Пулю ему передай в ответ

Захваченная сумерками маленькая комната загородного дома разразилась искренним ребяческим смехом. В напряженной обстановке нескольких последних дней, изнутри проевшейся тревогой, это было именно тем, что нужно сейчас нашим душам. – Да-а-а, удалось вам старика рассмешить! – Вадиму Ахметовичу наша история явно пришлась по вкусу. Он задал нам еще несколько уточняющих вопросов, унимая своё любопытство и мы с Руневским с удовольствием делились с ним ответами, ровно до того момента, как нашу идиллию не прервали двое внезапно вошедших крепких мужчин. Руки тревожно сжались в кулаки, не зная чего от них ожидать. Я на удивление подметила, что ко мне почти вернулось зрение. Силуэты перед глазами больше не напоминали мутную дымку, хоть голова всё ещё шла кругом при резких поворотах. – Всё порядок, проходите, ребята! – Доктор сделал призывный жест рукой, приглашая их подойти ближе. И они переступили порог практически синхронно, приближаясь к нам. – Не боись, Женёк. – Руневский сжал мою руку в успокаивающем жесте, говорил тихо, почти шепотом: – Они с нами. Отец прислал на помощь, пока мы себя не подлатаем. – А Королёв бы возмущался. – Мимолетная тревожность отступила, я продолжила заговорчески- шутливым голосом: – Спросил бы, почему буржуазия о простых смертных так заботится. Ещё чуть-чуть и красную икру с одного стола есть начнем. Руневский закрыл рот рукой, чтобы не рассмеяться во весь голос: – Ты только что слово в слово пересказала то, что он мне сказал, едва придя в себя. Нас неожиданно прервал грубый мужской голос: – За домом следили. – Взгляды всех присутствующих мгновенно вернулись к нему. – Один человек, лет 20-ти пацан, думаю Лис шпионить послал. Мы его минут сорок гоняли по лесу, ушел.. быстрый, зараза. – А как выглядел? – Я несмело подала голос со своей койки. – В форме армейской был, оттого и поймать сложно было. А так не скажу, никаких примет особо не заметил, узкоглазый только. – Я нервно сглотнула, нужное имя само пришло на ум. Теперь вопросов было ещё больше. Надо было найти его как только выберусь отсюда. Любопытство жгло душу похуже любых травм, полученных в погоне отнего. – Спасибо большое тебе, Бес. – Руневский пожал руку массивному мужчине. Его лицо ничего не выражало помимо легкого беспокойства, вызванного этой новостью. Я облегченно выдохнула и подумала: “Не догадался.” Снаружи ветер с протяжным свистом обивал старенькие оконные рамы, всё норовя проникнуть в помещение. Это означало только то, что последние тёплые деньки скоро кончатся, а следующих придется ждать ох как долго. Тем временем за несколько десятков километров от них в одном из центровых кабаков с громким названием “Заря” начинала входить в азарт настоящая ночная жизнь. Длинные, начищенные до блеска кожаные диваны ломились от количества восседающих на них мужчин в таких же, кожаных плащах, редко- в спортивных костюмах. По этому дресс-коду легко было определить место в бандитской иерархии, ведь чем меньше грязных делишек тебе приходилось выполнять собственноручно, тем более “с иголочки” можно было одеваться. Стены же застилали вошедшие в советскую моду совсем недавно пестрые ковры, что придавали полу темному помещению своеобразного уюта. Воздух был слегка сперт сигаретным дымом струящимся из каждого угла, завывания Азизы со старенького магнитофона периодически прерывал звон рюмок со спиртным. Среди этой какофонии черных цветов особенно выделялась ярко рыжая макушка. До этого внимательно наблюдающий за товарищами Лис, подмечая каждое украдкой сказанное слово, каждый хмурый взгляд, брошенный исподлобья, смакуя каждую их эмоцию от произошедшего, неожиданно поднялся из-за стола. Несколько особенно приближенных к нему соратников, сидящих плечо-о-плечо встали следом. Он несколько раз громко постучал чайной ложкой по пустой рюмке, покоящейся в левой руке, привлекая всеобщее внимание, затем сказал: – За еще одну нашу победу! Пусть в этот раз рыбка и не была крупной, зато мы доказали всем в очередной раз, что с нашим мнением стоит считаться! – ДАААА! – Раскатом прошлось по залу. – Не буду вас долго отвлекать от праздника. Хочу лишь напомнить тем, кто сомневается, что те, кто со мной – едят сейчас с моей руки, ну а тем, кто против меня.. дай Боже конечности с дороги собрать. – Лис небрежно кивнул, мужчина, стоявший за его плечом тут же подлил хозяину водки в стакан. – Выпьем же за верность, и за нас, за пацанов! Сидящие в зале довольно заулюлюкали, наполняя заново свои стаканы. Было видно, что речь лидера пришлась им по вкусу. Не прогадал, чертяка, людей как открытую книгу читает, и толпы за собой ведет не хуже самого Гудини. От количества пьяных тел в не очень-то просторном помещении стало жарко, захотелось пойти умыть раскрасневшееся лицо, что Лис и сделал, тихо поднявшись из-за стола, выскользнул так незаметно, что никто и заметить не успел. Правда попытка перевести дух в одиночестве провалилась, едва переступив порог уборной он заметил на себе цепкий взгляд черных глаз. – Если боишься, что я тебя отчитывать стану за ту драку самопроизвольную, то оставь. Алтан опустил голову вниз и тихо засмеялся, затем проговорил: – Ты не допускаешь той мысли, что я просто не захотел участвовать в твоём параде лицемерия и слушать то, что уже десятки раз слышал? – Прячься тогда и дальше в параше как девчонка, я не возражаю. – Лис стоял там же, у порога, не решаясь подойти ближе, но и не отступая. Молодое симпатичное лицо скривила ядовитая ухмылка, в голосе сквозило недовольством. – Я не за этим пришел. – Алтан вытянул из кармана кителя пачку сигарет и протянул её товарищу. – Поговорить хочу. – Потом помедлив немного добавил: – Я не ищу ссоры. Лис сделал шаг на встречу, потом ещё один. Подошел так близко, протянул руку, что их пальцы почти соприкоснулись. Он забрал пачку и медленно покрутил её в руках, будто о чем-то призадумавшись. – Говори. – Тогда в Афганистане… – Алтан на секунду замялся, хоть это было совсем не в его закаленном службой характере. – У тебя бы поднялась рука? Или ты блефовал? Лис достал две сигареты, протягивая одну из них Алтану, вторую же поднес ко рту. – Я ошибся. Подумал было, что тебя интересует девчонка.– Руки шарили по карманам длинного кожаного пальто в поисках спичек. Это тяжело укладывалось в голове, но у Лиса было довольно сложное детство. Он редко мысленно возвращался к тому времени, когда у него не было ни власти, ни превосходства над людьми, а тех кто его таким помнил, за редким исключением, вырезал. Родителей рано не стало, близких родственников не было, а редкие усыновители были равнодушны к судьбе этого худого, веснушчатого, болезненного мальчика, поэтому воспитывать его пришлось детскому дому где-то на окраине Сибири. Стоит ли вдаваться в подробности, насколько тяжело ему там пришлось, стоит ли упоминать, как обычно с подобными ему обращаются сверстники? Воспитатели его также не взлюбили, заставляя раз за разом выполнять всю грязную работу за них, драить туалеты и отмывать застывшие комки каши с больших чугунных кастрюль после завтраков. И это продолжалось бы и дальше день ото дня, но мальчик взрослел, а злость и обида внутри крепли. Лис уже тогда стал прикидывать план побега, но глядя на высокие решетки, напоминающие лагерные, что устремлялись в хмурое небо над регионом вечной зимы, всякая идея казалась сюрреалистичной. Ровно до одного случая ранним морозным утром. Рыжий мальчишка сидел на крыльце, касаясь лица хрупкими пальчиками, стараясь затолкать обратно непрошенные слёзы, что струились из глаз. “Они не должны видеть меня таким! Тогда точно в угол загонят и запинают как прошлой весной, до полусмерти. Больно будет, да никто не вступится.” – повторял он едва слышно, шепотом. За свои 11 лет Лис уже успел для себя уяснить, что слабости нету места в этом мире. – “Слабых убивают.” На улице начинало светлеть. Рассвет отбрасывал оранжево-малиновые лучи на длинную трассу, что простиралась вдаль от детского дома. Он сощурился, всматриваясь в неё получше. Из темноты вырисовывались два высоких силуэта, что стремительно приближались к воротам. Страха не было, мальчик точно знал, что пятиметровые решетки им не преодолеть. – Эй, пацан, поди сюда! – Это определенно был не кто-то из персонала, да и не поставщики, ведь пришли налегке и без машины. Лис с неподдельным интересом оглядел незваных гостей. Высокие мужчины в чёрном, оба с бритыми головами, у одного из них красовался точно такой же синяк под глазом. Оценив ситуацию, он спрыгнул со ступенек, на которых сидел и в пару шагов преодолел расстояние между ними. Стояли почти вплотную, разделяемые лишь решеткой. – А ты смотри, Ванька, не струсил малец! – Тот, что с синяком присел на колени, чтобы оказаться одного роста с мальчишкой. Его товарищ, потешаясь, толкнул того в плечо. – Кто вы и зачем пришли? Бандиты что-ли? – Озвался Лис. Карие глаза испытующе смотрели в ясно-голубые, усеянные первыми мимическими морщинками. Мужчины рассмеялись почти в унисон. – Можешь нас и так называть, коль хочешь. Мы с миром пришли, не обидим своего пацана. Меня Иван зовут, а друга моего – Вася. У вас тут есть кое-что, что принадлежит нам. – Правда? – Ему в моменте перехватило дыхание, Лис не знал, чего ему ожидать дальше, но их доброжелательное отношение к нему так подкупало, что хотелось оставаться здесь подольше. – Да. На складе у вас, где продукты для кухни хранятся должна лежать небольшая коробка, обмотанная черной изолентой. Сможешь забрать её и сюда принести завтра к такому же времени? – Лис отошел немного назад, молча поднимая взгляд вверх, туда, где должны были заканчиваться шпили решетчатого забора. Да конца видно не было, но сказать он не решался. – Хотя ты прав. – Мужчина, назвавшийся Иваном задумчиво почесал лысую макушку. Смотрел он туда же, куда и Лис. Тотчас второй снисходительно развел руки в обе стороны и наконец сказал то, что впоследствии отпечатается в памяти мальчика на всю жизнь: – Коробку возьми, собери все свои игрушки и спрячь средь них, чтобы не палевно было и смотри мне, не попадись никому! Завтра придем за тобой. Идёт? – Он просунул сквозь решетку свой указательный палец, приглашая мальчика к своеобразному рукопожатию. И тот поддался вперед, отвечая тем же. Сделка была заключена. Не смотря на леденящий сибирский холод, на душе было теплее, чем от чашки чая. Главное, чтобы не обманули, чтобы пустыми надеждами не одарили… И они не обманули. В 11 лет Лис впервые пошел на дело с наркоторговцами и был в этом виртуозно успешен. А дальше… “подельники” представили его местному боссу и он решил извлечь из этого выгоду. – Ха-ха-ха! Восхитительно! Мальчишке удалось сделать то, что не вышло у целого стада громил! Додумались они конечно, всех водителей перестрелять до того, как товар вам в руки попадет. Разве я вас этому учил? – Их отношения сразу завязались, можно сказать, что он даже в какой-то мере заменил Лису отца, которого у того никогда не было, поэтому сравнивать и было несчем, хорошим был он либо плохим. Но научил мальчика всему, что сам умел, как товар прятать, шпионить, воровать. А что, умно, на ребенка в толпе не подумают, да и в тюрьму не посадят. В делах Лис был успешен и в людях разбирался как никто другой, поэтому стремительно поднимался по бандитской “карьерной лестнице” и уже с 17ти лет стал занимать лидерские позиции и пользоваться абсолютным авторитетом в Новосибирске. К концу 80-тых бизнес стал расширяться, все поставки пошли через Москву, а акулы их ремесла сосредоточились на ближнем Востоке, вот и ему пришло время отправится в самую гущу событий объятого огнем гражданской войны Афганистана. Там они с Алтаном и познакомились. Средь местного климата Лис чувствовал себя как в аду, лишь чертей с котлами не хватало. Длинная пешая прогулка по открытой местности свалила с ног его отряд. До нужной точки, где их ждал транспорт и провиант идти оставалось не меньше 20-30-ти километров, но солнце беспощадно жгло уже красную кожу, высасывая жизненные силы. Было решено пересидеть в небольшом одиноком оазисе до ночи, пока жара не спадет, но как назло, вода заканчивалась, а сроки были сжаты. Не успеют добраться – без них уедут. Ещё на берегу условились, что если свои долго не появляются – подстрелили, ведь местность была не из безопасных, их пятеро человек, на каждого по пару килограммов дури и ящик оружия. Пустыня не жалеет никого, тут не важно, сколь большая шишка ты за её пределами, тут люди за крошку хлеба растерзать готовы, а если ты вооружен и не в форме – противник. И повезет еще, если в плен не возьмут. – Лис, погляди-ка! Подарок судьбы, не иначе! – Средь веток кустарника показалась рыжая макушка, высматривая что-то в песочном однообразии, от которого уже в глазах рябило. – Вижу! Винтовки быстро собирайте! – И правда, вдалеке маячила черно-зеленая точка, в которой невооруженным взглядом проглядывались очертания военного автомобиля. – А если это наши? – Кто-то из отряда замешкался, намереваясь уже отложить в сторону оружие. – Молчать! – Гневным тоном обрубил Лис. – Мы на войне,нашихв этой местности точно быть не может. А с остальными все средства хороши. Ты или возьмешь сейчас свои сопли в кулак и винтовку в руки или мы тут все из-за тебя подохнем! Остальные члены группы также засуетились около него, опасно клацая затворами, давая понять, что ему стоит прислушаться. – Стрелять по шинам! – Лис отдал последний приказ, перед тем, как они попадали в кусты, наводя прицелы на приближающиеся авто. Вскоре тишину пустыни заполнили оглушающие звуки выстрелов, пробивающих метал, поднимающих песчаный вихрь в воздух. Со звоном разбилось переднее стекло, камуфляж оросило ярко-красной кровью. Несколько пуль всё-же нашли свою цель и машина с предательским свистом спускающихся шин начала сбавлять ход, пока окончательно не остановилась. Лис дал знак о прекращении огня и застыл, наблюдая. Патронов оставалось немного, следовало соблюдать предусмотрительность. Внезапно из-под днища автомобиля показалась пара ног в берцах. Лис прицелился и… снова выстрелы, но в этот раз со стороны противника. Рыжеволосый мужчина резко откинулся на спину, в голове пронеслось “Как? Откуда он стреляет?” Любопытство брало верх над осторожностью. Лис перевернулся обратно на живот и заглянул в едва заметное отверстие в кустарнике. Берцы так и остались на прежнем месте, а вот загорелый мужчина в знакомой форме неспешно приближался к ним, продолжая палить из штурмовой винтовки, вторая такая же, висела у него на плече. “Плохо дело, очень плохо” – думалось Лису. Надо было срочно действовать. – СВОИ! – Крикнул он что не есть мочи, в попытке перекричать беспорядочные выстрелы. Далее снял с себя оружие и кинул мужчине под ноги, призывая товарищей сделать тоже самое. И те, кто ещё был в состоянии, доверились своему лидеру, избавляясь от карабинов. Ставки были высоки, но Лис понимал, что делает. Стрельба резко прекратилась, вместо нее послышался хруст пустых гильз о тяжелую металлическую подошву. – Подымайтесь! И так, чтобы я видел ваши руки. – Скомандовал Алтан, коротко оглядев стрелявших. На чужаков похожи не были, да и говорили без акцента. – Кем будете? – Здравия желаю, командир! – Лис подскочил на ноги, отряхивая светлую льняную сорочку от песка. На правом предплечье разрасталось багровое пятно. Пуля прошла по касательной. Никаких нашивок либо же отметок на форме военного не заметил, что слегка сбивало с толку, но мастерское умение вести ближний бой наталкивало его на мысль, что прибывший был не так прост. – Ты прости нас, гражданских, сразу нашего не признали. Их недолгое убежище теперь выглядело как настоящее поле боя. Двоих его лучших соратников забрала пустыня, оставив ныне бездыханные тела на корм стервятникам и мелким животным, водившимся в этой местности. Оставшиеся же двое изнемогали от страха, невооруженным взглядом было видно, как их била крупная дрожь. Алтан отбросил одной ногой под днище машины покоившиеся на земле оружие, пресекая любую возможность ним воспользоваться. – Что же вы тут забыли, “гражданские” – Усмехнулся мужчина, его большой палец все еще покоился на курке. – Небось, скажите, волонтёрствуете? Лис яростно закивал в ответ на издевку, жестом указывая на их чемоданы, бережно сложенные за деревьями. – Ладно, посмотрим что тут у вас. – Алтан неспешно подошел к компании. – Разошлись. – Добавил ледяным голосом. Он пристально следил за тем, чтобы все трое оставались в поле его зрения. Мужчина медленно опустился на одно колено перед несколькими громоздкими чемоданами и отстегнул лямку застежки, затем ещё одну и ещё. Алтан удивлённо выгнул бровь. Внутри покоилось бесчисленное количество белых пакетов. Заподозрив что-то неладное, мужчина поддел один из них ногтем. Упаковка легко поддалась. Чутье не обмануло, ему в руку высыпалась горсть грязно-желтого порошка. Стоило всего на секунду потерять бдительность, как он ощутил на своей шее холодное острие ножа. – Я восхищен! – Надрывисто засмеялся Алтан. Лезвие больно врезалось в кожу. – Ну что, прокатимся или предпочтешь на покой отправится,Капита-а-ан? Лис глубоко затянулся и легкие сразу же сдавило спазмом. Он упал на колени, хватаясь за грудь, в попытках вдохнуть, но воздуха не хватало. Алтан быстро подхватил товарища под руку и потащил к умывальникам. Ледяные струи воды пробежали по раскрасневшемуся лицу, принося явное облегчение. – Признаюсь, не знал, что у тебя астма. – Лис взглянул на него сквозь слипшиеся рыжие пряди, расметавшиеся по лицу и криво усмехнулся. Задыхаясь, сквозь очередной приступ кашля сказал: – Я вот смотрю на твою форму и голову ломаю, то ли ты в ролевые игры поиграть захотел, то ли меня сегодня ждет вендетта.