Пищевая цепь: Надежда

Музыка била по ушам, вибрацией проникала в тело и концентрировалась в груди, пульсируя. Лиам считал, что он не умеет танцевать, но, оказалось, что, когда ритм проходит через тело, это получается само собой. Лиам забыл про ревность, про свои планы зажать кого-нибудь желающего в тёмном углу, про вампиров, про отъезд, про чертового эмиссара и от этого ощутил лёгкость и нереальную эйфорию. Он с кем-то целовался, танцуя, кто-то гладил его, кого-то гладил он, но всё это было частью ритма и частью движения. Лиам целовался с Йозефом в такси. Ему было совершенно пофигу на душевное равновесие таксиста. Они целовались в лифте и, целуясь, они ввалились в квартиру. Йозеф прижал Лиама к двери, целуя в шею, прижимаясь бёдрами. У обоих ещё с такси была эрекция. Йозеф стащил с Лиама футболку и целовал его шею и грудь, расстёгивая торопливо его джинсы. Лиам расстегнул джинсы Йозефа и обхватил рукой его член. Йозеф застонал и вдруг резко развернул Лиама лицом к двери и рванул к себе его бёдра. Он стянул его джинсы с задницы и прижался к нему. — Ты такой… — горячо проговорил он, — Такой… Так бы и съел. Лиам почувствовал член Йозефа между своими ягодицами. Йозеф надавил, и Лиам прикусил губу, непроизвольно двинув бёдрами навстречу Йозефу. — Я тебя испорчу, — шептал Йозеф на ухо, шумно дыша. Он медленно вошёл до упора и двинул бёдрами. Лиам застонал. Он упёрся в дверь лбом и руками и прогнулся в пояснице. — Жёстче, — простонал он. Йозеф, впиваясь пальцами в ягодицы Лиама, вошёл резко и быстро. Лиам вскрикнул. — Ещё, — хрипло сказал он. Йозеф и не останавливался. Крепко держа Лиама, он врывался в его тело ритмично, с силой, всё быстрее и быстрее. Наклонившись над Лиамом, он целовал и кусал его плечи. Лиам стонал и вскрикивал, шептал что-то бессвязное и ужасающе пошлое. — Я почти, — простонал ему на ухо Йозеф. — И я, — ответил Лиам. Йозеф с вскриком вдавился несколько раз в Лиама и, задрожав, кончил в него. Лиам, помогая себе рукой, кончил почти одновременно с Йозефом и, в его объятьях опустился с ним на пол. — Люблю тебя, — сказал Лиам, откинув голову на плечо Йозефа. — И я тебя люблю, — сказал Йозеф Лиаму на ухо. — Развратника. — Это ты развратник, — Лиам усмехнулся, — я, как мы ночью выяснили, девственник. — Девственники так не ебутся. Как же хорош ты был на танцполе! И даже не замечал, сколько народу тебя хочет и пытается с тобой танцевать, — сказал Йозеф с восторгом. — Ну тебя, — сказал Лиам, — очень приличный клуб, очень приличные мальчики, не придумывай, — он рассмеялся. — А видел под лестницей приличных мальчиков? — спросил Йозеф, улыбаясь. — То есть мне не показалось, что там групповуха? — спросил Лиам. — Не-а. В этом клубе это в порядке вещей. — Хорошее место, и мероприятия активные, — Лиам обернулся и поцеловал Йозефа. — Пойдем в душ, а то у меня сейчас жопа приклеится к полу. Проснулся Лиам от звонка телефона. Нащупав его на полу, он поднес его к уху и постарался изобразить бодрый голос. — Слушаю… Звонил Олор. — Лиам, доброго вечера, — сказал вампир, — собираю всех в зале совещаний. Нужно успеть обсудить дела, пока эмиссар Совета не нагрянул. Твоя голова нам пригодится. — Понял, — сказал Лиам, — потороплюсь. Вчера после клуба и бурного секса прямо в прихожей Лиам и Йозеф продолжили уже в спальне, а потом ещё и болтали почти до вечера. В итоге Лиам проспал до полуночи и спал бы и дальше, если бы не звонок Олора. Лиам вылез из постели, потянулся и поспешил в ванную. Быстро приняв душ и приведя себя в порядок, Лиам оделся и спустился в гостиную в поисках Йозефа. На барной стойке Лиам обнаружил стоящий домиком листок бумаги с надписью: “Я в спортзале. Даже из здания выходить не планирую. Не рычи.” Лиам выругался, стало тревожно. Можно подумать, спортзал — большая преграда для Армии дня. С другой стороны, для них и квартира — не преграда, тут Йозеф прав. Лиам поправил перед зеркалом галстук, позвонил водителю и попросил подать машину. Количество охраны в Доме правительства увеличилось. Красавцев и красавиц из внешней гвардии сменили красавцы и красавицы из Ночной полиции и бойцы полицейского спецназа. Было тревожно. Тише, чем обычно, что ли… Лиам взбежал по ступенькам и зашёл в зал совещаний. — Закрой дверь, мы никого больше не ждём, — сказал Пассэр. Он сидел за треснувшим столом и вертел в пальцах незажжённую сигарету. — Добрый вечер, — поприветствовал Лиам собравшихся. Панни и Хил ему кивнули. Пассэр проигнорировал, а Випера и Олор тоже поздоровались. — Короче, делюсь инсайдерской информацией, — сказал Пассэр. — Пока что об этом никому не известно. Сегодня днём разнесли три базы Армии дня. Одну из них мы пасли, на вторую они вышли по допросам захваченных на первой, откуда они знали про третью — не имею ни малейшего понятия. Разнесли грубо, много жертв, в том числе среди мирного населения, мне теперь за ними подчищать… — Пассэр вздохнул устало. — Хаммера, что считаю нужным упомянуть отдельно, не взяли. Он со всей своей верхушкой сбежал. Лиам почувствовал странное облегчение. Не от того, что ему было жалко Хаммера, нет. А потому, что ему было, что скрывать, а Хаммер играючи мог сдать Лиама. — Совсем дерьмовое, — сказала Випера, — у них с собой около пятидесяти хорошо экипированных вампиров в охране и наёмники. Люди. Профессионалы. Въезжали в страну сами, экипировали их здесь. Собственно, они и зачищали базы. Наши дневные части пытались придать этому хоть какой-то вид законности. — А сколько наёмников? — спросил Олор. — Мы срисовали около двух сотен, — сказал Пассэр. — Но их может быть сколько угодно. — А где базируются? — спросил Хил, протирая очки. — Вампиры во дворце и там же около сотни наёмников, — сказал Пассэр. — Остальная часть патрулирует входы во дворец. — И мы все делаем вид, что разрешили им это, чтобы не расписываться в том, что ссым запретить, — мрачно сказала Випера. — Они никуда не уедут, пока не поймают Хаммера, — сказал Лиам. — Если я всё правильно понял. А Хаммер умеет прятаться. Пассэр кивнул. — Нам ссуду затягивают, — сказала Панни со вздохом. — Договорённость ещё в июне была на шестьдесят миллиардов на неуточнённый срок. Не с Советом, конечно, но, как выяснилось, с одним из его членов. Вам, домини вампиры, это наверняка известно и должно быть понятнее, но этот Совет субсидирует эту страну уже десятки лет — я знаю, о чём говорю, я провела кое-какие исследования. Так вот… нам нужны эти шестьдесят миллиардов. Иначе нам к весне придётся начинать печатать деньги. — Я поговорю, — сказал Олор, — попробую выяснить статус этой договорённости. — Домини Олор, я правильно поняла, что из нас только вы о Совете Тайных что-то знаете? — спросила Панни. — Полагаю, да, — ответил Олор. — Так, может, просветите нас? — спросила Панни, стараясь звучать учтиво, но нотка раздражения всё же в её голосе прозвучала. — Поддерживаю, — сказал Пассэр. — Я знаю, есть закон на этот счет, но, действительно, мы освобождены от соблюдения базовых законов и мы, собравшиеся здесь, официальные представители власти. Нам надо понимать с кем и с чем мы имеем дело. Олор какое-то время молчал, сидя совершенно неподвижно и задумчиво глядя куда-то сквозь стену. Затем он вздохнул и кивнул, но рассказать что-либо не успел. Распахнулись двери зала совещаний, и на пороге встал незнакомый Лиаму вампир в деловом костюме. — Домини эмиссар Совета Тайных желает видеть донума Хёрта. Лиам оглядел собравшихся за столом. — Он засел в зелёном кабинете, — мрачно сказала Випера. — Осторожно, — одними губами сказал Олор. Лиам поднялся, поправил галстук и пошел за пришедшим за ним вампиром. Эмиссар Венатор расположился за столом с мраморной столешницей, откинувшись в кресле и положив на стол ноги в серо-голубых классических оксфордах. В руке он вертел невесть откуда взятое красное яблоко. Лиам вошёл в кабинет, и двери за ним закрылись. — Вы меня просили зайти, — сказал Лиам. — Приказал зайти, — сказал на это Венатор. — Я представляю волю Совета, и я здесь приказываю. Вы это ещё не до конца уяснили, и это большая оплошность. Лиам выгнул бровь, но промолчал. — Ты интересный экземпляр, Лиам Хёрт, — сказал Венатор и кинул Лиаму яблоко. Тот поймал его и положил на небольшой столик рядом со входом. Венатор с интересом пронаблюдал за этим и усмехнулся. — Ты человек, но вокруг тебя слишком много вопросов и недосказанностей. Ты ли убил мятежников, пытавшихся свергнуть Королеву? Имеешь ли ты отношение к её смерти? Как ты убил Пардуса? Как ты, человек, занял место эмиссара, и как так получилось, что тебе позволили это сделать? Столько вопросов и ни одного ответа. А я заинтересован в ответах. — Ничем существенным не могу вам помочь, — сказал Лиам. — У меня есть способность вытягивать энергию во время секса. Так я ослабил Валруса. Я не убивал его. Про смерть Королевы ничего сказать не могу. Про смерть Пардуса — тоже, кроме того, что он взорвался у меня на глазах, — сказал Лиам, глядя в переносицу Венатора. — А уж как мне позволили стать эмиссаром — спрашивать следует точно не у меня. Венатор нахмурился. — Ты преступно много недоговариваешь, — сказал он. — Ты, по всей вероятности, находишься в иллюзии, что ты в безопасности от воли Совета. Лиам усмехнулся. — С тех пор, как я впервые встретил вампира, я ни дня не чувствовал себя в безопасности, домини Венатор, — сказал он. — Как к тебе перешли лозы Пардуса? — спросил вампир. — Я думаю, что через его кровь, — сказал Лиам, — я был покрыт ею с головы до ног и изрядно наглотался. — То есть, ты можешь таким образом получать способности от вампиров? Интересно, — Венатор протянул руку, и яблоко, пролетев через комнату, снова прыгнуло к нему в ладонь. — Пардус был тобой очарован, — сказал Венатор. Лиам нахмурился и выгнул бровь. — Совет поддерживал его, а не Королеву? — спросил Лиам. — Совершенно верно, — ответил Венатор и улыбнулся. — А ты? — Я человек. Но в меру моего понимания происходящего, я всегда был сторонником Королевы, — сказал Лиам. — Впрочем, да, — Венатор хмыкнул пренебрежительно, — она вас баловала. Разденься, покажи татуировку, — внезапно сказал он. Лиам напрягся. — С какой стати? — спросил он. — Я не местная достопримечательность, чтобы всем себя демонстрировать. — О! — воскликнул вампир и улыбнулся, — да ты ещё и спесивец. Наглый человек, слишком много о себе возомнивший. Да, Пардуса такие привлекали. Не знаю, как ты его убил, но сделал ты это зря. Он планировал создать из тебя дитя. Не думаю, что тебе представится снова шанс стать столь одарённым вампиром. Лиам почувствовал, что стало сложно дышать. Кровь застучала в ушах. Липкий страх начал вползать в сознание. Лиам стиснул зубы и вздохнул. — Я не планирую становиться вампиром. Ни при каких обстоятельствах, — сказал он. Венатор рассмеялся. — Глупый. У тебя уже нет вариантов. Ты слишком глубоко завяз. Это лишь дело времени. Сняв ноги со стола, он встал и аккуратно положил яблоко на мраморную столешницу. Мгновенно он переместился за плечо Лиама и на ухо ему сказал странным, страшным, расслаивающимся, как эхо шёпотом: — Следуй за мной, мальчик. Открыв дверь, он вышел на галерею. Лиам несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять страх, и поспешил за эмиссаром Совета. Венатор прошествовал прогулочным шагом в зал совещаний. Все присутствующие за столом подняли головы и уставились на него, стоило ему только зайти. Повисла тишина. — От имени Совета Тайных я забираю донума Хёрта, — сказал он. — Донум Хёрт продолжит службу эмиссаром при Совете Тайных. Лиам опешил и ошарашенно уставился на Венатора. — Нет, — воскликнул он. — Я не давал на это своего согласия! — Минутку, — сказал Олор, вставая, — это требует обсуждения. Вы не можете… — Решения Совета Тайных не осуждаются, — сказал Венатор резко и, повернувшись к Лиаму, произнёс почти ласково: — От тебя это не зависит. Завтра же тебя призовут на службу. — Да мне плевать! — ответил Лиам. Венатор снова неуловимо быстро оказался рядом с Лиамом и крепко взял того за плечо. — Не стоит скандалить при всех, — сказал он. — Это неприлично. Иди за мной, поговорим в кабинете. — Если что, кричи, — в повисшей тишине прозвучал спокойный голос Пассэра. Прозвучало это как неуместная шутка, но Лиам не сомневался в том, что Пассэр говорит серьёзно. Олор вышел на галерею вслед за Венатором и Лиамом и встал у перил, сложив руки на груди, всем своим видом показывая, что собирается стоять здесь, пока Лиам не выйдет из кабинета. Лиам же был настолько возмущён, что даже страх отступил. Он вошёл вслед за Венатором в кабинет и резко закрыл за собой дверь. — Вы меня не заставите! — воскликнул Лиам. Венатор рассмеялся. — Какая невинность, какая наивность… — сказал он и присел на край стола. — У нас ещё с вечера гостит твой любовник Йозеф. Красивый и очень харизматичный юноша. Из него получится достойный вампир. У него есть и характер, и гибкость. Мы уже некоторое время за ним наблюдали, и он вызывает только восхищение. У тебя хороший вкус. Лиам остолбенел, во все глаза глядя на вампира. — Ты же планируешь жить вечно? Так зачем тебе смертный любовник? — с усмешкой сказал Венатор. — Что вы от меня хотите? — спросил Лиам тихо. — Что вам нужно? Ваша взяла, я сделаю всё, что вы хотите. Только отпустите Йозефа. Он здесь совершенно ни при чём. — Спокойно, не нервничай, — с улыбкой ответил Венатор, — не стоит так переживать. С ним обращаются ласково и учтиво. Завтра ты сможешь его увидеть, когда явишься на закате во дворец. Совет хочет тебя увидеть. А сегодня, чтобы с красавцем Йозефом обращались ещё более учтиво и ласково, ты можешь посетить мои апартаменты во дворце в частном порядке. Я всё же хочу посмотреть на татуировку. Лиам стоял и не знал, что сказать. Мысли спутались, он впал в какой-то ступор. Венатор нахмурился. — Скажу проще, как для людей, — сказал он, — если откажешься от моего любезного приглашения, я буду маяться от безделья и твоего Йозефа сегодня высеку. Ты можешь меня занять делом, и останется твой мальчик невредимым. Так понятно? — Понятно, — сказал Лиам, глядя на вампира мрачно. “Не знаю, как, — подумал Лиам, — не знаю, когда, но я вас, старых зажравшихся мразей, уничтожу”. Олор ждал, глядя холодным и не предвещающим ничего хорошего взглядом на дверь кабинета. При появлении Лиама с Венатором он вопросительно на Лиама взглянул. — Домини Венатор любезно пригласил меня во дворец, — сказал Лиам спокойно. — Я решил съездить. Думаю, со мной всё будет в порядке. Олор выгнул выразительно бровь и кинул взгляд на Венатора. Тот сделал вид, что не заметил этого, и проследовал к лестнице. Лиам посмотрел на Олора, надеясь, что тот сумеет прочитать страх в его глазах, и проследовал за эмиссаром. И снова Лиам оказался во дворце, который уже ненавидел. Непривычно вместо гвардейцев в белом было видеть полностью экипированных наёмников с автоматами. Людей. Неслыханно. Королеву бы удар хватил. Наёмники были по подъездах к дворцу, наёмники были на подземной стоянке, наемники были у лифтов и наверху, и внизу, в самом дворце. Лиам сбился со счёта, но ему показалось, что он видел по дороге человек пятьдесят, не меньше. "Армию бы сюда, — подумал он, — и разнести всё по кирпичику". Венатор шел, не оглядываясь на Лиама. Из приёмного зала он свернул в жилую часть комплекса и, остановившись у одной из дверей, приложил к замку карту. Дверь щёлкнула и открылась. — Заходи, — сухо сказал Венатор и прошёл в помещение первым. Это были одни из многочисленных апартаментов дворца. Что-то эклектическое, сочетающее в себя модерн и лофт. Венатор сел на полосатый диван с чугунными ножками и положил ногу на ногу. Лиам остановился перед ним и, склонив голову набок выжидательно, уставился на вампира. — Ты весь просто сочишься наглостью, — сказал Венатор недовольно. — Ты провоцируешь жестокое к себе отношение, ты не задумывался об этом? — Нет, не задумывался. Подумаю на досуге, — ответил Лиам. Окинув взглядом комнату, он нашёл часы на стене. Была половина второго. До рассвета оставалось чуть больше двух часов. — Зачем вы похитили Йозефа? — спросил Лиам. — Почему не сразу меня? Венатор усмехнулся. — Не выставляй себя невинной жертвой. Ты спесив, нагл и потенциально опасен. Связанные с тобой смерти очень смущают Совет. Совету Тайных нужны гарантии твоего послушания. — То есть, Йозефа вы не отпустите? — спросил Лиам, глядя вампиру в переносицу и непроизвольно сжав за спиной кулак так сильно, что заболели пальцы. — Конечно, нет, — с улыбкой ответил Венатор. — Но от тебя зависит, насколько комфортно ему будет и как часто вы сможете видеться. — Очередной вариант вампирского рабства? — Лиам усмехнулся горько. — Какие же вы все конченые. Венатор нахмурился. Мгновение — и он оказался стоящим прямо перед Лиамом. Тот успел разглядеть резкое движение, и голова его дёрнулась от оплеухи. — Ты должен говорить уважительно с тем, кто выше тебя в любой из возможных иерархий, — сказал Венатор. — У вас Йозеф, — сказал Лиам, морщась, — поэтому я промолчу. Но уверен, когда-нибудь мы обсудим эту ситуацию на равных. Венатор рассмеялся и провёл пальцем по щеке Лиама, затем приподнял губу. Лиам мотнул головой. — Вернул себе человеческие мелкие зубки? Что ж, правильно. Люди хорошо делают минет. Это как-то у вас связано с оральной фиксацией. Лиам усмехнулся. — Сомневаюсь, что кто-то сосёт лучше вампиров, — сказал он. Венатор резко сомкнул руку на шее у Лиама. Лиам схватился за его запястье, ловя воздух ртом. — Беседовать с тобой — омерзительно, — сказал Венатор и ослабил хватку, — дурная трата времени. У тебя минута, чтобы предложить мне достойное времяпровождение до утра, иначе я пойду и использую твоего Йозефа. Он будет посговорчивее. Лиам посмотрел зло в глаза вампира. На дне их клубилась, дрожала ненасытная густая чернота. Лиам потянулся к ней, коснулся её, и она ответила. Зрачки Венатора мгновенно расширились и закрыли собой радужки. Он охнул, вздрогнул и посмотрел на Лиама со смесью недоумения и вожделения во взгляде. — До утра у тебя даже подумать времени не будет, — зло сказал Лиам, снимая пиджак. От скорости и удара у Лиама вышибло дух — он оказался прижат Венатором к стене. Покосилась и упала с треском на пол какая-то картина в тяжёлой раме. — Ненавижу людей, — прошипел вампир Лиаму в губы, расстёгивая брюки. Лиам, испытывая некоторое извращённое удовольствие от этого заявления, поцеловал вампира, попутно спешно раздеваясь, пока одежда не оказалась разорванной. Вампир поцеловал Лиама жадно, грубо, и прижал его к себе сильно, до боли. Оставляя на коже следы, Венатор целовал Лиама в шею, и внезапно Лиам почувствовал боль укуса. Он вскрикнул, упёрся в плечи вампира, но оторвать его от себя не было никакой возможности. Лиам схватил вампира за волосы, пытаясь оторвать его от себя. Венатор тряхнул Лиама, стукнув его об стену, отпустил его шею и потащил его куда-то с невозможной скоростью, и полуоглушённый Лиам осознал себя уже на кровати. Венатор навис над ним, схватил за бёдра, прижался пахом и, навалившись, снова укусил в шею. Он зарычал низко и вошел резко, без подготовки и смазки. — Блядь, сука! — воскликнул Лиам и снова вцепился в волосы вампира. Лиам чувствовал клокочущую энергию внутри вампира, чувствовал, как медленно она перетекает в него. Лиам не собирался торопить события, Лиам не собирался отпускать Венатора до самого утра, пока вампир не отрубится прямо на нём. Но кровопотеря в планы Лиама не входила. Лиам потянул из вампира энергию, и тот вскрикнул и отпустил шею Лиама. Потеряв голову, резко и быстро, как животное, он входил в Лиама, сжимая его бёдра сильно до синяков и боли. Было больно. Действительно больно. И хорошо одновременно. Лиам вскрикивал от резких и жёстких движений вампира, непроизвольно пытаясь отстраниться, вылезти из-под него, и тем самым провоцировал Венатора быть ещё жёстче. Лиам разорвал на нём рубашку и царапал его спину, и не думая сдерживать себя. Лиам тянул энергию из вампира осторожно, понемногу, чтобы не сдохнуть от этого бешеного секса и чтобы не позволить Венатору прийти в себя и постараться безумие это прекратить. В какой-то момент Лиам, в который раз прижатый грудью к постели, кусая подушку, почувствовал, что движения вампира становятся медленнее и энергии от него начало исходить намного меньше. Венатор упал на Лиама, прижав собой к постели. — Я тебя убью… — прошептал он Лиаму на ухо, — ненавижу людей… Лиам слушал, как его тяжёлое дыхание быстро успокаивается, становится медленнее, и вдруг оно и вовсе прекратилось. — Доброе утро, извращенец, — сказал Лиам самому себе и, поморщившись, приподнялся на руках, скидывая с себя вампира. Чувствовал Лиам себя совершенно разбитым. И физически, и морально. Хрен с ним, с вампиром, Лиам уже научился к сексу как таковому относиться более-менее спокойно. И хрен с ним, с собственным моральным обликом, Лиам уже смирился с тем, что стал от такой жизни фееричной блядиной. Эти мрази где-то здесь держали Йозефа, и Лиам не знал, как его вызволить. Даже сейчас, когда вампиры заснули у себя в кроватках, по всему дворцу, на каждом повороте стоит охранник с автоматом, а Лиам даже примерно не знал, где Йозефа держат. Лиам с трудом поднялся, подёргал все двери, ведущие из комнаты, и нашел ванную. Он чувствовал, как постепенно тело продолжает исцеляться. Лиам посмотрел на себя в зеркало. От двух укусов вампира на шее остались только тёмные кровоподтёки. Лиам приблизил к зеркалу лицо. — Ну и взгляд у меня, — произнес он негромко, — совершенно обдолбанный. Лиам тряхнул головой, включил воду и полез в мраморную ванну принимать душ.