Щенячьего Рождества!

Как же Минхо задолбался с этой курсовой по культурологии. Он возится с ней слишком долго для человека, который учится на машиностроительном факультете. Но он бы уже давно с ней разобрался, если бы его полумёртвый ноутбук умел сохранять изменения в важных документах вместо того, чтобы удалять всё, что было написано с использованием крови, пота и слёз. Минхо длительное время пытался побороть эту шайтан-машину и заставить её работать нормально, но, к счастью, всё же додумался бросить эту затею и обратиться за помощью к Чанбину. Если вдруг забыли, тот недавно обновил системник. И вот Минхо уже несколько часов стучит по клавиатуре, стирает краску с кнопок «Ctrl», «C» и «V», не без перерывов на перекусы, конечно, и… совсем не следит за временем. — Ты так потеешь над этим курсачом, будто Шим Донхи не плевать на твою писанину, — Чанбин, распластавшийся на своей кровати, беззаботно хрустит кукурузными чипсами. Ему легко говорить: у него вообще «автомат». — Я везунчик, поэтому именно на мою курсовую ему не будет плевать. Вот увидишь, — Минхо наконец ставит последнюю точку. — Фух, всё. Осталось сохранить и… — он нажимает на кнопку сохранения изменений и со спокойной душой закрывает документ. — Готово! — Аллилуйя! — выкрикивает Чанбин и, отряхивая руки от крошек, поднимается с кровати. — Идём теперь пожрём. — Пожрём, пожрём… — отчётливо звучит из угла комнаты голос говорящего попугая. — А ты уже и так много поел, — подмечает Чанбин и обращается уже к Минхо: — Последнее время он жрёт, как не в себя. Минхо усмехается. — Интересно, в кого он такой, — говорит он не без намёка. Чанбин, конечно же, начинает громко возмущаться, отрицая всевозможные сходства с какаду Моцартом. Хотя зачем отрицать очевидное, если даже сейчас, стоя рядом с высокой клеткой и крича на Минхо, Чанбин уж очень похож на своего попугая?.. Перекинув готовый документ себе на почту, Минхо откидывается на спинку компьютерного кресла и, зевая, разминает затёкшую шею. Он тянется руками к потолку, разводит те в стороны, сводя лопатки, крутит головой – всё делает не спеша, пока взгляд случайно не падает в уголок с часами. — Твою мать! — Минхо с криком вскакивает со стула и впопыхах принимается собирать свои разложенные на столе вещи. — Почему ты не сказал мне, что уже половина восьмого?! — А я должен был? — у Чанбина на лице полное отсутствие понимания происходящего. Он наблюдает за тем, как Минхо носится по комнате в поисках своей зип худи, и думает, в какой конкретно момент ему стоит сказать, что тот её и не снимал. — Куда ты так торопишься? — Меня ждут, — бросает бегло, продолжая искать. — Да где же?.. — поиски грозились длиться бесконечно, но шнурок от худи ловко бьёт Минхо по носу – нашлась пропажа. — Ты должен отвезти меня в Каннам. — Нихрена себе запросы… Давай сначала перекусим хотя бы, а потом поедем. — Нет времени, — схватив свой рюкзак с кровати, Минхо бежит к выходу из комнаты. Чанбин, конечно, направляется за Минхо, по пути натягивая на себя кофту через голову, но, дойдя до прихожей, не может не напомнить: — Твой супер важный бизнесмен сказал, что ты можешь выгуливать его собаку в любое время. — Я не к нему тороплюсь. — А к кому? К собаке? — Чанбин смеётся. Минхо не жалеет времени на то, чтобы передразнить забавный смех друга, ещё и хрюкает в конце, получая в ответ угрожающий взгляд. Ему сейчас не до глупых шуток, он опаздывает на свидание. Ну ладно, не свидание. Но Минхо надеется, что у него есть все шансы пригласить на него Хёнджина, а с катастрофическим опозданием они точно уменьшатся в размере. Он не хотел говорить раньше времени, чтобы не сглазить (да, он суеверный), но ситуация требует признаний… — К парню. — Чего?!

·❆·❆·❆·

Чанбин тормозит неподалёку от жилой многоэтажки в районе Каннам. Часы показывают без пяти восемь, а Минхо, и без того нервный, начинает нервничать ещё сильнее. — Я не вижу этого твоего парня… — вместо того, чтобы разблокировать двери, сообщает Чанбин. — Где он? — Вероятно, уже ждёт меня на месте встречи. Открой двери. — Так, — Чанбин поворачивается в кресле к измученно вздохнувшему Минхо лицом, — а ты его сфоткаешь для меня? Ну, должен же я оценить. — Да, да, только выпусти меня, — Минхо хватается за ручку двери, ожидая момента, когда сможет выбраться из авто. — Ты ведь не сфоткаешь… — Со Чанбин! Чанбин только вздыхает. — Ладно, ладно, — он нажимает на кнопку, чтобы разблокировать двери. — До завтра, Ромео. Минхо вылетает из машины пулей, забыв попрощаться с другом, но тот, он уверен, не обидится, поймёт. Он бы вот точно понял, ведь не каждый день встречаешь того, кто в душу западает с первой секунды. Казалось бы, любовь с первого взгляда – ну что за детские сказки? Не поймёшь, пока сам не столкнёшься! Минхо вот столкнулся и теперь мчится в чужую квартиру, сверкая пятками, чтобы не упустить Хёнджина. Он больше не смотрит на часы, понимая, что уже опоздал, но, когда забегает в квартиру, всё ещё не теряет надежд. — Арти, гулять! — радостный Артемон и без его криков готов отправиться на прогулку. Помог бы ещё найти шлейку с поводком, которые, по всей видимости, куда-то утащил в процессе игры. — У тебя дурацкий юмор, если тебе вдруг интересно. Куда ты дел шлейку и поводок? Арти в ответ только задорно тявкает. — Просто прекрасно! — цокнув языком, подытоживает Минхо. Его «просто прекрасно» служит синонимом к «я в полной заднице». — Ты понимаешь, что мы опаздываем? — всё бубнит Минхо, продолжая искать пропажу. — Ещё одна собака решила испортить мне свидание… Просто прекрасно. «Я в полной заднице». К своему счастью, шлейку и поводок Минхо наконец находит – те всё это время находились под лежанкой Арти. Это не щенок – это хитрый жук. А спустя ещё пару минут Минхо и счастливый хитрый жук оказываются на улице. Минхо приходится торопить Арти, который останавливается на каждом углу в попытках найти подходящее место для очищения… ну, кишечника. А потом уже Минхо предпринимает попытки найти подходящую урну, чтобы выбросить пакет. Всё это время он боялся взглянуть на часы, чтобы надежда на то, что их с Хёнджином встреча не сорвётся, не угасла. Но когда они с Арти приходят на место назначения и Минхо не видит знакомого лица, он понимает: надежда его не спасла. Прикрыв глаза, Минхо горько выдыхает. Смотрит на часы, а там уже двадцать минут девятого, и из-за этого становится жутко стыдно. Интересно, ждал ли его Хёнджин? И если ждал, то в какой именно момент чаша его терпения переполнилась? От каждой мысли на душе становится всё паршивее. Они с Арти просрали такого волшебного парня, каких свет не видывал. Причём просрали в прямом смысле этого слова. Опустив понуро голову, Минхо пинает кроссовком тонкий слой снега, грубо поднимая тот в воздух; уже думает уходить домой, где можно будет укутаться в одеяло и тоскливо порассуждать на тему неудач. Однако… — Ли Минхо? — раздавшийся за спиной голос заставляет Минхо обернуться и округлить в неверии глаза. Перед ним стоит никто иной, как Хван Хёнджин. В одной руке он держит поводок-рулетку, в другой – картонную подставку с двумя бумажными стаканами. Настоящее чудо… — Здравствуйте… — начинает Минхо и тут же запинается. — То есть привет! Или всё-таки?.. — Мне двадцать, — поджав губы, Хёнджин явно старается спрятать улыбку. Да уж, Минхо представляет, как забавно выглядит со стороны его смущение. — А мне двадцать один. — Тогда мы можем перейти на «ты»… хён? Минхо вместо слов кивает головой, подобно болванчику. Кто он такой, чтобы отказывать этому милому парню? — Пока ждал тебя, решил сходить за кофе, — Хёнджин бросает беглый взгляд на подставку со стаканчиками. — Ты любишь? — Да. — Тут есть чёрный и с молоком – какой будешь? — Чёрный. Хотя, вообще-то, он готов выпить всё, что предложит ему Хёнджин. Влип в этого парня по самое не хочу. — Фух… Боялся, что его придётся пить мне, — смеётся Хёнджин, протягивая Минхо стаканчик с кофе. — Не любишь чёрный кофе? — Предпочитаю разбавленный молоком. Хотя по специальности, на которую я учусь, и не скажешь: она предполагает бессонные ночи… Минхо, отпив немного кофе, задумчиво хмурится. — А на кого ты учишься? — интересуется. — На ветеринара. Минхо тянет восхищённое «вау». Такой специальностью свободно можно хвастаться в новых компаниях, чтобы смотрели восторженно. — Моя специальность теперь не кажется мне такой крутой, — отшучивается Минхо. — Что за специальность? — Я учусь на факультете машиностроения. — Ого! Звучит круто. Не каждый может поставить машиностроительному факультету оценку под названием «Круто». Ну и Хёнджин явно льстит, однако это не отменяет того, что Минхо приятно. До красных щёк приятно. Не спалиться ему помогает только мороз. Они идут вперёд неспешным шагом, попивают кофе, смеются с собак, пока Арти вдруг не пристраивается к Пуншу сзади. Минхо, наблюдающий за эрдельтерьером, не сразу понимает, что делает его подопечный, но совсем скоро до него доходит, стоит только тому начать двигать своим мохнатым задом. У Минхо брови лезут на лоб. — Арти?! — он несильно дёргает поводок, заставляя щенка слезть с ничего непонимающего Пунша. — Ты что творишь? Он мальчик! Артемона же, кажется, совсем ничего не беспокоит: он продолжает хулиганить, теперь кусая Пунша за его длинные уши. — Осуждаешь однополую любовь? — спрашивает Хёнджин безо всякого стеснения, а у Минхо снова щёки вспыхивают румянцем. На этот раз даже мороз не спасёт. — Нет! Я очень даже за! — выпаливает Минхо и вмиг краснеет пуще прежнего. — В смысле я… Чёрт возьми… — прикрыв глаза, он запрокидывает голову. Ну что творится с его языком? Что в принципе с ним творится? Да он никогда так не волновался, как сейчас. — Я понял, хён, — смеётся Хёнджин, обращая внимание Минхо на себя. — И я тоже очень даже за, — пока брови Минхо снова ползут вверх, Хёнджин, поджав губы, пожимает плечами. Минхо может расценивать это как признание во взаимном интересе? Неважно, он уже расценивает. — Кстати, Арти просто пытается показать, кто тут главный, — снова подаёт голос Хёнджин. Минхо на его слова вопросительно выгибает бровь. — Правда! — У меня нет поводов не верить тебе, ты же будущий ветеринар, — заявляет Минхо и получает в ответ смущённую улыбку. — Настолько любишь животных? — Да. Когда я был маленький, мои родители взяли собаку из приюта. А сейчас у них живут два жирных хомяка, — тепло смеётся Хёнджин, вызывая и у Минхо улыбку. — Мой отец ежемесячно отправляет деньги в фонды помощи животным. Так что у меня не было шансов. Глядя на Хёнджина, Минхо думает, что животным с ним повезло. В этом парне с виду столько тепла и нежности, что запаса этого может хватить на всех животных мира. Минхо всегда считал и считает по сей день, что не каждый любящий животных человек может стать ветеринаром – это что-то сродни дару, суперспособности, которой обладают только избранные. Хёнджин тот самый избранный. По нему видно: лечить братьев наших меньших – его призвание. — Ну а ты? — спрашивает Хёнджин, и Минхо вопросительно мычит. — Ты исключительно собачник или?.. — Нет, нет, — неловко смеётся Минхо. Начать, конечно, стоит с того, что он далеко не собачник… — Я бы хотел завести кошку, но хозяйка квартиры против животных, — выпаливает он бездумно и, осознав сказанное, нервно спешит исправиться: — В смысле против кошек. — О, мне очень нравятся сфинксы! Они классные. У моего одногруппника есть кот этой породы, он очень милый. — Кот или одногруппник? — и снова бездумно ляпает Минхо. Он себя с ума скоро сведёт такими темпами. Ему бы совладать со своим языком. Хёнджин беззлобно усмехается. — Кот, — отвечает. — Кстати, ты чем-то похож на кота… Растерявшись, Минхо находит в себе силы лишь на то, чтобы взглянуть на Хёнджина, который быстро прячет половину лица в высоком вороте своего пуховика. Кто из них смутился больше? Минхо готов поспорить, что он: ему ещё никто и никогда не делал таких необычайно милых комплиментов. Одногруппники иногда сравнивают его с кроликом (всё из-за характерных передних зубов), но чтобы с котом – никогда. Хёнджина бы Минхо сравнил с лаской. Просто потому что милый донельзя. Но вместе с тем он с уверенностью может заявить, что Хёнджин имеет схожести и с собственным спаниелем. Есть что-то общее между ним и Пуншем. Говорят, питомцы всегда похожи на своих хозяев. Не зря же Минхо часто сравнивает своего друга с попугаем. Вспомнив о Чанбине и Моцарте, Минхо не сдерживает смех. — У твоего одногруппника есть сфинкс, а у моего – попугай. — Ого, говорящий? Минхо, закатив глаза, цокает языком. — Да, даже слишком говорящий. Каждый раз, когда я прихожу к Чанбину в гости, его какаду говорит: «Ли Минхо дурак», — Минхо старательно передаёт интонацию, с которой обычно говорит Моцарт. — Я с ним спорю, говорю, что дурак из нас двоих только он. А потом начинаю думать, что я и вправду идиот, потому что спорю, блин, с попугаем. Хёнджина пробивает на смех. Неизвестно, что его рассмешило больше, сама история или же то, как её передал Минхо. Главное, что другое ясно как день – Минхо его смех хочет набить на своём сердце татуировкой. Они много болтают и много смеются, в основном с поведения Арти и Пунша, которые уже несколько раз запутали поводки. Идут куда глаза глядят и не сразу замечают, как покидают сквер. Говорят, что, если человек твой, то время с ним летит незаметно быстро. Так вот Минхо уверен, что дело близится к ночи, но он бы с удовольствием пробыл с Хёнджином до самого утра. Настолько его человек. Вскоре Хёнджин с удивлением заявляет, что они находятся недалеко от его дома. Заболтались. Минхо, конечно, и без того хотел предложить Хёнджину проводить их с Пуншем до дома, но вышло даже забавнее – что это, если не судьба? — Пунш такой спокойный. Совсем не похож на балбеса Арти, — подмечает Минхо, когда они останавливаются во дворе дома. Он не преувеличивает, говоря об этом, ведь Пунш и вправду сидит с видом непоколебимого спокойствия, пока Арти с негромким тявканьем скачет вокруг него. — Пунш-то? — усмехается Хёнджин. — Дома он не такой. Вечно таскает мою обувь и одежду, когда мне срочно нужно куда-то уходить. А по утрам стаскивает с меня одеяло, потому что ему не терпится выйти на улицу. Так что он просто стесняется, — и бросив на Минхо беглый взгляд, добавляет: — Вы с ним в этом похожи. Минхо не находит, что ответить, и только молча чешет затылок. — А вот Арти времени зря не теряет, — смеётся Хёнджин, кивая головой в сторону эрдельтерьера, который, завалив Пунша на бок, вылизывает его морду. — Он тот ещё смельчак. Да, малыш? — присев на корточки, он подзывает Арти к себе. — Твоему хозяину стоит у тебя поучиться. Зависнув на несколько секунд, Минхо пытается осознать услышанное. Ему намекают через обращение к собаке… С ума сойти. И ведь Хёнджин, явно довольный своей выходкой, даже не понимает, какой серьёзный переворот сделал в голове и сердце Минхо. Пока Минхо пытается успокоить мозговой штурм и взять себя в руки, Хёнджин спокойно чешет пузо Арти. — Погуляем завтра утром? Хорошее ведь начало?.. — Завтра мы выйдем очень рано и погуляем недолго, — подняв голову, с сожалением отвечает Хёнджин. — Мне нужно поехать в ветклинику. Я помогаю своему преподавателю и заодно прохожу практику. Минхо задумчиво хмурится. В этот раз новая идея приходит на ум быстро. — А тебя там отпускают на обед? — Отпускают, — Хёнджин смотрит на Минхо с выжидающей ухмылкой. — Не хочешь завтра пообедать вместе? Поджав губы, Хёнджин пытается спрятать улыбку, но ту сложно упустить из виду. Для Минхо это хороший знак, он даже подбородок вскидывает в гордости за себя. — Видишь, Арти, было достаточно привести тебя в пример, чтобы твой хозяин начал действовать. Арти радостно гавкает, вероятно соглашаясь с чужими словами. И как это называется? Хёнджин – чёртов доктор Дулиттл в реальном мире! Минхо нисколько не удивится, если вдруг окажется, что Хёнджин действительно понимает язык зверей. И поблагодарит в таком случае Артемона за то, что тот не сдаёт его с потрохами и поддерживает начатую им легенду. Хёнджин, потрепав мохнатую голову Арти, выпрямляется и дарит Минхо улыбку. — Я буду рад пообедать вместе. — Тогда я зайду за тобой в двенадцать. В знак согласия Хёнджин кивает головой. — Дашь мне свой номер? Я скину тебе адрес ветклиники. Но я уверен, что ты там бывал. Она лучшая в нашем районе. Минхо только нервно улыбается, принимая из рук Хёнджина телефон. Он не то что в ветклиниках района Каннам никогда не был – он в принципе ветклиники никогда не посещал. Если этот факт всплывёт наружу, Минхо придётся попотеть, чтобы вылезти из этого болота. Вообще, он уверен, что можно было обойтись без вранья, правда, и однажды во всём признается, просто ещё не время. Оставив Хёнджину свой номер, Минхо возвращает ему телефон. — Я напишу, — снова говорит Хёнджин, начиная пятиться назад, к своему дому. — Спасибо за вечер. Минхо смущённо улыбается, наблюдая за тем, как удаляется Хёнджин, но вдруг решает его окликнуть: — Хёнджин! — тот оборачивается сразу, словно ждал. — Я был бы счастлив видеть тебя каждый день. Хёнджин тихо смеётся и, только помахав рукой на прощание, оставляет Минхо без ответа. Однако слова не нужны, чтобы понять: Хёнджин тоже будет счастлив. — Ну что, Арти, — вздыхает Минхо и, поймав на себе внимательный взгляд эрдельтерьера, продолжает: — У нас с тобой есть все шансы заполучить этих парней.