Боль означает, что мы всё ещё живы

      — Запасной генератор.       Громоздкий металлический ящик с потёртой эмблемой Pony Express теперь стоял посреди хозотсека. Каким-то чудом он пережил и столкновение с астероидом, и пожар, бушевавший в кабине пилота, и выглядел всё таким же устаревшим куском дерьма, каким и был все те годы, что провёл на борту Тулпара.       — Не знаю, насколько его хватит. — Свонси практически рухнул на стул. Он упёрся своими измазанными ручищами в колени, переводя дух.       Прожектор отбрасывал вокруг них искажённые тени. И Джимми никак не мог избавиться от ощущения, что там, в тёмных углах, копошится что-то ужасное. Это нечто только и ждёт, когда неясный свет прожектора наконец погаснет, чтобы утащить его в непроглядную тьму.       — При непрерывной работе криокапсулы, может быть, пару лет и протянет. Но тому, кто залезет в эту капсулу, я никаких гарантий дать не смогу, — продолжил Свонси. — Если генератор накроется до того, как компания сподобится нас подобрать, уж сами смекаете что к чему.       Он с силой протёр лоб тыльной стороной ладони.       — Как там система связи? Хотелось бы знать, будет ли эта помощь вообще.       — Я смог подключить терминал, но сигнала нет, — ответил Кёрли. — Боюсь, ретрансляционная антенна пострадала при аварии. Если это так, то мы остались без возможности связаться с Землёй.       — Думаешь… — голос Свонси звучал очень глухо. — Эти придурки придут за нами? Они ведь уже поставили на нас крест, не так ли? Кучка дешёвой рабочей силы да списанная консервная банка.       Кёрли помолчал какое-то время. Его взгляд скользнул по данным на мониторах активной криогенной системы, по безмятежным лицам спящих Ани и Дайске и лишь на мгновение задержался на стоявшем рядом Джимми.       — Свонси, — всё же решился капитан, — тянуть дальше бессмысленно. Нам придётся рискнуть. Когда закончишь с генератором, займёшь третью капсулу. Джим, четвёртая — твоя.       — Слушаюсь, капитан…       — Я не согласен…       Оба, и Свонси, и Джимми ответили одновременно, но прозвучали совершенно по-разному.       — Это не обсуждается, — отрезал Кёрли.       — Нет, — настойчиво повторил Джимми.       Они уставились друг на друга, оба уверенные в своей правоте. Как будто тот, кто первым отведёт взгляд, будет вынужден отступить. Даже воздух, казалось, почти завибрировал от возникшего здесь напряжения. А может, утомлённые глаза Джимми просто начали его подводить.       — Ладно! — раздражённо вклинился Свонси. — Решайте этот вопрос где-нибудь в другом месте. У меня и без вас дохрена работы!       Кёрли отступил первым, но не в решении их вопроса. Он просто развернулся и пошёл к выходу из хозотсека.       — Оставляю это на тебя, Свонси, — бросил он, не оборачиваясь.       Джимми вышел вслед за ним и в полумраке коридора схватил чужое запястье. Его пальцы сжались с такой силой, словно приложи он чуть меньше усилий, и Кёрли тут же исчезнет, навсегда растворится в одном из отсеков этого проклятого судна.       — Кёрли… — Собственный голос Джимми показался ему чужим.       Кёрли замер. То, что он не пытался освободиться из чужой хватки, говорило за него больше любых слов.       — Ты же сам говорил, — сказал он, — провизии вполне хватит на одного, чтобы протянуть какое-то время.       — Я говорил это не про тебя!       Кёрли медленно повернулся, и в тусклом свете лампы Джимми хорошо разглядел усталость в его заострившихся чертах лица. И всё же, даже сейчас, было в его голубых глазах что-то ещё, что-то яркое, упрямое и неподвластное любым невзгодам. То, что непременно хотелось сохранить. Любой ценой.       Мысли об этой цене приносили Джимми странное, извращённое облегчение.       — Кёрли. Это ты должен занять эту капсулу. Ты не можешь рисковать собой. Я знаю, что ты не доверяешь мне, но я обещаю… Клянусь тебе, я больше не причиню вреда никому из вас.       — Дело не в доверии. — Капитан аккуратно накрыл сжимавшие его пальцы своей тёплой ладонью. — Тулпар — мой корабль. А вы — моя команда. Я несу ответственность за каждого из вас.       Джимми не мог подобрать подходящих слов. Что ещё он мог сказать? Что ещё — сделать? В голове, одна за другой, лихорадочно всплывали отвратительные, кровавые картины из прошлого. Безумие, однажды захлестнувшее его целиком, теперь шептало у самого края сознания, едва уловимо, но всё ещё слышно.       — Ответственность? — Джимми усмехнулся коротко и горько. Его мутило от самого себя. — Когда-то ты обещал, что твоё звание капитана никогда не встанет между нами. Но это всегда было ложью. Я всегда завидовал тебе, а ты всегда прятал голову в песок, прикрываясь своим долгом.       — Джим…       — Это не твоя ответственность, — перебил его Джимми. — Не в этот раз. Ты не можешь снова решить всё за меня.       Кёрли упрямо молчал.       Пальцы Джимми дрогнули и отпустили, словно только сейчас он осознал, с какой силой сжимал их всё это время.       — Тогда останемся вдвоём, — наконец произнёс он. — Урежем пайки. Дождёмся помощи вместе. Год — это не так уж много.       Он сделал паузу.       — Использовать капсулу с этим устаревшим генератором… — тихо добавил он. — Разве это не немногим лучше?       Кёрли закрыл глаза. Его губы сжались в прямую строгую линию, а между бровей пролегла глубокая складка. Было видно, как на мгновение дрогнули его плечи, будто выбор, который он позволил себе сделать, разом сбросил с них невыносимый, невидимый груз.       Потом Кёрли выдохнул — медленно и тяжело, сдаваясь не аргументам, а чему-то внутри себя:       — Хорошо, — сказал он. — Тогда вместе.