Утёнок

      Справляться с волнением, щедро сдобренным предвкушением, оказывается едва ли не сложнее, чем подыскать подходящие варианты ни к чему не приуроченного подарка и остановиться на одном конкретном. Том, что тепло по сердцу разольёт непременно больше, чем все остальные, так и оставшиеся исключительно среди претендентов.       В том, что Тане понравится, Олег на самом-то деле не сомневается… но волна из трепета, робости и переживаний всё же бушует внутри него. Как-то зародившись сама по себе, взявшись из неоткуда, возникнув буквально под боком у уверенности и собранности.       Наверное, это даже нормально, когда готовишься преподнести сюрприз безумно любимому и невероятно важному в жизни человеку. Захватывающее дух предвкушение и банальное, но такое неотъемлемое желание — порадовать, делают своё дело.       Теребя в руках ручку-шнурок от ярко-переливающегося малиново-василькового бумажного пакетика, Воеводин оглядывается по сторонам, опасаясь пропустить Таню, но после всё же решает прикрыть глаза. Хотя бы на минутку. Необходимо всё-таки мысли в порядок привести и уверенностью самого же себя наполнить. Делает глубокий вдох, медленно выдыхает… и невольно расплывается в улыбке, припоминая, как готовил немного ностальгический подарок.       — А я думала, что приеду из Малиновска, а ты уже дома, — встречая у порога, признаётся Таня. Ждёт, когда он повесит ветровку на крючок и немного с детской искренностью повисает у возлюбленного на шее.       — Нужно было со свидетелем ещё раз переговорить, — пожимает плечами Воеводин и поцелуем касается её макушки.       Врать — это нехорошо, конечно… но ещё точно не время, чтобы признаваться, что уже второй день обходит после смены большие и совсем крошечные магазинчики в поисках какой-нибудь милой чашечки с утёнком. Находится несколько интересных вариантов… но чувства, что вот этот вариант — именно тот самый, всё ещё не случается.       «Будем искать», — обещает Олег сам себе уже в который раз. Как будто бы ему нужен точно такой же «но без крыльев» или же «с перламутровыми пуговицами».       Заглянув в небольшой подарочный пакетик — как будто бы его содержимое подменить могли, или вообще он с самого начала бережно сложил в него что-то ошибочное — Воеводин по которому разу оглядывается по сторонам. Не будь он своим, дежурный наверняка бы уже в террористы записал, доложил бы, куда следует, и подошёл бы документики проверить да содержимое яркого пакета.       — Олег, чего там у тебя в телефоне такое интересное? Дай посмотреть.       — Да не нужно, — состраивая забавную мордашку, отмахивает Воеводин, гася параллельно экран мобильного и пряча его в карман. — Чего тебе, своих фоток с мест преступления не хватает? Давай лучше с мясом помогу. Как резать?       Всё недоверие в тот вечер Олег считал быстро и безошибочно. Но признаваться, что подыскивает наилучшую чашечку с утёнком ей в подарок было бы слишком глупо.       Сюрприз ведь на то и сюрприз, чтобы Таня не знала о нём заранее.       — Ты чего-то от меня скрываешь? — с подозрением спрашивает Белая, когда замечает, что избранник укладывает телефон экраном вниз себе под бок, едва только она успевает переступить порог спальни.       — Танюш, ну чего ты? — поднимаясь на постели и не отводя от подруги глаз, Воеводин состраивает самую невинную мордашку, какая только может быть. — Какие ещё скрывания и обманы? Я просто читал список милых и весёлых фильмов — и, ещё даже до половины не дочитав, уже забыл все понравившиеся варианты. Невыполнимая какая-то задача! Может, у тебя и без этого есть какой-нибудь фильм на примете?       — Ну-у… есть парочка! — заключает капитан и, забравшись на постель, устраивается у Воеводина под боком. После косится в его сторону и, словно бы попросту вслух размышляя, отмечает: — подозрительный ты какой-то.       От всех возможных дальнейших размышлений отвлекает Олега — а заодно и добрую половину ФЭС — звук катящейся тележки. Явно наполненной. Но уж точно не медицинской — обычно вообще «каталкой» называемой… но чуточку и невеждой можно побыть.       Мгновение — и опер уже оборачивается в сторону приближающегося со стороны лифта звука. Ещё одно — и уже ловит в своём поле зрения любимую напарницу.       Расплывается в улыбке, крепче сжимает ручки малиново-василькового пакетика… и наконец успевает опомниться.       — Тань! — окликает Белую Воеводин и в несколько не шагов даже, а словно бы поспешных прыжков преодолевает разделяющее их расстояние. — Это вещи Яковлевой? — уточняет он, окинув взглядом тележку, нагруженную прозрачными и непроглядными ящиками. — Щедрый улов.       — Я решила действовать по максимуму, — улыбнувшись и пожав плечиками, отмечает она. — Чтобы ещё раз не ездить.       — Разумно, — кивает Олег и, сжав Танин локоток, уводит её в сторонку — немного времени, чтобы собраться себе набирая, и путь, преграждаемый тележкой, хоть немного освобождая. Оправив спавшие на лицо волосы, он уставляется на возлюбленную уже совершенно другим взглядом. Каким-то непривычно растерянным. — Танюш… я сначала что-то похожее хотел найти. Даже были некоторые варианты подходящие… но потом подумал, что воспоминания — они ведь для того и воспоминания, чтобы просто вспоминаться…       Его речь не выглядит так чтобы логичной и очень понятной. И Белая, нахмурив брови и внутренне даже и не пытаясь ничего предположить — мысли ведь как обычно полезут одни только дурные и все как на подбор — одна ужасающей другой — лишь только взгляда от переминающегося на месте Воеводина не отводит.       — С тобой всё хорошо? — уточняет она, в глазах его не сумев прочитать ни единого ответа.       — Всё прекрасно, — постаравшись как можно более беззаботно улыбнуться, кивает в ответ Олег. Рукою почти машинально оправляет волосы, и Таню этот его простой манёвр подталкивает отчего-то опустить взгляд.       В руках молодого оперативника безо всякой утайки красуется бумажный пакетик в малино-васильковый перелив… и у Белой внутри неподдельное любопытство смешивается с какими-то ненужными сомнениями.       — А это чего такое? — уточняет она, кивнув на пакетик, и Олег, словно бы сам не зная ответа, опускает голову, прослеживая Танин взгляд.       — А это… — протягивает он с нотками потерянности. Но уже в следующий миг всё же успевает внутренне встряхнуть самого же себя. — Это небольшой подарок. Тебе.       — Подарок мне? — с налётом неверия переспрашивает капитан и, сжав в руках протянутый Олегом пакетик, вместо того, чтобы взглянуть на его содержимое, первым делом вспархивает взгляд обратно на возлюбленного. — В честь чего?       — Просто захотелось порадовать тебя, — пожимает он плечами и, достигнув уже предела собственного нетерпения, кивает на теперь уже Таней сжимаемый пакетик: — открывай.