I'll teach you love. Веришь?

Мечты.

Нельзя.

Не бойся.

Можно мне помечтать?

***

Тэхён сидит на краю своей койки, глядя в потолок. Его мысли, тяжёлые и вязкие, словно туман, тянутся вглубь тех уголков разума, которые он старался не трогать. Он никогда не позволял себе думать о том, что будет потом. Потому что "потом" не существовало. Только сейчас. Только система. Но слова Чонгука снова всплывают, как назойливая мелодия, от которой невозможно избавиться. Тэхён прикрывает глаза, стискивая пальцы. Он не хочет об этом думать, но эта мысль, как остриё ножа, пробивается сквозь его сознание. "Что, если..." Он резко встаёт, проходя по комнате туда-сюда. Маленькое пространство кажется ещё более тесным. Система не оставляла места для сомнений, для мечтаний. Даже в собственных мыслях нужно было быть осторожным. Но однажды в голове мелькает образ. Не система, не её серые стены, не холодная дисциплина. Что-то другое. Мягкий свет, свежий воздух, ощущение свободы. Он садится обратно, тяжело дыша. — "Можно ли мне помечтать?" — думает он, и это звучит как вызов.

***

На утреннем построении Тэхён чувствует себя отстранённым. Слова инструктора звучат как гул, не достигая его сознания. Он наблюдает за тем, как ученики выполняют задания с идеальной синхронностью. Всё как всегда. И всё же... что-то не так. Его взгляд снова невольно ищет Чонгука. Тот стоит в строю, его лицо бесстрастное, но взгляд направлен куда-то вдаль. Будто он тоже видит нечто большее. — Ким! — оклик инструктора выводит его из транса. — Почему ты отвлекаешься? — Никак нет, сэр! — Тэхён выпрямляется, сжимая кулаки. Инструктор смотрит на него ещё несколько секунд, затем кивает. — Лучше бы так и было. Когда занятия заканчиваются, Тэхён решает остаться на тренировочной площадке. Он начинает бегать кругами, стараясь унять внутреннее напряжение. Но мысли о свободе, о том, что может быть за пределами этой академии, продолжают гудеть в голове. Мечты. Они ведь запрещены. Или нет? — Ты сегодня странный. — голос звучит неожиданно, и Тэхён оборачивается. Рядом с краем площадки стоит девушка. Высокая, с острыми чертами лица. Та самая, что указала на Хосока вчера. — Что тебе нужно? — резко спрашивает он, стараясь скрыть раздражение. — Ничего. Просто заметила, что ты не похож на остальных. — она смотрит на него с интересом, но её голос остаётся ровным. — Похож, — отвечает он. — Такой же, как все. Она улыбается уголком губ, будто понимает, что он врёт. — Нет, не такой. Она уходит, оставляя его с новым чувством. Что это? Ещё одно подозрение? Или что-то другое? Тэхён остаётся на площадке, смотря вслед девушке. Её слова повисают в воздухе, словно вызов, который он не понимает, но не может проигнорировать. Он возвращается к тренировке, чувствуя, как в груди загорается что-то маленькое и тёплое, почти незаметное. Надежда. Её едва заметное присутствие странным образом бодрит его. Возможно, она права. Возможно, не всё здесь так стерильно, как пытаются показать.

***

На следующий день Тэхён выполняет утренние задания с чуть большей лёгкостью. Его движения стали быстрее, взгляд собраннее. Инструкторы замечают это, но не говорят ничего, просто одобрительно кивают. Это устраивает. Пусть думают, что он совершенствуется ради системы. Во время перерыва Тэхён замечает, как та девушка снова стоит у стены. Она беседует с другими учениками, но в её позе чувствуется что-то необычное. Никакого напряжения — она двигается, словно ей уже всё известно. Тэхён решает не подходить, но её спокойствие цепляет. Когда они вновь пересекаются в коридоре, она говорит первой, — Ты начинаешь задавать вопросы? Тэхён хмурится. — Нет. Она усмехается и отходит, не сказав больше ни слова. На вечерней тренировке, когда все уже начинают уставать, кто-то рядом с Тэхёном роняет оружие. Лёгкий металлический звон привлекает внимание инструктора. — Соберись! — кричит он, но не приближается. Тэхён, не раздумывая, поднимает оружие и возвращает его ученику, оставаясь незаметным. Ему не хочется внимания. В ответ тот лишь благодарно кивает. На тренировочной площадке воцаряется напряжённая тишина, как это всегда бывает после громкого окрика инструктора. Тэхён возвращается в строй, стараясь выглядеть незаметным, но ощущает на себе несколько взглядов. Он почти уверен, что один из них принадлежит той девушке, хотя проверять не хочет. Оружие в руках едва ощутимо вибрирует от движения, как будто подсказывает: продолжай, не стой. Но Тэхён замедляет дыхание, пытаясь слиться с ровной монотонностью остальных. Инструктор наблюдает за ними со стороны. Его взгляд острый, будто рентген, проверяет каждого на малейшее отклонение. Но он ничего не говорит. Следующее задание, как обычно, — спарринги. Тэхён встаёт напротив своего партнёра — невысокого, но крепко сбитого парня с короткими, пепельно-серыми волосами. Они кланяются друг другу, как того требуют правила, и принимают боевые стойки. Первый удар исходит от противника. Резкий выпад и удар в корпус, но Тэхён успевает уклониться. Его тело работает автоматически — ноги переносят вес, руки отбивают следующий удар, глаза сосредоточены на движении. Всё выглядит идеально. Но внутри его что-то мешает. Действия идут не от разума, а от рефлексов. Партнёр снова атакует, на этот раз целясь в голову. Тэхён уклоняется, но чуть медленнее, чем обычно. Парень замечает это и добавляет силу в следующий удар. Кулак с глухим звуком попадает в плечо Тэхёна. — Соберись! — шипит партнёр, но голос его звучит не зло, скорее сдержанно. Тэхён моргает, возвращаясь в реальность. Он кивает и атакует в ответ. Удар в корпус, затем в бок. Его движения быстрые, выверенные, и через несколько секунд партнёр отступает, поднимая руки в знак сдачи. — Хорошо. — коротко бросает инструктор, наблюдая за поединком. Тэхён опускает руки, но не чувствует удовлетворения. Вместо этого он снова ловит себя на мысли, что смотрит по сторонам. Его взгляд невольно ищет её. И он находит. Девушка стоит у другого края площадки, её спарринг давно завершён. Она смотрит на него. Их взгляды встречаются всего на секунду, но этого достаточно. Она чуть приподнимает бровь, как будто бросает немой вызов. "Почему она это делает?" Тэхён делает вид, что ничего не произошло, и отворачивается. Его партнёр что-то спрашивает, но он отвечает односложно, не вникая. Когда тренировка заканчивается, Тэхён задерживается, ожидая, что все разойдутся. Он стоит у стены, глядя на то, как группа медленно уходит. Девушка тоже уходит, но перед выходом она ненадолго оборачивается. — Может, спросишь? — говорит она, тихо, но достаточно громко, чтобы он услышал. Тэхён остаётся на месте, не зная, что ответить. Спросить что? Её фигура исчезает за дверью, а он продолжает стоять, чувствуя, как внутри что-то меняется. Её слова оставляют после себя странное ощущение. Словно она знает, что он уже начал искать ответы. Когда площадка наконец пустеет, Тэхён остаётся один. Он смотрит на металлические стены, которые кажутся холодными и непроницаемыми, словно скрывают что-то за собой. Ему нужно было сделать что-то — не думать, не взвешивать, а действовать. Он идёт к оружейному шкафу у дальней стены. Его ключ-карта щёлкает в замке, и дверца открывается. Внутри ровными рядами лежат тренировочные ножи. Тэхён берёт один, проверяя баланс. Лезвие тупое, как и положено для тренировок, но вес ощущается точно. — Давай. — шепчет он сам себе, устанавливая мишень в конце зала. Тэхён бросает нож. Удар точный, но не сильный. Он повторяет бросок снова и снова, не считая попыток. Каждое движение становится быстрее, острее. Ножи попадают ближе к центру цели, с глухим звуком вонзаясь в плотную поверхность. Внезапно, он замечает движение у двери. Кто-то стоит, наблюдая за ним. — Ты упорный. — голос девушки звучит тихо, но от него кажется, что воздух становится плотнее. Тэхён ставит следующий нож на место и поворачивается. — Что тебе нужно? Она подходит ближе, не торопясь. — Спросить хотела. — отвечает она, слегка пожимая плечами. Он думал, это он должен что-то спросить? — О чём? — Почему ты всё ещё играешь по их правилам? — её взгляд цепляет, острый, почти как нож в его руке. — Потому что это моя работа. — отвечает Тэхён ровным голосом, хотя внутри всё напряжено. Она фыркает. — Твоя работа? Ты уверен? Или ты просто боишься узнать, что будет, если перестанешь? Тэхён молчит, сжимая рукоять ножа сильнее. Он пытался. И не раз. — Ты не один такой, знаешь ли, — продолжает она, её голос становится мягче. — Здесь таких много. Но большинство сдаются, потому что не верят, что можно выйти за пределы этой клетки. Она отступает на шаг, словно готовясь уйти. — А ты? — бросает он, прежде чем успевает остановить себя. — Ты веришь? Девушка останавливается, поворачивает голову и улыбается. — Я знаю. И прежде, чем Тэхён успевает спросить, что она имеет в виду, она исчезает за дверью. Его взгляд снова падает на мишень. Теперь нож в его руке кажется легче, а цель — ближе. Тэхён остаётся стоять в тишине, держа нож в руке. Её слова застряли у него в голове, будто выбили привычный ритм. "Я знаю." Это звучало так уверенно, как будто она видела то, чего он даже представить не мог. Он делает ещё один бросок, но рука слегка дрожит, и нож уходит в сторону. Тэхён хмурится. — Блять. Подняв нож, он возвращается на исходную позицию. В этот раз движения становятся более резкими, как будто он пытается выгнать её голос из головы. Но это не помогает. Через несколько минут он бросает нож на пол и садится на край деревянной скамьи у стены. Ему не нужно думать о том, что она сказала. Он знает, что уже и так зашёл слишком далеко. Эти мысли — про мечты, про "что, если" — начали подтачивать его раньше, чем он готов был себе в этом признаться. Но сейчас, когда она сказала это вслух, это стало реальным. Ведь её последний вопрос возвращается снова и снова.

***

На следующее утро Тэхён заходит в столовую чуть позже, чем обычно. Ученики уже расселись по своим местам, еда разложена на столах в ровных металлических контейнерах. Всё такое же одинаковое, такое же предсказуемое. Но Тэхён замечает её. Она сидит за дальним столом, в окружении других учеников, которые выглядят так, будто просто оказались рядом. Она слушает, кивает, что-то говорит в ответ, но её взгляд скользит по комнате, как будто ищет кого-то. Он понимает, что его. Тэхён опускает голову и направляется к своему обычному месту. Однако чувство, что она наблюдает, не покидает его. — Ким, ты чего такой мрачный? — спрашивает кто-то из сидящих рядом, но Тэхён отмахивается. — Просто не выспался. Он ест быстро, не ощущая вкуса еды, и старается не поднимать голову. Когда заканчивает, его пальцы уже сжимают вилку сильнее, чем нужно. Тэхён выходит из столовой, чувствуя, как внутри всё сильнее нарастает раздражение. Её взгляд, её слова — они больше не кажутся случайными. В коридоре он замедляет шаг, пропуская вперёд остальных, и почти уже решает остаться один, как вдруг его окликает знакомый голос. — Ты тоже начинаешь опаздывать? — Чонгук стоит в нескольких метрах, облокотившись на стену. Наверное, это его любимая поза. Его голос звучит спокойно, но в глазах читается интерес. — Что тебе нужно? — Тэхён разворачивается к нему, с трудом скрывая напряжение. Чонгук усмехается. — Просто интересно. Ты выглядишь... иначе. — Что значит "иначе"? Чонгук делает шаг ближе, осматривая его с ног до головы. — Напряжённым. Задумчивым. Это хорошо. Значит, ты думаешь. Вау, это наверное, целое достижение. Тэхён хмурится, не зная, что ответить. Он встречает взгляд Чонгука и впервые замечает, что в нём нет обычного холодного безразличия, которое он привык видеть у остальных. — За такое медали выдают? И... я не обязан тебе объяснять. — Конечно, нет. — Чонгук улыбается, его голос остаётся спокойным. — Но, может быть, ты хочешь? Тэхён смотрит на него несколько секунд, раздумывая. — Почему ты всегда так говоришь? — наконец спрашивает он. — Как "так"? — Словно знаешь что-то, чего не знают другие. Чонгук слегка наклоняет голову, и в его взгляде появляется что-то почти игривое. — Потому что знаю. — Например? — Например, что ты больше не веришь в их правила. Эти слова ударяют сильнее, чем Тэхён ожидал. Он делает шаг назад, отводя взгляд. — Ты ошибаешься. — Правда? — Чонгук подходит ближе. Теперь их разделяет всего пара шагов. — Тогда зачем ты слушаешь её? Тэхён резко поворачивается к нему, в его глазах вспыхивает гнев. — Ты следишь за мной? До боли знакомый вопрос. — Нет. — Чонгук качает головой, его улыбка становится шире. — Просто наблюдаю. Чувство, что они это уже проходили. — У тебя есть ответ на всё, да? — Нет. Но у меня есть правильные вопросы. Тэхён молчит. Он чувствует, как внутри закипает раздражение, но в то же время его тянет продолжить этот разговор. — Почему ты всё это делаешь? — наконец спрашивает он. Чонгук на секунду задумывается, его взгляд становится серьёзным. — Потому что система всегда рушится изнутри. Тэхён смотрит на него, не в силах понять, шутит он или говорит серьёзно. — Это опасно. — тихо говорит он. — Ты уже это говорил, — отвечает Чонгук. — Но разве опасность — не то, что делает нас людьми? С ошибками, грехами? Он поворачивается и уходит, оставляя Тэхёна одного посреди пустого коридора. Тэхён остаётся стоять, чувствуя, как в груди нарастает странная смесь злости и любопытства. Слова Чонгука, как всегда, оставляют больше вопросов, чем ответов. Но одно он знает точно: Его нельзя игнорировать.

***

Позже, уже вечером, Тэхён сидит у окна. Он смотрит на серое небо, где не видно ни звёзд, ни луны. Только бесконечная пустота. Но в этой пустоте вдруг начинает проступать нечто новое. Он видит себя за пределами этих стен. В месте, где светит солнце, где воздух пахнет не металлом, а чем-то свежим и живым. Он чувствует ветер, который трогает его лицо, и слышит смех. Свой смех. Его глаза широко открываются. Он резко встряхивает головой, отгоняя видение. Нет. Это не настоящее. Это запрещено. Но на его губах всё равно появляется слабая улыбка. Можно ли мне помечтать, даже если это ненадолго?