль. Холод пробегается по спине. Я знаю это. Но все равно стою рядом с членами группы, ожидая, что волки могут напасть и на них. Это не рационально. Моей задачей было вывести ребят из здания — я выполнил ее. Теперь я помеха для них, а они — для меня. — Ты прав. Я уведу их. Постарайтесь не совершать резких движений и не привлекать к себе внимания. — Ноэль, нет, — хватает меня за плечо Остин. Коротко оборачиваюсь на служителя и примечаю широко распахнутые глаза. Испуганные, но решительные. — Мы будем драться вместе с… — Нет, — обрываю я. — Это приказ. Скидываю руку Остина, делаю шаг в сторону и срываюсь на бег, через плечо глядя, как волки следят за моими движениями. А после вмиг подаются следом. Преодолеваю еще немного расстояния, прежде чем вынужденно замираю и оборачиваюсь, принимая бой. Удар приходится в пасть монстра, который вгрызается в металл зубами и лишает меня оружия. С силой надавливаю, пропихивая меч дальше. Монстры тоже боятся: ярко-желтые глаза демонического создания раскрываются в испуге, раздается скулеж. Волк рассыпается черным прахом. На его место прыгает следующий, валит меня на асфальт, и я протыкаю его живот. Перекатываюсь в сторону. И еще раз. Множество монстров обступают со всех сторон. Вскидываю меч, пронзаю одного. Второго. Подхватываюсь на ноги и на развороте прилетает еще одному демоническому созданию. Возвращается былой настрой, и дальше все идет как по маслу. Успешно смещаюсь из стороны в сторону, уклоняюсь от клыков и когтей. Уничтожаю монстра за монстром, отступая и нападая. Теряю счет павших противников и времени. Четыре, пять, семь, десять. Я могу еще сотню. Нападайте. Глубоко вдыхаю, когда вижу последнего. Волк рычит и вместо того, чтобы двинуться ко мне, совершает стремительный рывок в сторону ребят. Волны черного дыма двигаются за быстрым монстром, размывая очертания. В тот же миг отклоняю руку назад и одним верным выпадом швыряю меч следом. Оружие в воздухе насквозь пробивает цель, и меч падает на асфальт, усыпаемый черным прахом. Однако в следующую секунду успеваю лишь периферийным зрением заметить, как на меня выпрыгивает новый монстр. Валит на землю. Мелькает воспоминание: «Джей, меч!» — и полнейшее отсутствие помощи. А после тает на глазах, когда демоническое создание рассыпается прахом. Моргаю, вижу тяжело дышащего Остина, стоящего надо мной и сжимающего в руке оружие. Протягивает мне руку, помогает подняться и возвращает меч. Прижимает ладонь к кровоточащей ране на животе. — Где ты только… — задушенно шепчет Остин. — Где ты только этому научился? У меня нет ответа на данный вопрос. Это было, как будто крепко спало во мне, а я пробудил. Чем больше монстры, чем они сильнее, тем я отчетливей понимаю, что могу им противостоять. — Все живы? — спешно ищу взглядом ребят. Зрение застилает темная дымка. — Да. На нас напала парочка. Но мы справились, все окей. Остин убирает руку от живота, и я вижу, что рана затянулась, оставив после себя белые, немного бугристые шрамы. Служитель откашливается. К нам подбегают Тереза с Бертом. — Ноэль! — восклицает девушка. Обнимает меня за шею и не собирается отстраняться. Придерживаю ее за спину рукой, глядя на кровавые разводы на лице Берта. На его лбу появляется белая полоса — последствие битвы. Берт сверкает недобрыми глазами и уводит взгляд в сторону. У меня нет времени на выяснение причин его недовольства. Нетерпеливо ищу взглядом силуэты демонов. В следующий миг оборачиваюсь, слыша лязг металла за спиной. Асмодей направляет на меня меч, Астарот отбивает чужое оружие. Его лощеные, черные волосы развевает порыв ветра. Одежда обоих демонов исполосована множеством ударов. Глаза Астарота находят меня, одаряют злой алой вспышкой, и я рефлекторно отпихиваю Терезу и прикрываю девушку рукой. Асмодей громко смеется. Оба демона вымотаны. Орошены каплями крови. Однако Асмодей стоит на ногах куда более крепко. — Последствия твоей слабости — твой собственный выбор, брат, — выплевывает он. Длинный меч пронзает грудную клетку Астарота. Острие разрубает асфальт и землю. Из рук поверженного демона исчезает меч; Астарот беспомощно режет руки о металл, но не может вынуть оружие. Из его рта текут ручьи крови, она булькает в сжимающемся горле. Кончики черных волос касаются земли. — Твой черед, — высокомерно ухмыляется Асмодей. Шагает ко мне — шатко, но уверенно. Он вымотан, но не ставит под сомнение свои силы. Вскидываю меч, чем вызываю язвительную усмешку на лице Асмодея. Астарот рычит, захлебываясь кровью. Его руки тонут в алой жидкости, на несколько сантиметров сдвигают меч. Раздается визг тормозов, отвлекающий внимание. И Асмодей замирает. Несколько машин Института останавливаются в метрах от нас, из них выбегают служители в черных плащах и с оружием наготове. Асмодей раздраженно цыкает и испаряется в воздухе. Его меч растворяется следом, и Астарот валится спиной на асфальт. Черные волосы хаотично лежат на темной поверхности. Грудная клетка в разрезе черной рубашки кровоточит, и кровь льется яркими полосами на асфальт, образуя быстро распространяющуюся лужу. Обычно светлая кожа становится мертвенно-бледной. Потухшие красные глаза полуприкрыты. Впереди слышен топот стремительно приближающихся служителей, за спиной раздается счастливый смех облегчения ребят. Астарот чуть поворачивает голову, находит меня замутившимися глазами. Его губы слабо шевелятся и не произносят ни звука. Демон не регенерирует, но и не рассыпается. Веки Астарота опускаются. Почему-то до дрожи больно сжимается сердце. А в следующий миг гремит выстрел.