XIV. Неосознанно
28 декабря 2024 г., 20:51
Погоди.
Стой...
Ты же...
Мы...!
***
Это начало. — Это начало. — подумал он. И Чонгук готов поставить это начало прямо сейчас. Он крепко держит себя в руках, но с каждым новым взглядом на Тэхёна чувствует, как терпение уходит, а глухая боль становится только сильнее. Он обещал себе не пугать его, не давить, не навязывать себя. Но ему нужно что-то делать. Просто сидеть и ждать — это медленная пытка. Чонгук решает действовать осторожно. Первым делом он замечает, что Тэхён проводит много времени на крыше здания. Там, где нет шума, где вокруг только небо и лёгкий ветер. Когда он видит, как Тэхён в одиночестве смотрит вдаль, Чонгук понимает — это место может стать ключом. Но когда он обещал Тэхёну, что они обязательно ещё придут сюда вместе, он не думал, что в таких обстоятельствах. — Эй. — негромко говорит он, подходя ближе. Тэхён вздрагивает, но потом медленно оборачивается. В его глазах всё ещё то же отстранённое выражение. Чонгук замечает, как его пальцы нервно сжимают перила, и ощущает, как внутри всё сжимается. — Ты? — говорит он, как будто только сейчас заметил Чонгука. Чонгук кивает и, не дожидаясь приглашения, садится рядом. — Здесь хорошо, правда? — начинает он, глядя вдаль, где линии горизонта пересекаются с облаками. Тэхён молчит, но через несколько секунд тоже переводит взгляд в ту же сторону. — Да, здесь... спокойно. — Он замирает, как будто собирается что-то сказать, но потом лишь пожимает плечами. Чонгук старается не давить. Он хочет, чтобы всё шло естественно. — Когда я сюда пришёл впервые, — начинает он, словно между делом, — я был с одним парнем. Тэхён не отвечает, но его взгляд немного меняется. — Он тогда сказал, что наконец может вдохнуть полной грудью, ведь здесь легче дышать. Что тут... спокойно. — продолжает Чонгук. — Что здесь, наверху, нет тех тяжёлых взглядов, которые давят внизу. На этот раз Тэхён смотрит на него чуть дольше. — Ты... давно его знаешь? — спрашивает он, и в его голосе слышится лёгкое напряжение. Чонгук чуть улыбается, но внутри всё сжимается. — Да, — отвечает он честно. — Относительно, но это ощущается, как вечность. Тэхён молчит, впитывая слова Чонгука. Его взгляд снова уходит вдаль, за линию горизонта, где облака медленно плывут в закатном небе. Он чувствует, как лёгкий ветер касается его лица, прохладой омывая кожу. Это место… оно всегда казалось ему странным. Словно что-то знакомое прячется в этих потоках воздуха и бескрайнем просторе. — Ты часто сюда приходишь? — вдруг спрашивает Чонгук, нарушая тишину. — Да, — тихо отвечает Тэхён, не отрывая взгляда от горизонта. — Здесь... и правда проще дышать. Он сам не понимает, почему его тянет сюда. Каждый раз, когда он поднимается по лестнице на крышу, ощущение тяжести, давящее на его плечи, немного ослабевает. Здесь, вдали от суеты, нет ни осуждающих взглядов, ни навязчивых вопросов. Только небо, открытое и бесконечное. — Наверное, это глупо, — продолжает он, чуть нахмурившись. — Я даже не знаю, почему мне нравится это место. Он ощущает, как что-то в груди ёкает, когда он произносит эти слова. Словно он знает причину, но не может до неё дотянуться. Воспоминание, спрятанное где-то глубоко, пульсирует, как слабый свет вдалеке. — Это не глупо. — мягко говорит Чонгук, и в его голосе звучит едва уловимая нотка боли. Тэхён украдкой бросает на него взгляд. Что-то в выражении лица Чонгука вызывает у него странное чувство. Не тоску, не грусть, но что-то очень близкое к этому. — Мне кажется… — Тэхён делает паузу, подбирая слова. — Это место важно. Он сам удивляется своим словам, но в этот момент понимает, что чувствовал это с самого первого раза, когда пришёл сюда. Словно крыша — это не просто место для уединения, а что-то большее. — Почему? — тихо спрашивает Чонгук. Тэхён пожимает плечами. — Не знаю. Просто... важно. Он не хочет копаться в этом ощущении. Оно кажется слишком хрупким, как стеклянный шар, который разобьётся, если держать его слишком крепко. Но в глубине души его тянет сюда. Словно что-то зовёт. Словно на этой крыше спрятан ответ, который он не может найти. Ветер колышет его волосы, и Тэхён прикрывает глаза, на мгновение позволяя себе расслабиться. Ему хочется понять, почему это место так манит его. Почему здесь он чувствует себя одновременно спокойным и растерянным. — Знаешь, я думаю, это место... особенное. — вдруг говорит Чонгук, его голос звучит тихо, почти шёпотом. Тэхён открывает глаза, смотрит на него, но ничего не говорит. Он просто кивает, как будто его мысли и чувства вдруг находят отклик в словах Чонгука. И в этот момент он понимает: он будет возвращаться сюда снова и снова.***
На следующий день Чонгук снова делает шаг навстречу. На этот раз он приносит ту самую книгу, которую когда-то, после их первого крупного разрыва, подарил Тэхёну. — Я нашёл её в твоих вещах, в раздевалке. Её туда положил какой-то охранник. — говорит он, передавая её. Чонгук ждёт, надеясь на хоть какую-то реакцию, но Тэхён лишь кивает. Тэхён долго смотрит на книгу, не беря её в руки. Он уже видел её. Даже не заметил пропажу. — Это моя? — тихо спрашивает он. — Да. Ты любил её читать. — Чонгук старается говорить спокойно, но сердце начинает бешено биться, когда он видит, как пальцы Тэхёна касаются обложки. Тэхён открывает книгу и находит надпись на первой странице. «Для Тэхёна. Надеюсь, тебе понравится продолжение. ЧК.» Знакомая подпись. Он перечитывает её несколько раз, как будто пытается что-то вспомнить. И только теперь его озаряет. — Это... ты? — спрашивает он, не поднимая взгляда. — Да. — отвечает Чонгук, сдерживая дыхание. Тэхён моргает, его пальцы задерживаются на надписи. — Зачем? — произносит он. Чонгук медлит, прежде чем ответить. — Потому что я хотел, чтобы ты знал... что тебе есть на кого рассчитывать. Тэхён долго молчит, но затем тихо произносит, — Это... знакомо. Эти слова зажигают в Чонгуке слабую надежду. И она с треском разбивается, когда он в слышит, как Тэхён с заминкой добавляет, — Ты мне по философии помогал? Но ответа не следует. — Спасибо. — говорит он тихо после пятисекундной паузы, даже не поднимая взгляда. И это «спасибо» звучит для Чонгука как тонкая трещина во льду, через которую едва слышно пробивается первый звук.***
В течение следующих дней Чонгук прилагает максимум усилий, чтобы не напугать Тэхёна, но при этом осторожно попытаться вернуть его воспоминания. Он продумывает каждое своё слово, каждое действие, чтобы они выглядели как естественные и не вызывали у Тэхёна лишнего напряжения. Его стратегия проста: использовать мелкие детали, которые могли бы пробудить что-то внутри, вызвать хотя бы отголоски прошлого, вернуть самого себя. Чонгук наблюдает за Тэхёном, стараясь действовать как можно осторожнее. Он хочет дать Тэхёну что-то, что сможет вызвать у него знакомые ощущения, создать моменты, которые, возможно, затронут память. Но это похоже на хождение по тонкому льду. Каждый раз, когда он оказывается рядом с Тэхёном, он чувствует, как воздух становится плотнее. Чонгук замечает всё: как Тэхён напрягается, когда их взгляды пересекаются. Как он опускает и быстро отводит глаза, стараясь избежать контакта. Будто боится, что его что-то выдаст. Эти моменты режут Чонгука, словно острым ножом. Ему сложно видеть, как Тэхён избегает его. Видеть, как его плечи чуть поднимаются, когда он чувствует на себе взгляд. Как его дыхание становится чуть быстрее. Чонгук знает, что это всё из-за напряжения, которое Тэхён, вероятно, сам до конца не осознаёт. И всё же он не сдаётся. Он наблюдает за ним, но старается не быть навязчивым. Он замечает, что Тэхён любит подолгу сидеть на крыше, уставившись в линию горизонта, и начинает появляться там, но только тогда, когда уверен, что это не будет выглядеть подозрительно. Чонгук говорит с ним так, будто они просто сослуживцы, будто между ними ничего нет. Но каждый его жест, каждое слово пропитаны надеждой.***
Ещё один день. Чонгук предлагает Тэхёну вместе пойти в столовую. Он не ждёт согласия, но, к его удивлению, Тэхён лишь кивает. Они идут рядом, не говоря ни слова. Чонгук чувствует, как напряжение разливается в воздухе, но пытается сохранять видимость спокойствия. В столовой они садятся за стол у окна. Чонгук выжидает, давая Тэхёну возможность заговорить первым, но тот только молча перекладывает еду на тарелке. — Помнишь, как мы были здесь в последний раз? — осторожно спрашивает Чонгук, делая вид, что говорит о чём-то незначительном. Тэхён поднимает на него глаза, его брови чуть хмурятся. — Мы? — спрашивает он, и в его голосе слышится искреннее недоумение. Чонгук сглатывает. — Ну, может, ты не помнишь. — отвечает он, стараясь говорить легко. — Но это было незадолго до… — он замолкает, осознавая, что не хочет говорить дальше. Тэхён смотрит на него, словно пытается вспомнить, но затем тихо произносит: — Извини, я… ничего не помню. Эти слова ударяют Чонгука, но он не показывает этого. — Всё нормально, — говорит он, заставляя себя улыбнуться. — Может, вспомнишь позже.***
На крыше, куда Чонгук снова приводит Тэхёна, ситуация повторяется. — Ты приходил сюда, после того, как я тебе показал это место. — начинает он. Откуда он это знает? Он видел. Видел, как однажды ночью, Тэхён сюда поднялся. Подавленный и расстроенный, но что делает нас живыми, если не это? Тэхён между тем молчит, его взгляд направлен куда-то вдаль. — Здесь было твоё место. Ты говорил, что… — Что мне здесь легко. — неожиданно перебивает Тэхён, его голос звучит так, будто он вспоминает что-то далёкое. Чонгук замирает. — Да, — отвечает он, чувствуя, как внутри загорается слабая искра надежды. — Ты это говорил. Но Тэхён тут же качает головой. — Это странно, — говорит он, глядя на свои руки. — Я… это будто не я говорил. Как будто я просто… знаю. Его слова холодным дождём гасят ту самую искру надежды. Чонгук сдерживается, делая вид, что всё в порядке. — Может, так и было, — говорит он, стараясь не выдавать разочарования в голосе. — Ты всегда был… сложным. Тэхён не отвечает.***
Каждую ночь Чонгук лежит в своей кровати, уставившись в потолок, будто в нём можно найти ответы. Тишина комнаты кажется оглушающей, разрываемой лишь редкими звуками шагов из коридора за дверью. Его дыхание ровное, но грудь тяжело сжимается от невидимого груза. Он прокручивает в голове события прошедшего дня, как заезженную плёнку, вновь и вновь переживая каждую деталь. Вспоминает, как Тэхён стоял напротив него, как его взгляд на мгновение затуманился, словно он был на пороге чего-то важного. Как он моргнул несколько раз подряд, будто пытаясь ухватиться за ускользающее воспоминание. Как его пальцы задержались на книге дольше, чем нужно. Эта мимолётная надежда заставила сердце Чонгука замереть. Но затем последовали слова, которые будто ножом резали по живому: — Я ничего не помню. Голос Тэхёна дрожал, и Чонгук это заметил. Он видел, как его пальцы задержались на книге дольше, чем нужно, как будто под пальцами скрывалась какая-то истина, но она была недостижима. И потому внутри всё равно остаётся ощущение пустоты. Чонгук сжимает кулаки, лежа на кровати, ногти впиваются в ладони, но это не помогает. Ощущение пустоты, которая разрастается внутри него, только усиливается. — Почему? — шепчет он в темноту. Его глаза жгут слёзы, которые он не позволяет себе пролить. Чонгук знает, что не может показывать Тэхёну, как сильно это его разрушает. Не может позволить себе сломаться. Каждый день он напоминает себе, что нельзя торопиться. Что Тэхёну нужно время, чтобы вспомнить. Но с каждым днём это становится всё труднее. Каждая новая попытка напомнить о том, что было, кажется болезненным испытанием. Чонгук видит, как Тэхён напрягается, как его взгляд скользит в сторону, как он порой выглядит испуганным. Это разрывает Чонгука изнутри. — Я не должен пугать его, — повторяет он себе снова и снова. Но ночь за ночью сомнения подтачивают его решимость. Что, если Тэхён никогда не вспомнит? Что, если они так и останутся чужими друг другу? Чонгук сжимает зубы, пытаясь заглушить эти мысли. Но они возвращаются с новой силой, как волны, накатывающие на берег, не оставляя ему возможности дышать. Он поворачивается на бок, прижимая кулак к губам, чтобы сдержать крик. Его тело напряжено, как натянутая струна. — Я не сдамся, — шепчет он, как будто пытается убедить самого себя. Но его голос ломается, как и он сам, в пустоте этой ночи.***
Однажды вечером, когда тяжёлая тишина висит в воздухе, словно удушающая пелена, Чонгук вновь оказывается на грани отчаяния. Каждое его усилие, каждый осторожный шаг к Тэхёну, кажутся тщетными. Но именно сейчас, в этом душном коридоре, шаги Тэхёна, такие лёгкие, но в то же время гулкие, разрывают это подавляющее молчание. Чонгук едва поднимает голову, как Тэхён уже стоит перед ним. Его лицо сосредоточенное, но во взгляде читается растерянность. — Ты… почему так стараешься? — тихо спрашивает он, глядя прямо в глаза Чонгуку. В его голосе слышится подозрительный оттенок, как будто он пытается разгадать скрытый смысл. Чонгук замирает, ошеломлённый этим вопросом. Словно время на мгновение останавливается. Его взгляд встречается с взглядом Тэхёна, и в этот момент он чувствует, как сердце болезненно сжимается. Он ищет ответ. Ответ, который бы объяснил всё, но не отпугнул. — Потому что мне важно, чтобы ты был счастлив. — говорит он наконец, его голос мягкий, но за ним скрывается невыразимая глубина чувств. Тэхён резко напрягается. Его руки сжимаются, будто он пытается удержать себя в рамках. Взгляд становится острым, почти настороженным. — Но почему? Мы же… мы даже не друзья, верно? — слова Тэхёна звучат тихо, но они вонзаются в Чонгука, словно острые осколки. Чонгук знает, что для Тэхёна это просто слова. Он не может помнить, что за ними скрывается, не знает, как они отзываются в сердце Чонгука. Он чувствует, как внутри всё сжимается от боли, но не позволяет себе это показать. Его губы дрожат, но он умудряется изобразить слабую, почти нежную улыбку. — Друзья, — произносит он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. — Этого достаточно. Но в глубине души это ложь. Чонгуку мало просто дружбы. Он хочет вернуть всё, что у них было. Но он знает, что если скажет больше, это лишь оттолкнёт Тэхёна. Тэхён долго смотрит на него. В его взгляде мелькает что-то знакомое, но затем оно исчезает. Как будто на секунду он вспоминает, но тут же это ускользает, оставляя только пустоту. — Зачем ты делаешь это? — тихо повторяет он, но ответа не дожидается. Он отворачивается и, не сказав ни слова, направляется к своей комнате. Его шаги звучат глухо, но уверенно. Однако внутри он чувствует растерянность. Мысли Тэхёна метаются. Он в смятении. Он не может перестать думать о том, почему этот человек так настойчиво пытается быть рядом. Почему его слова кажутся такими… искренними? Он ощущает, что в этом есть что-то важное, но не может вспомнить, что именно. Тем временем Чонгук остаётся стоять в коридоре. Он смотрит на закрывающуюся за Тэхёном дверь. Его руки сжаты в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу, оставляя болезненные следы. — Ты вспомнишь, — выдыхает он, его голос тихий, но в нём слышится непреклонная решимость. — Я заставлю тебя вспомнить. Чонгук прикрывает глаза, его дыхание становится тяжёлым. Он знает, что путь будет долгим и мучительным, но он готов на всё ради того, чтобы вернуть Тэхёна. Потому что внутри него всё ещё горит огонь, и этот огонь зовётся любовью.
