Главный протагонист

Мэн Яо, раненного и еле живого, кидают к ногам Вэнь Сюйя (и Ло Бинхэ почти огрызается; почти вцепляется им зубами в глотки, но сдерживается; они должны быть благодарны), и мальчишка дрожит, извиняется, страх написан на его лице, а слезы собираются в уголках карих глаз. Мэн Яо рассказывает удивительную историю о коварстве Первого Нефрита Лань, недостаточно неправдоподобно, но и недостаточно реалистично, это могло и не могло быть, учитывая характер Цинхэн-цзюня, которого помнит сам Вэнь Сюй по своей юности. Он осматривает юношу, щуплого и не такого сильного, с хорошими меридианами с большим потенциалом, но который явно не знает, что с ним делать, учитывая его странного совершенствования. Явно самоучка-любитель. — Казнить его, — тем не менее, приказывает он, и юноша падает ниц, не имея ни стыда, ни гордости, моля о своей жизни. — Этот ничтожный просит дать ему шанс искупить свои ошибки! — и чужой голос дрожит от страха и рыданий, Вэнь Сюй смотрит на него безлично и задумчиво; открытая шея и перебинтованная грудь выглядели нежными, он бы мог кинуть этого мальчика на растерзание его солдатам по кругу, чтобы они не выносили ему мозги свои скотскими жалобами и недоинстинктами, с которыми не могут сами собой совладать. Вэнь Сюй опускается на одно колено, пачкая и без того грязную одежду в пыли летней земли, он поднимает мальчишку вверх за волосы, тот морщится и закрывает глаза, выглядя несчастным и разбитым; у него красивое лицо, без шрамов и единой родинки; не каждая женщина имеет от природы такую хорошую кожу. Его рука хватает этого сопляка за подбородок, грубо впиваясь пальцами в мягкие щеки. Поворот в одну сторону, в другую; да, возможно, он сможет забрать его в главный лагерь для развлечения солдат. Мальчик еще пожалеет, что не выбрал смерть здесь и сейчас. — Ты поедешь со мной в Безночный город, — говорит Вэнь Сюй, наблюдая за искренним удивлением в больших юных глазах, это заставляет его мрачно усмехнуться, — я знаю, где ты можешь пригодиться. — Эт-этот благодарит генерала! — кланяется юноша, когда Вэнь Сюй отпускает его и уходит, говоря, чтобы тело мальчишки не портили. Солдаты вокруг него усмехаются более кровожадно и злобно; Вэнь Сюй считает их жалкими животными.

***

Солдаты Вэнь — всего лишь люди, всего лишь мужчины, и Ло Бинхэ стало скучно уже на четвертый день. В роте, в которую его кинули, всего пятьдесят шесть мужчин, и некоторые сбежали от него выполнять свои обязанности, на что Ло Бинхэ только закатил глаза, считая их слабаками. Да одна его демоническая жена более жадная, чем десять человеческих мужчин вместе взятые, а Ло Бинхэ приходилось обслуживать гарем из шести сотен жён, иногда он удивляется, как он не сошел с ума с тем, кто что любит и кто чего хочет, но потом он находил новую красивую женщину и не мог пройти мимо, и… ох, какой-то порочный круг, как дурная привычка, которую он не мог бросить; хотя, он не будет врать, ему льстило, что столько женщин любили и жаждали его. Здесь и сейчас он — всего лишь Мэн Яо, человек почти шестнадцати лет, и все эти мужчины не могли даже попытаться насытить его. Их попытки такие жалкие, а слова такие смешные, когда они называют его шлюхой, но не могут даже порадовать его! Ах, возможно, Ло Бинхэ просто слишком требовательный, поэтому его бросили в другую роту, а потом дальше и дальше, и он пробирался и удалялся от центра принятия решений туда-сюда. Быть дешёвкой целой армии (говорят люди, что сбегают от него в первый час! всего лишь час!) зачастую невероятно полезно в плане информации, у него бывает не так много времени для того, чтобы отправить эти данные Не-цзунчжу, не говоря, конечно, как он их получает, этот нелепый человек, явно попытается его спасти от скуки ужасов, но когда есть это много полезных данных, которые командиры оставляют на столе, на котором его не так старательно трахают, как могли бы его демоны (иногда он думает, нахер его гордость, надо было спросить Мобэя хотя бы раз), и Ло Бинхэ даже успевает выучить карты и прочесть зашифрованные (не так умно, как они думают) послания. Ло Бинхэ, как император, в шоке от такой безалаберности в ведении войн. Наверное, в нем говорит опыт более нескольких сотен коротких войн в Царстве Демонов, но всё же его душа едва может смотреть на это позорище. Впрочем, как не было в этом мире демонов, так и войн этот мир не видел очень много лет. Какой ужас, чем они развлекаются тогда?.. — думал Ло Бинхэ, потягиваясь и зевая, оглядывая этот лагерь Вэнь, но от него начинают шарахаться все здешние мужчины; он щелкает языком, пора менять лагерь. Он не обслуживал еще самый главный штаб, прямиком во дворце; Ло Бинхэ подавляет демоническую ухмылку, которая грозится вырваться наружу; он напоминает себе, что он всего лишь использованный слабый юноша, который больше ни на что негоден, и делает это все, потому что боится смерти.

***

Вэнь Сюй смотрит на мальчишку, которого точно не ожидал увидеть, тот выглядит… лучше, чем бы этого мог ожидать, наверное, кто угодно. Более того, ему кажется, или некоторые его командиры делают шаг в сторону от мальчика, решительно не смотря на него? Вэнь Сюй поднимает бровь на своего заместителя, а тот кивает, понимая, что ему нужно разузнать подробности. Вэнь Сюй осматривает Мэн Яо сверху-донизу, нет ни хромающей походки, ни глубоких морщин, что могли бы появиться даже на юном лице за эти полгода; конечно, есть печаль, смирение и грусть, но сейчас они кажутся… напускными. Было ли так в первый раз? Или дело в жадных глазах, которые разглядывают солдат, словно он здесь хищник, он здесь главный, он пришел за ними, и они должны молить о пощаде. Вэнь Сюй качает головой, усмехаясь своим бредовым мыслям от недостатка сна, он уже начинает думать, что у какого-то случайного мальчишки взгляд такой же, как у его отца. Впрочем, если это действительно так, Вэнь Сюй представит их друг другу. Его отец, как никто другой, жаловался на скуку.

***

Вэнь Жохань осматривает юношу: невысокого, безобидного на вид и с симпатичным лицом — он не верит ничему из этого. Мэн Яо Ло Бинхэ осматривает мужчину: высокомерного, сильного и старше него — он почти облизывает пересохшие губы. Они усмехаются почти одновременно, один открыто для любого, другой скрыто от посторонних глаз.