The Garden

      — Алло?       — Ах, солнышко, — подавив нервный смешок, скрипуче защебетал Сокджин, пытаясь обнять себя одной рукой, чтобы согреться. От пронизывающих волн крупной дрожи зубы мелко стучали друг о друга, а мышцы напрягались. Беспокойство о собственном внешнем виде исчезло ещё в тот момент, когда чужие резкие слова ударили наотмашь. Одинокая остановка общественного транспорта освещалась скудным фонарным светом, пока ночная тьма надвигалась в сопровождении промозглого ветра. — Милый, ты ведь уже дома, верно?       Громкий шорох на другом конце звонка на миг превратился в оглушительный шум. Лежащая на лице задремавшего мужчины книга рухнула на деревянный пол, из-за чего Намджун чертыхнулся, проклиная себя за то, что позволил усталости взять верх в ожидании возвращения супруга домой.       — Что случ—       — Ты не мог бы забрать меня, пожалуйста? — натянутая улыбка сквозила в голосе очевидной фальшью. — Мы тут с коллегами решили познакомиться поближе и… Отыскали хорошее местечко! Я не думал, что мы так славно найдём общий язык, поэтому даже не удосужился посмотреть здесь хоть какой-то транспорт. Ничего не ходит так поздно, представляешь? А такс—       Ложь.       — Ты ведь в порядке, верно? — тихо спросил обеспокоенный Намджун, вызывая у возлюбленного новую волну крупной дрожи. — Ты не отвечал на мои звонки. И я прекрасно знаю, что лгать ты не умеешь, так что подумай перед тем, как предоставить мне новую легенду, моя любовь.       Судорожный вздох сорвался с обкусанных, пухлых губ. Крупно вздрогнув, замёрший Сокджин крепко зажмурился, расплываясь в широкой улыбке, обнажая ровный ряд зубов. Отголоски адреналина пузырились в крови, словно бы игристое вино.       — Забери меня, — едва слышно выдавил он из себя. — Пожалуйста.       Найти правильное название спонтанным взаимоотношениям с очаровательным юношей оставалось для учителя чем-то невозможным. Открытый брак, может, и был неплохой идеей, но ошарашенный простым фактом своей влюблённости в совершенно невинного ягнёнка Сокджин теперь ощущал лишь приступ тошноты без намёка на юрких бабочек за рёбрами и отсутствие радости, с которой он мог бы рассказать любимому супругу о светлых чувствах. Нежные поцелуи украдкой имели за собой куда больше, чем вспышку страсти. Ни учитель, ни сам Чонгук не искали друг в друге очередной опыт, происходящее скорее казалось чем-то судьбоносным. Ягнёнок Гу — вовсе не глупый мальчишка, к своим почти восемнадцати годам он обладал зрелым и трезвым взглядом на вещи, в которых сам Сокджин находил следы розовых мечтаний. Это милейшее создание с крохотными рыжеватыми веснушками успешно подчиняло себе, отчаянно любило и соблазняло обещаниями так невероятно сладко, что учитель вновь смог почувствовать себя тем самым влюблённым мальчишкой, который когда-то млел от внимания мужчины постарше, теперь же являющегося его драгоценным супругом.       Эти чувства были прекрасно знакомы Сокджину, он понимал, что всё происходящее между ними далеко не забава или короткая интрижка против всех правил, вовсе нет. Серьёзные намерения и дурман нового витка жизни легко вскружили голову, позволив позабыть о мире по ту сторону идиллии.       Отец очаровательного ягнёнка, поймав днём румяного Сокджина на школьной парковке, имел не слишком дружелюбный вид для простой беседы. Липкие подозрения, подпитываемые страхом, царапали ноющую душу. Возвышающийся широкоплечий полицейский пугал, загоняя в угол, пока учитель изо всех сил пытался не искать в колючих словах мужчины двойное дно, но всё же находил его, пока сам Тэхён продолжал быть открытой книгой, пригвождая тяжёлым взглядом к месту. Он желал только поговорить с причиной своих тревог и убедиться в правоте Минни, который неустанно твердил об отсутствии причин для внутреннего беспокойства. Учитель на замену и правда выглядел как победитель конкурса пирогов, только почему-то острые слова при встрече сами слетели языка, и Тэхён, желая защитить свою драгоценную семью, неосознанно нападал. Чужой липкий страх таился за маской самоуверенности, мелькая в глубине округлых глаз цвета жжённой карамели, он казался Тэхёну безмолвным подтверждением всех подозрений.       Что-то было не так.       Его сын был в опасности.       О прошедшей беседе Сокджин так и не рассказал взволнованному Гу, сколько бы тот ни пытался выведать у хмурого возлюбленного причину грусти. Напускная радость же совсем не походила на настоящую.       Но теперь, сидя по правую руку от своего супруга в безопасности тёплого салона, Сокджин задрожал от воспоминаний и невозможности высказаться только сильнее, переполняясь чувствами с примесью едва сдерживаемых эмоций. Узловатые пальцы цеплялись за края накинутой на плечи большой куртки.       Дав понурому супругу необходимое время, чтобы собраться с мыслями, обеспокоенный Намджун тихо заговорил, наполняя салон мерным звучанием глубокого голоса. Так было всегда.       — У меня есть для тебя потрясающая новость, детка. Сегодня звонил мой менеджер, — с мягкой улыбкой начал мужчина, укладывая большую ладонь на мелко дрожащее бедро, чуть сжимая мягкую плоть через ткань брюк. Тактильный контакт всегда шёл Джинни на пользу. — Сказал, что появилась возможность перебраться на какое-то время в столицу. Здорово, правда? Здесь, конечно, прекрасно! Но там мне предложили отличный проект, который легко позволит тебе заняться своим любимым делом, не задумываясь о работе. Всё, как ты и хотел, любовь моя.       — Столицу? Н-нет, подожди… — яркий румянец сошёл с лица шокированного мужчины, который оттянул ремень безопасности от нехватки воздуха. Нервный мех разбирал грудную клетку. Что за… — Милый, нет, подожди… Нет-нет. Здесь всё идеально! Зачем нам куда-то переезжать…       — Но ты всегда мечтал о доме, моя любовь, настоящем доме, разве это не так? — недоумение проскользнуло на красивом лице Намджуна, перед тем, как он аккуратно повернул на пустом перекрёстке. Он продолжил с энтузиазмом. — Мы сможем завести несколько чудесных псов, по пятницам будем приглашать друзей на вкуснейшие ужины, а по субботам будем прогуливаться по песчаному берегу моря. Как тебе, детка? С той суммой, которую мне предлагают за новый проект, мы сможем исполнить каждое твоё желание.       Желание.       Пустой взгляд облизывал проносящийся смазанным пятном пейзаж по ту сторону окна. Бледный Сокджин всё же издал нервный смешок, больше не пытаясь скрыть своё состояние. Он был разбит, а слова сурового отца ягнёнка делали всю ситуацию до смешного абсурдной, словно бы частью самого глупого сценария. Сказанное родителем дерьмо продолжало крутиться в черепной коробке, оборачивая предложение Намджуна алой подарочной лентой.       — Ты хочешь принять это предложение? — вышло слишком тихо. По какой-то причине Вселенная так настойчиво желала спрятать ягнёнка от глаз влюблённого Сокджина. Почему всё вдруг стало таким невыносимым? Может, он действительно не заслуживал ничего, кроме хорошего удара полицейским кулаком? Казалось, сахарные грёзы, в которых жил Сокджин рука об руку с любимым супругом, теперь же походили на ночной кошмар, где он оступился лишь единожды, даже не помня, где именно. Он не причинял Чонгуку боли, не ранил его чувств и уважал его, теперь же представая чёртовым ублюдком. Знал ли господин Ким о действительном положении дел или же это всё вина клокочущего в душе страха?       — Я не приму ни одно решение без твоего согласия, любовь моя, — мягко проговорил Намджун, чьи сильные руки играюче ловко управлялись с кожаным рулём. — Ты ведь знаешь это.       — Да, я знаю это, — хрипло выдавил из себя растерянный учитель и оглянулся, неосознанно ища в редких прохожих виновника разбитых мечтаний. — Я… Да, верно.       — А тепер—       — Солнышко, — аккуратные брови Намджуна приподнялись в немом вопросе, а пухлые губы украсила собой нежная улыбка. — Мне нужно кое-что тебе рассказать.       Казалось, в тот вечер мало кто действительно чувствовал себя счастливым. Тёмное небо давило на плечи, руки не слушались, из-за чего рассеянный Чимин едва не опрокинул на себя кастрюльку с кипящей водой.       — Ах, чёрт, — зашипел он разъярённой кошкой, с грохотом ставя причину всего переполоха вновь на конфорку. Полосатый фартук, туго повязанный на талии, по какой-то причине стал ненавистным. — Да что это такое…       Раздражала каждая мелочь, как шумное дыхание или длинные гудки, повторяющиеся снова и снова при попытке позвонить новому другу на протяжении уже целого дня. Беспокойство немного притупилось, когда понурый, но привычно улыбчивый Чонгук вернулся домой после дополнительных занятий, заявив, что с господином Кимом всё в порядке. Однако неожиданно крепкая дружеская связь, возникшая после нескольких встреч с учителем на замену, настойчиво подсказывала Минни дозвониться до нерадивого Сокджина и по-дружески поинтересоваться как занятиями сына, так и жизнью самого мужчины. Тянущая тревога не желала отпускать, она грозилась проломить рёбра своей тяжестью, но, казалось, никто из маленькой семьи не разделял этого, собираясь за ужином в компании тихих разговоров. Может, отголоски тоски делали вкусную еду чуть солоноватой, может, что-то действительно было не так. Задумчивый Чимин, сколько бы ни прокручивал в мыслях возможные причины тревоги, никак не мог уловить за кончик хвоста истинное положение дел, даже не замечая, как нелюбимый фартук исчез с его талии только после ужина благодаря сильным рукам молчаливого супруга.       Очередной звонок оказался без ответа, как ещё несколько, в отчаянии сделанных уже после того, как закрылась дверца посудомойки. Что-то было явно не так, и Чимин не имел больше сил сдерживаться, всегда разделяя чувства на двоих со своим супругом.       — Джинни не отвечает на звонки и сообщения, — резко развернувшись к сидящему за столом мужчине, взъерошенный Чимин на мгновение замер от головокружения, сильнее сжимая телефон и край столешницы позади. Нездоровый румянец расцветал на бледном лице розовыми бутонами. — Ничего не понимаю… Боги, милый, я сейчас сойду с ума! Тебе Гу ничего не рассказывал? Он показался мне немного подавленным сегодня.       — Это из-за приближающегося теста, любовь моя, — спустив очки на кончик носа и отложив планшет, Тэхён нежно воззрился на супруга и отодвинул соседний стул, мягко похлопав по подушке. — Иди-ка сюда.       Твёрдая уверенность возлюбленного всегда могла успокоить встревоженного Чимина, она брала под контроль панику и страхи, но сейчас сознание противилось, а мужчина только сильнее тонул в пугающих догадках. Он беспокоился за нового друга совершенно искренне, ведь тот являлся прекрасным человеком, а как изумительны были его пироги. Узкую кисть накрыла тёплая ладонь, ободряюще сжав длинными пальцами.       — Я уверен, детка, твой Джинни сейчас находится в полном порядке, — низкий и хрипловатый голос походил на мерное мурчание, из-за чего Чимин встрепенулся, тоскливо воззрившись из-под пушистых ресниц. Он крепко сжимал ткань ненавистного фартука в кулаке. — И с Гу, конечно же, тоже всё хорошо. Нет причин для твоего беспокойства, слышишь?       — Милый…       — Сегодня пятница, Минни, Сокджин и его супруг наверняка приятно проводят прекрасный вечер.       — Но уже довольно поздно, — вышло как-то слишком неуверенно. — Почему он просто не может ответить на одно сообщение?       — Ты ведь прекрасно знаешь, чем могут заниматься влюблённые так поздно, дорогой, — хитрая улыбка вызвала на мягких щеках тёплый румянец. — Разве не так? Есть одно очень интересное хобби…       Лёгкая волна возбуждения исчезла так же быстро, как и появилась.       — На неделе я слышал, что тот учитель, которого заменяет Джинни, скоро выходит на работу, — вдруг серьёзно начал Чимин, нахмурившись. — В родительском чате одно негодование. И… И я подумал, что это могло расстроить Сокджина, он так тепло отзывался об их новенькой квартирке здесь, учениках! Не так давно мы были в кофейне и разговорились, Тэхён, он просто потрясающий! Столько счастья от этого городишки я уже давно ни у кого не видел.       Мужчина, стянув очки и отложив их, крепко сжал челюсти. Это была определённо хорошая новость, но она означала, что сегодняшние резкие слова в адрес учителя давили на совесть только сильнее. Но Тэхён был зол, сам не понимая на что именно.       — Он уезжает? — осторожно поинтересовался Ким.       — Не знаю, — сокрушённый вздох наполнил уютную кухню. — Скорее всего. И это нечестно, дети так сильно полюбили его! Он даже поднял рейтинги по своему предмету среди учеников! Да и Гу так рад посещать его дополнительные занятия, чёрт… Почему все мои новые друзья так и норовят сбежать из этого места?       — Но я твой лучший друг, Минни, —       притворно обиженно протянул Тэхён, за что сразу же заполучил щелчок по кончику носа. — Эй!       — Ты — это другое!       — Я не очень силён в пирогах, признаю.       — Мне просто совсем не хочется, чтобы Джинни уезжал, ведь это… Мы не переедем следом за ними, а у семьи Ким не будет причин возвращаться, это может означать только то, что мы никогда больше не увидимся.       — …не будет причин возвращаться, — без единого звука повторил Чонгук следом за родителем, притаившись в тени за углом. Он слышал достаточно для того, чтобы оленьи глаза заблестели, переливаясь в полумраке солёной пеленой.       Чёртов Сокджин попросту решил сбежать, наигрался и оставил всё позади. Воздух исчез из лёгкий, и мальчишка вцепился в стену, пытаясь удержаться в этой реальности. Невыносимая боль пронзала насквозь, выбивая из юной головы все мысли. Впервые Чон не мог поверить собственным родителям, с яркой улыбкой находя тысячи иных оправданий грусти возлюбленного. Конечно, всё было не так. Всё хорошо, Джинни никуда не собирался уезжать, он вовсе не оставлял его, нет.       Всё просто отлично!       Они любят друг друга!       Развернувшись на пятках, дрожащий Чонгук, так и не издав ни единого звука, поспешил в свою комнату, чтобы как можно быстрее добраться до телефона и лично убедиться в том, что сказанное являлось лишь глупой сплетней. Но теперь длинные гудки соединения ударяли по перепонкам, сколько бы Чон ни пытался перезвонить, пока одна единственная фраза окончательно не выбила землю из-под ног, заставив рухнуть на кровать совершенно без сил.

«Абонент находится вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позже»