Кто я?
13 июня 2025 г., 15:15
Объединение Эсперов Помощников было нейтральной организацией, что стала площадкой для тех, кто имел вспомогательные способности не сильно полезные в зачистке подземелий, но вполне способные прокормить. К примеру, Эмлин Уайт по образованию был врачом и работал в совершенно обычной больнице, но ОЭП обеспечила ему и его коллегам работу с Департаментом Эсперов Лоэна и частными гильдиями, позволяя применять свои навыки, чтобы заработать большие деньги.
Но именно по этой же причине Эмлин был вызван прямо ко вратам подземелья S-класса, вынужденный находится всего в паре десятков метрови от него. Ему не дали собрать свои вещи и срочно купить билеты на поезд. Мужчина с бледной кожей расхаживал прямо у врат, нервно поглядывая в их сторону и проверяя время на планшете в руках. Он вздрагивал каждый раз, когда воронка, казалось, становилась более зловещей и могла затянуть в себя.
Наконец, из-за врат кто-то появился…
«Э-это…»
Эмлин подсознательно расслабился, когда появились очертания знакомой фигуры. Немного женственное лицо с гладкой кожей, магнетические зелёные глаза, которые обрамляли густые ресницы, трепещущие под потоками ветра. С ровной спиной Леонард вышел вместе со своим отрядом, что шёл первым в очереди, на его теле не было ни единой раны, ни одной царапины, а на губах расплылась знакомая уверенная улыбка, что внушала спокойствие в сердце.
Всё это время ведущие прямую трансляцию репортёры взорвались. Вплотную подобравшись к эсперам, что оцепили территорию вокруг врат, они комментировали выход трёх отрядов и закрытие подземелья S-класса. Прикованные к экранам телевизоров и смартфонов жители всего Бэклунда и за его пределами, в офисах и школах, чувствовали воодушевление и гордость от достижений их героев, их эсперов, а в их глазах зажёгся блеск жизни, обращённый далеко в будущее.
Зная, что его подопечный, Леонард Митчелл, после подземелья обычно даёт короткое интервью, Эмлин самодовольно хмыкнул и развернулся к своей палатке, думая о том, как этот уверенный эспер через полчаса будет выворачивать свой желудок, чтобы избавиться от Червей Времени, если они есть.
Но тогда его плечо тронула рука.
— Мистер Уайт, думаю, мне нужна Ваша помощь, — когда обернулся, Эмлин столкнулся с зеленью глаз, что была знакома и в то же время нет. В ней было что-то холодное и отталкивающее, как у реалистичной куклы, что внезапно ожила. — Им всем нужна.
Взгляд Леонарда скользнул по всем эсперам за его спиной, что разбрелись, переговариваясь, но всё их внимание было устремлено к застывшему Эмлину. Крестет Цезимир был единственным, кто от лица всех дал краткий комментарии репортёрам, заверив, что опасности для Бэклунда больше нет, а сейчас всем трём отрядам необходимо удалиться.
Эмлин сглотнул. Ему было не по себе.
— Думаю, в палатке не хватит всем места…
— Мы не против и потесниться.
Хватка на плече стала сильнее, и Эмлин ещё раз сглотнул. Он вспомнил о фильмах, где монстры из подземелий обращаются людьми, чтобы ввести в заблуждение и втесаться в чужие ряды… Но взяв себя в руки, он направился в сторону палатки, где его разместили вместе с оборудованием, а следом за ним незаметно шли другие эсперы, не создавая привлекающей внимание толпы.
Топ… Топ-топ…
Возможно он просто преувеличивал… Но звук десятка шагов за спиной, что заглушал шум толпы и вспышки камер, вызывал в нём страх. Под рокот своего учащённого сердцебиения Эмлин вошёл в палатку.
Тут сразу стало тесно.
Словно марионетки, каждый из эсперов беспорядочно расположился в небольшой палатке, встав впритык к друг другу и не выказывая особого раздражения по этому поводу. Было слишком странно наблюдать, как молчаливый Данн Смит и Крестет Цезимир встали в самом углу, будто что-то обсуждали, но их взгляд были устремлены прямо на члена ОЭП… Эмлин сглотнул и посмотрел на Леонарда, что в отличие от других залез на стол, где лежал чемоданчик.
Его взор, что был обращён к личному врачу, не пропускал свет и был покрыт непостижимой тьмой и холодом. Прежде чем Эмлин успел отступить и сбежать прочь из палатки, не заботясь о своём имидже, Леонард открыл свой рот…
— Я доверю моего Леонарда тебе. Если ты не сможешь его спасти…
… но голос не был знаком. Он был чужим.
— … не надейся прожить свою бесполезную жизнь хоть на день дольше, последователь Лилит.
Горло Эмлина сжали тиски страха, он почти задохнулся под чужими взглядами, а его конечности стали такими тяжёлыми, что он не мог пошевелиться, не то, что сделать шага прочь из палатки, наполненной монстрами. Но в следующий миг на его глазах навернулись слёзы.
Один за другим, эсперы начинали гнить, их кожа покрывались уродливыми шрамами, а пространство наполнял запах крови. Закатив свои глаза, они пошатнулись всем телом и свалились друг на друга, белые черви начали выползать из их ушей, носа, рта, даже глазниц… Зажав рот от ужаса, боясь издать хоть звук, Эмлин наблюдал за Леонардом, чьи зрачки побелели а на коже выступили серые шерстинки. Выплюнув на свои штаны кровь, смешанную с личинками, он пошатнулся и приземлился головой на чемоданчик.
Это была причудливая и пугающая картина, которую такой домосед и трус, неуверенный в своих силах, не мог увидеть.
Небольшая палатка с тёплым освещением от фонаря теперь казалась жуткой. Густые тени легли на бледные, почти синие лица эсперов, а в ушах отдавались то, как склизкие Черви Времени ползли прочь…
— А….
Попятившись назад, Эмлин наступил на одну из личинок и упал. Резкая боль вернула его в сознания и на четвереньках он пополз к выходу из палатки. Солнечные лучи упали на его побледневшее лицо, по которому катились слёзы, исходящее от них тепло не могло успокоить бьющегося в груди сердца.
Заметившая своего проблемного коллегу в таком состоянии, Шаррон нахмурила свои бровки, и поспешила к нему. Занимающийся вместе с ней поисками эсперов, Маррик последовал за ней, скривив лицо при виде состояния Эмлина.
— Что Вы…
— Мисс Шаррон!..
Судорожно вдохнув свежий воздух, в которым ещё чувствовались железные нотки, Эмлин подполз на коленях к своей коллеге и вцепился в край её юбки. Его глаза, в которых обычно читалось лёгкое высокомерие или восхищение при виде кукол на витрине, сейчас были полны отчаяния.
— Немедленно объясните ситуацию…
Взгляд девушки скользнул по палатке. Её спина напряглась при виде крови и Червей Времени, что медленно начали выползать за её пределы. Сжав губы в тонкую полоску, она быстро размахнулась и ударила по щеке паникующего Эмлина, её голос звучал властно, а фигура возвышалась над распалставшимся на земле мужчиной.
— Эмлин Уайт, ты вызвал поддержку?
Её голос был ровным, но глаза бегали между Эмлином, палаткой с чем-то странным и толпой, что пока ничего не заметила, благодаря обзору. Вернув глаза к подрагивающим губам коллеги, Шаррон вновь замахнулась, готовя второй приводящий в себя удар.
— Я… я вызвал, — встрепенулся Эмлин, удержавшись от того, чтобы сжаться. — Н-на планшете…
— Хорошо.
Шаррон и Маррик кивнули друг другу с напряжением. В каком бы состоянии ни были эсперы… Им нужно было оказать первую помощь или хотя бы осмотреть их.
Тем временем из центральной больницы Бэклунда и его филиалов выдвинулось несколько машин скорой помощи. Они двигались группами по 3-4 машины, а сидящие на пассажирском сидении эсперы наложили психологическую маскировку, чтобы не вводить общественность в панику.
Сидящий в местном филиале ОЭП Деррик Берг, что специализировался на очищении монстров, смотрел на телефоне прямую трансляцию с выходом эсперов из подземелья S-класса, и сам не заметил, как выдохнул. В это время его и ещё нескольких человек срочно направили в центральную больницу.
Сидящая перед экраном своего компьютера Рейнетт Тинекерр была необычайно мрачна. Только что она получила звонок от своей ученицы, чей голос был таким шокированным, каким женщина его никогда не слышала. А рассказ был ещё более ужасным.
Между наблюдающими за закрывшимся подземельем зеваками затесалась женщина в громоздком чёрном платье, что неспешно прогуливалась между ними, разглядывая прохожих и их одежду. Она оказалась не замечена, будто её вовсе не существовало…
того, кто разрушил эту жизнь…
***
Кто я?
Вопрос остался неотвеченным и повис в воздухе. Мужчина со странной внешностью и одеждой напротив него молчал. Очки странно отражали свет, не дав рассмотреть глаза.Кто я?
В отражении зеркала он увидел фигуру молодого человека с учёными чертами лица. В его глазах читалась отрешённость, холодность и божественность, а улыбка была безэмоциональной, пустой. Волосы были длиннее, чем он помнил, они касались плеч и щекотали шею. Одежда не походила на костюм джентльмена, строгая и в то же время слишком ляпистая, почти клоунская. — Почему я согласился служить Ей? Есть ли в этом теперь смысл… Он спрашивал его. Того, кто ехидно отзывался о новых коллегах. Того, кто всегда соблюдал дистанцию между собой и остальными. Даже с сестрой и братом. Того, кто не отвечал ему с первого дня, того, кто подарил ему жизнь,Кто я?
Я… Шут медленно открыл свои глаза. Его встретила разрушенная плитка некогда древнего великого дворца, а раскинувшееся над головой покрывало тёмного неба оставалось пустым. Там не зажглось луны, не вспыхнуло ни одной звезды. Из Его груди вырвался вздох. Должен ли Он… вернуться?***
Обеденное время в больнице зачастую было относительно спокойным, но сегодня коридоры последних двух этажей полнились людьми. Среди них были специалисты из совершенно разных сфер медицины, что занимались сложными операциями по пересадке органов до восстановления работы мышц для пролежавших долгое время в коме или после аварии. Со сложными лицами некоторые из них заперлись в своих кабинетах, рассматривая сделанные снимки и заключения по привезённым эсперам, чтобы дать прогнозы на лечение, пока остальные уже третий час проводили операцию. Среди них затесался Эмлин Уайт, что растерянно вышел из операционной, не сняв ни шапочки, ни перчаток. Словно потерпевший после катастрофы, он упал на ближайшие стул и опустил голову вниз, наблюдая за пролетающими мимо ногами спешащих медсестёр, врачей и эсперов-помощников. Это конец? Эмлин был человеком, что лишь один раз ступал в подземелье и больше не осмелился сделать этого даже за большие деньги. Он был из тех высокомерных эсперов, что не сталкивались с монстрами, но благодаря своим способностям считали себя лучше других и претендовали на особое отношение. Но… но… Перчатками, на которых ещё была свежа кровь, он поправил воротник своей униформы, чувствуя удушение. Тесная операционная, зовущие его медсёстры и член ОЭП, который проводит очищение личинок… И они повсюду. Эти белые извивающиеся под кожей создания начинают искривляться будто от боли и исчезать, а тело перед ним будто оживает от вибраций, что его сотрясают… Эмлин был рад, что проводил только первый этап операции. Ему нужно было лишь проконтролировать очищение всех Червей Времени, остановить внутреннее кровотечение и перелить кровь… В данных условиях это было немного. Сейчас предстояло множество процедур по решению, нужна ли ему пересадка повреждённых органов и какие операции следует немедленно провести… — У меня дрожат руки, — приглушённый, будто сквозь толщу воды, рядом с ним раздался голос того эспера, что был с ним на операции. — А у Вас, господин врач? Эмлин даже не хотел поправлять его и говорить, что он хирург и не стоит коверкать чужие должности. Устало подняв на высокого эспера свои глаза, он заметил, что тот такой же бледный, как и он. Значит, товарищ по осознанию происходящего ужаса. — Сколько тебе? Выглядишь молодо… — А… мне 14. «Минутку-минутку, что он ел раз вырос таким высоким… Нет, что вообще здесь делает ребёнок?!» Что ещё более удручающе, он, взрослый мужчина, сидит здесь и дрожит от страха вместе со школьником, когда его ждут другие пациенты. — Ты не бывал в подземелье, да? Наверное тебя это пугает, — сказал Эмлин, немного ворча. — На самом деле мой контракт подразумевает вход в подземелья низкого ранга. Просто я не сталкивался раньше с паразитами. Эмлин отрешённо перевёл взгляд на телевизор в холле. А он был в подземелье только один раз… В это время шёл очередной экстренный репортаж об открытии врат высокого ранга, но на этот раз в Фейнапоттере. Эта больница была одним из основных местов скопления сил ОЭП, поэтому здесь было международное телевещание. [ … подобный прецедент недавно происходил в Баламе и республике Лоэн. Учёные по всему миру пытаются найти закономерность увеличения частоты появления высокоуровневых врат. Но пока можно сказать наверняка, что мы входим в новую эру, сравнимую с первым открытием врат более двадцати лет назад. Подземелья A и S класса хранят в себе множество ресурсов для процветания общества, а эсперы всегда готовы к зачистке… ] Деррик, что смотрел репортаж вместе с ним, нахмурился. — Если всё будет заканчиваться, как сейчас, то… Он не закончил предложение. Эмлин же устал от всей этой чуши и устало закрыл глаза. Если эсперы высокого класса продолжат травмировать себя или умирать, то конец человеческой цивилизации очень близок. «Надеюсь, я доживу до следующей коллекции Gothic Lolita».***
Вокруг операционного стола собралось с десяток человек. На теле эспера было проведено более двух последовательных операций по вырезанию повреждённой Червями Времени почки, пересадке нового кишечника вместо разорванного старого, а сейчас Рейнетт Тинекерр фиксировала отломки рёбер. Что ещё более печально, это было только начало лечения. Но женщина после целого дня на ногах могла думать лишь о пациенте перед ней. До её ушей, заткнутых затычками, не дошло грохота. Стоящий у изголовья кровати эспер типа поддержки, что погружал мужчину на операционном столе в сон, упал от переутомления. Мед.работники немедленно вынесли его из операционной и поспешили найти следующего. После того, как Рейнетт закрепила ещё один отломок ребра, к ней обратился помощник. — Это был последний… С напряжённым выражением лица женщина быстро приняла решение. — Завершаем операцию. Тело эсперов S-класса было определённого рода благословением — увидеть их с серьёзной травмой было невозможно, их тела были достаточно крепки, чтобы пережить столкновение с грузовиком. Но в то же время на них не работали медицинские препараты, в том числе и пропофол. После того, как наложила швы, Рейнетт окинула взглядом своего пациента на ближайшие дни. Его тело покрывали нитки, соседствующие со свежими шрамами, а лицо было бледным с вкраплениями шерстинок на нём. Вдруг, длинные ресницы дрогнули, и из-за них показались мягкие зелёные глаза, покрытые поволокой бессознательности. Белок покрывали лопнувшие капилляры. Напрягшись всем телом, Рейнетт подала знак рукой двум эсперам, что пришли на замену предыдущему. Их работой было силой сдержать пациента, если тот впадёт в буйство. Из операционной послышался душераздирающий крик, что слился в одну какофонию с другими…***
Спустя несколько дней на последнем этаже центральной больницы наконец наступила тишина, а несколько дней проводившие одну за другой операцией работники получили короткий отпуск, чтобы восстановиться. Эмлин Уайт стоял в кабинете своей начальницы с пепельно-белым выражением лица, он выглядел таким несчастным, что, казалось, мог упасть на пол прямо сейчас и разрыдаться от бессилия. Но Рейнетт не особо обращала на него внимания, думая о том, как написать отчёт в Департамент. — Вы же понимаете, что повели себя непрофессионально? — Да… — И понимаете, что из 21 одного человека трое погибших? Мистер Уайт, я не хочу, чтобы Вы думали, что это Ваша вина — им было не помочь. Но даже у стен есть уши и Департамент, особенно МИ13, будут требовать объяснения нашей халатности, — Рейнетт откинулась на спинку стула, вздохнув. — Подумайте об этом на сегодняшнем ночном дежурстве. — Я понимаю… Пусть начальница сказала ему, что в произошедшем не было вины Эмлина, он не мог не опустить голову ещё ниже. Последние несколько дней он почти не спал, ему снилась та палатка с телами, что гнили прямо на его глазах, ему снилась операционная, в которой лежал один из эсперов, настолько искажённый, что странное чувство настигало Эмлина каждый раз, когда он делал разрез. И то, что придавило под собой всех в больнице, — отчаяние и страх перед тем, что будет дальше. … После нескольких часов дежурства, Эмлин вышел, чтобы купить в автомате кофе. Но утомлённый, то ли физическим, то ли психологическим истощением, он сел на одну из лавочек по дороге и опустил голову, вздохнув. Слова «Леонарда» в тот день не выходили из его головы. «…не надейся прожить свою бесполезную жизнь хоть на день дольше, последователь Лилит». Последователь Лилит… Эмлин не был набожно верующим, да и его семья тоже. Пусть он и слышал о Богине, никогда не присягал Ей на верность, так почему Она была упомянута тогда… «Хотя какая разница?» Он просто пытался цепляться за любые слова, что могли бы направить его дальше в жизни. Даже услышав цокот каблуков по коридору, Эмлин лишь сидел на месте, погружённый в свои мысли. Вдруг, цокот остановился прямо рядом с ним. — В какой стороне палата Леонарда Митчелла? — А… Дальше по коридору и направо до самого конца… — Благодарю. Цокот каблуков стал отстраняться и лишь когда он растворился в тишине, Эмлин очнулся от наваждения и огляделся по сторонам. Эта посетительница… как ночью кто-то посторонний вообще смог пройти на этот этаж?! Резко подскочив, он услышал резанувший по слуху грохот. Прямо у его ног валялась банка с холодным кофе. Быстро подняв её, эспер уже собирался идти искать посетительницу, как вдруг замер на месте… — Странно, куда я шёл?.. — потерев переносицу, Эмлин посмотрел на банку в руках и разочарованно вздохнул. — Нет, мне определённо нужен отпуск. Ну хоть кофе купил… Тем временем в палате Леонарда сидела женщина в приталенном тёмном пиджаке и юбке карандаш, с которой волнами спадал верхний слой ткани прямо до щиколоток. Её лицо прикрывала шляпка с вуалью, за которой нельзя было разглядеть глаз. На койке лежал эспер, чьё тело целиком покрывали бинты. Подключённый к системе жизнеобеспечения, он дышал через носо-ротовую маску и, казалось, не обращал внимания на позднюю посетительницу. — Я здесь, чтобы передать слова нашего общего знакомого. Случай с Амоном разрешился и больших аномалий больше не предвидится, — голос женщины был таким убаюкивающим, как колыбельная. — Из-за потери контроля, мне пришлось забрать у тебя характеристику 5 последовательности. Теперь тебе нужно быть аккуратнее. Лежащий на койке эспер безмолвствовал, словно его не интересовало услышанное. Лишь один из его пальцев слегка дёрнулся, привлекая внимание посетительницы. Встав, женщина плавно подошла и склонилась над Леонардом, взяв его перебинтованную руку в свою. В тишине она наблюдала за тем, как палец дёргается, будто в судороге, пытаясь согнуться, но безрезультатно. Чтобы вывести на ладони одну букву, понадобилось более пяти минут, но она и не спешила, сохраняя спокойствие. Наконец, на её ладони написали одно слово.Шут.
Всё, что его интересовало, что сейчас было с Шутом. Некоторое время помолчав, словно раздумывая, посетительница ласково улыбнулась, а с её губ сорвался завораживающий смешок. — Теперь я понимаю Его заинтересованность… Не волнуйся, дитя, пусть сейчас Он в том месте, куда тебе не дотянуться, Шут вернётся. Он всегда возвращается. Ладонь, которую женщина держала в руках, сотрясала судорога. И было не ясно, являлось ли это последствием травмы или бурлящих внутри эспера эмоций. После того, как руку опустили назад на кровать, цокот каблуков стал отдаляться. Напоследок, посетительница обронила несколько слов: — Я видела твой блокнот с записями, там ты найдёшь мой номер телефона. Как только пожелаешь вернуть назад свою характеристику, найди меня, — с мягким смехом дверь закрылась. — Может, ты захочешь стать сильнее… Сладких снов, дитя. Палата погрузилась в удушающую тишину. Лежащий на кровати Леонард пытался напрячь свою руку, но всё было бесполезно — он не мог её ни поднять, ни согнуть. Его настигла незнакомая беспомощность. Вновь и вновь пытаясь пошевелиться, он пришёл к тому, что не чувствовал своего тела. Смиренно расслабившись, эспер пытался уснуть, чтобы быстрее восстановиться, но и этого не мог. … …. Даже когда он готов был разрыдаться от странного отчаяния, что внезапно овладело им, он не смог.***
Прошло две недели с тех пор, как врата S-ранга закрылись и Бэклунд погрузился в знакомую суету. Никого больше не беспокоило, открылось ли где-то новое подземелье или нет, работа или учёба занимали всё их внимание. Перед зданием центральной больницы стоял молодой человек, колеблясь. На улице стояла духота и местные жители уже переоделись в лёгкие платьица и шорты с майками, поэтому двубортный костюм джентльмена привлекал внимание. Наконец, он вошёл через главный вход, тут же направляясь к стойке регистрации. — Добрый день, не могли бы Вы подсказать мне где палата Леонарда Митчелла? Я его друг, — с вежливой улыбкой ответ Клейн, а в его глазах заплясали таинственные символы ещё до того, как девушка со стойки обратила на него внимание. — Данный пациент расположен на 7 этаже и посещать его могут лишь члены семьи или указанные в списке люди. Скажите мне Ваше имя и я проверю, есть ли Вы там. Раздражённо подумав, что персонал в этой больнице был невежливым, раз не смотрит в глаза посетителям, он ответил: — Клейн Моретти… — Одну минутку… Да, Вы можете войти. Хм? Его Одурачивание определённо точно не сработало на работнице, но почему-то она назвала его имя… Неужели Леонард предсказал Его приход или это работа Ночи? Впрочем, это Его интересовало сейчас меньше всего. — Сейчас по расписанию мистер Митчелл проходит восстановление. Обратитесь к дежурной медсестре и подождите его у палаты. — Благодарю. Клейн кивнул девушке за стойкой регистрации и направился к лифту. Зайдя в кабину, он стёр со своего лица улыбку, подумав о тех словах, что сказала работница. Восстановление… Скривив губы, Шут разочарованно подумал, что Ему нужно было ещё в тот день восстановить тело Леонарда… ведь сейчас последовательность этого тела и всех аватаров упала до 5. Со времён становления Богом ещё никогда Он не чувствовал себя таким слабым. «Вряд ли помогут мои глупые фокусы,» — саркастично подумал про себя Шут.
