I'll teach you love. Веришь?

Быть честным...

Сложно в наше время, не правда ли?

Вот и он так думает.

Думал.

***

Уроки закончились, и Тэхён направляется к своей комнате. Повязка на ноге натягивается при каждом шаге, напоминая о произошедшем, но Тэхён старается не обращать внимания. Почему Чонгук сказал это всё? Он заходит в свою комнату, закрывая за собой дверь, и замечает книгу, лежащую на столе. Она выглядит так, словно ждёт его. Тэхён тяжело выдыхает, подходит, садится на кровать и берёт её в руки. На этот раз чтение не увлекает его так, как вчера. Каждое слово будто пробивается через стену из мыслей о Чонгуке. Почему он так заботится? Почему его взгляд такой... странный? Тэхён закрывает книгу, уставившись в одну точку. — Хватит. — шёпотом произносит он, будто это может помочь. Он надеется, что может. Но вместо того чтобы очистить голову, он снова вспоминает, как Чонгук держал его на руках, как легко он поднял его, будто вес Тэхёна был ничем. А ещё это тепло, эта уверенность. Его размышления прерывает стук в дверь. — Ким? — голос Чонгука за дверью звучит слишком знакомо. — Открой. Тэхён медленно поднимается и открывает дверь. Чонгук стоит в коридоре, держа в руках небольшой пакет. — Это тебе. — Что это? — Тэхён хмурится. — Просто возьми, — Чонгук протягивает ему пакет, его лицо остаётся спокойным, но глаза выдают что-то другое. Тэхён осторожно берёт пакет, бросая на него подозрительный взгляд. Внутри оказывается еда — простая, но аккуратно упакованная. — Ты что, кормить меня решил? — с сарказмом спрашивает он, хотя внутри уже что-то дрогнуло. — Ты часто пропускаешь ужин, — спокойно отвечает Чонгук. — И да, решил. Тэхён вздыхает, убирая пакет на стол. — Ладно, спасибо. — Всегда, пожалуйста. — Чонгук чуть усмехается, но вместо того чтобы уйти, делает шаг внутрь. — Что? — настораживается Тэхён. — Просто хочу убедиться, что у тебя все нормально. Тэхён поднимает взгляд, готовый огрызнуться, но замирает. Чонгук смотрит на него с таким выражением, что все слова застревают в горле. Это что-то тёплое, почти обволакивающее. — Нормально. — наконец выдавливает он. — Хорошо. Чонгук задерживается на мгновение, затем разворачивается и направляется к двери. Но перед тем как уйти, он бросает через плечо, — Если что, зови.

***

Тэхён старается избегать его весь следующий день. Он не может объяснить, почему. Чонгук не сделал ничего плохого. Он заботливый, слишком заботливый. Но каждый раз, когда Тэхён ловит его взгляд, это сбивает его с толку. После ужина, возвращаясь в комнату, Тэхён сталкивается с Чонгуком в коридоре. — Ты меня избегаешь? — спокойно спрашивает он. — Нет. — отвечает Тэхён, отводя взгляд. — Тогда почему каждый раз, когда я смотрю на тебя, ты делаешь вид, что тебя нет? Тэхён не находит, что ответить. Вместо этого он разворачивается и пытается уйти. — Подожди. — Чонгук хватает его за запястье. Его прикосновение твёрдое, но не жёсткое. Тэхён останавливается, не оборачиваясь. — Что? — Если я сделал что-то не так, скажи. Тэхён поворачивается к нему. Его глаза горят, но не от гнева. Скорее от... непонимания. — Ты ничего не сделал. — Тогда почему ты избегаешь меня? — Я... — Тэхён запинается, не находя слов. — Скажи. — тихо, но настойчиво произносит Чонгук, делая шаг ближе. Они стоят так близко, что Тэхён чувствует его дыхание. Сердце бьётся быстрее, и он не знает, почему. — Потому что ты странный. — выдыхает он наконец. — Странный? — Ты слишком заботливый. Слишком правильный. Это раздражает. Чонгук усмехается, но в его глазах появляется что-то ещё. — Это всё? — Да. — Врёшь. Тэхён поднимает на него взгляд, но не успевает ответить. Чонгук делает ещё шаг, и их лица оказываются совсем рядом. — Ты врёшь. — повторяет он, его голос становится тише, почти шёпотом. И прежде чем Тэхён успевает понять, что происходит, Чонгук подаётся вперёд, касаясь его губ своими. Тэхён замирает. Мир вокруг будто останавливается, звуки приглушаются, и всё, что он ощущает, — это мягкость губ Чонгука. Это прикосновение настолько неожиданное, что его мысли взрываются, но тут же растворяются, как вспышки света в темноте. Чонгук не давит, не торопится. Его губы движутся осторожно, словно он боится спугнуть Тэхёна, дать ему время осознать, что происходит. Но в этих движениях есть уверенность — как будто он знал, что это должно было случиться, знал, что момент неизбежен. Тэхён не дышит. Его сердце стучит так громко, что кажется, будто его можно услышать снаружи. Грудная клетка сдавливается, а внутри всё горит от жара, который он не может объяснить. Что это? Почему это так приятно? Почему это... правильно? Его руки рефлекторно поднимаются, будто хотят оттолкнуть Чонгука, но вместо этого застывают где-то на полпути, а затем осторожно опускаются, не решаясь прикоснуться. Он чувствует, как тепло губ Чонгука усиливается, как его дыхание смешивается с его собственным, создавая нечто странное... слишком личное. Дыхание окончательно сбивается, как только он ощущает осторожную, но крепкую хватку чужих рук на своей талии. Его будто окольцовывают, тянут ещё ближе к себе, настолько близко, насколько это возможно. В голове хаос. Это неправильно? Нет, это не то слово. Непривычно? Возможно. Но почему тогда его тело не сопротивляется? Почему вместо этого он медленно, почти неуверенно отвечает на поцелуй? Их губы чуть разъединяются на мгновение, только чтобы встретиться снова, но на этот раз более смело. Чонгук приподнимает руку с талии Тэхёна, кончиками пальцев касаясь его скулы. Его пальцы прохладные, но это лишь усиливает жар, который Тэхён чувствует внутри. Это прикосновение легкое, едва ощутимое, но оно вызывает дрожь, которая пробегает по всему телу. Тэхён чувствует, как его губы начинают двигаться сами по себе, почти неловко повторяя движения Чонгука. Это всё ещё пугает его — это неизвестное, это новое. Но страх уходит куда-то на второй план, затмеваемый удивительным чувством тепла, которое разливается внутри. Когда Чонгук наконец отстраняется, Тэхён инстинктивно делает едва заметное движение вперёд, как будто не хочет, чтобы это заканчивалось. Его глаза остаются закрытыми ещё секунду, прежде чем он осознаёт, что произошло. — Что... это было? — выдыхает он, открывая глаза и встречаясь со взглядом Чонгука. Чонгук смотрит на него спокойно, но в его глазах пылает огонь, который не позволяет Тэхёну отвести взгляд. Его губы приоткрыты, дыхание слегка сбито, но он всё равно выглядит уверенным. — Это... ты не понял? — отвечает Чонгук, его голос тихий, но в нём звучит мягкая усмешка. Тэхён не знает, что сказать. Его пальцы дрожат, и он инстинктивно стискивает их в кулак, чтобы никто не заметил. — Это неправильно... — шёпотом произносит он, но даже сам слышит, как его голос дрожит, выдавая эмоции, которые он пытается спрятать. — Это не неправильно, — мягко отвечает Чонгук, приближаясь к нему снова. — Это просто ты боишься. Тэхён молчит. Он опускает взгляд, пытаясь спрятаться за стеной, которую он так долго строил. Но теперь она трещит, и Чонгук — тот, кто разрушает её. — Я... я не знаю, что делать. — его голос почти ломается. — Не надо ничего делать, — отвечает Чонгук, его рука снова поднимается, мягко касаясь щеки Тэхёна. — Просто будь здесь. Неосознанно, Тэхён понимает, что льнёт к руке Чонгука, как слепой котёнок. И не может этому противиться. Он поднимает глаза, снова встречаясь с его взглядом. Это пугает, это сбивает с толку. Но внутри него загорается искра, которая отказывается угасать. И в этот момент он позволяет себе поверить, что, возможно, всё это действительно правильно.

***

Тэхён чувствует себя глупо. Потому что имя "Чонгук" отзывается теплом и трепетом в сердце, а нелепую улыбку невозможно скрыть. Потому что он ничего не может с собой поделать. Потому что на губах всё ещё привкус чужих, хоть и еле различимый. Он может назвать сто и одну причину, по которым ему стоит встряхнуть голову и забыть всё, что сейчас было, как страшный сон, как несчастный случай. Но ведь это было, оно было, и совсем не случайно, да? Они намеренно пошли на это. Чонгук первым подался вперёд, а Тэхён лишь сильнее вжался в него в ответ. И теперь... Тишина после их поцелуя слишком долгая. Она давит, но не рушит, не отталкивает. Они оба остаются стоять близко друг к другу, едва переводя дыхание. — Ты... — голос Тэхёна ломается, и он прочищает горло, пытаясь казаться увереннее. — Ты что, всё это время выжидал, чтобы в подходящий момент наброситься? Чонгук вскидывает брови, но его губы тут же изгибаются в кривой, слишком самодовольной улыбке. — Наброситься? Это ты так это называешь? — его голос звучит мягко, но в нём явно слышится скрытая насмешка. — А как ещё это назвать? — Тэхён отводит взгляд, чувствуя, как щеки начинают гореть. Он, несомненно, вспыхивает горящей спичкой. Чонгук делает шаг назад, давая ему немного пространства, но взгляд его остаётся уверенным, сосредоточенным только на Тэхёне. От того у Тэхёна ещё больше нестыковок в голове. Почему Чонгук весь такой... такой? И почему это, внезапно образовашееся пространство, наоборот, давит на него? — Ладно. Да. — говорит Чонгук наконец, словно признаётся в чём-то. — Я ждал. — Чего? — Тэхён моргает, не веря своим ушам. — Нет, не подходящего момента, — поясняет Чонгук, убирая прядь волос с лица. — Просто... ждал, когда ты перестанешь так яростно строить стены. Ты упрямый, знаешь? — Стены? — Тэхён фыркает, его голос звучит на грани сарказма и удивления. — Какие ещё стены? — Те, которыми ты ограждаешь себя от всех, включая меня. Эти слова заставляют Тэхёна замереть. Он не знает, что сказать. Все его привычные саркастические ответы застревают где-то на полпути. — Я видел, как ты смотришь на меня, — продолжает Чонгук, его голос становится чуть мягче, но остаётся таким же уверенным. — Как будто не знаешь, что со мной делать. Так оно и есть. Но Тэхён всё равно открывает рот, чтобы возразить, однако Чонгук поднимает руку, останавливая его. — Я не виню тебя. — его губы снова слегка кривятся в улыбке. А переставал ли он вообще когда-то улыбаться? Не в присутствии Тэхёна. — Это нормально. — Нормально? — наконец отвечает Тэхён, и его голос чуть дрожит. — Что здесь, по-твоему, нормального? Чонгук делает ещё шаг ближе, их лица снова оказываются в опасной близости. — То, что ты не понимаешь, что чувствуешь, — тихо говорит он, его глаза изучают лицо Тэхёна. — Но я думаю, ты начинаешь разбираться. — Ты слишком самоуверен. — огрызается Тэхён, но его голос звучит слабее, чем он хотел. — Возможно. — Чонгук усмехается. — Но ведь я не ошибаюсь? Тэхён замолкает. Его руки дрожат, и он инстинктивно сжимает их в кулаки. — Ты... слишком много думаешь, — добавляет Чонгук, отступая на шаг, словно в очередной раз давая Тэхёну передышку. — Просто... не убегай. — Не могу… — голос Тэхёна дрожит, словно тонкая струна, готовая порваться. Он судорожно качает головой, будто пытается стряхнуть с себя все мысли, все эмоции. Сердце бьётся слишком быстро, его ритм почти болезненный. — Тэхён... — тихо произносит Чонгук, протягивая руку, но тот отступает на шаг, а потом разворачивается и убегает. — Тэхён! — голос Чонгука звучит громче, за ним слышатся быстрые шаги. Но Тэхён не останавливается. Его ноги, несмотря на боль, несут его вперёд. Он не думает, куда бежит, лишь знает, что должен уйти, спрятаться. Всё слишком. Слишком близко. Слишком реально. Он сворачивает за угол, затем ещё за один. Узкие коридоры сменяются большими помещениями, но он не замечает, где проходит. Его дыхание сбито, ладони влажные. Ещё немного. Найти место. Найти укрытие. Наконец, он видит распахнутую дверь библиотеки. Тихое место, где почти никогда никого нет. Тэхён скользит внутрь, чувствуя, как стены начинают давить на него меньше. Ещё несколько шагов, и он прячется между высокими стеллажами, у самого конца зала. Его сердце всё ещё колотится, и он садится на пол, стараясь дышать ровнее. — Тэхён! Тэ! — голос Чонгука доносится из коридора. Тэ...? Так его ещё никто не называл. Тэхён замирает, прижимаясь спиной к холодной полке. Ему кажется, что каждый удар его сердца слышен на весь зал. Дверь библиотеки тихо скрипит, открываясь. Тэхён слышит шаги. Тяжёлые, но уверенные. Это он. Конечно, это он. — Тэхён... — голос Чонгука звучит мягче, но всё равно настойчиво. Тэхён зажмуривается, закусив губу. Его руки сжаты в кулаки, а ноги слегка подогнуты, будто он хочет ещё сильнее спрятаться. Шаги приближаются, замедляются. Тэхён задерживает дыхание, стараясь стать незаметным. И тут... тишина. Он не понимает, что происходит, пока не слышит, как Чонгук тихо вздыхает. — Ладно, — произносит он. — Если хочешь, чтобы я ушёл, я уйду. Тэхён открывает глаза. Шаги удаляются, звук становится всё тише. Он делает глубокий вдох, но не сразу выходит из своего укрытия. Сидит, глядя перед собой, не в силах пошевелиться. Его мысли хаотичны, как раскалённый металл, который не успевает застыть. Всё, что произошло, всё, что он чувствует... это пугает и одновременно притягивает. Тэхён поднимает руку, лёгким касанием проводя по своим губам. Они всё ещё чувствуют Чонгука. Везде. Мягкость, остаточное тепло — это всё ещё здесь. Его глаза медленно закрываются, а пальцы задерживаются на этих едва заметных следах прикосновения. Его дыхание сбито, будто он пробежал марафон, взгляд расфокусирован. Он закрывает глаза и продолжает проводить пальцами по губам, будто пытаясь стереть это ощущение. Но оно остаётся, как напоминание о том, что невозможно просто так игнорировать. Оно пробивается сквозь страх, смятение и панику, растекается теплом по его груди, заполняя каждую клеточку. И он понимает, что всё-таки совсем не хочет стирать это ощущение. Он не хочет его отпускать. Не хочет, чтобы оно исчезло. Эта мысль шокирует его. Она настолько неожиданная, что он открывает глаза и смотрит на свою руку, будто та предала его. Но предательством это не кажется. Это что-то другое. Почему это кажется таким правильным? Почему это вызывает чувство тепла, будто он нашёл что-то давно потерянное? Он уже в третий раз касается губ, на этот раз чуть сильнее, как будто боится, что это ощущение испарится, исчезнет, станет просто воспоминанием. Губы Чонгука были мягкими, но за этой мягкостью скрывалась уверенность, которая заставила Тэхёна чувствовать себя защищённым. Жар этого прикосновения до сих пор пульсирует в его крови. Тэхён чувствует, как сердце начинает стучать медленнее, но каждый удар — это эхо тех секунд, когда он был так близко к Чонгуку. Эти секунды казались бесконечными и слишком короткими одновременно. Он боится, но в этом страхе есть что-то... притягательное. И больше всего его пугает, что он не хочет, чтобы это ощущение исчезло. Не хочет, чтобы это осталось всего лишь мимолётным моментом. Он хочет запомнить это. Сохранить в себе. Точно так же, как кто-то бережно хранит самый дорогой талисман, Тэхён осознаёт, что хочет сохранить это ощущение. Его рука всё ещё покоится на губах. Он проводит по ним кончиком пальца, будто пытается ещё раз, в последний раз воспроизвести этот момент. И в этот миг он понимает, что отпечаток Чонгука на его губах — это не просто память. Он не хочет стереть это. Скорее наоборот. Ему хочется, чтобы это чувство осталось с ним навсегда, запечатлённое глубоко внутри, как инициалы, вырезанные на коре дерева. Эта мысль вызывает дрожь в его руках. Он опускает ладонь, сжимает её в кулак, но тепло на губах остаётся. И с ним остаётся осознание: он не хочет, чтобы это закончилось. — Что же ты со мной делаешь... — шепчет он в пустоту. Библиотека остаётся тихой, словно впитывая его слова.