Миша любит наварить каши.

Мишка проснулся в обнимку с Гималайским медведем. Мишка ничего не помнил или не хотел помнить. Яркое солнце светило в окно, оно пробуждало весь лес от сна, птички пархали, а солнце светило прямо на пару. Раз проснулся и лес, значит и проснётся ото спячки и другой медведь Гималайский медведь схватил Мишку за задницу. Пушистое тело казалось приятным, уютным, хотелось лечь и обнимать талию медведя. Сквозь похотливые мысли Гималайский услышал стоны Мишки. Он уже хотел начать непотребство, но у него не было сил. Вчерашний вечер забрал все силы Гималайского медведя, он лёг в кровать. Обессиленное тело растрогало Мишку, не долго думая он вспомнил кем он является для Медведя — гостем. Но его мысли было не остановить. Мишка после того вечера понял, кто есть Мишка для него на самом деле решил помочь ему взамен на свою помощь. Он с стал тем, с кем он устроит свадьбу. Он был лучиком счастья для медведя. Он хотел всё больше от Гималайского. Ради этого он был готов сделать всё для него... Поэтому в момент Мишка опустился к уставшему другу и начал полизовать столь сладкий член. Хозяйство друга готово было выпруснуть поток белой, вязкой жидкости, которая бы потекла по языку Мишки. Но Гималайский нашёл в себя последние силы сдерживать эту струю в себе, чтобы продлить их счастливый момент уединения. Мишка начал сосать, обхватывать своими губами столь прекрасный орган быстрее и приятнее. Чувствовалось, что он начал набираться опыта с их первого секса, начал понимать чего хочет каждый медведь, каждый из них... Член медведя больше не мог сдерживаться. Он кончил в рот Мишке. Гималайский отключился окончательно. Мишка тоже лёг вместе с его любовью. Приобняв сзади столь утомившегося супруга... Спустя 4 часа Медведи проснулись, точнее Мишка. Он приготовил замечательный пирог для ещё довольно сонного, пока чистящего зубы после пробуждения Гималайского медведя. Мишка полил пирог мёдом. Гималайский попробовал сочный, вкуснейшие пирог. Он таял во рту. И тогда медведь признался мишке в своих грехах: — на самом деле, тот мёд, не мой, он твой. — сказали уста красивого, большого гималайского медведя. Но Мишка уже не злился, он не был злопамятен после всей той близости, что произошла. В тот момент случилось осознание, очередное взросленин Мишки. Он уже простил ему всё, за что он был зол по отношению к нему. Ведь их объядиняло стол прекрасное чувство, что переплетало из в бантик. Единственное что он сделал, так это подошёл и обнял. Они пошли за руки по лесу за малиной и им было всё равно на всех.