любовное настроение

Иногда нечто даже самое обыкновенное может внезапно показаться совершенно другим. Как озарение. Спонтанное осознание. Есть ли термин у подобного? Сложно сказать. В том, что происходит — в этом коротком отрезке времени — нет ничего толком особенного. Это один из множеств выходов «в люди». Глава клана всегда был в движении, ведь иначе на рынке не выжить, ведь кто-то должен улыбаться клиентам, ласковыми и сладкими, подобно патока, словами заманивать их в тени бизнеса. Чаще всего он делает это один. В такие дни его сопровождает старший брат. Их уход тих, поместье продолжает жить своей жизнью, но все же немного затихает в предвкушении, когда глава вернется. Тебе это не интересно. Ты просто ждешь, когда жизнь вновь придет в движение, словно снятое с паузы видео. Но порой он выводит с собой свое «сокровище». Это происходит редко — но случается. Дом оживает. Значит, ждет что-то важное. Значит, Хакури требуется все, что у него имеется. Когда Эта Женщина выступает из своих покоев с царственно спокойным лицом, он стоит в коридоре, а они все — слуги, братья и сестры, неважно, все они одинаковы — ждут дальше в томительном ожидании. В почетном поклоне. И лишь ты смотришь на них двоих: на то, как она, одетая в роскошное белоснежное кимоно, подходит к Хакури, как он протягивает ей руку. Как она сжимает его ладонь пальцами. Прислуга накидывает ей на плечи легкую меховую шубку, такую же белую, и они проходят вперед, неспешно, зная, что им некуда торопиться. Когда они проходят мимо тебя, ты опускаешь голову вниз в почтительном поклоне и прикрываешь глаза. Тебя тошнит от этого зрелища. Не потому, что оно мерзкое. Так и должен вести себя патриарх. Но ты видишь Хакури — ты видишь его лицо, копию своего — занявшего место, некогда предназначавшееся тебе. Ты видишь, как вальяжно он улыбается, и будто бы смотришь самому себе в лицо. Тому себе, которым ты никогда не станешь. Тому, на чей образ ты можешь только молиться. Ведь так было всегда. Ведь это младшим братьям отец всегда отдавал предпочтением. Ты лишь был запасным планом. Ты был лишь… Тебя тошнит от осознания, что тебе не стать им. Твоим братом. Хакури улыбается. Это ты улыбаешься. Моргаешь — наваждение исчезает. Есть лишь Хакури, глава, патриарх. А остальные — лишь его тени. Они проходят дальше, элегантная красивая пара, и ты словно хищник смотришь им вслед, желая обладать тем же самым, но понимая, что тебе никогда не достичь этих же высот. Тебе никогда не стать Хакури. Он пошел собственным путем. Он — успешен, а ты — просто тень. Ты смотришь на женщину, ее профиль, ее тонкую холодную фигуру в теплых коридорах поместья. В ее мертвый равнодушный взгляд. Ты понимаешь ее порой. Тебе кажется, что, как и ее способность, вся твоя жизнь застыла во льду. Твои цели. Идеалы. Мечты. А были ли они у тебя хоть когда-нибудь? Всю юность ты отдал клану. Всю юность ты потратил на ненависть к одному младшему брату и унижению второго, такого же неудачника. Но и он тебя покинул. Теперь ты один во тьме. Настоящая тень. Потому… ты будешь ближе к Хакури. Будешь следовать за ним по пятам, ведь у тебя не осталось ничего, даже самого себя. Хакури прошелся по этим осколкам, окончательно их разбивая. Забирая твою идеальную жизнь. Ты не знаешь, рад ты или нет. Устраивает и тебя жизнь тени. Но ты продолжать идти за ним следом. Ведь чем ближе тени к солнцу, тем они темнее.