Glaube an Liebe_Том III

      – Что ты сделал?!       Бертиль потупился, растирая кожу на запястьях от волнения и смущения.       – Портативный прибор для дыхания в космосе и воде, – тише прежнего повторил он, рассматривая мраморный узор на полу.       Двое за лабораторным столом переглянулись в изумлённом шоке. Потом один резко встал, в три шага оказался рядом с мальчишкой.       – Как?! – схватив того за плечи, выпалил Лосев. – При помощи эрзоскопа?!       – Да, – кивнул Бертиль, дотронулся до лежащего на краю стола овального прибора длиной с локоть. – Я попросил эрзоскоп помочь с разработкой портативного подобия акваланга, способного выдерживать давление до двадцати атмосфер, и – вот.       Лосев с сияющими глазами взялся изучать серебристый прибор, тогда как его напарник издал шумный вздох и с силой провёл ладонью по лицу.       – Биби, твой интерес к науке понятен, но не стоит создавать вещи, способные увести человечество на несколько веков вперёд! – прозвучало затем.       – Папа, но ведь наука не стоит на месте! – возразил мальчуган, ринувшись на защиту своего творения. – Те же сотовые телефоны постоянно модифицируются и имеют все шансы стать мини-компьютерами в будущем. Почему бы не быть облегчённой версии акваланга, пригодного и под водой, и в космосе?       Снова вздохнув, Винтерфельд с беспомощностью поглядел, с каким рвением изучает пресловутый прибор его супруг, затем на своего приёмыша, в глазах коего горела решимость отстоять созданную вещь, чего бы сие ни стоило.       – Берти, а по какой причине ты создал это чудо техники? – в этот момент задал закономерный вопрос Лосев. – Не для игр же?       Тот разом подобрался, в серо-зелёных глазах блеснула мечтательная искра.       – Я в космосе мечтаю побывать! – негромко напомнил он о давней мечте уже при учёном..       Мужчины переглянулись. Во взгляде одного горели гордость и солидарность за услышанное, у другого – понимание и беспокойство.       – Широко мыслите, юноша! – держа в одной руке созданный прибор, другой Лосев привлёк к себе боком Бертиля и крепко обнял того. – Мне нравится ваш выбор! Космос – как много в этом слове!.. Другие миры, множество открытий, возможность найти собратьев по разуму!.. За одно это любой уважающий себя учёный готов отдать жизнь!       – Биби! – внезапно прозвучал резкий голос Винтерфельда. – Уйди. Прошу тебя.       Несмотря на смягчение тона в последних двух словах, Бертиль не посмел ослушаться опекуна. Слишком хорошо был знаком ему металл, прозвучавший в голосе инженера. Поэтому парнишка спешно вылетел из лаборатории, захлопнув за собой дверь.       – Да всё у тебя получится! Не падай духом, мы тебя поддержим!       – Крош, но ведь, по словам Биби, Пима что-то встревожило. Вдруг он против полёта в космос?       – Кто, Пим? Ежан, да ты что?! Он сам учёный не меньше Лосяша! Помнишь, когда-то давно он говорил, что любит смотреть на звёзды? Наверняка Пим тоже хочет полететь к ним! Да и кто откажется от такого?       – Но вряд ли он просто так потребовал у Биби уйти.       – Да наверняка всего лишь хотел обсудить с Лосяшем что-то личное! У них ведь это... часто бывает. Почти постоянно!       – Что-то я сомневаюсь в этом.       Бертиль был полностью солидарен с Тимуром. Он отлично помнил, как лицо опекуна изменилось на последних словах Лосева. Поэтому не упомянул при друзьях эту деталь. Ещё никто не успел забыть события в октябре минувшего года, что привели к неоднозначному итогу. Да, тогда удалось избежать кошмарных потерь, но невероятной ценой. Даже спустя полгода вспоминать о случившемся никому не хотелось. Равно как и ходить к одной могиле близ северо-западного берега озера. Исключением являлся лишь Лосев, и то редко захаживавший туда. Оправданно: там покоился его родной брат-близнец. Что Алексей там делал, знал только один человек, но молчал солидарности ради. Но все отмечали: эти двое после памятных событий сблизились глубже некуда. Настолько, что любое случайно оброненное неприятное слово воспринималось негативно. Поначалу. Зная это, Бертиль надеялся об успешном итоге своего предложения, ведь если кто и сможет переубедить его опекуна, то лишь один человек.              – Он ещё ребёнок. А детские мечты – они самые искренние! Ты же не хочешь лишить его мечты? Мы ведь тоже когда-то были детьми. О чём мечтал, например, ты?       Тяжёлый прерывистый вздох. Подняли наконец глаза, тёмно-синие, как ночное небо.       – Алекс, я не против. Но это займёт много времени.       – Ничего, дорогой мой. Я помогу, просто скажи, чем.       Стиснули в объятиях до ноющей рези внутри, но Лосев смог подавить шипящий болезненный вдох. Лишь потёрся о нос любимого человека своим.       – Будь рядом, – раздалось вскоре хриплым шёпотом ему в лицо.       * * *       Вечером, когда все привычно собрались ради ужина на террасе дома Рабэнхерца, и было объявлено о принятом решении.       – В космос?! – переспросила Софья Никитина, позабыв налить чай в оставшиеся чашки. – На корабле?       – Да, – дополнил Лосев, предварительно переглянувшись с Винтерфельдом. – Говоря откровенно, идею нам подал Биби.       – Каким образом? – отойдя от шока после услышанного, вопросил Рабэнхерц, навалившись локтями на стол.       Его племянник молча достал из многочисленных карманов рабочих брюк портативный дыхательный прибор, показал его всем, положил на середину стола.       – Биби, с твоего позволения я бы хотел назвать этот прибор космоланг¹, – при всеобщем молчании негромко произнёс инженер. – Ты согласен?       – Конечно, пап! – Бертиль мигом вскочил с места, кинулся опекуну на шею в порыве благодарности. Немного не рассчитал силы, и вместе с тем на стуле грохнулся на пол.       – Ой, извините! – парнишка враз смутился, помог Винтерфельду встать и поднять стул, по счастью, нигде не треснувший.       – Отлично понимаю тебя, сынок! – отреагировал Рабэнхерц на сей поступок. – Это мечта многих – полететь в космос. Но сперва позволь задать один вопрос.       – Какой? – нетерпеливо вертелся на своём стуле Костя, опередивший друга с уточнением.       На него сухо посмотрели, но пояснили:       – Все ли знают, насколько это затратно – получить ракету для полёта в космос?       – А в этом, друг мой сомневающийся, нам поможет эрзоскоп! – подался вперёд Лосев с многозначительной ухмылкой. – Мы с Пимом уже продумали начальный список работ. Думаю, месяца за четыре, максимум, пять, мы вполне успеем собрать удобный корабль, способный вместить нас всех.       – Всех?! – встрепенулась Стефания, ранее с уважением посматривавшая на Бертиля.       – Именно, моя дорогая! – кивнул ей учёный. – Можно спроектировать интерьер корабля так, чтобы места хватило не только нам, но и на припасы, и на балласт! Но сперва хотелось бы узнать приблизительный список тех, кто хочет участвовать в экспедиции.       – Я точно полечу! – рука Кости мигом взлетела вверх. – Ежан, ты же не против?! Подумай только, сколько всего интересного мы можем обнаружить в космосе!..       – Звучит заманчиво! – согласился Тимур с другом, поправив очки.       – И так романтично! – вздохнула Анюта, подпёрла кулачками подбородок, глянув на темнеющее с востока небо: близилась ночь. – Бараш, ты не против любоваться со мной звёздами из космоса?       – Конечно, не против! – Борис тотчас кивнул, хотя иного от него не ожидали: его давняя влюблённость в девчушку многое выдавала.       – Я тоже хочу! – глаза у Стефании горели не хуже пресловутых звёзд. – Подумать только – побывать на орбите Земли вживую! Да мне все сокурсники в Китае будут завидовать!       – Душенька моя! – оборвала её и другие мечтания Софья Викторовна. – Не забывай: для подобных полётов нужна соответствующая подготовка! Знаешь, как порой трясёт космонавтов при взлёте в атмосферу? Смена давления – это не шутки, к таким нагрузкам нужно быть готовым!       – Верно! – поддержал Лосев женщину, отпил немного чая. – Дети, ваши пожелания мы учтём, но физподготовку придётся пройти всем желающим полететь с нами.       – Звучит разумно, – Рабэнхерц незаметно подмигнул учёному. – Даже для тех, кто лететь не захочет, не помешает проверить себя на таком тренажёре! Вряд ли он сравнится с твоими тягачами, Жорж!       – А это мы ещё посмотрим! – ухмыльнулся Карпатьев, молчавший в течение разговора по той причине, что втихую таскал постные пирожные из обширной плетёной корзинки на столе. – Так когда вы за работу думаете взяться?       – Уже завтра! – заявил Лосев, получив от супруга согласный кивок. – Берти, Тишка, поскольку вы тоже хорошо разбираетесь в технике, предлагаю вам побыть нашими помощниками.       – Круто! – взвизгнула Стефания, с разбегу поймала и обхватила Бертиля за шею одной рукой: – Мы с тобой в одной команде! Дай пять!       Они двое хлопнули друг дружку по ладоням. Карпатьев с долей умиления улыбнулся поступку племянницы, Винтерфельд же понимающе хмыкнул и предложил:       – Тогда спать? Завтра за работу рано.              Конечно же, просить детвору уснуть после недавней беседы в принципе невозможно. Стефании пришлось усиленно изображать, какая она сонная, дабы поскорее избавиться от болтовни дяди. Всё потому, что Карпатьев имел привычку часто вполголоса бубнить под нос, вслух поминая всё случившееся за день. Плюс вызвался поухаживать за любимой племяшкой перед сном.       – Дядь, я уже не маленькая! – нарочито зевая, отпихивала его Стефания. – Иди сам спать!       – Эт ты сейчас так говоришь! – добродушно ухмыльнулся тот. – Вот подрастёшь – будешь жалеть, что ушли эти лучшие дни!       – Мне до этого ещё нескоро! Всё, иди уже!       – Ну, хорошо, хорошо! – поправив на ней тёплый плед, Карпатьев тяжело затоптал к выходу из гостевой спальни. – Доброй ночи тебе, Стешенька!       – Тебе тоже, дядь!       Пришлось прождать с полчаса, пока на втором этаже не затих топот ног. Выждав ещё с десять минут, Стефания тихонько выскользнула из-под пледа, дотянулась до одежды, висящей на спинке стула. Бесшумно оделась, распахнула окно и перелезла через раму, в мыслях благодаря дядю за расположение своей спальни на первом этаже.       Бертиль уже ждал её, расположившись на крыше мастерской. Добежав до оной и вскарабкавшись по верёвочной лестнице, Стефания наскоро чмокнула парня в щёку, плюхнулась рядом, свесив ноги в сандалиях с края крыши.       – Блин, если бы не Бараш с Нюшей, мы бы сейчас сидели в доме на дереве! – вздохнула она.       – Разве отсюда вид хуже? – Бертиль чуть наклонил голову вперёд, искоса любуясь профилем китаянки.       – Лучше, – девчушка упёрлась руками на панели, коими была обшита крыша мастерской, запрокинула голову, глядя в ясное звёздное небо. – Но там лесом пахнет, а здесь – морем.       – Это же озеро!       – Какая разница?! – она чуть повернула голову вправо, глянув на Бертиля. – Запах леса – он такой многогранный!.. А морской несколько однообразный. Так что завтра выпихиваем этих голубков и забиваем дом на дереве за собой!       – Хорошо, – парень кивнул, понимая, что вряд ли её переспорит. – А пока посидим здесь.       – Ну, не только посидим!       На его вопросительный звук Стефания хитро улыбнулась и, зная, чего хочет от неё этот умник, подалась ближе, дабы чмокнуть Бертиля в щёку снова.       – Этого достаточно?! – уточнила она с той же улыбкой.       Зачарованно взирая на неё, парень отрицательно помотал головой.       – Ребёнок! – шутливо выдохнула она и на сей раз коснулась лёгким поцелуем губ Бертиля.