Убийцы сердец / The Heart Killers

Фадель последовал за Байсоном в дальний конец ресторана. Его младший брат был занят раскладыванием вещей на полках. Может, Байсон тоже услышал звук его шагов, потому что он оторвался от коробки, которую распаковывал.   — Ты уже здесь? Кто следит за рестораном?   — Никто.   — Что с тобой? Ты вернулся весь такой ворчливый. Ты что, куриную жопку съел или что-то в этом роде?   — Нет, я просто столкнулся с кое-кем раздражающим.   — Кто это? У какого идиота хватит смелости раздражать кого-то вроде тебя?   — Тебе не нужно знать. Кстати, ты уверен, что тот парень с детским лицом — просто покупатель, с которым ты только что познакомился?   Байсон опустился на пол, почесывая ухо мизинцем, потому что оно зудело. Лгать Фаделю было бессмысленно; похоже, они провели слишком много времени вместе, достаточно близко, чтобы взгляд мог выдать мысли друг друга.   — Я встретил его вчера вечером.   — Так вот почему ты вернулся?   — Да.   — Ты пригласил его в ресторан? Он тебе нравится? Обычно я не видел, чтобы ты относился к кому-то серьезно.   — Нет, я его не приглашал, и он мне не нравится, но, похоже, Кант живет где-то здесь. Я присматривал за твоим рестораном, когда он зашел.   — Неужели такое совпадение?   — Перестань быть таким параноиком. Он просто татуировщик, обычный парень. Совпадения есть везде, знаешь ли, брат. Кто знает? Мы с ним можем быть родственными душами.   — Ты бредешь. Даже если бы вы были родственными душами, что с того? Он бы в тебя не влюбился. Как только он узнает, чем ты зарабатываешь на жизнь, он точно сбежит.   — Ты так говоришь, потому что не знаешь настоящей любви, Фадель. Настоящей любви, которая может преодолеть все.   — Разбирай вещи.  Фадель скрестил руки на груди и упер их в бока, отдавая приказ. Однако Байсон не выполнил команду. Он продолжал смотреть на брата, игривое поведение полностью исчезло.   — Я хочу уйти.   — Откуда уйти?   — Перестать быть ​​убийцей. Ты хорошо меня знаешь, Фадель. Я не из тех, кто бесчувственен, до такой степени, что убивать и ничего не чувствовать. Могу ли я уйти? Я просто хочу жить как обычный человек, любить, иметь семью, чтобы кто-то заботился обо мне до последнего дня жизни.   — Байсон...   — Не веди себя так, будто у тебя вообще нет никаких чувств.   Фадель не находил слов. Он облизнул губы, затем глубоко вздохнул.   — Почему бы тебе не поговорить с мамой о желании уйти с работы? Я могу справиться с рестораном сам. Я не выгорел, как ты.   — Ты лжешь.   — Не притворяйся, что знаешь меня. Просто разбери все вещи.   — И куда ты сейчас пойдешь? Приходишь и уходишь, злишься, а потом дуешься. Кто может угнаться за твоим настроением?   — Я просто пойду и займусь фасадом ресторана.   — Ладно, я уже много тебе сегодня помог. Вечером пойду за покупками, так что ты сам будешь убираться в ресторане.   — Но ты же сегодня вечером вернешься домой, верно?   — Конечно. Если не спать дома, куда мне еще идти?   Байсон проворчал, открывая картонную коробку перед собой. Внутри были бумажные салфетки. Он достал пачку салфеток, предназначенных для ресторана, и аккуратно положил ее на полку. Фадель кивнул в знак согласия и затем ушел. Байсон услышал голоса Канта и Фаделя, говорящих всего пару слов, едва упомянув, что светлокожий парень собирается уходить.   Мгновение спустя в ресторане больше не было посетителей. Закончив разбирать вещи, он оставил Фаделя одного присматривать за рестораном.   В первый день работы в бургерной больше не было посетителей, пока владелец не перевернул вывеску с «Открыто» на «Закрыто». И тут кто-то появился.   Фадель никогда не испытывал проблем с тем, чтобы оставаться одному, и у него никогда не возникало проблем с уборкой ресторана в одиночку. Будучи аккуратным человеком, он убирал ресторан до тех пор, пока он не стал безупречно чистым.   Закончив с чистящими средствами, он подошел к входной двери. Он перевернул табличку с «Открыто» на «Закрыто», намереваясь вернуться и забрать свою сумку, прежде чем отправиться домой. Однако, как только он повернулся спиной к двери, громко зазвонил дверной звонок. Его инстинкты профессионального убийцы сработали, заставив его почти сразу же повернуться в сторону звука.   Он пока ничего не предпринял, хотя и хотел ударить ворвавшегося злоумышленника. Но когда он увидел лицо злоумышленника, ему захотелось пнуть его.   — Ого, это место больше, чем я думал!   — Ты.   — Почему ты так себя ведешь? Такой сварливый! Что ты ешь? У тебя есть бургеры с говядиной, да? Я возьму один, чтобы поесть здесь, с газировкой.    — Ресторан закрыт.   — Закрыт? Дверь даже не заперта. Я голоден... Можно мне пива? У меня пересохло в горле.   Фадель нахмурился, глядя на высокую фигуру идиота, который врезался в него сзади накануне. Он также был сыном владельца ремонтной мастерской, куда он отвез свою машину на тем утром.   Этот человек был как раз тем типом глупого нарушителя спокойствия, которого Фадель уже обозначил как помеху.   Он не только был помехой, но и просто не слушал других. Например, когда Фадель отдал свою машину на ремонт из-за царапин, этот парень предложил перекрасить всю машину и пообещал скидку 50%.   Фадель настоял на том, чтобы сохранить оригинальный цвет и отремонтировать только поцарапанные участки. Однако в итоге он провел много времени в мастерской, потому что тот идиот принес ему новую краску на выбор. Что еще хуже, он пытался продавать гоночные наклейки.   Вот пример: он ясно заявил, что ресторан закрыт, но этот бестолковый дурак просто подошел и открыл холодильник с пивом, не обращая внимания. Теперь он пил, как будто его действительно мучила жажда.   Обычно такой киллер, как Фадель, убивает только плохих людей. Этот идиот был достаточно плох?    — Как ты сюда попал?    Фадель сжал кулак и глубоко вздохнул.   Хотя его лицо оставалось спокойным, Стайл мог сказать, что Фадель излучал гнев. Он поставил бутылку пива на стол.   — Ах... освежающе. Я пришел за брошюрой, которая была в вашей машине. В багажнике была большая стопка брошюр о бургерах. Я оставил несколько в местных ресторанах поблизости. Сначала я не думал, что это твой ресторан... Ты владелец? Только что переехал в этот район? Где ты живешь? И почему ты не на кухне и не готовишь бургеры?   Фадель нахмурил брови и лоб. Он молчал, потому что не знал, на какой вопрос Стайл хотел получить ответ в первую очередь.   — Или вы просто уборщик здесь?   — Я владелец ресторана. Так почему ты здесь?   — Ну, ваша машина была отремонтирована, поэтому я пригнал ее. Я не знал, как с вами связаться, так как вы не оставили номер. Вы с ума сошли или что?   Фадель слегка наклонил голову.   — Это я должен был называть тебя сумасшедшим. Просто оставь ее у ресторана, я заберу, когда у меня будет время.   — Извини, но ресторан не такой уж большой. Вот ключ от машины. Принеси мне пиво. Еще одну бутылку. Я давно не пил пива. Почему бы нам не посидеть и не выпить вместе? Черт, я хочу съесть бургер. Бургер, бургер, бургер в твоем стиле.   Фадель положил руки на бедра, наблюдая, как Стайл идет к холодильнику, чтобы взять еще пива, совершенно равнодушно. Он не только сам открыл холодильник, но и вытащил стул из кухни и сел, хотя Фадель убрал его всего десять минут назад. Он никогда раньше не сталкивался с такими людьми; это сводило его с ума.   — Ресторан закрыт, так что бургеров не будет.   — То есть, шеф-повара нет, да? Стайл посмотрел на Фаделя, отхлебнул еще пива и продолжил: «Неудивительно, что такой, как ты, не умеет готовить. Если это пиво закончится, я возьму еще одно».   — Я шеф-повар.   — Ого, кто в это поверит? Я даже не знаю, правда ли, что ты владелец, — сказал Стайл, держа в руке бутылку пива, много и беззаботно говоря.    Тем временем лицо Фаделя потемнело. Он был серьезен во всем, чувствуя, что им помыкают. Он обошел кухню, схватил нож и начал его точить, издавая громкий звук.   Стайл нервно сглотнул, не понимая, почему Фадель вдруг подошел, чтобы схватить нож и наточить его, глядя на него с угрожающим взглядом.   — Что ты делаешь?   — Делаю тебе бургер.   — ...Точа нож таким образом, ты пытаешься убить покупателя или что-то в этом роде? Продавец может оказаться в тюрьме.    Фадель с громким стуком ударил ножом по разделочной доске, еще больше разозлившись на Стайла, чем раньше.   Тем временем Стайл готовился бежать, хотя повар уже включил плиту.   — Ты будешь есть или нет?   — Просто возьми с меня плату за пиво; я могу уйти.   Выражение лица Фаделя потемнело еще больше, его лицо покраснело, когда он стиснул зубы. Фадель включил плиту намереваясь готовить для кого-то, хотя ресторан был закрыт.   — Твое хобби - раздражать людей? — спросил он Стайла, который доставал свой телефон, чтобы отсканировать код и оплатить.   Не зная, сколько стоит пиво, владелец ресторана был в ярости и отказался назвать цену. Он вытащил нож из разделочной доски и снова начал точить его о плиту.   Это было страшно. Шеф-повар был опасен; Стайл больше не мог этого выносить.   — Я перевел деньги.   Стайл решил переплатить и резко встал со стула, выпрямившись. Он отступил на шаг, пока Фадель следил за каждым его движением, не отрывая от него глаз, в ужасе от убийственного взгляда. В конце концов он развернулся и выбежал из ресторана, словно только что увидел привидение.   В дверь снова позвонили. Фадель сделал глубокий вдох, потянулся, чтобы выключить плиту, которую только что зажег, и взглянул на бутылку пива, которую Стайл оставил полупустой. Фадель только что бросил ее и оставил столешницу перед кухней мокрой, не говоря уже о стуле, который Стайл не поставил на место.   Он вернул нож на место, убедившись, что тот был под тем же углом, что и раньше, ни больше, ни меньше.   Как перфекционист до одержимости, Фадель был уверен, что не сможет простить Стайлу беспорядочные действия.   Он схватил тряпку, чтобы снова протереть стол, и подошел к столу, чтобы вернуть стул на его законное место, мысленно представляя себе эту сцену.   Фадель бродил по ресторану, представляя, как он избивает другого парня до полусмерти. Ярость, которую он чувствовал, постепенно утихала, и он молча умолял: пожалуйста, пусть он никогда больше не встретит такого человека, как Стайл, в этой жизни.   Он хотел наносить удары, слева и справа — это так бесило!   … …   Без дохода от работы киллером, который позволял Байсону безбедно жить еще несколько лет всего на одной работе, казалось, что и ему, и Фаделю придется рвать на себе волосы из-за ресторанного бизнеса. Он был открыт уже неделю, но там, похоже, совсем не было клиентов. В среднем в ресторан заходили только два-три клиента в день. Владелец был не очень приветлив; несмотря на свои навыки, у него не было эффективной рекламы и развлечений, так как же ресторан мог выжить?   И хотя это был всего лишь прикрытие, Байсон знал, что Фадел был действительно серьезен. Его старший брат любил готовить, и, хотя он не говорил об этом прямо, в глубине души Фадель, должно быть, хотел, чтобы его кулинарные способности оценились.   Хотя в их бургерной было не так много клиентов, там были постоянные клиенты. Однако постоянный клиент, похоже, не очень ладил с владельцем, потому что этим клиентом был Кант, симпатичный парень, который смело выразил свое намерение ухаживать за единственным сотрудником в ресторане, который был младшим братом владельца.   Он приходил каждый день и все равно сталкивался с пристальным вниманием.   Иногда Фадель точил свой нож или громко рубил мясо, чтобы отпугнуть клиентов. Байсон чувствовал себя измотанным, но не мог не найти поведение Канта забавным. По правде говоря, было приятно иметь в ресторане красивого постоянного клиента; было приятно смотреть на красивого, мускулистого парня.   Сегодня был еще один день, когда Кант зашел пообедать в бургерную. Он так много раз видел меню, что, вероятно, уже попробовал все блюда. Фадель не запрещал Байсону общаться с клиентами, но предупредил его не влюбляться в Канта, так как внешность парня не внушала доверия. Что еще важнее, Фадель серьезно предупредил, что Кант никогда не примет их профессию.   Байсон еще не говорил с матерью о желании бросить профессию киллера, и даже если бы он это сделал, он не знал бы, как начать. Возможно, ему придется ждать подходящего случая и времени.   Что касается Канта, его отношения с Байсоном не развивались, и расследование в отношении двух братьев-убийц тоже не продвигалось. Кант признал, что кулинарные способности Фаделя ему очень понравились, но старший брат был строгим и чрезмерно осторожным, что еще больше усложняло его работу.   Сегодня Кант заказал пасту на пробу, и блюда из лапши Фаделя были такими же превосходными. Кант все доел и позвал Байсона, чтобы оплатить счет.   — Просто сосканируй, как и раньше, пожалуйста.   — Думаю, ресторану пора выдать мне карту лояльности. Я прихожу сюда каждый день, — пошутил Кант, конечно же, чувствуя холодок по спине, так как Фадель продолжал на него смотреть.   — Почему бы тебе не поговорить об этом с Фаделем?   — Ни за что! Боюсь, твой брат вместо мяса нарежет меня!   — Эй... — усмехнулся Байсон, беря телефон, чтобы проверить уведомления о зачислении денег.   — Ты...   — Да?   — У тебя есть минут пять? Мой родственник прислал мне много личи, и я не смогу их все съесть, поэтому хотел поделиться ими с тобой и Фаделем.   — Я свободен.   — Они в моей машине. Я мог бы их принести сразу, но сначала хотел поговорить с тобой, поэтому пока не принес.   Байсон слегка улыбнулся, глядя на сверкающие, озорные глаза Канта, и почувствовал что-то странное. Последние несколько дней он не мог не думать, что с нетерпением ждет прибытия Канта. Наблюдение за тем, как Кант ест, стало для него ежедневной рутиной, которой он наслаждался и которую лелеял.   Хотя Фадель предупреждал его, что Кант не заслуживает доверия, стена между ним и Кантом почти полностью рухнула.   — Я сам пойду за ними. Ты можешь выйти первым; я последую за тобой к машине.   — Что ты скажешь Фаделю?   — Я скажу ему, что пойду за личи и покормлю кота.   Кант кивнул. Он встал из-за стола, пока Байсон шел к кассе, чтобы забрать чек и снять фартук.   — Эй, я собираюсь забрать личи из машины Канта, а еще покормлю кота.   — Сколько минут?   — Не знаю! Если что-то срочное, просто позвони мне.   — Я пойду с тобой.   — Ты не боишься черных кошек?   — ...   — Я подожду здесь. Я не трехлетний ребенок, тебе не обязательно следовать за мной.   Фадель стоял неподвижно, размышляя об отношениях между ним и Байсоном. Он и правда мог приказывать Байсону как старший брат, и также правда, что Байсон мог отдавать ему приказы в ответ.   Раз Байсон сказал это так, это означало, что он действительно не хотел, чтобы Фадель следовал за ним. Помимо того, что он стоял там, Фадель молчал, как будто временно онемел. Он не делал ничего, кроме как наблюдал за Байсоном с обеспокоенным и встревоженным выражением лица.