Цвета рубина

Крепче перехватываю меч, ухожу под замахом неживого противника и рассекаю металлическую конструкцию, выводя из строя. Красочно горящие глаза гаснут, и она замирает, склоняясь к полу. Выпрямляюсь, вытираю тыльной стороной ладони капли пота со лба и опускаю оружие в ножны на спине. — Замечательно! — подпрыгивает Тесса и хлопает в ладоши. Просторное тренировочное помещение заполнено множеством механизмов, выведенных из строя. Пока Астарот проводит заседание, решаю попрактиковаться, наверстать упущенное бездельем и отсыпанием после ранения. Во владениях демона уйма интересных комнат с оружием и всевозможными учебными устройствами. — Астарот еще занят? — говорю, отпивая воду. — Увы, — вздыхает демоница. — Давай еще раз. Отставляю стеклянную бутылку в сторону, и Тесса щелкает переключателем. Десятки механизмов отвечают легким гулом, выравниваются и принимают боевые стойки. Витиеватые нити тьмы оплетают их черные тела, просачиваются сквозь детали и воспламеняют круглые глаза. Словно не просто запускают, а вливают жизнь. Перемещаются конструкции резко и быстро — куда более стремительно, чем люди. Некоторые передвигаются на четвереньках, напоминая низшие формы демонов, другие взмахивают мечами. Есть и те, кто вынимает из-за спины пистолеты и совершает выстрелы. Без особых трудностей лавирую между ними, уклоняясь и рассекая подвижных противников. Ощущаю себя быстрее и легче, чем в любое иное мгновение жизни прежде. После еще пары заходов и смены режимов, опускаюсь на пол и прислоняюсь спиной к стене. Откидываю затылок на прохладную поверхность. Тесса садится рядом со мной, подтягивает колени к груди и обнимает ноги руками. С интересом склоняет голову вбок и без стеснения рассматривает мое лицо. Она уже успела рассказать, что после моей гибели Астарот забрал ее с собой и ничего не потребовал: просто предложил место в своих владениях. Тесса сама вызвалась заняться хоть чем-то. Астарот незаинтересованно отмахнулся, мол, делай что хочешь. Таким образом демоница и стала заправлять здесь слугами, придумывать им поручения и благоустраивать территорию. В мире людей ей очень понравились цветы, и теперь я понимаю, почему в резиденции Астарота их так много: все это дело рук Тессы. Каждый букет внутри, каждая лоза на стенах и каждая клумба у здания — результат ее труда и ее заботы. А потом появился я, и Тесса без сомнений взяла на себя ответственность за моим присмотром. Заботилась и исполняла все прихоти. Хмыкаю. Вероятно, я выглядел грубияном, а она лишь терпеливо ждала, когда сможет узнать себя в отражении моих глаз.

~

Зал заседания тонет в приглушенной темноте, разбавленной легким освещением боковых ламп. Астарот сидит на стуле с бархатной обивкой, задумчиво покачивает в руке стакан с крепким алкоголем и взирает в полузашторенное окно. Ступаю к нему почти беззвучной походкой, обнимаю за плечи. Астарот откидывает затылок на мою грудь, подставляется под невесомую ласку. Глажу его шею, подбородок, скулы. Смотрю сверху вниз на красивое лицо. Выглядит уставшим. Надо сказать, но я себя обрываю, торможу. Нет, еще пару мгновений. Пару последних минут перед прыжком с обрыва. — Аст… — шепчу я. Глаза демона резко распахиваются. — Нет, — грубо говорит он. В ту же секунду выворачивается из-под моих ладоней и садится ровно. Глубоко вдыхаю и опускаюсь на край стола. — Не вздумай сказать это снова, — рычит Астарот, полыхая алыми глазами. Атмосфера вокруг демона становится тяжелой, плотной — я уже испытывал подобное. Молись мне как богу своему. Кровь пульсирует в висках. Почитай как родителя своего. Крепко сжимаю руку в кулак. Страшись как злейшего врага своего. Поднимаю взгляд. Ибо я хуже. Опора в виде столешницы помогает сохранить ускользающее равновесие. Душно, разум застилает марево. Но я дышу — чувствую это. И еще то, как с каждым новым вдохом пелена рассеивается. В прошлый раз я едва не рухнул на колени. Сейчас же ощущаю, как тяжесть сходит, отпускает меня. И более не имеет власти ни над рассудком, ни над телом. Потому что отныне я знаю истину: Астарот не желает мне вреда, как бы ни был раздражен. Он злится и не хочет принимать действительность, хорошо известную нам обоим. И оттого мне хочется произнести: «Давай сбежим. От всех: от демонов и от людей. Поселимся на каком-нибудь необитаемом острове, обустроим и будем вместе встречать рассветы и провожать закаты на берегу лазурного моря». Но я не могу, не имею права. Астарот ответственен за свой мир, у меня дела в своем. У каждого собственный долг. — Я люблю тебя больше жизни, но, Аст, на этом наши дороги расходятся. Ты должен разорвать договор. Голос мой звучит ровно и сдержанно. В нем нет ни намека на сомнения и принятие отказа. Астарот одним глотком осушает стакан, сжимает в руке, и стекло рассыпается осколками. — Его нельзя заключить повторно, — намного тише и потому куда более болезненно произносит демон. Что-то во мне вздрагивает, трепыхается. Но я игнорирую. — Ты должен, — повторяю все тем же неоспоримым тоном. — Должен защитить свои земли. Защитить тех, кто этого заслуживает. И, что важнее, себя. Склоняюсь к нему и опускаю ладонь на гладкую скулу. Веду дальше, и пальцы путаются в мягких волосах. Заглядываю в рубиновые глаза. — Только так ты сможешь снова превзойти Асмодея и положить всему конец. Никто другой не в силах. Астарот глубоко вдыхает, крепко сжимая челюсти. Шумно выдыхает, расслабляя. Глаза его теряют былой пыл и безудержность — становятся равнодушно-холодными и сосредоточенными. Да, он знает. Все прекрасно понимает. И в этот миг я не вижу в демоне Астарота — по крайней мере, моего. Совершенно иной, чуждый и ледяной. Князь демонов. — Ты прав, — бесстрастно говорит он. — Я разорву договор и отправлю тебя в твой мир. Отстраняется, и моя рука зависает в воздухе. Удивленно моргаю. — Ты можешь сделать это в любой момент? Астарот хмыкает, встает одним уверенным движением. Таким, за которым едва поспевает зрение. — Я князь демонов. Не забывай об этом, человек, — Астарот оборачивается на меня и окидывает непроницаемым взглядом. — Я ощущаю колебания барьера всегда. Цыкаю и увожу взгляд в сторону. Во мне поднимается волна досады. Вот так, значит, да? Прощаться по всем законам канона не будем? Просто разойдемся как незнакомцы? Выдыхаю и вновь смотрю на Астарота. Пусть будет так, если ты этого желаешь.

~

Книжное помещение наполнено ветхим запахом. Астарот стоит напротив меня, глядит прямо и невозмутимо. Не моргает. Марбас на фоне зачитывает текст на незнакомом языке, и с каждым произнесенным словом Астарот хмурится все сильнее и сильнее. Между нами образуется небольшой круг, мерцающий ярким голубым свечением. Его контур идет легкими трещинами, разламывается. Ровная полоса разрубает фигуру по диагонали. Последние слова Марбаса, напоминающие глухой шелест, пронизывают пространство, и острая боль ударяет в висок. За окном вспыхивает молния, разрезающая красный небосвод. И круг перед моими глазами разрывается и гаснет. В тот же миг Астарот хватается рукой за голову, отшатывается, едва не теряя равновесие. Торопливо подаюсь следом, обхватываю за локоть, но Астарот выдергивает свою руку и прислоняется плечом к книжной полке. Меня словно возвращает в прошлое — и я наяву вижу мертвенно-бледного Астарота, истекающего кровью в автомобиле Института. Сейчас крови нет, однако выглядит он в разы хуже, чем тогда. В растерянности замираю, опускаю руку и сжимаю в кулак. — Он полностью восстановится, — спокойно говорит Марбас, захлопывающий древнюю книгу. — Но на это уйдет много времени. Пытаюсь сосредоточиться на словах Марбаса, но они ускользают, теряются. Не вижу никого и ничего, кроме Астарота. — Держи этот камень при себе, — тем временем продолжает болтать демон. Впихивает мне в руки небольшой гладкий предмет, и я заторможенно опускаю на него взгляд. — Он скроет от всех демонов. Так Асмодей не сможет тебя выследить. Если, конечно, не станешь попадаться на глаза. Не успевает Марбас договорить, как ко мне суетливо подходит Тесса, выныривающая из-за книжных стеллажей. Становится на носочки и крепко обнимает за шею. — Мы же еще встретимся? — быстро говорит она, касаясь тонкими пальцами моего затылка. — Конечно, ирис, — отвечаю, обхватывая демоницу за спину. Отвечаю на ее порыв растерянно, немного нервно. Не успеваю полностью разорвать объятия, как Астарот со злостью отталкивается ладонью от полки и выпрямляется. В два шага подходит ко мне, обхватывает за предплечье и щелкает пальцами. В тот же миг оказываемся в оружейной. Ноги демона едва не подкашиваются, но он лишь сплевывает на пол темную, почти черную, кровь и отпускает мою руку. Отстраняется, увеличивает расстояние. Скашиваю на него короткий взгляд и подхожу к стене, увешанной всевозможными резными ножнами с мечами. Изысканными, прекрасными. Ни в одной из жизней я не держал в руках подобное оружие. На мне уже надеты черная толстовка, джинсы и ботинки — максимально удобная и неприметная одежда. Бедра опоясывают ремни с клинками, покоящимися в ножнах. А у противоположной стены стоит изможденный демон с плотной повязкой на лице — изменник, что провел в заточении долгое время. Он отправится вместе со мной на случай, если Институт может отслеживать перемещения между мирами. Прямых доказательств для таких выводов нет, однако я предпочитаю перестраховаться и, вернувшись домой, оставаться инкогнито, а не сходу раскрывать свое появление. — Будь готов к тому, что переместишься во времени, — безразлично говорит Астарот, словно зачитывает лекцию глупым студентам, образумить которых нет шансов. — Энергия барьера особенно нестабильна для людей, поэтому тебя может закинуть на несколько дней или месяцев вперед. На пару мгновений замираю. — Тебе так легче? — не оборачиваясь, говорю я. Обхватываю рукой прохладную рукоять и обнажаю часть серебристого оружия. — Делать вид, что происходящее ничего не значит? Астарот фыркает. — Боги, Ноэль, — холодно говорит он. — Я исполняю свой долг, ты — свой. Снимаю меч со стены и перекидываю ремень через голову. Внезапное осознание потрясает, и я спешно оборачиваюсь к демону, отрешенно прислоняющемуся спиной к стене. — Ты… хоронишь меня? Вижу, как напрягаются руки Астарота, сжимаются челюсти. Черт бы побрал, это действительно так! Демон вскидывает голову, полосует ледяным взглядом. — Я тебя знаю, человек. Можешь солгать мне и сказать, что не пойдешь к Ашману. Что не станешь действовать так, как тебе вздумается. Не рискнешь жизнью ради случайного знакомого. Не натворишь неблагоразумных глупостей. Но я тебе не поверю. — Я не стану такое говорить. Лгать — тоже. Выпускаю из пальцев ремень и в несколько уверенных шагов подхожу к Астароту. Демон желает отстраниться, но на сей раз не уступаю: цепляюсь за него до последнего, не вверяя и шанса отмахнуться от моих рук. Заглядываю в ничего не выражающие глаза и отчетливо произношу: — Но я не буду действовать безрассудно. Верь в меня, Аст. Демон замирает и более не пытается отпрянуть. Он мог бы оттолкнуть меня в своем самом худшем состоянии, но все же не стал, позволил сократить дистанцию. — У нас с тобой никогда не было вечности. Но десятки лет уже неплохой срок, да? Астарот поджимает губы, и его пустые, безразличные глаза наполняются чем-то. Быть может, надеждой? В следующий миг слабые руки демона оказываются вовсе не слабыми: он притягивает меня к себе крепким рывком, обхватывает поперек спины. И сжимает так сильно, что не могу дышать. — Лучше бы тебе говорить правду, — низким голосом произносит демон, опаляя ухо жарким дыханием. Так, что мороз пронизывает позвоночник и сердце сжимается в крохотный комок. — Потому что, если ты погибнешь, Ноэль, я сожгу весь мир. Оглушенный, стараюсь отстраниться, и Астарот слегка расслабляет руки. Воздух врывается в легкие неравномерным потоком. Упираюсь ладонями в грудную клетку демона, но не нахожу под пальцами ни тепла, ни биения сердца. Это безжизненная сталь. Незнакомая мне и режущая льдом. — Не сожжешь. Глаза Астарота вспыхивают алым — ярким и неестественным. — Надеюсь. Прижимается губами к моим, затыкая быстрым поцелуем. А в следующий миг руки Астарота, оружейная и весь мир теряются в размытом вихре, отдергивающем куда-то назад.