Долговременное бесчувствие

В руках он держит коробку с пиццей, а его обычная беззаботная улыбка на этот раз приглушена серьезностью момента. — Алья, — говорит он тихо, замечая её измождённый вид, — ты выглядишь так, будто провела ночь в схватке с демонами. — Так и есть, — голос Альи хриплый, будто она и правда кричала до хрипоты. Она отступает, пропуская его внутрь. Нино заходит, оглядывая квартиру — повсюду разбросаны бумаги, экран ноутбука светится в полутьме, а на столе пустые банки из-под энергетиков красноречиво свидетельствуют о бессонной ночи. Она не спала. Совсем. — Ты хоть ела что-то кроме кофеина? — он ставит пиццу на единственный свободный угол стола. — Не помню, — Алья закрывает глаза на секунду, сжимая виски пальцами. Нино вздыхает, открывает коробку и протягивает ей кусок. — Ешь. Потому что если ты рухнешь, кто тогда спасёт Эмму? Она молча берёт пиццу, откусывает, будто только сейчас осознаёт, насколько голодна. — Спасибо, — бормочет она с набитым ртом. Когда-то давно, ещё в лицее, он точно так же подсовывал ей булочки, когда она засиживалась над проектами. Только тогда его глаза смеялись, а сейчас в них читалась та же тревога, что пульсировала у неё в висках. Нино садится напротив, его взгляд скользит по документам. — Так.. Хлоя подкупила судью, подделала медицинские справки и вообще ведёт себя как классический злодей из дешёвого сериала? — Да, — Алья кивает, проглатывая еду, — но теперь у нас есть доказательства. — Отлично, — Нино хмурится, — но ты понимаешь, что если мы просто вывалим это всё в суде, она легко может сказать, что записи подделаны, а чек – фальшивка? Алья замирает, её пальцы сжимают бумажную салфетку так сильно, что она рвётся. — Чёрт. Ты прав. — Конечно, прав, — Нино ухмыляется, но в глазах – тревога, — нам нужно что-то, что она не сможет отрицать. Что-то.. публичное. Алья медленно поднимает взгляд. — Ты хочешь устроить ловушку? — Я хочу, чтобы она сама себя похоронила, — Нино пожимает плечами, — у Хлои есть слабое место – её высокомерие. Она уверена, что уже победила. "Она действительно так самоуверенна?" Алья задумывается, её пальцы барабанят по столу. — Если бы мы могли заставить её сказать правду на камеру… — Или перед свидетелями, — добавляет Нино. — Но как? Нино наклоняется вперёд, его голос становится тише, но твёрже. — Она же не знает, что у нас есть эти записи. Значит, можно сыграть на её уверенности. Предложи ей встретиться – якобы для переговоров. Скажи, что Адриан готов пойти на уступки, если она снимет иск. Алья прищуривается. — И ты думаешь, она на это купится? — Она не просто купится, — Нино ухмыляется, — она не удержится, чтобы не похвастаться. Алья медленно кивает, в её глазах загорается холодный расчёт. — Тогда нужно, чтобы на встрече были свидетели. Незаметные. — Например? — Например, — Алья берёт телефон, — журналисты. Нино удивлённо поднимает брови. — Ого. Ты хочешь устроить медийный скандал? — Я хочу, чтобы у неё не осталось ни единого шанса, — её голос звучит как лезвие. Нино смотрит на неё, и в его взгляде — смесь восхищения и лёгкой тревоги. — Ты страшная, когда злишься. — Спасибо, — она сухо улыбается. Он берёт ещё кусок пиццы, задумчиво жуёт. — Ладно. Тогда план такой: ты договариваешься о встрече. Я позабочусь о том, чтобы там были нужные люди. — А Адриан и Мари? — Пока лучше их не посвящать, — Нино качает головой, — они и так на грани. Алья соглашается. — Хорошо. Тогда действуем. Она берёт телефон, набирает сообщение Хлое: «Мы готовы обсудить ваши условия. Завтра, 18:00, Café Noir. Только Вы и я.» Отправляет. Через минуту приходит ответ: «Наконец-то благоразумие. Буду.» Алья готова была поспорить, показывает экран Нино. — Она клюнула. — Отлично, — он встаёт, потягивается. — тогда завтра будет шоу. Алья смотрит на него, и впервые за эту ночь в её глазах появляется что-то похожее на надежду. — Спасибо, что пришёл, Нино. Он улыбается, уже поворачиваясь к двери. — Да ладно. Кто ещё будет спасать тебя от голодной смерти? Дверь закрывается. Алья остаётся одна, но теперь — с планом. Завтра Хлоя сделает последнюю ошибку. И Алья убедится, что она заплатит за неё сполна.

***

Алья сидит за столиком в углу кафе, пальцы нервно постукивают по крышке ноутбука. Она проверила записывающее оборудование трижды, но всё равно чувствует, как под лопатками холодный пот. Тени от высоких стульев тянулись, как тюремные решётки, а запах дорогого кофе смешивался с привкусом лжи. Идеальное место для ловушки. "Если Хлоя заподозрит ловушку – всё насмарку. Если не скажет ничего компрометирующего – тоже. Чёрт, почему я вообще согласилась на этот авантюрный план?" Алья продолжает нервно постукивать пальцами по крышке ноутбука, периодически смотря на время: Часы на стене кафе показывали 18:15. Всего 13 дней 5 часов и 45 минут до заседания. Каждая секунда тикала в висках. Дверь кафе открывается, но вместо Хлои входит... Ким. Алья замирает. — Где Буржуа? — резко спрашивает она, даже не поздоровавшись. Ким пожимает плечами, садится напротив. — Передумала. Посчитала, что переговоры через посредника – безопаснее. "Проклятье", — мелькает в голове у Альи. — Она что, боится меня? — язвит рыжая, но внутри – тревога. План рушится. Ким изучает её с холодным любопытством. — Боится? Нет. Но знает, что ты не просто так предложила встречу. Алья стискивает зубы. "Значит, Хлоя не так глупа, как я думала." — Тогда передай ей, что если она хочет получить Эмму, то игра в кошки-мышки ни к чему не приведёт. Ким ухмыляется. — О, она хочет её получить. Но не на твоих условиях. В этот момент дверь кафе снова открывается – и на пороге появляется Нино. Алья едва сдерживает удивление. "Что он здесь делает?!" — О, привет, ребята! — он машет рукой, как будто случайно зашёл на огонёк, — а я тут пирог с вишней заказывал. Не подскажете, где официант? Ким напрягается. — Лейф? Ты здесь зачем? Нино подходит ближе, непринуждённо опираясь на их столик. Да, они как-то пересекались и Ким знал, что Нино — компьютерный гений. — Пиццу доставляю. А вообще, мне казалось, вы с Хлоей теперь в разных лагерях. Или она тебя тоже на поводок посадила? Ким морщится. — Это не твоё дело. — Всё, что касается Эммы – моё дело, — голос Нино теряет привычную легкость. Алья наблюдает за ним, и что-то сжимается у неё внутри. "Он рискует. Ради них. Ради… меня?"

***

Нино и Алья молча поднимаются по лестнице. План провалился. Хлоя не пришла, Ким ничего не выдал, а запись так и осталась пустой. — Чёрт, — Алья с силой бросает сумку на диван, — она догадалась. — Или Ким её предупредил, — Нино проходит на кухню, наливает ей воды, — но это не конец. — Нет? — она сжимает стакан так, что пальцы белеют, — у нас осталось двенадцать дней, Нино. Он смотрит на неё, и вдруг его рука тянется – поправить прядь, выбившуюся из её хвоста. Но он останавливается в сантиметре, будто обжёгшись. — Мы найдём другой способ. Алья замечает этот жест. Замечает, как его глаза темнеют, когда он на неё смотрит. "Почему он так делает? Почему… помогает?" — Почему ты вообще здесь? — вырывается у неё. Нино замирает. — Потому что Эмма важна Мари, а тебе... — Не ври, — она перебивает, — ты мог просто передать информацию. Но ты здесь. Тишина. Потом он осторожно улыбается. — Может, мне просто нравится, как ты ругаешься, когда нервничаешь. Она фыркает, но уголки губ дрожат. — Идиот. — Твой идиот, — он бросает небрежно, но в голосе – что-то серьёзное. Их взгляды встречаются. На мгновение кажется, что он наклонится ближе. Но потом Нино отворачивается, берёт пустой стакан. — Ладно. Завтра приду с новыми идеями. Алья не отвечает. Только когда дверь закрывается, она шепчет: — Жду. В это время Адриан бесцельно бродил по опустевшей квартире, раз за разом натыкаясь на детские рисунки Эммы. Маринетт молча наблюдала за ним, сжимая в руках телефон - ещё одно неотправленное сообщение Алье. Они оба понимали: сейчас всё в руках рыжей

***

Хлоя бросает телефон на диван. — Я почти поверила, что эта рыжая крыса хочет договориться! Ким скрещивает руки. — Я же говорил – это ловушка. Льяиф там появился не просто так. Хлоя медленно проходит по гостиной, её каблуки отстукивают чёткий ритм по паркету. — Ловушка? — она усмехается, останавливаясь у окна, — они даже не представляют, на что я готова, чтобы выиграть. Ким молча наблюдает за ней. Он привык к её холодной расчетливости, но сейчас в её глазах горит что-то опасное. — Ты уверена, что хочешь продолжать? Если они уже догадались о подлоге.. — Пусть догадываются! — резко оборачивается Хлоя, — у них нет времени. А у меня – все козыри. Она подходит к столу, берёт папку с документами. — Завтра я подаю новый иск. Ограничение родительских прав для Адриана.. по медицинским показаниям. Ким хмурится. — Каким показаниям? Хлоя улыбается, доставая справку. — Депрессия. Нестабильное психическое состояние. Влияние на ребёнка, — её пальцы гладят бумагу, — всё официально. Всё... красиво. Ким смотрит на неё, и впервые за долгое время чувствует холодок по спине. — Ты ведь сама её подделала? — Неважно, — она отбрасывает прядь волос за плечо, — важно, что суд примет её за чистую монету. А потом... Эмма будет только моей. Ким медленно выдохнул. "Ты переходишь черту", — хотел сказать он, но промолчал. Вместо этого спросил: — А если они узнают про справку? Хлоя рассмеялась. — Кто им поверит? — и бросила взгляд на его телефон. Ким незаметно прикрыл его ладонью. Ким отводит взгляд. Он знает, что Хлоя не остановится. Но теперь он задаётся вопросом... Стоит ли ему продолжать ей верить? Хлоя замерла перед зеркалом, поправляя идеальные локоны. Где-то в другом конце города Алья вцеплялась в растрепанный хвост, пытаясь собрать его дрожащими пальцами.. Отражение Хлои улыбалось холодной, расчетливой улыбкой. — Ты действительно думаешь, это закончится после суда? — её голос звучал почти нежно, если бы не ледяные нотки, — милый Ким, ты плохо меня знаешь. Она повернулась, медленно обходя комнату, её каблуки мерно стучали по паркету, словно отсчитывая секунды до катастрофы. — Алья сделала свой ход. Глупый, предсказуемый ход, — Хлоя провела пальцем по экрану телефона, вызывая какое-то изображение,— теперь очередь за мной. Ким напрягся: — Что ты задумала? Хлоя улыбнулась, как кошка, играющая с мышью: — Ты видел, в каком состоянии Адриан? — она показала фотографию: Адриан в кафе, его лицо искажено болью, — совершенно нестабилен. А Маринетт.. — новый снимок: Маринетт, сжимающая виски руками. — О, у меня есть прекрасный психиатр, который подготовит заключение для обоих, но перед этим я сделаю кое-что ещё, — она улыбнулась, словно хитрая лиса, но.. это было больше похоже на оскал. Она положила телефон на стол, её голос стал сладким, как яд: — После того, как суд передаст мне Эмму... я позабочусь, чтобы её папа и эта простушка Дюпен-Чен получили необходимое лечение. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я? Ким побледнел. Впервые за все годы, что он знал эту женщину в его глазах мелькнул настоящий ужас. Хлоя рассмеялась: — О, не смотри так! Это же гуманно — помочь бедным, больным людям. И совершенно законно,— она подошла к окну, глядя на ночной город, — в конце концов, кто усомнится в диагнозах, когда они оба начнут... ну, ты понимаешь. Её пальцы сжали штору так сильно, что ткань затрещала: — Они посмели бросить мне вызов. Теперь они узнают, что значит играть против Буржуа.

***

Кафе "Noir" — следующий день. Алья сидит за тем же столиком, но теперь перед ней — не ноутбук, а диктофон, спрятанный под салфеткой. — Она не придёт, — шепчет Нино, присаживаясь рядом. — Я знаю, — Алья сжимает кулаки, — но я должна была попробовать. Нино наклоняется ближе. — У меня есть идея. Если Хлоя играет настолько грязно.. значит, нам нужен её уровень. Алья поднимает глаза. — Что ты предлагаешь? Он ухмыляется. — Взломать её почту. Алья замирает. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Если там есть переписка с судьёй или поддельные документы – это железное доказательство. Алья колеблется. — Это... незаконно. Нино пожимает плечами. — А подделка медицинских справок, подкуп людей и манипуляции – законно? Она закрывает глаза на секунду. "Становлюсь ли я такой же, как она?" — мелькнула мысль. Но образ Эммы перевесил. Ради неё Алья готова была запачкать руки. "Чёрт с ним." — Делай. Нино достаёт телефон. — Уже начал, — улыбнулся парень. Алья смотрит на него, и впервые за эти дни.. улыбается по-настоящему. — Ты ужасный человек. — Твой ужасный человек, — он бросает ей быстрый взгляд. И в этот момент... Экран вспыхнул синим. «Письмо от...». Нино замер. Алья увидела, как его пальцы, обычно такие уверенные, дрогнули. «Леблан. Окончательная договорённость», — прошептал он. В тишине кафе эти слова прозвучали как приговор. — Открывай, — голос Альи был хриплым. Нино провёл пальцем по экрану. — Пароль. — Чёрт! — Но... — его лицо озарила хищная улыбка, — у меня есть её старый аккаунт. Держи крестики. Алья и Нино переглядываются. Игра только начинается..