Словами через рот

      Жизнь снова стала потихоньку налаживаться. По крайней мере ему так казалось.       — Тим, ты остаешься? — спросил Антон однажды в воскресенье. Тимофей покачал головой, все еще пытаясь отдышаться после запаристой тренировки — у тренера сегодня было либо слишком хорошее, либо слишком плохое настроение, от которого устали абсолютно все. Повезло же Арсению пропускать такую физуху… Хотя, зная того, он мог сказать, что Попову бы наоборот понравилось.       — Не. Во-первых, я умру, если простою на ногах еще больше пяти минут. Во-вторых, у меня правда много домашних. — В ответ Антон лишь пожал плечами. Да, он тоже уже чувствовал усталость, но все равно хотел потренироваться еще. Пусть это будет скучно и в полном одиночестве.       Тимофей ушёл. Тренер лишь сказал не перетруждаться. Он остался один.       Когда силы совсем стали покидать его, в зал кто-то зашел. Сначала Антону подумалось, что это вернулся Тим, но, увидев рыжую голову, понял, что ошибался. София улыбнулась ему и полностью зашла в зал.       — С Тимом скучно что-то, — сказала она, проходя вдоль скамеек. — Он только и делает, что про домашку бубнит. Сам долгов накопил, теперь шипит. — Да, на Тимофея похоже. — Я просто сяду и понаблюдаю, оке?       — Ладно, мне-то что, — пожал плечами Антон и, оттолкнув один раз мяч от паркета, кинул его в кольцо. Тот успешно попал.       — Вдруг ты, как Попов, ворчать будешь. «София, уйди, я только тебя слышу», — передразнила она Арсения писклявым голосом. Антон усмехнулся, подбирая мяч. — Не ржи. Я не такая привелигированная, как ты.       — Завидуй молча, — Антон показал ей язык, а после кинул мяч еще раз.       Так и прошло еще минут двадцать в непринужденной беседе с Софой. Та часто отвлекалась на телефон, но Антон не то чтобы жаловался. Скорее боялся, что пока она печатает что-то мяч полетит в её сторону и разобьет ей нос. Ну а что? Фантазия у него развита хорошо, ниче не поделаешь.       Опасения подтвердились, когда мяч отскочил от кольца и полетел в её сторону. Отскочив от пола, он чуть не попал в неё. София дернулась в сторону и быстро подставила руку, чтобы в неё не прилетело. Она повернула голову к нему, напоровшись на нечитаемый взгляд Антон. Будь она на полметра левее, мяч угодил бы прямо ей в голову.       — Блять, София, ну ты либо убираешь телефон, либо будь внимательнее, — пробурчал он, ловя себя на том, что звучал прямо как Попов. — Сломаю еще, не дай Бог.       — Ну это Ви, я не могу ей не отвечать, — неловко улыбнулась София, на что Антон лишь закатил глаза. — Я просто люблю ее!       — Я тоже много что люблю, — фыркнул Антон, подходя к мячу. София подозрительно надолго замолчала. Шасту это ой как не нравилось. В моменте она подскочила и оказалась прямо перед его лицом со слишком уж искрящимися глазами.       — Анто-о-он, — протянула она. Ему это совсем-совсем не понравилось.       — А?       — А вы с Арсом не хотите сходить на свидание ср мной и Ви? — Предложение заставило Антона поморщиться. Ну… Потому что что?! Что за бред?.. — Я хочу вас познакомить!       — Чего блять?.. Свидание? — так и не понял Антон. Пока София стояла и пыталась понять, почему он тупит, дверь в зал скрипнула. Высунулась голова Тима.       — Какое еще свидание? Ты чё, Арсу изменяешь? — прищурился Тимофей, смотря на них двоих. София откровенно рассмеялась.       — Ребят, ну вы чё? Двойное! Я и Виолетта, ты и Арс, — пояснила наконец она, а потом продолжила смеяться, глядя на вытянувшееся лицо Антона.       — Ладно-ладно, пойдем. Только Арсу об этом не рассказывай… Как это тупо.

***

      Ему как-то нужно было рассказать о предложении Софии Арсению, потому что «Ну а кто с ним встречается? Ты или я?». Поэтому теперь, идя вместе после школы, Антон, подобно Чебурашке из мема, пытался подобрать слова. Арсений выглядел как человек, который загундит, но потом согласиться.       — А ты знаешь, что такое двойное свидание? — неловко начал он.       — Э?.. К чему вопрос?       — Не хочешь сходить? — Бровь Арсения вздернулась в непонимании. — Мне… Предложила. — Попов прищурился, словно ожидая услышать имя Кузнецовой. — Софа. Чтобы познакомиться нас с Виолеттой.       — В чем смысл? Почему это надо называть свиданием? — начал вонять Арсений.       — Не знаю. Так принято? — улыбнулся Антон, пытаясь скрасить предложение. — Так что?       — Ну не знаю, — протянул Арсений. — Это твое желание или Софии?       — Я только за лишний раз провести время с тобой, — завернул Антон.       — Тц, — цыкнул Арсений. — Подлиза. Ладно.       Антон даже не знал, есть ли какие-то правила у таких «свиданий», но все равно был рад, что Арс согласился.

***

      Солнце стояло высоко над горизонтом, а погода располагала к прогулке как никогда. Именно поэтому был выбран такой замечательный день. Сложнее было определиться с местом, но спустя пять минут рассуждений они пришли к выбору одного из парков, в котором София, как недавно переехавший человек, еще ни разу не была.       — Эм… Привет, — увидя подходящих девушек, неловко улыбнулся Антон. Виолетта была совсем не такой, какой он ее себе представлял. Возможно, это влияние стереотипов, но отчего-то он ожидал увидеть девушку с короткой стрижкой, одетую в более менее спортивную одежду, но… Длинные завитые на кончиках темные волосы и платье до колен перевернули весь ее образ.       — Привет, Виолетта, — представилась девушка и протянула руку Антону. София рядом, тоже выглядящая не так как обычно — в платье он ее видел впервые, — с интересом смотрела за их взаимодействием.       — Антон, — кивнул он, несильно пожимая чужую руку с черным маникюром.       — Арсений. — Те отразили то же действие.       А потом… Они замолчали. А что собственно говорить?       — Ну что ж… — начала также неловко София. — Пойдемте, покажите мне все. Тут есть что-то интересное?       — Надо было приезжать раньше, тут детская площадка очень хорошая, — заговорила Виолетта. Ее голос контрастировал с голосом Софии. Он был тихим, а не звонким как у второй. — Братья часто сюда ходят, ну а мне присматривать за ними приходиться. — Она невесомо подкидывала темы для разговора.       — Меня сюда тоже старшая сестра водила, когда мелким был, — поделился Арс, начиная медленно шагать в сторону. — А вообще, тут еще сцена есть. Не знаю, выступают ли там вообще, но она есть.       — Выступают иногда, — сухо сказала Виолетта.       — А ты рядом где-то живешь? — спросил Антон. София активно закивала, выдавая тем самым свою нервозность. Видимо, предложить она предложила, а вот о чем они здесь будут говорить, не подумала.       — Квартала три идти.       — Ого, то есть вы так далеко с Софией живете? — заметил Арсений. Ви кивнула. — А как вы вообще познакомились тогда?       — А мы когда только переехали с родителями, спросили у нее дорогу, — рассказывала София, накручивая волосы на пальце. Ви улыбнулась, вспоминая то время. — Ну и она мне очень понравилась, и… Ну знаешь, когда кто-то понравился, то его соц.сети найдешь даже с помощью гаданий. — Она усмехнулась.       — Она нашла меня на фотке с первого сентября, пока перепроверяла сообщества всех школ поблизости. — Виолетта неожиданно подхватила. — А у меня на аватарке кошка стоит. Она написала моему однокласснику.       — И он мне дал аккаунт.       Арсений остался в легком шоке от целеустремленности женщин.       — Я почему-то даже не удивлен, — фыркнул Антон. — Ира точно такой же херней занималась года два назад.       — А вы?.. Втроем. — Спросила Ви. София вдруг встрепенулась и начался длинный стендап об их знакомстве… Который закончился спором Антона и Софии о том, кто кого еще напугал в тот вечер. Арсений переглянулся с Виолеттой, и ему показалось, что они друг друга поняли. Оба встречались с тупиками.       Первоначальная неловкость сошла в тот момент, когда экстравертный Шаст наконец расшевелился, а София подхватила. Виолетта и Арсений оставались на более спокойном темпе, но не сливаясь. Виолетта была по тепло-рассудительному хороша, а Арсений как всегда ворчал и умничал. К справедливости умничал действительно интересно.       — Жарко… — в сотый раз сказала София.       — Может, по мороженому? — предложил Антон, кивая на небольшую очередь к ларьку с мороженым.       — Стоять в очереди тоже жарко, — протянула София, помахивая руками на свое лицо.       — Я могу сходить и взять тебе, — вызвалась Виолетта, мягко очерчивая рукой талию рыжей. — Тебе какое?       — Ванильное, — улыбнулась она. Антон же повернулся к своему парню, выгнув бровь. Арсений намек понял, его щеки совсем немного порозовели, и он буркнул «Шоколадное. Если будет, с орешками». Антон заказ принял и ушел вместе с Виолеттой к очереди.       — И как тебе Ви? — улыбнулась София, повернувшись к нему.       — Она спокойная и не так меня бесит, как ты, — пожимая плечами, ответил Арс без какого-либо подкола. — Я удивлен, что вы вообще встречается, не в обиду, просто по характеру вы ну разные, прям очень.       — Вы с Антоном не так далеко от нас ушли вообще-то, — закатила она глаза. — Но вы ей вроде как понравились.       — Не правда, мы с Антоном похожи, не на все сто, но похожи. — Попов понимал, что говорит фигню, но коли начал, надо продолжал, как говорится. — Я рад, было бы грустно, если бы мы ей не понравились… Не люблю неловкие ситуации.       — Но со стороны вы разные, — протянула она. — Кстати, о разности, — вдруг подскочила она. — У нас в школе есть две девочки прям точь-в-точь одинаковые. Не внешне. Они в школьной команде по футболу с мальчиками играют, и там тоже хрен отличишь их. Так прикинь, одну взяли на соревнования, а вторую нет. Вообще не понимаю, как тренера это решают.       — Ну, может, та, которую выбрали, чем-то лучше второй. Мы с тобой не футболисты, тонкостей не знаем, — ответил Арс, задумываясь, и посмотрел в сторону ларька с мороженным. — Ммм, мне предложили вступить в юношескую команду по баскетболу в Москве при ГЦОЛИФК… — понизив голос, сказал брюнет и перевел взгляд на подругу.       — Чего?!       — Ну-у-у у нас слух ходил, что какой-то там человек по командам областным и районным ездит и отбирает лучших. Я думал это шутка… Или очередное сарафанное радио… А на неделе тренер познакомил меня с этим человеком и вот… — несмотря на такую, казалось бы, грандиозную новость для каждого спортсмена, Попов не выглядел радостным, больше каким-то задумчивым и даже подавленным.       — Когда? Почему я узнаю только сейчас?! — ярко удивилась она, промолчала и спросила еще громче: — А команда-то знает?! Антон?       — Нет, я никому не говорил… -, Арс набрал воздуха в легкие и продолжил: — Только тренер в курсе, но я попросил его никому не говорить… Да и тебе я сказал, чтобы совета что-ли спросить или просто поделиться… Я не знаю. У меня последний раз такая каша в голове была перед игрой с «Барсом».       — У-у-у, — протянула задумчиво София, а потом повертелась. Увидев лавочку в тени, она потянула Арса туда: — Пойдем. — Она усадила его на лавочку и села рядом. — Я во внимании.       — Это не моё… — тихо сказал Арс, нервно оборачиваясь в сторону ларька, проверяя, не идет ли Антон.       — Не твое в смысле «я слишком плохо играю»? Или не твое в смысле «я не хочу связывать с этим жизнь»? — серьезно спросила она, не прикалываясь. Когда Арсений не ответил, она объяснила оба варианта: — Если первое, то лучше советоваться с тренером, а если второе, то просто откажись.       — Нет, как будто бы что-то между, — подумав, ответил брюнет. — Я просто знаю, что, если соглашусь, это значит, что я перееду в Москву перед новым годом и буду доучиваться там… А это значит, что я буду далеко от Антона… — последнее было сказано с самой грустной интонацией, на которую был способен брюнет. — Я играть-то начал, просто чтобы отвлекаться от давления со стороны родителей… И мне уж точно не место в большом спорте… Но я знаю, что если кому-то об этом скажу, они будут в один голос кричать, что я должен согласиться… Даже родители, а Шаст тем более… — прошептал парень, утыкаясь взглядом в землю.       — Эй, — девушка положила свой руки на сжатые в кулаки ладони Арса. — Ты можешь быть и правда хорошим игроком, но если ты не хочешь идти, ты никому ничего не обязан. Но если тебе кажется, что ты не должен быть там из-за страха неизвестности… То лучше рискни. Оставаться только из-за Антона — возможно, немного глупо, но судить не мне. — Она грустно улыбнулась. — Все-таки это будущее. Я не хочу говорить, что вы расстанетесь, но никогда не знаешь наверняка. — София встряхнула головой, прогоняя мрачность с лица. — Но если ты занимаешься для удовольствия и просто не хочешь соваться туда, то не надо. Все-таки большой спорт это очень травмоопасно, а у тебя и так травма недавно была.       — Да… — заторможено кивает Попов. — Я думал, я много думал, хотел бы я когда-то вообще уйти в большой спорт. И понял, что я хотел этого, только когда начал играть в баскетбол… А за последнее время я наконец-то смог получить признание от родителей… Я избавился от ебучего Лебедева… Но… — Арсений перевел взгляд в сторону ларька с мороженым, смотря на Антона, который что-то рассказывал Виолетте и улыбался. — Может, это и глупо с моей стороны, но я не хочу никогда расставаться с Антоном. Да, он бывает невыносим, да и я тоже не сахар, но… Я впервые почувствовал рядом с кем-то себя счастливым, и мне даже не обязательно строить из себя кого-то и скрывать что-то… Да и травма тоже свою роль сыграла, она до сих пор дает о себе знать, поэтому не думаю, что я продолжу играть даже после одиннадцатого класса.       — И к какому выводу ты пришел? Откажешься?       — Наверное, да?.. — неуверенно спросил Арс, будто за него должна была ответить София. — Ты бы на моем месте согласилась?       — Я это я, дурочек, — уже с большей долей юмора ответила она. — И я бы, наверное, отказалась. Волейбол люблю, но в душе я историк.       Арсений кивнул, закусывая губу и начиная нервно перебирать пальцы.       — Я ещё подумаю и, наверное, Антону расскажу…       — Вот и правильно, — кивнула София. — Вон они, кстати, уже идут. А еще я вижу, что Ви лишится своего мороженого. — Она по-хитрому прищурилась, глядя на черничное мороженое Виолетты.       Антон странно на него посмотрел и приподнял бровь, как бы спрашивая, все ли в норме. Арс тихо махнул рукой, поддерживая этот немой диалог. Шастун кивнул, протягивая Попову его мороженое. Он принял его без возражений о деньгах, что сам Антон наверняка бы посчитал ахренеть каким важным событием.       София же лисой прошлась возле Виолетты и вытянула не свое мороженое, чмокнув ее в щеку. Виолетта улыбнулась, закатив глаза, словно чего-то подобного и ожидала от своей девушки. Арсений бы совсем не удивился, если бы узнал, что рыжая плутовка постоянно что-то воровала из еды Ви. Это в ее стиле.       — Может, пойдем за столик? — кивнула она в сторону освободившегося столика. Арсений тут же встал, и они всей компанией направились туда. Пока Попов разбирался со своей упаковкой, Антон уже слизал всю головку мороженого.       — Что это за зеленая бурда? — спросил Арсений, глядя на зеленое мороженое Шаста. Только не говорите, что тот любит фисташковое. Попов не вынесет этой правды.       — Попробуй, — улыбнулся Антон, на что Арсений лишь поморщился. София усмехнулась, подмечая, что тот выглядел как кот. Шастун с этим согласился. Виолетта заявила, что она Швейцария и она в нейтралитете, на что поморщилась уже София.       Однако это мерзкое мороженое-таки оказалось на его языке. Он попробовал всего какие-то остатки, но уже от этого не понимал, как Антон вообще это ел. Где-то в середине диалога оказалось, что Ви вообще-то обожает ванильное, но взяла себе то, что София обязательно стащит.       Девушки в целом всегда смотрелись вместе столь гармонично, что им и не придумать другой пары. Вечно спокойная, рассудительная Виолетта и активная, эмоциональная София дополняли друг друга буквально во всем, что просто не могло укрыться от чужих глаз. На поворотах Виолетта всегда мягко кладет руку на талию Софии, чтобы та плавно повернула с ней. София же в свою очередь каждый раз ускоряет шаг перед входом в магазин, чтобы открыть своей любимой дверь. Когда Виолетта почти неподвижна, Софа заплетает её темные длинные волосы в косички, что Арсений узнал из разговора с ней же. Когда неподвижна Софа, вероятнее всего кто-то лежит на чьем-то плече. Других вариантов и не придумать.       Вот и сейчас эти двое смотрелись также идеально. Виолетта достала из сумочки зеркальце и помаду, чтобы поправить макияж губ после еды. А София в это время смотрела ей в глаза, ожидая ответного взгляда.       — Чего, коть? — так и не глядя на свою девушку, спросила Виолетта. Вероятно, прожигающие карие глаза Софы было невозможно не заметить даже боковым зрением.       — Ты сейчас губы накрасишь, — констатировала София, опуская взгляд ниже. — А я буду завидовать помаде.       Улыбка расцвела на лице Ви, подобно кошке обнажая клычки, образовавшиеся из-за неправильного прикуса. Она повернулась к Софии, слегка приподняв одну бровь.       — Жук-намекатор? — Виолетта склонила к ней голову, что несколько прядей упали с плеча. София тоже приблизилась.       — Жук-намекатор, — улыбаясь, кивнула та.       Мельком можно было заметить, как Ви шутливо закатила глаза, но в следующую секунду она положила руку на подбородок Софии и притянула для короткого чмока в уголок губ. Софа смешно сморщила нос, когда девушка от неё отстранилась, за что получила легким касанием по носу.       — Проведу тебе потом сеанс поцелуев без лишних глаз, — пообещала Виолетта и повернулась к зеркальцу, открывая помаду.       — Я запомнила, — щелкнула пальцами Софа.       Арсений посмотрел на Антон, рассуждая, смотрелись ли они также. Вероятно, нет. Он только недавно привык, что они вообще были в отношения, в отличие от девушек, которые были вместе уже около полугода, если не больше. Они уже знали привычки друг друга, кто что любит и не любит, поэтому им проще контактировать друг с другом.       Попов подвинулся чуть ближе, садясь так, чтобы под столом они соприкасались коленями. Это пока единственное, на что он способен даже в почти безлюдном уголке парка.

***

      День прошел лучше некуда. Как бы сильно Арсений не сомневался во всей этой затее, она действительно удалась. Он неплохо разговорился с Виолеттой, в то время как Антон и София рубились в самодельные шашки, сделанные из травы и камней. Кто по итогу победил, Попов так и не уловил, но был рад, что те нашли себе развлечение, пока они с Ви обсуждали «скучные» вещи.       Оказалось, что у Виолетты очень религиозная семья, поэтому им с Софой тоже приходится трудно. Это было так странно. Арсений привык, что у гетеросексуальных пар редко возникают проблемы с семьей партнера, только если кто-то из них не является какой-нибудь сомнительной личностью. Однако посмотри на тех, кто «нетипичный», проблемы у каждого второго.       А ведь люди просто любят…       — Раз уж мы сюда забрались, — начала бодро София, хоть, к удивлению Арса, по ней и было видно, что она уже устала. — Сфоткайте нас, пожалуйста, — протянула она, отдавая телефон Антону.       — Чтоб мы были по центру экрана, по сюда, экспозицию понизь и сфокусируй на лицах, — коротко проинструктировала Виолетта, вставая напротив Софии почти у самого края крыши. Антон кивнул, выстроив кадр так, как сказала ему Виолетта.       София тоже повернулась к своей девушке и взяла ее руки в своих, счастливо улыбаясь. Они смотрели друг на друга, словно видели напротив целый мир, различаясь лишь в роли динамики. Антон сфоткал первый раз. Виолетта мягко переместила руку на подбородок Софы, поглаживая щеку большим пальцем там, где этого не видела камера. Градус нежности стал зашкаливать, Арсению стало неловко. Он словно подглядывал за чьей-то чужой личной жизнью. Антон сфоткал второй раз. София приблизилась, передвигаясь почти к самым губам девушки. Попов бросил взгляд в камеру и… Это смотрелось правда красиво, особенно если не знать, что девушки позируют специально. Легкая улыбка на губах Софии блестела так непривычно, он никогда не видел ее такой живой. Да, она безбашенная рыжая бестия, но рядом с Виолеттой становится настоящей, собой. Антон сфоткал третий раз. Девушки поцеловались, уходя прочь из кадра.       Тихий девичий смех послышался почти сразу.       Арсений отвернулся от них, наткнувшись на взгляд Антона. Атмосфера заката придавала ему еще больше красоты, и Попов пожалел, что он не мог сфоткать или зарисовать своего парня. Он не был художником или фотографом. Зато был собой. Он сделал два шага к Антону, становясь почти вплотную. Видеть, как Шастун смущается, всегда смешно и приятно, однако в этот раз Антон не выдал ничего подобного, лишь наклонился к нему.       Арс пошел на встречу, встречаясь с губами Антона в мягком поцелуе, первый раз проявляя свою такую сторону при ком-то еще. Родная рука легла ему на шею, а своя собственная — на чужое плечо.       Это был один из лучших дней в его жизни.

***

      В первую очередь парни проводили девушек до их домов и только потом направились в сторону своих, однако Антон рьяно отстоял свою инициативу проводить Арсения до дома. Попов первое время пытался возмутиться, но понял, что это бесполезно, да и спорить с Шастуном не хотелось.       Какое-то время они шли в тишине, пока блондин не решил подать голос:       — О чём говорили с Софией? — было видно, что парню интересно, и он надеялся услышать ответ на свой вопрос.       — Когда? — непонимающе спросил брюнет.       — Ну, когда мы за мороженным в очереди с Виолеттой стояли.       — А вот всё тебе расскажи, — в шуточной манере сказал Арс, явно не желая говорить об этом сейчас, и через пару секунд сказал: — Ерунда, я тебе потом скажу, окей?       — Да… — Шаст немного растерялся от резкой смены настроения брюнета, но лишь улыбнулся и ответил: — Хорошо, буду ждать.       Дальше диалог как-то не клеился, но Антону казалось, что это и не нужно. Тишина была уютной и необходимой им сейчас. Каждый был погружен в свои мысли, от которых хотелось избавиться хотя бы сегодня, но у мозга всегда были свои планы.       — Арс… — через время тихо окликает Попова Шастун и, дождавшись вопросительного взгляда голубых глаз, продолжает: — Помнишь, ты спрашивал, что у меня случилось, не так давно? — парень кивнул, ожидая продолжения. — Так вот… На самом деле отец появился… Классная пожаловалась ему о моей успеваемости, а он не нашёл ничего лучше, чем названивать мне каждый день буквально… Я правда первый раз взял и почему-то решил, что отец извинится или что-то в этом роде… Короче, я никому не рассказывал, чтобы лишний раз не тревожить, да и не втягивать тебя в свои проблемы… — в конце Антон переходит на шёпотом, останавливаясь и смотря на Арсения.       Брюнет смотрит на блондина глазами полными удивления и каких-то ещё эмоций, которые было сложно различить, и потом начинает говорить:       — Блять, Антон, ты совсем дурак?! — с претензией задает вопрос парень, явно риторический вопрос. — Блять, почему ты этого мудака не заблокировал сразу?! И что он тебе наговорил? Нет, не говори, я представляю. Блять, и ты молчал?! Совсем больной?! Блять, долбаный алкаш и мразь, заебывать своего сына, на которого было похуй всё время. Блять, надеюсь, на него бетонная плита упадет. — брюнет замолкает и, тяжело вздохнув, потирает переносицу и подходит к брюнету в два шага, заключает его в объятия. — Твои проблемы — это и мои проблемы, Шаст… Ты же знаешь, да?..       Шастун поджимает губы и обнимает Попова в ответ за талию, прижимая к себе, и тихо бубнит:       — Почему ты такой милый?..       Арсений на словах Антона густо покраснел, но решил, что что-то отвечать не нужно, и просто крепче обнял парня, вспоминая разговор с Софой…       … — Арсений, — Константин окликнул Попова, когда парень уже собирался идти в раздевалку после тренировки, остальная часть команды уже вовсю собиралась домой. — Зайди в мой кабинет.       Парень заторможенно кивает и следует за тренером. Как только дверь за ним закрывается, брюнет натыкается взглядом на мужчину, сидящего на диванчике и читая увесистую папку. Портфолио Арсения, смог понять Арс.       — Арсений, это Денис Андреевич, он хочет с тобой поговорить с тобой о дальнейшей карьере в баскетболе.       — Карьере? — непонимающе переспрашивает Арс, смотря на Константина.       — Да, всё верно, карьере, — вместо тренера отвечает мужчина и встаёт, протянув руку парню для рукопожатия. — Знаешь, Сенька, — Попов морщится на данном обращении, но ничего против не говорит и пожимает руку в ответ. — У тебя очень хорошие способности, да, возможно где-то есть недочеты, но всё это можно наработать и улучшить. Я наблюдал за тобой и за другими участниками твоей команды, но подходишь мне именно ты. — мужчина улыбается и продолжает: — Так вот, я предлагаю тебе со следующего игрового сезона вступить в юношескую команду при ГЦОЛИФК’е. Само собой, мы берем на себя все финансовые расходы на устройство тебя в новую школу, жилье, экипировку и прочее. Твоя задача лишь подписать с нами контракт, что думаешь?       Парень смотрел ошарашено на Дениса Андреевича пытаясь переварить услышанное, но в голове крутилось лишь одно «Че нахуй?!».       — Не спеши отказываться, — сказал Константин, усаживаясь за свой стол и смотря на Арсения. — Я знаю твою позицию, Арсений, но тебе стоит подумать о перспективе, это хорошая возможность.       Арс поджимает губы, желая ответить что-то, но лишь заторможенно кивает.       — Хорошо, я подумаю.       — Вот и отлично, — улыбнулся мужчина, похлопав Попова по плечу. — Надеюсь, на твой положительный ответ, Арсений.       Брюнет кивает и, попрощавшись, выходит из кабинета, желая убежать и закрыться где-нибудь подальше от людей. Опять от него что-то требуют и ждут… Опять…       …Дверь в свою комнату Арсений закрыл с тихим щелчком, будто пытался оставить весь внешний шум — назойливый гул перспектив и ожиданий — за тонкой преградой из дерева и краски. Парень опустился на кровать и прижался спиной к стене, смотря в потолок. В тишине, нарушаемой только тиканьем часов, слова тренера звучали в голове еще громче, обретали четкие, тяжелые очертания.       «Юношеская команда при ГЦОЛИФК». Москва. Контракт.       Брюнет закрыл глаза, пытаясь представить эту жизнь. Чужой, огромный, бешеный город. Казённое общежитие или комната в интернате. Бесконечные, выматывающие тренировки на пределе, где баскетбол перестаёт быть игрой и становится работой, обязательством, грузом. Новые лица, которым надо будет снова и снова доказывать свои способности. Одиночество в самой гуще людей, снова… Перспектива, которую ему сулили, казалась не сияющей вершиной, а длинным, холодным, безликим коридором.       А здесь… Парень обвёл взглядом свою комнату: полки заваленный книгами, спортивная сумка в углу, школьные вещи на стуле и… Брюнет переводит взгляд на свои руки — кольцо, подаренное Антоном. Здесь было его место. Простой, свой уголок. Попов возвращался воспоминаниями к сегодняшнему двойному свиданию. Их смех над какой-то глупостью, спокойное молчание, которое никогда не было неловким, поцелуй на крыше… Шаст рассказывал о планах на лето, хотел провести его вместе с Арсом, не желая ехать с мамой и сестрой на дачу. В его глазах было будущее, в которое Арсений вписан не как гость или редкая роскошь, а как неотъемлемая часть. Бросить это?! Променять на тренировочные сборы и очередное одиночество?       Сердце сжалось болезненным спазмом. Нет. Арсений не сможет… Не сможет так жить…       Баскетбол был важной частью его жизни, без сомнения, но не её смыслом. Это был способ выплеснуть энергию, почувствовать азарт, быть частью команды, возможность быть свободным. Он любил игру, но не жаждал той жертвенной, всепоглощающей карьеры, которую от него ждали. Любительский уровень, свои ребята — этого ему всегда хватало для счастья. Мысль о том, чтобы подняться на «другой уровень», не окрыляла, а пугала. Это означало убить в игре ту самую легкость, то удовольствие, ради которого он вообще начинал.       А Антон… Арсений взял телефон, провел пальцем по экрану, не включая его. Он уже видел выражение его лица, если рассказать об отказе. Не разочарование — Шастун никогда бы в нем не разочаровался. А вот тревога и мучительное «я не хочу быть помехой». Он представил, как Антон станет уговаривать его «подумать», «не отказываться из-за меня», и от одной этой картины стало просто невыносимо. Как объяснить, что это не «из-за него», а для себя? Что его выбор — это не отказ от мечты, а выбор чего-то большего и настоящего. Более тихого, менее блестящего будущего в глазах мира, но намного важнее для него. Мечты о простом счастье, о котором они так часто, прижавшись друг к другу в темноте, говорили.       Окончательное решение, которое в спортзале было смутным ощущением, здесь, в тишине его комнаты, кристаллизовалось в абсолютную, незыблемую уверенность. Он откажется.       Не завтра, не когда придет срок, а сразу. Чтобы больше не томиться, не мучить себя и других. Он позвонит Константину и вежливо, твердо скажет «нет, спасибо». Родителям… это будет сложнее, но он найдет слова. А потом… потом он встретится с Антоном.       Брюнет встал с кровати, подошёл к окну. На улице горели фонари, окрашивая знакомый двор в тёплый оранжевый свет. Именно здесь, в этой привычной, уютной реальности, было его место. Арсений глубоко вдохнул, и последние следы сомнений будто выветрились вместе с выдохом. Попов знал, что скажет. Просто и честно, глядя в глаза. «Мне предложили уехать играть в Москву. Я отказался. Потому что моя жизнь и моё счастье уже здесь». И, он был почти уверен, ему даже не придется объяснять почему. Достаточно будет обнять своего парня, и всё встанет на свои места — тихие, правильные, свои.       Бросок сделан, очки засчитаны — игра окончена.