Незамужняя сваха

      Либби застыла, положив руку на стеклянную дверную ручку туалетной комнаты. Она была настолько глупа, что подумала, будто бабушка уважит ее просьбу о том, чтобы они поговорили лично у нее дома в выходные, а не в офисе посреди рабочей недели. Когда бабушка не ответила на ее сообщения, Либби понадеялась, что ей просто нужно было немного времени, чтобы все обдумать. Ей следовало быть предусмотрительнее.       На мгновение, прежде чем выйти, Либби подумала, не рассказать ли бабушке правду. Возможно, она смогла бы понять ее и дать совет.       Идея испарилась, не успев оформиться. Знаменитая миссис Кассанова, которая так любила свою фамилию, что отказалась менять ее, когда выходила замуж, что было неслыханным поступком в 1940-х, никогда бы не рискнула очернить себя ложью. Признание только подтвердило бы самые большие опасения Либби: она не была готова встать во главе агентства.       Выпрямившись и демонстрируя уверенность, которой она не ощущала, Либби подалась вперед всем телом. Если она чему-то и научилась на курсах актерского мастерства, так это тому, что должна вжиться в роль, а не просто исполнять ее.       - Доброе утро, Мима. Я не знала, что ты зайдешь, - поздоровалась она с притворной непринужденностью.       Женщина в черно-белом твидовом костюме стояла, скрестив руки на груди, и смотрела в окно на залив и город, не двигаясь. С каждой секундой её молчания Либби все сильнее хотелось свернуться калачиком у ее ног и разрыдаться.       Убеждая себя, что все под контролем, хотя колени у нее подкашивались, пока она шла от двери, Либби отказывалась поддаваться страху. Бабушка не повернулась к ней, когда Либби встала у нее за спиной, прислонившись к столу, и стала ждать.       Каждая последующая секунда ослабляла решимость Либби, но как раз в тот момент, когда она была на грани того, чтобы сломаться под психологической атакой её молчания, Либби взяла себя в руки.       - Мима, я понимаю, что ты расстроена...       - Расстроена? - переспросила женщина, не отводя взгляда от окна. - С чего бы мне расстраиваться? - Ее слова были полны такого сарказма, что Либби почувствовала, как по горлу потекла кислота.       — Пожалуйста, ты не обязана...       Кассанова-старшая резко обернулась, ее темно-зеленые глаза были широко распахнуты и полны гнева. Либби схватилась за край стола.       - Как ты думаешь, мне было легко уйти на пенсию и передать всё это тебе?       У Либби зазвенело в ушах, а сердце заколотилось в груди так сильно, что стало трудно дышать. Она не ответила на вопрос, не только потому, что он был риторическим, но и потому, что не была уверена, что сможет сказать хоть что-то, если откроет рот.       - Я так много прошу? По крайней мере, знать человека, которому я доверяю дело всей своей жизни? - спросила она более мягко, опускаясь на маленький диванчик возле зеркальных окон. – Знать свою плоть и кровь? - Она вцепилась в атласную ткань своей блузки, словно желая раздавить собственное сердце.       Либби нахмурила брови, не желая верить, что ее бабушка говорит то, что она говорит. Она была нетерпима во многих отношениях, но не к людям в целом. Она недолюбливала людей в каждом конкретном случае, если они не соответствовали ее безумно высоким стандартам.       - Как, по-твоему, мы выглядим со стороны, а? Не только наше честное имя, наша репутация, которую мы завоевывали на протяжении многих лет, но и мы сами. Как я могу считаться честным человеком, если я не знала, что моя собственная внучка, моя преемница, моя гордость и отрада…       - Что, Мима? - Спросила Либби, стиснув зубы, когда пересекла комнату и села в кресло напротив неё. Чтобы посмотреть ей прямо в глаза и закончить фразу. - Крутит любовь с женщиной?       Ее бабушка медленно склонила голову набок, как злодей в маске из фильма ужасов, готовый нанести удар. Когда ее губы искривились, Либби затаила дыхание.       - Ты думаешь, я злюсь из-за того, что у тебя отношения с женщиной? - спросила она, испытывая одновременно обиду и отвращение.       Либби удивленно откинулась назад.       - А разве нет?       По тому, как ее бабушка закрыла глаза и потерла переносицу, откинувшись на спинку дивана, стало ясно, что Либби не только была неправа, но и выглядела идиоткой в глазах женщины.       - Доченька. - Она помолчала, прежде чем взглянуть на Либби усталым, но потеплевшим взглядом. - Мне все равно, кого ты любишь. Если я чему-то тебя и научила, так это тому, что жизнь быстротечна, и одна из единственных истинных радостей - это любовь и семья, которые позволяет нам обрести родственная душа. Как ты могла поверить, что такая незначительная вещь, как пол, может помешать этому.       Ее вопрос лишил Либби способности думать, не говоря уже о том, чтобы говорить. Они смотрели друг на друга, не двигаясь, так долго, что Либби перестала чувствовать свои конечности.       - Иди сюда. - Ее бабушка похлопала по диванной подушке рядом с собой. - Посиди со мной.       Либби повиновалась и почувствовала облегчение, когда теплая ладонь коснулась ее щеки.       - Ты можешь себе представить, как это больно. Я не знала, что ты не только страдала из-за расторгнутой помолвки, но и что нашла новую любовь, не сказав мне об этом? Я узнала это от шокированных старых сплетниц из Ротари-клуба. Было унизительно не иметь ни малейшего представления, о чем они говорили, пока Хуана не показала мне новости на своем дурацком смартфоне.       С каждым словом Либби все больше вжималась в спинку дивана.       - Я не хотела этого, Мима.       - Почему ты скрывала это от меня? - спросила она таким тоном, которого Либби никогда раньше не слышала от своей бабушки. В ее словах сквозила обида.       - Я боялась, - честно ответила Либби. - Боялась, что ты перестанешь доверять мне, если узнаешь, что мы с Дэвисом расстались. Что подумаешь, будто я неудачница и никому не нужна.       Лицо ее бабушки исказилось, она нахмурилась.       - Это не ты, мое сокровище, никому не нужна. Это Дэвис - идиот. Я с самого начала говорила тебе, что он тебе не подходит.       Либби выдавила из себя кривую улыбку.       - Можешь себе представить, почему я не спешила сообщать тебе? Потому, как он на самом деле оказался тем придурком, каким ты его считала.       - Я никогда не ошибаюсь в таких вещах, - ответила женщина, и тень улыбки тронула ее тонкие губы. - Но, на этот раз, мне жаль, что я оказалась права. Не хочу, чтобы тебе было больно, доченька.       - Я очень сожалею, что не была честна с тобой, - призналась Либби.       Величественная миссис Кассанова вздохнула и повернулась боком, чтобы лучше видеть Либби.       - Когда же я наконец встречусь с этой юной леди? Твой отец хочет устроить барбекю в эти выходные...       Глаза Либби расширились. Ее актерское мастерство сошло бы на нет под пристальным вниманием семьи.       - Наверное, слишком рано еще, - выпалила она.       - Слишком рано? - повторила бабушка. - Ты представила ее почти каждому, живущему на планете, и я отказываюсь быть той, кто узнает новости о ней из Интернета. Что подумают люди, когда спросят меня о твоей новой пассии, а я ничего не смогу ответить?       Либби безуспешно пыталась удержать влагу во рту. Ее бабушка была права, но она ни за что не смогла бы продержаться и десяти минут. Они еще недостаточно знали друг о друге, им нужно было больше предыстории. Ей нужно было больше времени.       - Если в эти выходные слишком рано, мы можем перенести на следующие, - сказала ее бабушка таким великодушным тоном, словно была сама щедрость.       - У нее скоро художественная выставка, - солгала Либби, надеясь, что ее голос не звучит также неестественно, как она себя ощущала. - До тех пор она будет по уши занята.       - Художественная выставка? Как чудесно. Где она будет проходить? Я бы с удовольствием посетила ее.       Либби нервно рассмеялась, а ее сердце забилось чаще по новым и неожиданным причинам.       - Мима, ты слишком давишь, тебе не кажется?        Ее бабушка прищурилась.       - Она что, не хочет с нами знакомиться? Что с ней не так? Разве семья для нее – пустой звук?       - Нет! Конечно же, дело не в этом. Ей не терпится познакомиться с тобой и со всеми остальными, но я не хочу, чтобы она потеряла вечер.       Немного поразмыслив над ее просьбой, бабушка согласилась.       - Ладно. Когда она закончит? Я бы хотела придумать что-нибудь подходящее для знакомства.       Либби поднялась с дивана вслед за бабушкой.       - Не волнуйся, Мима. Как только у нее появится свободное время, я все устрою. Согласна?       Ее бабушка поколебалась, прежде чем кивнуть.       - Хорошо, - сказала она, направляясь к двери. - Но, Элизабет, пожалуйста. Больше никаких сюрпризов, ладно?       - Больше никаких сюрпризов, - сказала Либби, вполне уверенная в том, что не сможет сдержать это обещание.