Доктор Цзян забеременел от заклятого врага

В одной из студенческих комнат отдыха кафедры иммунологии Медицинского университета А курьер помогал запихнуть в холодильник большие коробки с различными напитками. Несколько студентов, обедавших в комнате отдыха, уставились прямо на внезапно обогатившийся холодильник и недоуменно спросили: - Учитель, это что, за изменение личности? Ведь раньше их преподаватель, декан Хоу, всегда выступал за бережливость, не желая даже покупать им мороженое летом. Удивленный, мужчина в бежевом пуховике вдруг вошел с улыбкой на лице и сказал курьеру: - Все уже здесь? - Хуо Лаоши! Хуо Чэнчунь улыбнулся и кивнул нескольким студентам в комнате отдыха, расценив это как приветствие. После возвращения в Китай он работал мелким учителем у уважаемого преподавателя Медицинского университета А, декана Хоу. В отличие от уважаемого декана Хоу, имевшего богатый опыт, он был молод, обладал добрым нравом и не слишком давил на студентов. Поэтому у студентов были хорошие отношения с ним. - Эти напитки вы купили для нас? - спросил один из студентов. - Не совсем, их купил мой парень, - улыбнулся Хуо Чэнчунь. Он говорил безмятежно, и эта группа шумных студентов не смела оставаться безмятежной. Только когда он ушел, кастрюля взорвалась: - Черт, что я только что услышал? Парень? - Неужели Хуо Лаоши сказал это неправильно, он, должно быть, хотел сказать "девушка". - Ты не ослышался, это был именно "парень". - ... - Насколько велика.... эта уверенность в речи? Один из студентов вздохнул и сказал: - Я никогда не видел никого более непринужденного, чем Хуо Лаоши. В наши дни научные должности в университетах быстро переполнялись*¹, практически вытеснив молодых преподавателей. Целыми днями они боролись за сохранение должности и разрабатывали планы*² до изнеможения. С одной стороны, их подавляют до смерти за каждую из школьных целей, с другой - им остается только перекладывать давление на учеников. И ученики, и учителя несут невыносимые тяготы. Но Хуо Чэнчунь - полное исключение. Он выполняет учебную работу, руководствуясь исключительно своими интересами, и не очень контролирует студентов. Когда студенты задают ему вопросы, он искренне отвечает на них, проводя эксперименты рука об руку. Если они не спрашивают, он относится к ним как к несуществующим, если он может сделать это сам, он редко просит их о помощи, заставляя нескольких учеников с социальной тревожностью превращаться в социальных бабочек. *¹[Буквально означает одно вакантное место, одно заполненное место, жесткая конкуренция.] *²[Планы уроков или планы исследовательских предложений в данном контексте] Один из одноклассников* спросил его: - Хуо Лаоши, вы не нервничаете? Я слышал, что по правилам Медицинского университета А, если за шесть лет вы не сможете достичь показателей по публикации статей и поступлению средств, вам не только придется уйти, но и выплатить университету неустойку за нарушение контракта. *[На самом деле не одноклассник, а студент. Китайцы иногда называют студентов одноклассниками, даже если они ими не являются. Говорящим может быть и кто-то постарше, например, полицейский может обратиться к студенту: "Эй, одноклассник, ты уронил это".] Однако Хуо Чэнчунь сказал, легко как перышко: - Недорого. Внезапно ему позавидовала группа социальных животных сродни каменщикам.* *[Под каменщиками здесь подразумеваются люди, которые занимаются очень тяжелой и изнурительной работой. Возможно, вы слышали и другой термин, связанный с кирпичами, например "стать грузчиками кирпичей", в основном это означает, что работа изнурительная.] На данный момент очевидно, что его не очень волновало, повлияет ли его гомосексуальная ориентация на его достижения и вопрос удержания в университете поэтому он небрежно сказал об этом. Пока студенты ели дыни и вздыхали, отдыхая от напряженной работы, Хуо Чэнчунь в комнате с оборудованием снимал иммунофлюоресценцию и звонил Ли Ялэю по блютуз-наушникам: - Я получил напитки. Ли Ялей ответил: - Я не знал, что тебе нравится, поэтому купил все. - Мне нравится все, что ты купил, - улыбнулся Хуо Чэнчунь, отметив на экране компьютера область, в которой настраивал параметры. Ли Ялей сделал паузу и спросил его: - Хочешь сегодня поужинать вместе? - Хорошо, - Хуо Чэнчунь взглянул на время, отображаемое на компьютере. - Забери меня в 6:30, - добавил он, - без водителя, приезжай лично. Как правило, у каждого человека много характеров. В присутствии разных людей, из-за разницы в личности и времени взаимодействия, их темперамент проявляется по-разному. Честно говоря, даже живя в одном общежитии с Хуо Чэнчунем уже восемь лет, Ли Ялей не ожидал, что у него будет такой характер на свиданиях. Это было немного неожиданно и в то же время необычно. В 6:30 Хуо Чэнчунь пунктуально появился у ворот Медицинского университета А. Он привычно открыл пассажирскую дверь, сел внутрь и протянул Ли Ялею букет цветов-колокольчиков. - Это? Каждый из светло-фиолетовых цветков напоминал крошечные колокольчики, яркие лепестки казались особенно пышными и свежими. - Для вас, - спросил он, - босс Ли, может быть, вы не приносите подарки, когда идете с кем-то на свидание? По совпадению, Ли Ялей действительно не имеет такой привычки. Хуо Чэнчунь: - Все в порядке, - он пристегнул ремень безопасности и улыбнулся* Ли Ялею, его миндалевидные глаза в паре с милыми мешочками под глазами выглядели хитрыми и в то же время искренне чистыми, - Но в следующий раз не забудь взять с собой. *[Улыбка, при которой глаза кривятся от улыбки, а не та, что только на губах] Подъехав к месту, где они собирались поужинать, Хуо Чэнчунь вышел из машины, постоял на обочине, ожидая, пока Ли Ялей закроет машину, а затем, естественно, взял его за руку. На стоянке было холодно и дул сильный зимний ветер, поэтому он взял руку Ли Ялея и засунул её в свой карман. Во внешнем кармане пуховика было очень тепло и уютно, сердце Ли Ялея внезапно участилось, он почувствовал, что рука Хуо Чэнчуня слегка вспотела, в то время как другая рука оставалась холодной как лед. Хуо Чэнчунь, словно почувствовав его, перешел на другую сторону и вытянул наружу свою руку: - Почему она такая холодная? - спросил он. - Я... - Не успел Ли Ялей договорить, как Хуо Чэнчунь прижал руку к его шее. Ледяная рука внезапно прижалась к теплой коже. Ресницы Ли Ялея затрепетали, он подсознательно хотел отдернуть руку. Но лицо Хуо Чэнчуня оставалось невозмутимым во время всего действа, даже не изменив выражения при встрече с холодом. - Не холодно? - Не холодно, - Хуо Чэнчунь зажал уголок рта и поцеловал его в боковую часть лица, серьезно говоря: Как может быть холодно, когда я с тобой? У Ли Ялея запнулся язык. Наконец-то он понял. Хуо Чэнчунь - морской царь высокого уровня* *[ Это сленг для бабников или людей, которые флиртуют. Произошло от поговорки "Я думал, что я один плаваю в пруду гэгэ, но оказалось, что он морской царь", то есть в пруду много рыб. В общем, подонок со многими партнерами.] **** Ли Ялей представлял себе, что быть с Хуо Чэнчунем - это месяц общаться, на второй месяц вместе ужинать, на третий встречаться, а на четвертый ждать, когда можно будет вместе смотреть кино. После более или менее полугода совместной жизни они смогут поцеловать друг друга. Затем, провстречавшись год или два, когда отношения стабилизируются, они могут лечь в постель* и стать любовниками на всю жизнь. *[В смысле заниматься сексом.] Но дело в том, что уже на второй день после того, как Хуо Чэнчунь согласился попробовать с ним встречаться, он с шумом въехал в его дом с десятью чемоданами. Более того, он прекрасно контролировал физический контакт, не заставляя собеседника испытывать дискомфорт, и считал, что все это в порядке вещей, отчего люди привыкали к нему и становились зависимыми. Например, в данный момент Ли Ялей сидел в постели, читая присланные компанией документы, но в голове у него крутилось только одно: Хуо Чэнчунь не целовал его с момента их сегодняшней встречи. Очевидно, что раньше он всегда целовал его при каждой встрече. - О чем ты думаешь? - раздался знакомый голос рядом с его ухом. Хуо Чэнчунь, только что закончивший принимать душ, переоделся в ночную рубашку и забрался на кровать, подперевшись руками. В такой позе воротник открывался особенно широко. Однако Ли Ялей успел лишь мельком взглянуть на него. Хуо Чэнчунь приподнял одеяло и лег под него, прервав Ли Ялея. Даже время для маскировки было выбрано с умом. - Не о чем, - покраснел Ли Ялей и отвел взгляд. Хуо Чэнчунь с легким хихиканьем посмотрел на него и спросил: - Ты думаешь, почему я тебя не поцеловал? Ли Ялей промолчал. - Потому что, - ответил Хуо Чэнчунь на свой же вопрос, - сегодня твоя очередь проявить инициативу и поцеловать меня. Шея мужчины была стройной, шелковая ночная рубашка придавала ему нежный и неторопливый вид. В его глазах застыла улыбка, он неподвижно смотрел на Ли Ялея, словно ожидая, что его жертва попадет в ловушку. Ли Ялей и он некоторое время смотрели друг на друга. Чем больше они смотрели, тем сильнее сжималось их горло, необъяснимо чувствуя, что температура в комнате немного высоковата. Наконец, не успев потерять самообладание, он вдруг отвернул лицо, расстегнул воротник и обдулся. Затем он взял стакан с водой, стоявший на прикроватной тумбочке, и большими глотками выпил больше половины, надеясь охладиться. Однако не успел он проглотить последний глоток воды, как Хуо Чэнчунь неожиданно поцеловал его в беззащитное лицо. Вода холодная, человек обжигающий. Через некоторое время он с улыбкой вытер уголки рта и влажными губами сказал: - Я тоже хочу пить. Ли Ялей глубоко вздохнул и не удержался: - Ты за Цзян Сюем так же ухаживал? Хуо Чэнчунь невозмутимо покачал головой: - Если бы это был он, он бы, наверное, посоветовал мне читать больше книг, когда я просил его лично заехать за мной. Я ему не нравлюсь, - был уверен Хуо Чэнчунь, - но теперь мне нравишься ты. - Я... - Не спеши отрицать, - Хуо Чэнчунь посмотрел на него и, покрутив пояс ночной рубашки, небрежно пригрозил: Если я тебе не нравлюсь и ты все равно меня поцелуешь, я выставлю тебя в Моментах* как мерзавца. *[Как в функции Wechat "Моменты". Это как временная шкала, где вы можете увидеть, что опубликовали ваши друзья.] Ли Ялей почувствовал, что эти отношения немного превзошли его ожидания. Будь то ритм любви или его собственного сердца. Действительно, как сказал Хуо Чэнчунь. По отношению к старому однокласснику, которого он, можно сказать, знал вдоль и поперек, он не должен был испытывать никакого чувства новизны или вновь ощущать учащенный стук сердца. Даже если он настроен несколько пессимистично, человек перед ним использует повторяющиеся приемы, чтобы обмануть его. Но он все равно не мог не прыгнуть в вырытую для него яму с огнем. Он сказал Хуо Чэнчуню: - Я влюбился в тебя. **** На самом деле Хуо Чэнчунь не собирался обманывать Ли Ялея. Он ведь тоже не морской царь. Он просто умел излучать свое обаяние и знал, как завязать отношения. Но он всегда был не в состоянии понять, как сохранить отношения. Его бывшие, расставаясь, всегда говорили: "Чэнчунь, я чувствую, что ты изменился". Кто изменился? Хуо Чэнчунь и сам не знал. Возможно, при первой встрече с человеком, который хочет построить совместные отношения, новизна всегда навевает бесчисленные темы друг о друге. После этого они могли постепенно раскрыть свой самый настоящий характер и нрав. Это можно обнаружить, только проведя вместе какое-то время. Ведь вначале двум людям нужно ладить, общаться, культивировать эмоции - все для того, чтобы как можно больше обнаружить и изучить общие черты в жизни. Однако в конце концов они обнаружили, что в их мирах мало общего. Не желая объяснять, что им не нравится в Хуо Чэнчуне, они говорили, что он изменился. Почему же он согласился попробовать с Ли Ялеем? Хуо Чэнчунь подумал, что, возможно, просто потому, что не хотел, чтобы кто-то снова сказал, что он изменился. Этот человек, знающий его уже столько лет и знакомый с его дурными привычками во время учебы, в качестве партнера, возможно, подошел бы ему больше. Его восприятие эмоций людей очень чувствительно. Он четко ощущал, что чувствует к нему другой человек: развивается ли он, производит ли хорошее впечатление, нравится ли ему, увлечен ли он, или же ему совершенно неинтересно. Хуо Чэнчунь не удивился тому, что он понравился Ли Ялею, но все же был несколько удивлен тем, что Ли Ялей сказал об этом так откровенно. Он улыбнулся, взял телефон Ли Ялея и сделал селфи, которое потом легко установил в качестве заставки. Затем он поцеловал кончик носа Ли Ялея, вернул ему телефон и серьезно предупредил: - Не меняй заставку. Босс Ли действительно не стал ничего менять. Он жестко позволил весьма двусмысленной фотографии ночной рубашки занять экран блокировки своего телефона. И так на протяжении многих дней. **** Когда Шэнь Фанъюй искал Ли Ялея, чтобы поговорить о скидке на покупку Мао Тай*, Хуо Чэнчунь смотрел фильм вместе с Ли Ялеем *[Разновидность алкогольного напитка.] Когда Ли Ялей ответил на звонок, он включил громкую связь, так что Хуо Чэнчунь мог слушать, что говорит Шэнь Фанъюй. Он не мог сказать почему, но на самом деле ему было очень завидно. Когда Шэнь Фанъюй пришел одолжить у него яхту, он в шутку сказал несколько фраз, чтобы подавить* собеседника, но при этом искренне пожелал ему и Цзян Сюю всего хорошего. *[В смысле разозлить Шэнь Фанъюя или лишить его дара речи, а не подавиться.] Раньше Цзян Сюй ему действительно нравился. Как ни крути, Цзян Сюй - отличный любовник. Но, возможно, ему с Цзян Сюем никогда не суждено идти одной дорогой. В те дни, когда он всерьез ухаживал за Цзян Сюем, он чувствовал, что, как бы уважительно он к нему ни относился, внимание Цзян Сюя никогда не было приковано к нему. По отношению к своим поклонникам Цзян Сюй всегда был спокоен, без излишних эмоциональных колебаний. Он также искренне советовал ему делать то, что он действительно хочет, и говорил, что не стоит тратить на него время. Перед таким человеком, какие бы трюки он ни использовал, он все равно что артист без зрителей. Теперь Цзян Сюй и Шэнь Фанъюй вместе... Хуо Чэнчунь подумал, что, хотя он был шокирован и подавлен, когда внезапно узнал об этом, он не мог не сказать несколько резких слов. Но если серьезно подумать, то на самом деле ему не очень-то и хотелось*. *[Как нежелание принимать реальность.] Ведь в последние дни, по крайней мере, в их классе, Шэнь Фанъюй привлекал внимание Цзян Сюя больше всех, а также вызывал колебания в его настроении. Но Хуо Чэнчунь видел, что Ли Ялей не выглядел таким открытым. Однажды вечером он отправился в компанию Ли Ялея, чтобы найти его. Секретарша провела его в комнату отдыха, сказав, что у босса Ли совещание, он немного расстроен и просит его подождать. Хуо Чэнчунь, обеспокоенный, спросил, почему он расстроен. Ли Ялей не скрывал их отношений, поэтому секретарша не стала ничего от него скрывать: - Кажется, это из-за дела Мао Тай. Хуо Чэнчунь выдохнул "ох", поджал губы и опустил голову, беззвучно повторяя в сердце два иероглифа "Мао тай" бесчисленное количество раз. **** Ли Ялей заметил, что в последнее время Хуо Чэнчунь не очень охотно отвечает ему. Это сделало его немного взбалмошным и вспыльчивым. Он стал часто терять концентрацию при просмотре документов. Через некоторое время он не мог удержаться, чтобы не посмотреть на яркий экран блокировки, а затем закрывал его, как будто ему нужно посмотреть на человека на фотографии, чтобы почувствовать себя лучше, казалось его будто околдовали. Однажды он не удержался и спросил у своего помощника: - Если человек, который всегда был увлечен вами, вдруг стал равнодушным, что может быть причиной? Помощник на мгновение замешкался, а затем, подумав, ответил: - Это может быть нежелание продолжать отношения, или, говоря по-другому, это может быть и то, что другой человек... - Что? То, что помощник не осмелился сказать Ли Ялею, было "хитростью развратника". Если случайно, то неправда. А если не случайно, то велика вероятность, что тот, о ком говорил босс Ли, был он сам. Председатель величественной компании был обманут подонком. Боясь, что если он скажет об этом, его заставят замолчать. К счастью, Ли Ялей не стал расспрашивать дальше, а лишь смотрел на человека на экране блокировки, погрузившись в раздумья. Помощник вздохнул с облегчением, украдкой внутренне сокрушаясь, что, оказывается, председатель тоже может быть в ловушке эмоций. **** Переломный момент произошел в "Моментах Цзян Сюя". "Не выходите замуж за врача, вы будете несчастливы." Хуо Чэнчунь, которому попался на глаза этот момент, не мог не скривить губы. Цзян Сюй никогда ничего не публиковал в Моментах, и это показалось ему несколько необычным. Он также не знал, что такого сделал Шэнь Фанъюй в последнее время, что так разозлило этот высокогорный цветок. Однако не успел он улыбнуться, как увидел имя Ли Ялея в списке лайков внизу. Десять минут назад Ли Ялей сказал, что у него встреча, и бросил трубку. А "Моменты" Цзян Сюя были опубликованы восемь минут назад. Слово "Мао Тай" снова засело в голове, и Хуо Чэнчунь на некоторое время замолчал, а затем десять его пальцев зашевелились, словно в полете, комментируя: - "Оставь его, пойдем со мной!" Ли Ялей узнал об этом только после окончания встречи и увидел сообщение. Сначала он смотрел в пустоту, а потом несколько раз убедился, что это действительно ответ Хуо Чэнчуня. Выражение его лица стало несколько неприглядным. Перед совещанием руководитель отдела пришел с небольшим опозданием, поэтому он без дела возился со своим телефоном. На это сообщение в Моментах он поначалу не обратил особого внимания, но сейчас, хотя и не хотел принимать его близко к сердцу, не мог не обратить на него внимания. Сначала он ответил вопросительным знаком, но через некоторое время все равно был невыносимо зол. Он поднял пальто и сказал своему помощнику: - Сегодня я не буду работать сверхурочно. У меня дома есть кое-что срочное, я сначала вернусь. Когда он пришел домой, Хуо Чэнчунь лежал на кровати и играл в телефон, не обращая внимания на его приход. Ли Ялей подошел к нему вплотную, нашел в своем телефоне скриншот того самого момента и показал ему: - Объясни мне это. - Что объяснить? Хуо Чэнчунь скривил губы, даже не взглянув на телефон. Вместо этого он указал на свой телефон и, небрежно сменив тему, сказал: - Слушай, а разве модель опухоли трансплантата, которую сделал мой ученик, не очень красивая? Ли Ялей ничего не ответил. После минутного молчания он поднял телефон Хуо Чэнчуня и отбросил его в сторону: - Прошло столько лет, почему ты до сих пор не можешь отпустить Цзян Сюя? Хуо Чэнчунь, - сказал он, - если он тебе все еще нравится, давай просто расстанемся, никто не хочет играть с тобой в игры, - Хуо Чэнчунь слегка хихикнул и сказал: В конце концов, кто же это оказался, кто не может отпустить? - Что ты имеешь в виду? Хуо Чэнчунь слегка приподнял брови, посмотрел на него и сказал: - В буквальном смысле. Ли Ялей на мгновение остолбенел: - Ты думаешь, я не могу отпустить Цзян Сюя? Причины? Даже если ты не изучал право, прежде чем вынести мне обвинительный приговор, ты все равно должен предъявить какие-то доказательства, не так ли? Хуо Чэнчунь сказал низким голосом: - Почему ты расстроился, когда Шэнь Фанъюй попросил тебя купить Мао Тай? В тот день, когда ты бросил наш телефонный разговор, чтобы пойти на встречу, ты действительно пошел на встречу? Ли Ялей поперхнулся, он застыл на месте, долгое время неподвижно переваривая слова Хуо Чэнчуня, но эмоции в его глазах становились все сложнее и сложнее. Наконец он сел рядом с Хуо Чэнчунем на кровать, замедлил речь и стал объяснять ему предложение за предложением: - Я был в плохом настроении не потому, что Шэнь Фанъюй попросил меня сделять ему скидку на Мао Тай. Это потому, что я недавно обсуждал дела с агентом "Мао Тай" и возникли некоторые проблемы. Не знаю, кто сказал тебе, что у меня было плохое настроение, но это правда. После потери денег я действительно был не в лучшем настроении. Положив трубку, я действительно пошел на встречу, но из-за того, что кто-то опоздал, мне пришлось ждать, и я заскучал и некоторое время смотрел на свой телефон. Если ты мне не веришь, у тебя есть номер моего помощника, ты можешь связаться с ним и спросить. Я сказал ему, что если ты спросишь, то все, что касается моих дел, может быть тебе раскрыто. Хуо Чэнчунь посмотрел на него и на некоторое время замолчал. - Ты пьешь уксус*? Значит ли это, что я нравлюсь тебе больше, чем я предполагал? - спросил Ли Ялей, внезапно вздохнув с облегчением. *[Зависть. "Кислый" также означает ревность по-китайски.] - Почему у тебя такие странные мозговые схемы? - Глаза Хуо Чэнчуня слегка задрожали: Почему ты не обвиняешь меня? Ли Ялей спросил: - За что тебя винить? За то, что хранишь в сердце свою симпатию, или за то, что так долго молчал и холодно *оскорблял меня? *[Как в холодных войнах или эмоциональном насилии. Здесь означает холодно игнорировать.] Выражение лица Хуо Чэньчуня стало мрачным: - Да. Можно также обвинить его: "Ты не был таким раньше" или, например, "Ты изменился, ты не был таким непонимающим раньше. До того, как мы сошлись, ты казался таким, что никогда не рассердишься". Так говорили его бывшие подруги. Но Ли Ялей сказал: - Разве твой гнилой характер не был таким еще со времен нашего студенчества? Реки и горы легко изменить, а характер человека - гораздо сложнее. Я не ожидал, что ты уедешь учиться за границу на два года и вдруг станешь лучше. Хуо Чэнчунь: - Как кто-то может быть всегда солнечным, веселым, живым и милым? Это же искусственный интеллект, верно? - Я согласился попробовать с тобой не только ради твоей хорошей стороны. У человека есть как достоинства, так и недостатки. Надеюсь, в будущем ты сразу скажешь мне, когда поймешь меня неправильно или тебя будет что-то беспокоить. Но если ты не захочешь рассказывать, я постараюсь догадаться, - сказал Ли Ялей. Хуо Чэнчунь опустил глаза и посмотрел на одеяло, наброшенное на его ноги, выражение его лица было несколько утонченным. - Ладно, не прикидывайся, я показал тебе свои доказательства. А теперь докажи, что ты не отпустил меня? Я могу смириться с твоим плохим настроением, - Ли Ялей сказал он с ноткой торжественности, - но я абсолютно не приемлю, чтобы в твоем сердце был кто-то еще, когда ты состоишь со мной в отношениях. Это принципиальный вопрос. Хуо Чэнчунь внезапно поднял глаза, его миндалевидные глаза без малейшей доли агрессивности мерцали прямо под светом. Его взгляд был похож на живопись, чистый и ясный, но в то же время умный, что заставило сердце Ли Ялея учащенно забиться. Однако он никак не ожидал, что Хуо Чэнчунь вдруг поднимет одеяло и одной рукой расстегнет тонкий пояс ночной рубашки. - Что ты делаешь? - в голосе Ли Ялея слышалась паника. - Босс Ли, двое влюбленных друг в друга мужчин лежат на кровати, - Хуо Чэнчунь положил обе руки ему на плечо. - Что, по-твоему, мы должны делать? **** На самом деле, после того как они сделали это, Ли Ялей все еще был немного озадачен. Он не ожидал такого развития событий. Он был еще больше озадачен и не мог понять, зачем Хуо Чэнчуню понадобилось заниматься любовью 0, чтобы доказать ему, что он отпустил Цзян Сюя. Хуо Чэнчунь объяснил это так: - Потому что я думаю, что Цзян Сюй - это 0, ах. Босс Ли, который никогда не видел мир раньше, почувствовал, что, хотя он был 1, он никогда не проявлял инициативу во время всего процесса. Он не мог не спросить: - Это твой первый раз? Я ничего не имею в виду, просто мне показалось, что это не так, как я себе представлял, можешь не отвечать, если не хочешь. Хуо Чэнчунь распахнул ночную рубашку, обнажив заметные следы на шее и груди. Он взял в руки кофе, стоявший на прикроватной тумбочке, и сделал медленный глоток. Выслушав, он посмотрел на Ли Ялея и ровным тоном сказал: - Очень больно. Его выражение лица было слишком спокойным и собранным. Кроме того, он выглядел так, будто не чувствовал ни малейшей боли во время процесса. Ли Ялей не поверил, что Хуо Чэнчуню действительно было очень больно, пока не помог ему привести себя в порядок. Хуо Чэнчунь вдохнул воздух и прокомментировал: - Наверное, это был твой первый раз. Поскольку постель была очень грязной, Ли Ялей постеснялся позвать домработницу, чтобы та убрала её. Поколебавшись некоторое время, он сам сходил за пододеяльником и простыней и снова застелил кровать. Хуо Чэнчунь держал кофе и разминал больную поясницу, молча наблюдая за тем, как он застилает постель. Через некоторое время он взял телефон и удалил тот комментарий в Моментах Цзян Сюя. Когда они снова легли, Ли Ялей неожиданно обнял его сзади: - Чэнчунь, не расставайся со мной. - Ем? - Если ты захочешь расстаться, все в порядке, я просто надеюсь, что мы не расстанемся. - сказал Ли Ялей. У него было несколько феодальных и трудновыговариваемых идей, например, перед тем как лечь в постель*, они должны были получить свидетельство о браке. Если же свидетельство еще не получено, то, по крайней мере, они должны были сделать предложение руки и сердца, и другая сторона серьезно согласилась. И тогда все было в порядке. *[Заниматься сексом.] Поэтому раньше, когда маленькая звездочка спрашивала его, хочет ли он этого, он всегда отвечал, что подождет до свадьбы, прежде чем прикоснется к ней. Хотя маленькая звезда, возможно, не хотела ждать, не говоря уже о том, чтобы выйти за него замуж, и даже догадывалась, нет ли у него расстройства сексуальной функции, и поэтому бросила его. Но это эгоистичное требование Ли Ялея. Однако как только Хуо Чэнчунь расстегнул ночную рубашку, сел на него и несколько раз назвал "боссом Ли", его сознание помутилось. Ли Ялей никогда не думал, что его самоконтроль настолько слаб. Оказывается... найдется человек, которому он не сможет отказать. Но ему было неловко связывать Хуо Чэнчуня узами брака, поэтому он мог только с досадой сказать ему: - Не расставайся со мной. Пока они нерасстанутся, всегда будет день, когда они поженятся. - А ты действительно хорош, Ли Ялей. Как только ты переспал со мной, так уже о разрыве говоришь. Давай, давай расстанемся. Завтра я выложу тебя в "Моментах", развратник, - сонно усмехнулся Хуо Чэнчунь. Ли Ялей, носящий титул развратника, почувствовал облегчение, услышав это. Он обнял собеседника и придвинулся ближе, чтобы поцеловать его в шею: - Публикуй все, что хочешь, Хуо Лаоши.