Тяжкий грех

Вернулся к обеду следующего дня. Не заметил , как прошел мимо забора Васелинки , даже не взглянув в оконце, где она радостно махала ему узорчатым платком. Весь путь до деревни был словно в небытии - в голове слышалась та не то молитва , не то заговор какой.. и все кружил и кружил вокруг образ смеющегося служки. Помниться, даже на вечорках ни единожды не воспылало подобное ни к одной бабе , даже страшно сказать- к Василине. Изначала дойти до Лизаветы Михайловны, да отнесть эти чертовские снадобья, опосля уже к Степану идти - докладать что передал подношение. В избе хозяйковой переполохи. Мария бегает как оглашенная с ворохом ярких юбок, Пелагея - приказчица Михайлова, кричит почем зря на девчонок что избу будто со всех сторон разом мыть начали. Прохор в нерешительности встал у порога , благо ноги не оттоптал взъерошенный люд. Мария, бросивши одежу на сундуки, устало подкатилась к парню. - Ну , вертался ожених? Да не вовремя! Заговорщицкий шепот коснулся едва его уха в этом безобразии. - Вчерась сваты приезжали. Никто ж не ждал, что нашу то взять захотят Залесные. Да тихо ты! Марья дернула его за ворот пониже , чтоб не слышала Пелагея-сплетница. - Ну так вот глянь, будто возжа под хвост попала носются. Готовят к смотринкам, завтрача приедут. Ты, Прошенька, покамест тут шум такой укрылся бы где ? Неровен час увидит..Можа завтрача и сбудем с рук то, нашу то.. Ступай по тихонькой.. Не веря такой радости парень было метнулся к выходу, но видать решил отсыпать еще отец небесный испытаний. Грозный окрик заставил его чуть присесть от страху. - Вертался? Принес ли? В дверях горницы, загородив весь проход, стояла Лизавета. Без накладных волос на и в одном исподнем. Прохор торопливо стянул суму и подошедши, протянул хозяйке. - Здравы буди Лизавета Михайловна, как приказывали. Склянки жалобливо звякнули. Поворошивши в суме, вытянула писчую и вперилась взглядом в нее. Охмурилась. Тотчас вытащила одну плошку и не раздумывая, опрокинула ее в себя. Вторую протянула Прохору. - Пей Довай. Прохор зажмуримшись проглотил горькое варево. По жилам потекло жаркое и болючее, наплыл туман и закружилась голова так , что пришлось опереться о рядом стоящую Марью. Что же это такое..Отравили?.. С дверей подбежала причитая Пелагея. - Да сто же это такое, матушка? Что ж ты босыми то ноженьками на полу стоишь, никак застудишься, Михайла батюшка пороть велит меня на дворе! Тешка бани ужо истопил, травы заварили, пойдем-пойдем, благостная! Лизавета глянула вновь на Прохора. - Завтра по утру раннему ступай взад, к Демиду. Не вертайся покудова он сам тебя не отправит в обрат. А как вернешься , до Марьи дойди. Уж больно..сладок ты. Ступай. Едва поклонившись, Прохор на не верных ногах вышел во двор. На воздухе стало легше, непонятная тоска вместе с жаром катила по нутру. Что то хотелось, куда то нужно было ему. Томление. Будто в мыслях тихим голосом кто то пел , что то знакомое, зовущее. На пути к Степану его окликнули. - Проша! Постой! С пригорка скатилось мелкое да яркое. Василина запыхавши радостно глядела на Парня. - Далече ли был? Вчера не приходил к калитке… Аль случилось что? Прохор прислушался к себе. Не трепетало более сердце от лучистых глаз зазнобы, не хотелось прильнуть к устам влажным, бабьим. - Здравствуй , Вася.. до монастырни посылали меня, вот и не виделись мы с тобой давненько. Улыбка сошла с молодого лица. Сделав пол шага назад, она понуро опустила головку. - До монастырни значит.. пил ли ты чего в монастырне ? - Взвар матушка Лизавета велела выпить.. Знаешь ли ты? Резко взметнулись юбки и ни словечка не молвив умчалась девчонка обратно на взгорье , только всхлип едва услышал Прохор. Да что ж случилось , что с этим взваром? Дома была только Купава. Накормила кашей из печи , да сдобным хлебом. Тянуло неистово приложить головешку к печной лежанке да уснуть. Будто бы силу вынули разом. Поемши разморило настолько, что не помнил как Купава помогла ему взобраться на печь. Снилось взгорье. Будто неведомые силы тянули его, в зыбкой туманной дымке стоял кто то обряженный в крытую робу и манил к себе. Ноги больно царапались об каменья, колючие ветви , но он шел. Рука тянулась вперед, непременно нужно было дойти и узнать, кто же зовет его настолько тихо и настолько неприкословно. Опять томление. Рука то его нагая , оглядемши себя понял что он сам без исподнего. Естество неведомо, будто указывало куда ему нужно идти и источало желание. «Иди ко мне» Он должен идти. - Прохор!Очнись же ты! Шальной! Степан обрызгал его студеной водой. Прохор в испуге вскочил, больно ударился о балку избы. Степан с Варею боязненно смотрели на него. На дворе стоял вечер. - Тату, что же с Прошей? - Кричал ты, давно вернулся ли? Прохор прилег обратно на теплую печь, мучила жажда, в портах отдавалось усладой успокоившееся естество. - Поутру, тату.. устал зело, прилег да и уснул.. Прошение твое передал Демиду. - Отослал тебя обратно? - Отослал, отвары дал да писчую до матушки.. велела завтра поутру идти обратно, да не возвращаться пока не отошлют сами. Степан успокоенно вздохнул и повеселел. - Ну, спи далече. К ночи уже, пойдем Варя и тебе пора. Прохор устало прикрыл глаза и тотчас провалился в пустое забытье. Без голоса. Без зова. Без чего то уже знакомого.