за тебя я убью

Противное чувство ревности разливалось по телу, оседало холодными ответами. Глеб подползает к противоположному краю кровати и свешивается вниз, кидая в ответ на присланную Сашей фотографию реакцию. Ясюкевич пил, о чем говорил алкоголь, попавший в кадр, и пил в компании, которая не нравилась Глебу. Вернее, не нравился лишь один человек, вызывающий странное чувство каждый раз, как Глеб с ним сталкивался. Викторов не раз говорил Саше об этом, но тот лишь отмахивался, списывая все на то, что Глеб преувеличивает, а человек, с которым Саша дружит с детства - хороший. Точкой, завершившей этой диалог, стало сообщение Саши о том, что Глеб сам отпустил его, хоть и знал, с кем Ясюкевич собирается пойти. И Глебу ничего не оставалось, кроме как извиниться за свое поведение и сослаться на то, что устал и хочет спать, попутно покрывая себя всеми существующими оскорблениями. Знал бы, что там будет алкоголь, не отпустил бы. Даже если бы поссорились, даже если бы все дошло до криков, скандала и битой посуды, все равно не отпустил бы. Цеплялся бы за одежду, руки, прижимал к себе, но не давал бы даже шанса на то, что куда-то отпустит. И сейчас оставалось только ждать, пока Саша либо напишет, едва попадая по буквам, и попросит забрать его, либо скажет, что остаётся на ночёвку. Одно из двух, третьего не дано. Или дано?

***

Через два часа уснувший Глеб подскакивает от тихой мелодии звонка и сразу поднимает трубку. Саша чем-то напуган и дрожащим голосом просит забрать его. Получив адрес, Глеб, на всякий случай одевшийся заранее, хватает куртку, ключи, документы и выбегает на улицу. Под ногами скрипит снег, во дворе тихо и красиво, и если бы не мысль, что с Сашей что-то случилось, Глеб точно задержался бы, рассматривая сверкающие в свету фонаря снежинки. По дороге Викторов старается расслабиться, выдохнуть, но что-то не даёт этого сделать, вынуждая выжимать газ и ускоряться. И вскоре причина тревоги становится ясной. У нужного подъезда он замечает одинокую фигуру, в которой сразу узнает своего Сашу. В тонкой кофточке, тот сидел на скамейке, сжавшись в маленький комочек и дрожа то ли от холода, то ли ещё от чего-то. Стянув с себя куртку, Глеб накидывает ее на плечи парня и поднимает его, толчком в спину заставляя сделать шаг к машине. Ясюкевич оборачивается, натыкаясь на одновременно злое и встревоженное лицо Глеба. - ты был прав, - все тело замёрзло, губы тоже. С трудом, но Саша говорит - ты все это чёртово время был прав, прости. - в машину, бегом. Усадив парня на заднее сиденье, Глеб включает печку и разворачивается лицом к парню. Несколько минут они молчат, Ясюкевич рассматривает свои руки, а Глеб его лицо. Тяжело вздохнув, Викторов отводит взгляд и делает радио потише. - а теперь рассказывай, что произошло. - помнишь Макса? - такое.. чудо хуй забудешь. Он что-то сделал? И почему ты без куртки? - к этому.. Попытался поцеловать меня, - Саша видит, как белеют костяшки на руках Глеба, когда тот сжимает руль, и самому становится страшно. Он ждёт, что Викторов перебьет его, что-то скажет, но тот молчит, продолжая слушать - я испугался, а куртку забыл там. - понятно. Жди, я сейчас схожу за твоей курткой. Сиди и грейся, не выходи на улицу, тебе на сегодня хватит мёрзнуть. У подъезда, уже набрав номер квартиры, Глеб оборачивается и ободряюще улыбается Саше, вскоре скрываясь за железной дверью. У него есть кое-что для этого Макса. Кое-что, что ещё около месяца назад нарыл их общий с Сашей друг. Тепло и алкоголь делают свое дело, Саша почти засыпает, как дверь с его стороны открывается и на колени падает его курточка. Глеб молча садится за руль, заводит двигатель и выезжает с парковки. Наконец сумев сфокусировать зрение, Ясюкевич замечает, что костяшки Глеба разбиты, а сам он периодически потирает плечо, видимо ушибленное. - Глеб, - зовёт тихо, но надеется, что тот услышал. Поймав взгляд карих глаз в зеркале, виновато улыбается и садится ровнее - зачем ты.. - помолчи, - обрывает его Викторов и снова смотрит на дорогу. Повисает тревожная тишина. Глеб останавливает машину возле их дома, напротив подъезда. - ключи у тебя есть, знаю это. Иди домой, я вернусь скоро. - ты надолго? - нет. Минут десять. Иди. Саша медленно выползает из машины, бредёт домой. Пока он поднимается в квартиру, переодевается и забирается в кровать, уже возращается Глеб. На скуле виднеется пластырь, руки тоже забинтованы. Он садится рядом и осторожно гладит парня по щеке. - как ты себя чувствуешь? - хуёво, но с тобой мне лучше. - ой бляяяя. Спи, романтик алкашный, - с улыбкой произносит Глеб - утром поговорим. - хорошо. Прости. Убедившись, что Саша уснул, Глеб уходит на кухню и открывает окно, закуривая и отвечая подруге. Именно к ней Глеб уезжал, чтобы та обработала раны и перебинтовала. Сейчас его настигло долгожданное спокойствие, потому что и Саша был дома, рядом с ним, и лицо того парня было разбито. Ревность наконец успокоилась и, докурив сигарету, Глеб возвращается к Саше и ложится рядом, тоже засыпая.