Доктор Цзян забеременел от заклятого врага

Небо немного потемнело, и по мере приближения Праздника середины осени золотисто-желтые цветы османтуса стали выглядывать из-под ветвей, а вокруг Цзихуа поплыл сладкий цветочный аромат. Получив повышение до лечащего врача, Ю Сан перешел в кабинет номер два и сел рядом с Цзян Сюем. Он вернулся, освободив свое рабочее место, и потянулся, вдруг заметив, что место Шэнь Фанъюя пустое, а Цзян Сюй все еще там. Он знал, что чаще всего эти двое уходили один за другим. В то время как другие торопились уйти с работы, только эти двое боялись, что их рабочее время меньше, чем у других, и придерживались принципа "если ты не уйдешь, то и я не уйду". Поэтому он с любопытством спросил: - Брат Сюй, почему Шэнь Фанъюй сегодня так рано ушел? Цзян Сюй обычно не слышит чужих разговоров, когда сосредоточен на работе, и неизвестно, какое из слов Ю Сана подействовало на его нервы сегодня, но он действительно ответил. - Он ушел готовить. Ю Сан не ожидал, что ему ответят: - А? Цзян Сюй взглянул на часы на рабочей станции. Шэнь Фанъюй отсутствовал уже час и сорок восемь минут. - Откуда ты знаешь, что он ушел готовить? - спросил Ю Сан. - Я догадался. - Цзян Сюй дал отрывистый ответ и снова посмотрел на часы. Час и сорок девять минут. "Это действительно возможно, - подумал Ю Сан, обдумывая его слова. - Обычно он ест в больнице, но сегодня ушел до обеда; может быть, он действительно вернулся, чтобы приготовить еду", - решил он. Затем он тоже проголодался: - Хочешь поужинать, брат Сюй? Перед больницей открылся сычуаньский ресторан, Сяо Тин пробовала его и рекомендовала. *[В сычуаньских ресторанах подают блюда сычуаньской кухни (вид кухни, происходящий из провинции Сычуань и отличающийся ярким вкусом. Здесь обычно используют красный чили и чеснок).] Ручка Цзян Сюя приостановилась: - Я... - Ты уже поел? - Нет. - Тогда пойдем, ты же больше всего любишь сычуаньскую кухню! Цзян Сюй поджал губы, интерфейс его мобильного телефона все еще был заблокирован на чате с Шэнь Фанъюем, и последнее сообщения в чате было напоминанием Шэнь Фанъюя вернуться пораньше, чтобы поесть, а он ответил фразой "Я не могу, у меня работа". Странно, ведь он вежливо отказал Шэнь Фанъюю, почему же теперь он запутался? Поэтому он отключил мобильный телефон, снял белый халат, переоделся и последовал за Ю Саном в ресторан, который тот назвал хорошим. Этот сычуаньский ресторан был открыт недавно. Меню и оформление были красными, а ярко-красные чили выглядели очень аппетитно, но Цзян Сюй чувствовал, что еда безвкусная, а в его сердце поселилось необъяснимое чувство тревоги. Ю Сан ел с таким удовольствием, что его губы были красными и жирными. Цзян Сюй отложил палочки, подозвал официанта и указал в меню на блюдо из одного набора: - Пожалуйста, помогите мне упаковать еще одну порцию с собой. - Зачем ты берешь еду с собой? - удивился Ю Сан. - Это для кого-то дома? Цзян Сюй рассеянно произнес "ммм", а Ю Сан тут же посмотрел сплетничающий взгляд: - Ладно, брат Сюй, а когда ты успел завести *Цзиньву Цзанцзяо? *[Цзиньву Цзанцзяо означает "содержать любовницу".] Цзян Сюй знал, что Ю Сан очень любопытный и любознательный человек, поэтому он сразу же уклонился от ответа: - Мой брат. - Разве ты не единственный ребенок? - Далекий двоюродный брат из моего родного города. - Тогда просто попроси его прийти и поесть, к тому времени, как ты заберешь блюдо, оно уже остынет. - Ю Сан представил себе старшего брата, скромного и трудолюбивого фермера, и сказал Цзян Сюю: Он проделал весь этот путь, чтобы увидеть тебя, как ты мог позволить ему есть холодную еду? Цзян Сюй посмотрел на Ю Сана с недоумением, не говоря уже о том, что дома была микроволновая печь, и даже если бы он действительно позволил Шэнь Фанъюю есть холодную пищу, это было бы лучше, чем позволить ему съесть яд, который он приготовил. - Он привык к этому. - Возможно, это было следствием долгого пребывания с Шэнь Фанъюем, но Цзян Сюй тоже начал нести чушь без подготовки: И он не любит выходить на улицу. Выражение лица Ю Сана внезапно стало более утонченным. Скромный и честный старший брат, который не умел говорить, пришел в гости к Цзян Сюю, который не знал ничего о гостеприимстве. В душе он вздохнул, совершенно не понимая, что этот скромный старший брат - светская бабочка Цзихуа с *языком-лотосом. *[Иметь язык-лотос - значит обладать красноречием.] После того как Цзян Сюй и Ю Сан разошлись, он снова взглянул на свой телефон: чат с Шэнь Фанъюем все еще застрял на последнем сообщении. Шэнь Фанъюй не прислал ему другого сообщения. Он положил еду на пассажирское сиденье и поехал домой. Когда он достал ключ, чтобы открыть дверь, его охватило необъяснимое чувство вины. Он не знал, откуда взялись эти эмоции. На самом деле они начали бродить в его сердце с того момента, как Шэнь Фанъюй покинул больницу. Цзян Сюй прикоснулся к еде на вынос: сегодня он ехал немного быстрее, чем в другие дни, поэтому еда была еще горячей. Он ожидал, что Шэнь Фанъюй не сможет съесть то, что приготовил, поэтому упаковал еду. Он открыл дверь и обнаружил, что в доме нет никакого движения. В гостиной никого не было, поэтому он поставил еду на обеденный стол. Затем он услышал шум из кабинета. Цзян Сюй пригляделся и увидел, что Шэнь Фанъюй открыл дверь кабинета и вышел изнутри. Доктор Шэнь, *выпущенный в виде голубя, взглянул на часы перед собой, а затем перевел взгляд на Цзян Сюя. *[Выпустить голубя - все равно что встать.] Сердце Цзян Сюя вдруг забилось быстрее. Как раз когда Цзян Сюй собирался что-то сказать, Шэнь Фанъюй с удивлением сказал: - Ты вернулся так рано, я думал, ты будешь прятаться еще как минимум час. Цзян Сюй: - ... - Ладно, не нужно объяснять, - сказал Шэнь Фанъюй, - я тебя знаю. Цзян Сюй посмотрел на пустой обеденный стол и сказал: - Ты... Ты ел? - Нет, - Шэнь Фанъюй прошел на кухню, включил рисоварку и наполнил две миски рисом. Затем он разогрел готовые блюда в микроволновке и поставил их на мраморный обеденный стол со словами: Я ждал тебя. - Тебе повезло, что у тебя есть такой сосед, как я. - Шэнь Фанъюй протянул палочки Цзян Сюю. Цзян Сюй нерешительно посмотрел на палочки, и Шэнь Фанъюй отреагировал: - Ты уже поел? Цзян Сюй сделал паузу и взял палочки. - Нет. - О... - Шэнь Фанъюй сел по диагонали перед ним и сказал: Тогда попробуй. Он приготовил в общей сложности три блюда, а в центр поставил тарелку с зеленым перцем из тигровой кожи. На этот раз он был не черным, а темно-зеленым с желто-коричневыми полосками, а с имбирным соком чили сверху выглядел весьма колоритно. Однако, учитывая уроки прошлого, Цзян Сюй все еще не решался пошевелить палочками: - Ты уверен, что это съедобно? Шэнь Фанъюй подпер голову одной рукой и лениво посмотрел на него: - Я много тренировался, пока болел, и наконец научился готовить это блюдо. Я очень проголодался, прождав тебя весь вечер, но ты даже не хочешь попробовать. Цзян Сюй все еще колебался, когда Шэнь Фанъюй поднес кусочек к его рту и сказал, как педиатр, уговаривающий ребенка: - А... Теплый соус коснулся губ Цзян Сюя, и он на мгновение замешкался, а затем, словно смирившись с судьбой, открыл рот и откусил кусочек. Вкус соуса был очень насыщенным, с привкусом зеленого перца и небольшой остротой. Вкус был просто великолепным, и Цзян Сюй удивленно поднял глаза. - Вкусно? - Шэнь Фанъюй съел оставшуюся половину на палочках и с улыбкой посмотрел на Цзян Сюя. Его глаза были очень красивыми, особенно когда он улыбался или смеялся, а лежащий под глазами шелкопряд изгибался под парой ласковых глаз, отчего они казались добрыми. Сердце Цзян Сюя сжалось, он опустил глаза и посмотрел на тарелку с зеленым перцем из тигровой кожи с правильным цветом и вкусом, спрашивая: - Ты действительно это приготовил? - Он подозревал, что Шэнь Фанъюй либо нанял повара, либо заказал еду на вынос. - Если не веришь, приходи в следующий раз пораньше и посмотри своими глазами, как я это делаю. - Шэнь Фанъюй сказал: Не заставляй меня снова ждать. Цзян Сюй взглянул на него и спросил: - Ты сердишься? - Доктор Цзян - занятой человек, я не смею сердиться. - Шэнь Фанъюй улыбнулся и наклонился вперед, придвинувшись чуть ближе к Цзян Сюю: В прошлый раз у меня не все получилось, поэтому вполне понятно, что ты мне не доверяешь. В этот раз я тебя прощаю, но теперь, когда я повысил кулинарные навыки, - сказал он, приподняв брови, - в будущем ты будешь приходить вовремя? Теплый желтый свет на кухне был как раз кстати. Изначально свет должен был сделать еду более яркой и вкусной, но теперь он падал на глаза Шэнь Фанъюя, делая пару улыбающихся глаз яркими. Цзян Сюй почувствовал, как его сердце, которое висело весь вечер, внезапно упало на землю. Он был потрясен, осознав, что ему небезразличны эмоции Шэнь Фанъюя. Когда он увидел, что Шэнь Фанъюй не расстроился из-за того, что его выпустили в виде голубя, а продолжает улыбаться, как и прежде, вся вина в его сердце словно рассеялась. Он взглянул на еду, стоявшую на столе, и почувствовал, что сегодня, пожалуй, переборщил. Шэнь Фанъюй тоже проследил за его взглядом, но улыбающееся лицо вдруг стало каким-то вялым после того, как он увидел содержимое на столе. - Цзян Сюй... не доводи меня до такого унижения, - с недоверием сказал он: Думаешь, моя стряпня настолько невкусная, что ты специально принес еду из ресторана, чтобы я почувствовал разницу в мастерстве? Цзян Сюй не стал объяснять свои добрые намерения, а взял еще один кусочек зеленого перца с тигровой кожей, съел его с рисом, а затем тихо сказал Шэнь Фанъюю: - В ресторане еда не такая вкусная, как у тебя. Услышав этот совершенно неожиданный ответ, Шэнь Фанъюй, готовый обрушить на него ливень упреков, был внезапно ошеломлен. На какое-то время мозг отключился, и только после долгого моргания он постепенно пришел в себя. Цзян Сюй на самом деле хвалил его за то, что он хорошо готовит. Это Цзян Сюй, не подделка, а настоящий Цзян Сюй, хвалит его! Шэнь Фанъюй вдруг почувствовал, что его ноги наступили на вату и он парит. Он почувствовал себя очень счастливым. - Что еще ты хочешь съесть? - Шэнь Фанъюй внезапно закатал рукава, как будто ему влили кровь. - Я могу научиться. Цзян Сюй взглянул на него, уголки его губ скривились, и он быстро опустил голову, чтобы скрыть легкую улыбку. Странно, что его реакция на беременность длилась так долго. У него по-прежнему не было аппетита, но неожиданно эта простая тарелка зеленого перца с тигровой кожей вызвала у него аппетит, и тошнота не появилась. Он даже съел половину тарелки за один присест. Однако Шэнь Фанъюй все еще улыбался. - Цзян Сюй, - Шэнь Фанюй посмотрел на маленькую родинку под его глазом, которая ожила от улыбки, - ты действительно хорошо выглядишь, когда улыбаешься. Цзян Сюй больше не прятался. Он поднял голову, в его глазах появилась улыбка, и в этот редкий момент он поддразнил: - Значит, я плохо выгляжу, когда не улыбаюсь?