Доктор Цзян забеременел от заклятого врага

С громким "туд" Хуан Бин скатился со стула на пол и упал на задницу. Даже те, кто наблюдал за этим, не могли удержаться от громкого смеха. - Черт! - Хуан Бин вытер лицо и встал, в ярости указывая на нос Цзян Сюя: Какого хрена тебе надо? Цзян Сюй поправил пальто, которое слегка распахнулось от его движений, и сел обратно в кресло, встретившись взглядом с Хуан Бином: - Ты уверен, что хочешь, чтобы я рассказал обо всем, что ты сделал? Несмотря на большое и шумное помещение, слухи о происходящем быстро распространились, и все больше людей собиралось посмотреть, как разворачивается драма. Некогда шумная толпа затихла, и Гэ Чэн бросился разбираться. - Что здесь происходит? Из-за чего весь этот шум? - спросил он. Увидев, что все смотрят на него, Хуан Бин уже собирался начать сыпать оскорблениями, но как только он открыл рот, кто-то неожиданно потрепал его по плечу. - Это он тебя пнул? - спросил Шэнь Фанъюй, указывая на Цзян Сюя. Хуан Бин на мгновение опешил от неожиданного появления Шэнь Фанъюя, но тут же вспомнил, что Шэнь Фанъюй и Цзян Сюй были злейшими соперниками. Значит, Шэнь Фанъюй пришел к нему на помощь...? Хотя Шэнь Фанъюй и ругал его из-за Ян Жуи, но враг моего врага - мой друг. А раз у Шэнь Фанъюя не было контактных данных его девушки, то и перемена настроения Ян Жуи не могла быть делом его рук. Осознав это, Хуан Бин широко ухмыльнулся: - Фанъюй, ты здесь, чтобы восстановить справедливость? Я говорю тебе, что Цзян Сюй - плохой человек, он хочет, чтобы моя девушка порвала со мной. Шэнь Фанъюй сказал "О" и ответил ему: - Нет причин злиться из-за этого маленького дела, просто уладьте ваши разногласия позже. Мы с директором Лю как раз обсуждали новые лекарства, - сказал он, жестом указывая на соседнее подсобное помещение. - Почему бы тебе не пойти со мной, и мы сможем все обсудить? Когда он услышал, что у него есть дело, глаза Хуан Бина загорелись, но, остановившись, он вспомнил, что все еще злится на Цзян Сюя. Пока он колебался, Шэнь Фанъюй обнял его за шею и увел прочь из этого места. Некоторые люди вздохнули с облегчением, другие выглядели разочарованными, а третьи пытались выяснить у Цзян Сюя больше. Однако Цзян Сюй не смотрел на Хуан Бина с тех пор, как появился Шэнь Фанъюй, а все время был погружен в еду. Поэтому толпа отступила от своего любопытства и зашепталась: - Хуан Бин сказал, что Цзян Сюй украл его девушку? Это вряд ли. Смысл чьих-то размышлений был таков: - У Шэнь Фанъюя и Цзян Сюя были очень плохие отношения на протяжении десятилетий. Когда у Хуан Бина был конфликт с Цзян Сюем, он предложил Хуан Бину бизнес. Я думал, что теперь, когда они стали коллегами, их отношения смягчатся. - Эй... у них плохие отношения еще с тех времен, когда они учились, и ты думаешь, что они помирятся сейчас? Это нормально, когда они срываются друг на друге. - Чжан Чэн также учился в отделении акушерства и гинекологии Цзихуа, - сообщил осведомленный человек, - Я слышал, что после начала работы конфликты между ними стали еще глубже, чем раньше, и они даже подрались из-за девушки. Возможно, они до сих пор ненавидят друг друга, но директор держит их под контролем, поэтому им едва удается сохранять поверхностный мир. Третий человек, который был подавлен их соперничеством и сдался, даже желал, чтобы обе стороны разрешили свое внутреннее соперничество, тихо заметил: - Не могу поверить, что эти двое настолько поглощены соперничеством, что у них даже нет времени посмотреть на других людей, кроме себя. Цзян Сюй выслушал каждое слово, затем вытер рот салфеткой и встал, чтобы пойти в том направлении, где исчез Шэнь Фанъюй. Ван Цзюнь быстро потянул его за рукав: - Ты закончил есть? Не расстраивайся из-за таких людей, как Шэнь Фанъюй и Хуан Бин, что в этом такого? Заботиться о себе и иметь полный желудок - вот что самое важное. Цзян Сюй махнул рукой и не стал останавливать свой шаг. Он боялся, что если не уйдет, то Шэнь Фанъюй убьет Хуан Бина. В пустом подсобном помещении Хуан Бинь лежал на полу парализованный, его глаза были полны боли. Он выглядел так, словно умирал, и, задыхаясь, говорил: - Ты, блядь... не боишься, что я вызову полицию? Шэнь Фанъюй стоял у окна с улыбкой на лице: - Вызовешь полицию? Я ни с кем не объединялся, чтобы ударить тебя, и я не бил тебя несколько раз... Или ты инвалид? Беременный? Тебе нет четырнадцати? - Шэнь Фанъюй! - сурово сказал Хуан Бин, - Не забывай, что драка и нанесение мелких травм могут привести к тюремному заключению! - Ты же студент-медик, ты должен знать, где удар причиняет наибольшую боль, но не наносит вреда, - легкомысленно заметил Шэнь Фанъюй, - Но, похоже, ты тоже не очень хорошо соображаешь, видимо, не очень серьезно относился к анатомии, когда изучал её. Если не боишься неприятностей, сообщи о легкой травме и пройди обследование. Если ты действительно сможешь поставить диагноз легкой травмы, я порву свою медицинскую лицензию. - Ты... - Хуан Бин, - Шэнь Фанъюй вдруг полуприсел перед Хуан Бином и встретился с ним глазами. Солнечный свет, просачивающийся через окно, вытягивал его тень: Я хочу увидеть, как ты прояснишь эту ситуацию в группе до вечера. И если ты снова распустишь слухи о Цзян Сюе... ты знаешь, что будет. Он улыбнулся, но Хуан Бин вдруг почувствовал себя неловко. - У твоей компании много фармацевтических представителей, и ты не единственный, - медленно продолжил Шэнь Фанъюй. - Я буду связываться с твоими клиентами один за другим, пока ты не сможешь больше работать. Дверь внезапно открылась, и последние слова Шэнь Фанъюя донеслись до ушей Цзян Сюя. - Шэнь Фанъюй! - Он подошел к Шэнь Фанъюю с суровым лицом и потянул его за запястье. Враждебность Шэнь Фанъюя сразу же исчезла. Он в панике встал и начал спрашивать: - Почему ты здесь? Ты поел? Эй, полегче, у меня рука болит. Цзян Сюй промолчал и, взяв его за запястье и потащил прочь. Одногруппники, которые только что обсуждали их, замолчали, изумленно глядя на происходящее перед ними. - Они собираются драться? - Не похоже, что они собираются драться... - Но Цзян Сюй выглядит очень сердитым. - Но кажется, что Шэнь Фанъюй его успокаивает! - Это не "кажется", это правда! Я слышал, как он извинялся перед Цзян Сюем! - О Боже, я ослеп! - Проклятье, - протирал глаза тот, кто только что говорил, что они должны ненавидеть друг друга, - когда же эти двое успели наладить отношения, чтобы держаться за руки? Тем временем третья жертва соперничества прижала руку к груди, сделала глоток чая и попыталась подавить свой шок. Он не мог не пробормотать себе под нос: - Я только что подумал о чем-то невероятном, надеюсь, я не наткнулся на что-то реальное?! Люди не обращали на это внимания, но Цзян Сюй был так зол, что готов был взорваться. Он прошел прямо к парковке внизу, затолкал Шэнь Фанъюя в машину, закрыл дверь и взорвался: - Шэнь Фанъюй! Ты все еще хочешь работать?Думаешь, только ты можешь делать записи? Если Хуан Бин записал то, что ты сейчас сказал, он может подать на тебя в суд за злоупотребление властью в корыстных целях. Ты знаешь об этом? Заместитель начальника акушерско-гинекологического отделения Цзихуа угрожал фармацевтическому агентству и нарушил работу рынка. Хочешь оказаться на первой полосе светских новостей? - Цзян Сюй... не сердись, - Шэнь Фанъюй тщательно пригладил волосы, - я был неправ, ладно, в следующий раз я так не поступлю, я просто слушал его глупости и слишком разозлился, я больше не мог этого выносить. Цзян Сюй нажал на середину бровей: - Я же просил тебя успокоиться, разве это спокойно? - Мне очень жаль. Я распечатаю слово "спокойно" и наклею его в своем кабинете, хорошо? Я даже могу наклеить его на твое лицо. Прости меня, хорошо? - сказал Шэнь Фанъюй. Цзян Сюй: - ... - Я обещаю, что этого больше не повторится, хорошо? - Шэнь Фанъюй нежно взял Цзян Сюя за руку. - Не расстраивайся из-за таких вещей, излишняя эмоциональность вредит твоему здоровью. Цзян Сюй посмотрел на выражение лица Шэнь Фанъюя и некоторое время молчал, а затем повернул голову и посмотрел в окно. - Цзян Сюй, - Шэнь Фанъюй проследил за костяшками пальцев и надавил на них по очереди, прошептав: Не злись. - Забудь об этом. Шэнь Фанъюй спросил: - А? Ты больше не злишься? Цзян Сюй отвернул лицо: - Не думаю, что Хуан Бин так же быстро соображает, как ты. Не многие люди могли сообразить сделать запись, когда что-то случалось, особенно если эмоции брали верх. Цзян Сюй никогда не встречал таких людей, как Шэнь Фанъюй, которые реагировали бы так быстро. Кроме того, он прервал Шэнь Фанъюя достаточно рано, и между ними не было очень серьезного конфликт, только неопределенное заявление. Даже если бы Хуан Бин все записал, это не привело бы к серьезным последствиям, как он утверждал. Он лишь злился на Шэнь Фанъюя за то, что тот повел себя так импульсивно и попал в потенциально опасную ситуацию, лишь бы выместить свой гнев. Шэнь Фанъюй сделал паузу, а затем сказал с искренним волнением: - Ты косвенно делаешь мне комплимент? Цзян Сюй не хотел больше разговаривать с Шэнь Фанъюем. Шэнь Фанъюй сказал: - Эй, а ты знаешь, что происходит? Неужели Хуан Бин внезапно пришел побеспокоить тебя из-за той записи? Цзян Сюй помолчал немного и рассказал Шэнь Фанъюю всю историю, включая связь Ян Жуй и Цао Суан с этим вопросом. Шэнь Фанъюй задумчиво вздохнул и внезапно отреагировал: - Значит, в тот день ты не только ужинал с госпожой Цао, но и Ян Жуй была там? Ты улыбался госпоже Цао, потому что знал, что с Ян Жуй все в порядке? - Я улыбался госпоже Цао? Откуда ты знаешь? - спросил Цзян Сюй. Шэнь Фанъюй понял, что сболтнул лишнее. Цзян Сюй мгновенно вспомнил желтый спортивный автомобиль, который он видел через окно от пола до потолка в ресторане, и спросил с растерянным видом: - Ты следил за мной на свидании? - Я... Я... - Шэнь Фанъюй некоторое время говорил "я", но в конце концов кивнул под пристальным взглядом Цзян Сюя. Цзян Сюй вспомнил, что Шэнь Фанъюй в тот день сильно напился, и нахмурился: - Ты пьяный вел машину? Видя, что Цзян Сюй собирается снова рассердиться, Шэнь Фанъюй быстро объяснил: - Я пил дома. Цзян Сюй вздохнул с облегчением, но, как только он расслабился, информация в его голове внезапно сложилась в несколько странный вывод: Шэнь Фанъюй последовал за ним в ресторан, а затем вернулся домой, чтобы напиться. Настроение Цзян Сюя стало сложным. Он вдруг понял, почему Шэнь Фанъюй был в таком плохом настроении в тот день и почему он даже разозлил его. - Не смотри на меня так, - отвернув лицо, смущенно признался Шэнь Фанъюй, - я действительно думал, что ты хорошо проводишь время, поэтому мне было неловко. - Сначала Ю Синь, потом госпожа Цао, сколько еще раз ты меня не правильно поймешь? -  Цзян Сюй беспомощно ответил: Почему ты также не веришь Хуан Бину, когда он сказал, что я украл его девушку? Шэнь Фанъюй не почувствовал сарказма в его словах и дерзко ответил: - У тебя есть такой прекрасный поклонник, как я, зачем тебе понадобилось красть его девушку, вместо того чтобы хотеть меня? Не могу поверить. Цзян Сюй в отчаянии захихикал: - Ты очень самоуверенный. Шэнь Фанъюй, однако, не рассмеялся. Он смотрел на Цзян Сюя с серьезным выражением лица: - Ты мне нравишься, и я не хочу, чтобы у тебя были отношения с кем-то другим, а не со мной... Конечно, - опустил он голову, - я же не говорю, что буду вмешиваться в твои свидания. Цзян Сюй поджал губы и неопределенно посмотрел в сторону. Спустя некоторое время он сменил тему и спросил: - Когда вылетаешь? Взгляд Шэнь Фанъюя замерцал при этих словах Цзян Сюя, и страсть, вызванная проявлением его истинных чувств, улетучилась. Цзян Сюй был раздражен и хотел, чтобы он поскорее уехал. Его настроение внезапно упало, и он едва сумел сохранить лицо прямым, ответив: - Послезавтра. - Есть ли машина, чтобы забрать тебя из больницы? - спросил Цзян Сюй. Если нет, он мог бы поменяться с кем-то своей сменой, чтобы отвезти Шэнь Фанъюя в аэропорт. - Да, - сказала Шэнь Фанъюй, - я поеду с Чжан Чэном. Цзян Сюй кивнул, чувствуя, что хочет сказать ему еще что-то, но после минутного молчания понял, что Шэнь Фанъюй, похоже, не очень заинтересован в том, чтобы говорить дальше. Он сделал паузу и некоторое время колебался, прежде чем добавить: - Скорее уходи и быстрее возвращайся. Глаза Шэнь Фанъюя загорелись, когда он услышал эти слова, и он с нетерпением посмотрел на Цзян Сюя, схватил его за руку и сказал: - Можно я обниму тебя? Похоже, он знал, что у Цзян Сюя хорошее настроение, поэтому обнял его прежде, чем тот успел серьезно подумать и отказаться. Как и ожидалось, Цзян Сюй не оттолкнул его. Несмотря на то, что они обнимались, между ними оставалось небольшое расстояние. Взгляд Цзян Сюя упал на спину Шэнь Фанъюя. Сегодня они приехали в университет прямо из больницы, и Шэнь Фанъюй успел сделать две операции. Цзян Сюй опустил голову, чувствуя на теле запах дезинфицирующего средства и спирта. И в этих запахах, казалось, был приглушенный, нежный аромат, смешанный с тяжелым этанолом, скрытый, но бушующий. Обоняние способно составить картину лучше, чем слух, и когда человек чувствует тот или иной запах, в его сознании часто возникают воспоминания о чем-то из прошлого. В данный момент этот запах неуместно вызвал часть воспоминаний Цзян Сюя. Сердце Цзян Сюя вдруг забилось быстрее. Он отстранился от объятий Шэнь Фанъюй и спокойно посмотрел в окно, но его уши окрасились в розовый цвет. - Что случилось? - спросил Шэнь Фанъюй. - Мне немного не по себе, меня укачивает. Шэнь Фанъюй удивился: - Мы еще даже не выехали на дорогу. Цзян Сюй отвернул лицо: - У меня кружится голова, когда я сижу в машине. Шэнь Фанъюй сказал: - О... Тогда поехали быстрее обратно, - завел машину и опустил пассажирское стекло, обращаясь к Цзян Сюю: Ты можешь подышать воздухом. Цзян Сюй ответил: "Ммм", - и высунул голову из окна. Свистящий ветер овевал его щеки, и запах, который отвлекал его, казалось, исчез. Иногда Цзян Сюю казалось, что тот внезапный поцелуй был похож на ключ, открывший ящик Пандоры. С того дня он стал лучше понимать все, что связано с Шэнь Фанъюй. Он заметил детали, на которые раньше не обращал внимания: запах тела Шэнь Фанъюя, его дыхание, внешность, рост и всевозможные мелкие привычки, которые он не считал важными. Он помнил каждое слово Шэнь Фанъюя и все его действия, отчего его сердце дрогнуло. Несмотря на шум, Цзян Сюй различал голос Шэнь Фанъюя и даже слышал, что тот говорит. Это было странно. Он опустил голову и прижал руку к животу, пытаясь успокоиться. "Успокойся, Цзян Сюй. Нельзя говорить людям, чтобы они успокоились, и в итоге оказаться на месте тех, кто взволнован", - подумал он про себя.