Четырнадцать чудес

      Говорят, что на свежую голову думается лучше, но вот Юнги убедился, что это не так. Утром все украшения из дома не пропали, его квартира все еще выглядела как сувенирный магазин, а это значило, что происходящее не приснилось ему в бредовом сне под флером усталости. Чимина в его квартире не было, но кольцо было на месте, значит, точно не сон.       На работе он немного отвлекся большим количеством работы, когда ты руководитель пиар-отдела в довольно крупной компании, все праздники скорее вызывали нервную дрожь и приступы паники, чем положительное предвкушение. Хотя Юнги привык к большим объемам задач. Он просматривал очередной рекламный ролик, который прислали для согласования, и выписывал нужные правки, когда почувствовал, что в кабинете больше не один.       — Как интересно. А что это? — Чимин стоял за его спиной, наклоняясь к плечу, чтобы видеть монитор компьютера. Юнги дернулся от внезапного голоса.       — Бога ради, хватит появляться у меня за спиной, — он выдохнул, откидываясь на спинку кресла, и повернулся в сторону Чимина. Юнги думал, что тот отойдет, но его собственные колени вместе с креслом прошли сквозь джинна. — Что?       — Ну, я же дух, чего ты удивляешься? — Чимин только посмеялся, делая шаг назад и отходя к стеклянному шкафу. — Я могу контактировать с предметами, если захочу, но не с людьми.       — Но я же вчера держал тебя за руку.       — Да, но это только чтобы загадать желание, — Чимин пожал плечами, протягивая руку, которая прошла сквозь стекло. — Я могу сквозь стены гулять.       — Но ты же работаешь в лавке, куда приходят люди.       — А ты что, часто трогаешь работников магазинов? — Чимин весело хохотнул, продолжая рассматривать все, что попадалось на глаза. Юнги не мог с его комментарием не согласиться. Если задуматься, то люди друг друга вообще редко трогают, если не считать толпы или общественный транспорт. — Видят меня, кстати, тоже не всегда. Точнее, видим я только, когда в лавке нахожусь, а вне ее меня видишь только ты.       — До сих пор не могу поверить, что ты реальный, — Юнги покачал головой, разворачиваясь обратно к компьютеру. — И вообще, я работаю. У тебя дел в лавке нет?       — Нет, я же теперь призванный дух, в лавке всем заправляет Чонгук.       — Мне стоит спрашивать, о ком ты говоришь? — ему не было особо интересно, но чистую вежливость никто не отменял.       — Нет, вы все равно позже познакомитесь, — Чимин обошел стол, садясь на маленький диван, который стоял у стены прямо за дверью. — Но мне скучно. У тебя нет никаких желаний?       — Пока что нет.       С самого утра, когда он убедился, что все произошедшее не бред, он не мог перестать обдумывать свои дальнейшие действия. В его руках просто невероятная возможность, и он, пусть все еще недоверчиво поглядывал на Чимина, но не собирался эту возможность упускать.       — Не хочешь пока рассказать, что ты за дух вообще такой? — бросил на джинна очередной взгляд, неспешно внося в таблицу все нужные правки по рекламе.       — Давно у меня никто этого не спрашивал, — Чимин воодушевился, забираясь на диван и скрещивая ноги. Сегодня этот неугомонный в желтом свитере. — Как я уже говорил, моя сила — это управление судьбой. Поэтому я хороший джинн. Появляюсь в вашем мире перед новым годом и жду, пока кто-то поверит в чудо. Иногда бывало, что те, кому я отдавал кольцо, так меня и не призывали. Сам я из параллельного мира, он совсем не похож на ваш, но иногда наша магия просачивается к вам.       — Так ты видишь мою судьбу?              — Да, — кивнул, проводя ладонью в воздухе, создавая водоворот из красных нитей. — Но судьба меняется в зависимости от твоих решений.       — Тогда ты знаешь, какие решения правильные, а какие нет? — он отвлекся, сосредотачивая внимание на Чимине, подперев голову рукой и опираясь о стол.       — Нет правильных или неправильных решений, просто у каждого решения разный результат. Иногда я приходил к людям, у которых было прекрасное будущее, и они могли сделать его еще лучше, но их затапливала жадность, они просили у меня власти, которую не способны были удержать после моего ухода, и в итоге губили себя, — убрал руку, и нити тут же растворились в воздухе.       — Но раз ты знал, к чему это приведет, ты разве не должен был предостеречь?       — Я не могу этого сделать, даже если бы хотел, — пожал плечами, разводя руками в стороны. — Мне нельзя вмешиваться, я лишь шанс на изменения, инструмент. Джиннам нельзя подсказывать желания, чтобы уберечь или наоборот привести к нужному результату. Никаких намеков с умыслом навязать или подтолкнуть к определенному желанию. Кстати, и магию я без твоего желания использовать практически не могу.       — А почему ты сказал, что никто давно тебя не спрашивал о подобном? — Юнги поднялся, отходя к небольшому столу у самого окна, где стояла кофемашина. Работать не хотелось совсем, он едва заставил себя сегодня прийти на работу.       — Ну, я появляюсь в вашем мире только под Новый Год, и в прошлый раз кольцом воспользовался не очень хороший человек, — Чимин пожал плечами, легко дергая нитки на свитере. — Это был студент театральной академии, никак не одаренный, но очень старательный. Он часто приходил ко мне в лавку, жаловался на несправедливость подобной профессии. Мне стало его жаль, и я подарил кольцо, — джинн следил за каждым его действием, принюхиваясь и морщась, видимо, почувствовав запах кофе. — Опять гадость пьешь, — фыркнул, сразу теряя интерес. — Так вот, он вызвал меня за неделю до января — было семь желаний. У него был шанс использовать их, чтобы его заметили, но он захотел все и сразу. Но когда я исчезаю, многие вещи, которые зависят от самих людей, тоже быстро пропадают, и вся пирамидка из желаний просто рассыпается.       — То есть желания действительны только когда ты тут? — Юнги дернул бровью, садясь обратно в кресло и делая глоток. Это четвертая кружка кофе, а желания работать все не прибавилось. — Тогда в чем смысл вообще их загадывать?       — Не совсем. Как бы объяснить… — качнул головой и задумался. Явно подбирал слова, чтобы рассказать, не подталкивая своими словами к определенным действиям. — Попробую на его примере. Чтобы получить себе стабильную и идеальную судьбу, он мог, например, загадать, чтобы его пригласили на перспективный кастинг, или загадать себе опытного и профессионального менеджера, который поможет ему искать пробы по его уровню, или, еще как вариант, знание языка и поступление в известный зарубежный университет, чтобы его там научили. Но он просто загадал главную роль в одном из самых ожидаемых фильмов того года. Роль-то он получил, но его навыки никак от этого не улучшились. В итоге на съемках, которые были уже весной, он сыграл как смог, не дотянул совсем, принес море убытков киностудии и заработал довольно плохую славу. И все загаданные богатства, известность и слава рассыпались, как карточный домик.       — Кажется, я догадываюсь, о ком речь. Даже я понял, что его игра в том фильме была отвратительной, особенно на фоне профессиональных и опытных актеров, — кивнул, понимая, к чему клонил Чимин. — В общем, нужно загадывать желания по своим силам, — Юнги эту мысль понял, соглашаясь. Если резко бедняку дать власть и миллиарды, тот с ними не справится.              Юнги собирался еще немного расспросить Чимина, потому что вопросов к волшебному духу из другого мира слишком много, но в этот момент на полу у самого дивана, на котором джинн сидел, буквально проплыло облако белого дыма, оставляя после себя черного кота. Того самого, который был в лавке. Кот лениво вильнул хвостом, оборачиваясь на Юнги, и, будто вздохнув, снова посмотрел на духа.       — Понимаю, что ты на работе, но Чонгук разбил шарик с пыльцой пикси. Теперь он хочет нести всем добро и не верит, что он ведьма. Чимин, останови его, меня другие фамильяры ковена засмеют.       Должен ли его удивлять говорящий кот? Наверное, нет.       — Так и знал, что нужно их пониже вешать, — Чимин явно едва сдерживал смех, поднимаясь с дивана. — Юнги, я приду вечером. Если понадоблюсь раньше: покрути кольцо, а то ведьма, которая несет в мир добро, — не лучшая комбинация.       — Ага, — единственное, что он смог выдать, смотря на новое облако дыма, которое оставило его в одиночестве. Оставалось все еще надеяться, что это не его больное воображение.

***

             Вечер никак не отличался от вчерашнего. Все тот же поздний уход с работы, тот же стаканчик из той же кофейни и тот же путь между домов. Только в лавку решил не заходить, сегодня ему незачем оттягивать время, а через украшенные окна было видно, что там довольно много покупателей.       Единственное, что действительно очень отличалось — его состояние. Он чувствовал себя физически уставшим, потому что после обеда навалилась работа, но при этом он знал, что сможет отдохнуть. Еду дома никто не приготовил, а самому стоять у плиты откровенно лень, поэтому оставалась доставка. Квартира украшена красиво до безобразия, и даже свет включать не хотелось — множества гирлянд вполне достаточно. Ему было непривычно, что дома пусто, но, когда он проворачивал ключ в замке, ощутил облегчение, что Ёнсу там нет и не предвиделось.       Видимо, страх остаться одному спустя столько лет совместной жизни — одна из основных причин, почему он наконец-то не уйдет из этих отношений. Юнги настолько привык к стабильности, что не сразу осознал, насколько конкретно его стабильность губительная.       Отбросив ненужные мысли, он вновь задумался о желаниях, пока оформлял доставку своего ужина, постукивая пальцами по кружке с кофе. Сейчас ему хотелось просто отключиться и проспать следующие дня три. Еще и мама звонила несколько раз, спрашивая с надеждой, приедет ли он на праздники, говоря, что даже его младший брат с семьей будут. Юнги давно не проводил праздники с семьей, потому что Ёнсу, который вырос только с мамой, чувствовал себя некомфортно и не хотел оставлять ее одну. От идеи собрать всех вместе, ведь родители знакомы, тот отказывался, а Юнги выбирал его просто потому, что считал, что Ёнсу тоже его семья, а у его родителей там и так полный дом детей.       В этот раз ему точно нужно уехать в родной дом, в идеале он бы провел там чуть больше времени, чем новогодние праздники, но, к сожалению, даже на выходных поездка была под вопросом. Вообще их отдел перед концом года работал больше всех, и чтобы получить полноценные выходные, было необходимо чудо.       Идея появилась в голове ровно после этой мысли, словно лампочка зажглась. У него ведь есть ходячее чудо, которое дано ему для решения проблем. Без магии ему отдыха точно не видать, а он готов потратить одно желание на то, чтобы получить отпуск.       На кухне раздался глухой хлопок, а через секунду Юнги услышал шаги, понимая, что в этот раз Чимин решил не доводить его до инфаркта в двадцать восемь лет. Вот бы так быстро еще и еду доставляли.              — Волшебного вечера, — Чимин зашел в гостиную, стряхивая с красного свитера какие-то блестки.       — Не блести мне на пол, пожалуйста, — расслабленно откинулся на диван, делая глоток уже остывшего кофе и включая фоном телевизор.       — Это просто пыльца, она в вашем мире все равно пропадет, — Чимин присел, завязывая вечно развязанные шнурки, и без стеснения почти упал на диван, сгребая под себя подушки, которые вчера наколдовал.       Этот джинн вызывал в нем смешанные эмоции и буквально разрывал ту серость, к которой он привык за последнее время. Но от этого взбалмошного так сильно веяло атмосферой его прошлого, что каждый раз заставляло расслабляться. Будто это давало понять, что в мире еще есть что-то яркое и счастливое, что могло коснуться непосредственно его самого, и вся его унылая повседневность сразу ощущалась глупой проблемой, в которую он сам себя загнал.       — Ну что там с желанием? — Чимин закинул ногу на ногу, утопая в мягких новогодних подушках.       — Давай, — протянул руку, не отрывая взгляд от экрана телевизора.       — А вчера так упирался, — Чимин подтянул рукав свитера, открывая браслет, который приветливо звякнул подвесками.       — Сложно не верить своим глазам, хотя у нас все еще существует шизофрения.       — Загадывай давай, — Чимин обхватил его ладонь пальцами, и Юнги слабо улыбнулся, чувствуя тепло. У духа даже кожа на ощупь совсем другая, не как у людей.       — Желаю, чтобы на работе меня отправили в отпуск. На месяц, — нужно пользоваться возможностью на максимум.       — Принято!       Как и вчера, один осколок с подвески отцепился от браслета, разлетаясь на множество искр, словно маленький салют. Больше никаких изменений вокруг не произошло, потому что то, что менялось, было далеко. Он настолько засмотрелся на разлетающиеся крошечные огни, которые гасли в воздухе, что крупно вздрогнул от вибрации телефона.       Звонок, ожидаемо, от начальства. В итоге его похвалили за то, что его отдел выполнил весь план досрочно, ни разу не подвел, а сам Юнги не брал отпуск уже три года, максимум уходя на лишний выходной пару раз в год. Месячный отпуск подался как возможность отдохнуть в такое важное время семейных праздников, мол, это подарок от компании за хорошую работу. Юнги было свой отдел даже немного жаль, но они действительно выполнили все, что должны были, за исключением мелких моментов, поэтому справятся без него.       — Итак, — Чимин дождался, пока он отложит телефон обратно, — почему именно отпуск?       — Сложно менять жизнь, когда ты с утра до позднего вечера на работе, — пожал плечами, переводя взгляд на духа. — Но, если честно, не думаю, что я вернусь.       — Мне казалось, что ты занимаешь какую-то хорошую должность, но разве в вашем мире можно ее получить, если тебе не нравится то, чем ты занимаешься?       — В нашем мире вообще можно многое получить, — усмехнулся, допивая наконец уже холодный кофе, чувствуя, как неприятно от голода тянет живот. — Но да, ты прав, у меня хорошая должность, но не могу сказать, что мне нравилось то, чем я занимаюсь.       — Тогда почему занимался? — на лице Чимина было искреннее недоумение, и Юнги в моменте стало интересно, как устроен мир этого магического существа.       — Это радовало человека, которого я очень любил. А люди от любви, знаешь, много глупого делать могут.       Ему не за что было винить Ёнсу, но когда-то он устроился в эту компанию на практику именно из-за него, чтобы проходить вместе. Сам Ёнсу приглашение на работу потом не получил, но так искренне был рад, что его парень будет работать в крутой компании, матери об этом рассказывал. В тот момент Юнги был рад, что его старания делали этого человека счастливым, ему нравилось, что за него испытывали гордость, поэтому он остался, хотя какого-то восторга не ощущал и вообще хотел иного, но решил, что иное можно построить и потом.       — Люди из вашего мира вообще иногда много глупостей делают, — Чимин весело посмеялся, отбирая у него пульт, и сам начал переключать каналы. — Хотя у нас не лучше.       — Я думал, у вас только волшебные существа живут.       — Нет, люди тоже, просто наш мир пропитан магией, — покачал головой, забираясь на диван с ногами, скрещивая их. — Поэтому у каждого есть магические способности. А еще есть разные существа, рожденные магией. Например, я.       — Интересный у вас мир, — Юнги не мог сказать, что это вызвало какие-то впечатления. Для него слова Чимина были как выдуманная сказка. Пусть ему наглядно демонстрировали магию, но представить себе, что где-то существовал параллельный мир — очень сложно.       — Но ваш мне тоже нравится.       Их разговор прервал звонок в дверь, а Юнги облегченно выдохнул, потому что есть хотелось настолько, что он готов был выторговывать второе за сегодня желание и просто попросить еды у джинна. Чимин пошел за ним на кухню, разглядывая каждую мелочь, которая попадалась на глаза. Юнги уже заметил, что этот дух очень любопытный, и это, честно говоря, умиляло.       — Теперь я официально свободен, — с души буквально упал огромный камень от осознания того, что ему не нужно завтра просыпаться на работу. Как же он от нее устал.       — И какой план?       — Ты можешь выезжать из города?       — Самостоятельно нет, но за тобой я могу следовать куда угодно, — Чимин расслабленно потянулся, улыбаясь.       — Значит, завтра мы едем ко мне домой.       У него еще достаточно времени, чтобы изменить свою повседневность. А пока у него осталось двенадцать желаний.