Что случилось с секретарем Поттером?

      — Какого… — министр смял заявление и сжег его в собственной ладони. Гарри вздрогнул. С рукой мужчины все было хорошо, хотя жар от заклинания чувствовался с пары метров.       — Я все тщательно обдумал, — Гарри отступил чуть дальше.       — Если бы обдумал тщательно, то сидел бы сейчас и разбирал письма!       — Но я хочу уволиться!       — С чего это? Тебя что-то не устраивает?       — Нет, все прекрасно, просто пришло время двигаться дальше и все такое. Я хочу заниматься метлами, — Гарри старался оставаться спокойным и дружелюбным.       — Ты ими и так ссшшсш занимаешься, — мужчина раздраженно зашипел.       — Но я хочу полностью заниматься только ими и все! — воскликнул Гарри.       — Это какой-то бред!       Министр сидел за столом, сжимая кулаки. У него верхняя губа дергалась в подобие оскала, и Поттер еще больше отступил к двери.       — Это не бред, просто я не хочу больше быть секретарем! — чувство самосохранения выло, но Гарри решил добиться своего.       — Помощником?       — Что? — не понял Гарри.       — Личным ассистентом? До кого тебя повысить?       — Я не хочу повышения! Я хочу уволиться! — он начал закипать.       — Я понял, я подумаю над твоим предложением. А сейчас принеси мне кофе, — министр продолжал сверлить его взглядом.       — Это никакое, к дракклу, не предложение! Я увольняюсь, и все на этом! — Гарри уже готов был топать ногами.       — Нет, ты не уволишься.       — Да, мне до соплохвоста, что ты думаешь, я подам заявление в отдел кадров! — Гарри вылетел из кабинета, хлопнув дверью.       Адреналин кипел в крови. Он хоть и пытался сохранять браваду, но его и правда до чертиков пугали злобный взгляд, шипение и сжатые кулаки. Гарри быстро написал дрожащей рукой новое заявление. И побежал в отдел кадров, игнорируя настойчиво орущий колокольчик на столе.       — Что-то случилось? — Лаванда с удивлением оглядела его встрепанный вид.       — Заявление на увольнение, — Поттер протянул бумагу.       — О, Гарри! — заохала девушка. — Поздравляю! Все так обрадуются новости!       Она все быстро оформила. Посочувствовала, что придется отработать еще две недели, и стребовала с него вечеринку в честь увольнения.       Вернувшись в приемную, Гарри столкнулся с министром. Тот, сидя за его столом, смотрел куда-то вдаль. И выглядел максимально тоскливо. Поттер обманываться не собирался.       — Что тебя не устраивает здесь? Хочешь, сделаем тут ремонт и поставим тебе удобное кресло? — пробормотал министр.       — Меня все устраивает, просто я нашел свое дело, — Гарри выдохнул, стараясь успокоиться.       — Делать метлы – это твое дело? — усмехнулся мужчина.       — Ну да…       — Я уверен, что быть моим секретарем у тебя получается гораздо лучше…       Гарри не собирался выслушивать этот бред.       — Вообще-то у меня заказали метлы для Холихедских Гарпий. Самих Гарпий, представляете! — Он вложил в свой порыв столько восхищения, сколько испытал в момент заключения контракта. — А это что-то, да значит!       — У тебя отлично получается варить кофе, который я очень люблю. У нас все идеально складывалось столько лет. Тебе не кажется, что самочувствие и комфорт министра важнее, чем метлы для каких-то клоунов?       — Я все равно уволюсь, — Гарри устало плюхнулся на стул для посетителей, подальше от мужчины.       — Как позволь спросить? — скептически усмехнулся министр.       — У нас такое законодательство, я имею право уволиться в любой момент, — Гарри бессильно развел руками.       — Ужасное упущение, — скривился тот.       Министр поднялся с его стула, и запахнул мантию. Он молча смотрел на Гарри в течение бесконечных минут. И Поттер уже даже не знал, как вывести мужчину из ступора, да и надо ли было это делать, он тоже не понимал.       — Отмени все встречи на сегодня. Ты испортил мне все настроение на работу, и к тому же появились дела, — он вылетел из приемной.       А Гарри устало выдохнул. Запрокинул голову, разглядывая лепнину на потолке, и наконец счастливо улыбнулся, уже чувствуя первые дуновения свободы. В тот день министр так и не объявился. В обед Гарри решил слинять с работы, рассудив, что делать ему все равно нечего.

***

      На следующий день министр вел себя обычно: попросил кофе и закопался в документы. Ни слова об увольнении не прозвучало. Но Поттер недолго радовался спокойствию. Долохов пришел и плюхнулся рядом на стул. У него точно не было назначено, но Гарри уже привык к внеплановым визитам пожирателя. Вообще у всех пожирателей визиты частенько были внеплановые.       — Слышал, хочешь уволиться? — как-будто невзначай начал Антонин.       — Точнее уже уволился, вот отрабатываю две недели.       — Ох, Гарри, ну и кашу ты замутил, — покачал головой мужчина.       — Ничего я не мутил… — фыркнул Гарри.       — Лорд ведь души в тебе не чает, очень гордится тобой, — Долохов будто не слушал его, — Как можно разрушить такую идиллию?..       Он сидел и трепался минут тридцать. Гарри где-то с самого начала перестал отвечать и просто слушал, периодически кивая.       — Ладно, дела у меня еще, до встречи, — Долохов крепко сжал его плечо, — Подумай над моими словами, парень. Через полчаса пришла миссис Лестрейндж.       — Поттер, получила не самые радостные вести, — без приветствия начала она, — Не самое разумное решение, по моему мнению. В стране и так не все спокойно, а ты подрываешь столь хрупкую структуру изнутри.       — Да, миссис Лестрейндж, — Гарри все еще побаивался эту ведьму.       — Подумай над моими словами, на тебе лежит большая ответственность, — на этом она скрылась в кабинете министра.       Гарри же убежал за обедом, а когда вернулся, столкнулся с компанией пожирателей. Он не утруждал себя запоминанием их имен, поэтому приветствовал их стандартным:       — Парни! Как жизнь?       Те минут пятнадцать затирали ему, что Поттер не может так поступить с их Лордом. И что министр так похорошел при нем и стал душкой. Да и вообще, Гарри, ты что дурак, такое шикарное место и зарплата! Он же молча слушал, скрипя зубами. Хоть и медленно, но наконец начал понимать, откуда ноги растут. Накрывая обед, он сдерживал себя от желания плюнуть в тарелку. А во время сервировки в кабинете министра Гарри пытался не психануть. Но у него успешно не получилось.       — Прекратите подсылать ко мне своих пожирателей! — процедил он сквозь зубы.       — Лучше бы ты пожелал мне приятного аппетита, — прошипел Том в ответ.       — Приятного аппетита, мой Лорд, — Гарри передразнил подобострастные вздохи пожирателей.       Вообще сегодня была среда и они, по обычаю, должны были бы провести время вместе. Но из-за отвратительного поведения министра, увольнения… Да и не понимал Гарри, а вообще как и что теперь? Они будут продолжать спать? Гарри бы хотел так-то. А вроде теперь он и не секретарь. Получается, министр будет искать нового мальчика на побегушках? Гарри подавил в себе неуместный порыв ревности и понес ужин в кабинет. «Такой вкусный ужин, тебе уж точно кроме меня никто не принесет», — со злобой подумал Гарри.

***

      На следующий день Гарри сидел напротив подозрительно доброго министра. Тот пожелал ему доброго утра и расспросил про настроение. А потом пригласил вместе выпить кофе в его кабинете.       — Я много думал, Гарри. И думаю, что ты прав, нам действительно нужно отдохнуть друг от друга, — Гарри расслабился. — Я понимаю, что совмещать работу и личную жизнь стало для тебя непосильной задачей. Я уже не раз сталкиваюсь с тем, что люди влюбляются в меня, теряя способность продуктивно работать.       — Я не… — Гарри замотал головой, но был остановлен властным жестом.       — Не нужно увольняться. Отдохни месяц, а потом вернешься и продолжишь успешно работать здесь, — выглядел он при этом как душевнобольной, рассудил Поттер.       — У меня нет к тебе никакой любви или чувств! Я просто хочу делать метлы, расписывать их, придумывать новые модели… — Он набрал побольше воздуха, заряжаясь злостью из глаз напротив. — А не носить кофе, копаться в тоннах писем и отдыхать раз в пять лет!       Гарри вылетел из кабинета, чтобы не наговорить лишнего. Следующим пунктом его речи могло стать: «Не хочу видеть вашу недовольную рожу каждый день!» Но инстинкт самосохранения еще работал.       Ладно, Гарри немного покривил душой, ну хороший секс и что? Он таких министров еще штук сто себе найдет. Какая, к черту, любовь? За что его любить? За фотоаппарат, секс и два букета цветов?! Да он ополоумел!       Гарри вылетел из министерства, как бладжер, решив, что сегодня министр обойдется без его помощи. От голода, конечно, тот мог и помереть, но и к лучшему, перестанет кошмарить его.

***

      На следующий день министр снова доброжелательно улыбался и звал на кофе. Но Гарри, уже не такой доверчивый, сидел с опаской, пообещав себе не реагировать на любой бред. Они говорили о погоде, погоде во Франции, погоде вчера, предполагаемой погоде завтра, метеорологах, прогнозе погоды. Гарри уже хотел взвыть, но тут в кабинет, постучавшись, зашел мистер Малфой-старший.       — Гарри, я много думал и решил, что ты прав…       Под повелительным кивком министра, Малфой протянул ему папку.       — Мистер Поттер, министр рассказал мне о новом бизнесе, нуждающемся в инвестировании. Здесь подробный план по развитию вашего бренда, план по инвестированию. Вы, безусловно, будете идейным вдохновителем и лицом компании, и сможете влиять на ее работу, — вещал Малфой, по-павлиньи подняв подбородок, — А я возьму на себя сложные и трудозатратные обязанности, чтобы вас не отягощать. Мы наймем для начала трех…       Гарри перевел взгляд на довольно улыбающегося, поддакивающего министра. Он пообещал себе дослушать хорька-старшего, прежде чем всех проклянет.       — А здесь, Гарри, твой новый договор и повышение зарплаты, естественно. Подпиши все бумаги, а мистер Малфой сходит и заберет твое заявление об увольнении, — отвратительно приторно улыбался министр.       — Да ты придурок, — выплюнул Гарри.       Глаза министра тут же окрасились красным, он больше не улыбался, а, сцепив зубы, играл желваками.       — Мистер Поттер, вы забываетесь… — попытался быть значимым Малфой.       — Пошел ты к дракклу, Малфой, — процедил Гарри и, подумав секунду, добавил, — И ты, Том, можешь отправиться к дракклу тоже.       — Подпиши гребаный контракт и забери свое заявление, и сегодня я жду тебя у себя. Я так и быть прощу тебе данный инцидент, — рявкнул он.       — Ничего я подписывать не стану и вечером никуда, кроме своего дома, не пойду. Могу идти, министр?       — Нет.       — Ну тогда я пойду просто так.       Гарри снова ушел с работы. Он окопался с метлами, но из-за злости все валилось из рук, и он только испортил древко для будущей метлы. Поттер старался не думать, но все равно мысленно возвращался к последнему разговору, ругая себя за несдержанность. Ему реально повезло, что этот псих его не проклял или не прибил прямо на месте.       — Ну смерти тебе точно бояться не стоит, — шутил Гарри сам с собой, — Ты ему определенно нужен живой и работающий.

***

      Уже ближе к полуночи в дверь постучали. Гарри удивился, но поспешил открыть. Он на самом деле думал, что там кто-то из друзей или, может, семья. Но уж точно не ожидал увидеть министра с букетом цветов и бутылкой вина. Гарри думал захлопнуть дверь прямо перед его носом, но его пропихнули внутрь гораздо быстрее.       — Я извиняюсь, — министр вручил ему букет.       — Я подумаю, прощать ли тебя, — Гарри не растаял, потому что уже не верил добреньким порывам мужчины.       — Выпьем? — министр хмуро кивнул на бутылку.       Гарри подумал, что хотел бы больше напиться, чем просто культурно выпить.       — У меня нет желания с тобой спать! — еще одна попытка спровадить его.       — Я не настаиваю, мы просто поговорим, — удивленным или расстроенным Том не выглядел.       В итоге они сидели за кухонным столом, между ними гордо возвышался букет. Гарри сервировал пирог, который испек себе на ужин пару часов назад. Скромно, но он и не был настроен на долгие посиделки. Как говорится, дохлебывай и…       — Очень вкусно, не думал, что ты так замечательно готовишь, — Том нагло выпросил себе добавку и сидел жевал в неуютной тишине.       — Во мне вообще полно всего замечательного, — усмехнулся Гарри.       — Не спорю, — министр улыбался.       Гарри вспомнил самое начало работы в министерстве и похожий диалог между ними. Он не дал ностальгии захватить себя и не позволил себе купиться на соблазнительную улыбку напротив. Гарри, хоть и не умел читать мысли, увидел похожие собственным чувства в глазах напротив.       — Зачем ты пришел? — Гарри сморщился и отвел взгляд, пытаясь подавить в себе ураган противоречивых эмоций.       — Я пытаюсь найти компромисс, — Том схватил его за руку, наклонившись вперед.       — Компромисс – это когда все устраивает двух людей. А ты меня не слушаешь! — Гарри отдернул руку, спрятав обе под столешницей.       — Почему же, я тебя слушаю, что ты хочешь?       — Я хочу уволиться и заниматься любимым делом!       — А я не хочу, чтобы ты увольнялся, и хочу, чтобы ты продолжал заниматься любимым делом по выходным. Очевидно, мой вариант приемлем для нас обоих, а твой нет, — министр твердил ему с душевнобольной улыбкой на лице.       Гарри думал, что разозлится. Но на него разом навалилась дикая усталость. И человек напротив не вызывал уже ничего, кроме глухого раздражения и желания вмазать по безупречному лицу.       — Пошел вон, — четко и спокойно, без страха смотря в красные глаза. Гарри вообще уже свое отбоялся.       — Ты не можешь выгнать министра, — Том продолжал нудить.       — Но я могу выгнать незваного шизанутого психа.       — Гарри…       — Пошел вон, — Гарри уронил голову на локти, а просьба была похожа скорее на мольбу.       — Я понимаю, что ты устал. Я тоже который день в ужасном стрессе, я лишь хочу нам обоим помочь…       — Да, оставь ты меня в покое, я устал! Я просто хочу побыть один! Я не хочу снова выслушивать этот бред!       — Гарри...       — Пожалуйста, оставь меня в покое, — Гарри готов был уже расплакаться.       — Ладно, до завтра, Гарри.       Поттер не стал утруждать себя провожанием. Он просто вылакал всю бутылку, которую принес мужчина, и завалился спать, еле доплетясь до кровати.

***

      В пятницу он прогулял работу, и ему даже не было стыдно. Гарри спал до двенадцати, сбежал в маггловский спа-салон и посидел в бане. Посетил бассейн, в который не ходил уже пару лет. Ему так не хватало спорта в жизни. Он пообещал себе начать чем-нибудь заниматься, как только уволится.       Навестил родителей. Мама вздыхала над ним: «Уставший, замученный, хорошо, что увольняешься!» и напоила его кучей каких-то зелий. Вечером вместе с отцом пришел Сириус.       — А я говорил, что он полный псих! А вы со мной спорили! — Сириус возмущался над гарриным рассказом.       Вообще Гарри упустил все детали, оставив короткое: он меня изводит и не хочет отпускать.       Выходные он провел в обнимку с подушкой в кровати, читая комиксы про каких-то мстителей, прикупил их у магглов.       А в понедельник нехотя собирался на работу. Министр к удивлению не явился. Ближе к обеду заглянул Долохов и принес букет цветов и письмо.       — От Лорда доставка, — улыбался пожиратель во все тридцать два.       Гарри отложил письмо, решив прочитать позже в одиночестве.       — Он же хороший мужик, Гарри. Да, малость нервный, но он тебя любит, хоть и не говорит. Зачем ты его бросаешь…       — Ты спятил? — перебил его Гарри.       — Почему?       — Я увольняюсь, а не бросаю его, — Гарри скопировал тон для душевнобольных у Тома.       — А, то есть вы продолжите вместе быть? — не собирался приходить в себя пожиратель.       — Мы не вместе.       — Ой, да ладно, я-то все понимаю, — подмигнул Антонин.       — В смысле любит меня? — до Гарри наконец дошло.       — Ну он же постоянно на тебя облизывается, я же во всех поездках с вами, вижу. Да и добрый он с тобой, мы даже недолго боялись, что он размяк, — развел руками и подробно пояснил, как будто не нес полную ахинею.       — Я походу сплю, — Гарри похлопал себя по щекам, — И где же министр сейчас?       — Так в Италию поехал, у них там переворот.       — Мм, — невнятно протянул Гарри. Он на самом деле думал… Да не знал он, что думать.       — Это он тебе сказал наплести про любовь и все такое?       — Не, это я от себя. Ты ему лучше не говори. Я как-то не хочу огрести, окей?       — Окей.

«Гарри,

Еще раз прошу прощения за все произошедшее. Нам действительно нужно обо всем подумать. Я вернусь в четверг. А до этого, пожалуйста, по старой схеме записывай обращения всех пришедших.

С ожиданием встречи, твой Том.»

      — Прошу прощения, пожалуйста, с ожиданием встречи, твой Том, — Гарри вылупился на пергамент, — Он окончательно спятил.

***

      Неделя прошла тихо, спокойно. Все заходящие скорее хотели выспросить у него, почему он увольняется, а не рассказать что-то для министра. Многие поддерживали его, желали теперь наотдыхаться вдоволь. Немногие, может, и считали по-другому, но все они были в Италии со своим лордом. Единственным, кого Гарри видел каждый день – Долохов. Тот стабильно приносил цветы с утра, улыбаясь гаденько, как будто знал все лучше всех. И продолжал капать Гарри на мозг.       И Гарри не знал. Это Долохов его зомбировал, или он просто сошел с ума. Но он и правда начал думать, что министр к нему что-то чувствует.       Способствовали таким мыслям – подарки. Каждый вечер ему что-то приносили совы. Шарф («Здравствуй! Подойдет к тем перчаткам.»), краски («Привет, увидел рекламу красок, подумал, вдруг будет полезно в твоем хобби.»), книга «Путеводитель по Франции» («Чтобы ты увидел не только Лувр с той страшной башней.»). Гарри с удивлением отметил, что книга маггловская.

«Башня не страшная. А романтичная.

Спасибо, Гарри.»

      Гарри вспоминал их ночи вместе, и выбравшись в бар в среду, чтобы кого-то подцепить. Не смог переступить через себя, перед глазами то и дело появлялись знакомые черты, и мерещился мягкий баритон. Ночью ему снился их секс, только Том в отличие от себя настоящего шептал не комплименты, а слова любви. Гарри проснулся с гулко стучащим сердцем, а вечером посетил маму.       — Мне нужен антидот к любовному зелью, — заявил решительно.       — Кто тебя напоил? — мама засуетилась, доставая ингредиенты.       — Да не важно.       — Точно не важно? — нахмурилась мама. — Ты не выглядишь, как опоенный.       — Не знаю, что сказать, просто хочу подстраховаться.       Гарри выпил антидот. А потом весь четверг думал, когда же вернется Том. Пришла куча людей, Скитер с вопросами, Долохов с букетом, коробкой с бантом и письмом.

«Гарри, прости, что наша встреча откладывается.

Придется остаться здесь еще на несколько дней. Увидимся, как я вернусь.

Твой Том.»

      Подарком была книга с рецептами итальянской кухни, тоже маггловская. Гарри изучал яркие страницы с вкусным содержимым целый вечер. В голове всплыла картинка, как он угощает Тома самостоятельно приготовленной пиццей, а тот счастливо улыбается и рассыпается в комплиментах. Гарри хлопнул книгой, выругался и пошел бегать. Нужно было проветрить мозги. Тридцать минут спустя сбитое дыхание и дрожащие ноги не отвлекали от мыслей о мужчине.       Вечером в пятницу Гарри собрал вещи, забрал все сиропы, кучу письменных перьев. Ими было удобно рисовать узоры на метлах. Ежедневник он оставил на столе министра, с тоской обведя кабинет взглядом. Он сел на диванчик, на котором чем только не занимался все эти годы. И ему вдруг стало так горько, что все закончилось. В глазах выступили слезы, и Гарри, утерев их руками, сильно разозлился. Вылетел он из кабинета и из министерства со скоростью снитча. Ночь была сложной и бессонной. Не спасал букет, принесенный совой уже домой с письмом.

«Гарри,

Мне бесконечно жалко осознавать, что все так закончилось.

Том.»

***

      В субботу состоялась вечеринка, и Гарри, забывшись в алкоголе, смог даже повеселиться. Но протрезвев на следующее утро, он посмотрел на букеты в мастерской, где припрятал их от любопытных друзей. И все-таки молча расплакался.       — Ты дурак, — шептал он себе, — О чем ты плачешь вообще?       Всю следующую неделю он закопался в метлах. Он действительно радовался работе, рисовал эскизы для гарпий. Взял еще несколько заказов на модель “Леди”. Задумался о ведении бухгалтерии и пошел к близнецам за советом. Заодно они возобновили свое сотрудничество.       Вся неделя была тихая. Он со стыдом признавался самому себе, что не спал до часу ночи в понедельник, потому что ждал букет или подарок. Так и не дождавшись, уснул на диване в гостиной. Ничего во вторник и среду, в четверг он злился на себя.       — Ты уволился, идиот! Ты этого и хотел! — твердил под нос без остановки.       Работа спасала от плохих мыслей лишь ненадолго. Отвлекаясь на чай, он думал о том, что идиот. Варя кофе, Гарри вспоминал, как напрашивался на секс, принося кружку в кабинет. Обедая, думал, что отвык есть один, потому что последние годы частенько разделял трапезу с Томом. Вечером он рассматривал потолок, раздумывая подрочить или нет, но настроения не находилось.       В субботу он жадно читал Ежедневный пророк.

ТРИУМФАЛЬНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ МИНИСТРА! ВАССАЛИТЕТ ИТАЛИИ?

      В ту же субботу вечером он сбежал к родителям, лишь бы не оставаться одному. Дед вздыхал о том, что Гарри совсем вырос, и почему они не ценили его такого маленького раньше.       — Дедуль, мне всего лишь двадцать пять через месяц, зачем ты меня уже хоронишь, — вяло бормотал Гарри.       — Тебе было уже три года, когда мне исполнилось двадцать пять, — как-то мечтательно вздыхала мама.       — Я в шоке, мам, — бурчал, пережевывая запеченную курочку.       В воскресенье они выбрались с родителями в ресторан. Маггловский. Отец обвешал их всякого рода отводящими заклинаниями и постоянно повторял, что гаррины идеи абсолютно сумасшедшие.       — И это говорит человек, создавший карту мародеров, — мама закатывала глаза.

***

      В понедельник вечером Гарри вяло шкурил древко метлы, когда в его сарайку кто-то постучался.

      — Кто там? — крикнул Гарри.       — Здравствуй, Гарри.       Он буквально подпрыгнул на месте, услышав знакомый голос. Министр стоял в дверях с букетом роз и какими-то пакетами.       — Я решил не ограничиваться вином в этот раз, — он помахал пакетами, — Здесь ингредиенты для той пиццы с грушей из книги, что я подарил тебе.       Гарри заулыбался, не успев проконтролировать этот порыв.       — Привет, Том, — Гарри снова лукаво оглядел мужчину.       — Я соскучился по этому, — мужчина кивнул на него.       «Я тоже», — хотел сказать Гарри, но решил еще немного пообижаться. В нем за секунду проснулось игривое настроение.       Они готовили пиццу вместе. Том помог порезать грушу и выложить ее на тесто, до большего Гарри его не допустил, желая блеснуть умениями. Они болтали о поездке Тома в Италию. Он жаловался на глупых магглолюбцев.       — Как можно любить этих магглов, они же глупые, опасные для себя, а для магов так тем более! — Том вымещал злобу на бутылке вина, ковыряя пробку маггловской открывашкой.       — Ну насчет глупых ты преувеличил, вон сколько вкусной еды изобрели! — посмеивался Поттер, отнимая бутылку и играюче справляясь с маггловской открывашкой.       Том, фыркнув, разлил вино по бокалами, махнув рукой.       — Ты выпендриваешься, — возмутился Гарри.       — А ты как будто нет? — он вздернул бровь.       Гарри рассказал о том, как продвигается работа. А еще поведал о вечеринке в честь увольнения. Все это время внимательно следя за эмоциями мужчины, то ли желая, то ли боясь увидеть злость, досаду? Гарри и сам не знал. Пиццу ели, запивая чудесным вином.       — Прикупил в Италии, чтобы у нас был настоящий итальянский ужин, — довольно щурился Том.       А потом Гарри сам, никто его не просил, раздел министра. Исключительно потому что в доме было жарко. Но духота не помешала Поттеру чуть погодя оседлать бедра мужчины, когда они сидели на диване в гостиной. Гарри соскучился. И с каждым движением, касанием, шепотом все больше не понимал, как мог лишить себя этого. Он, похоже, тот еще мазохист.       Они двигались в унисон, зная, как правильно, как хочется. Том шептал комплименты и оставлял поцелуи бабочки по всему телу. Гарри лежал на спине, обхватив ногами крепкие бедра. Ладонью он гладил напряженный торс и лениво постанывал, почти мяукал, принимая каждый толчок.

***

      Том пришел и на следующий день. А в среду Гарри нагрянул сам, тщательно все обдумав, составив план и собравшись со всеми крохами смелости.       — Как насчет отношений? — решил рискнуть Гарри, лежа на плече мужчины в шикарной постели.       — Отношений?       Гарри так и не понял, с какой эмоцией Том сказал это.       — Ну да, ты, я, секс, ужины, все такое…       Гарри закинул ногу на мужчину, прижимаясь теснее. Он готов был получить отворот поворот и отправиться зализывать раны. Но решил попробовать, ведь в случае успеха его ждал отличный секс и постоянный партнер. «И работать на него не придется», — бурчал себе под нос Гарри днем, когда придумывал свой гениальный план. Пауза затянулась, а Том вроде не собирался разрушать повисшую тишину. Гарри еще больше прижался щекой к горячей коже. Напряжение в воздухе росло.       — Я тоже хотел тебе предложить это. Все же работа работой, а отношения с тобой мне терять не хотелось, — Том резким движением развернул Гарри на спину и навис сверху, глаза поблескивали хитростью в полумраке. — Только у меня одно условие…       — Какое? — Гарри готов был согласиться на что угодно, кроме работы, лишь бы этот мужчина принадлежал ему и лежал в его постели.       — Обеды тоже совместные, — прошептал Том, слегка соприкасая их губы, — Что-то вкусное и у меня в кабинете, мм?       — Легко, — хихикнул Гарри, подставляя шею под зубы мужчины.

***

      На том и порешили, но еще обсудили парочку моментов:       — Полная верность с твоей стороны, с моей, естественно, тоже, — хмурился Том.       — Естественно, — улыбался Гарри и продолжал накидывать, — И с тебя цветы хотя бы раз в неделю, и подарки, ну, можно реже, чем цветы…       — С тебя не отказывать в сексе, — Том ткнул в его сторону вилкой, они обедали вместе, — Работа или хобби только днем и в будни.       — Только давай не каждый день!       — Четыре раза в неделю устроит, — кивнул он.       — А просто свидания? — Гарри хотел бы романтики, раз попробовав, отказываться не хотелось.       — В любой день, — улыбался мужчина.       — Я хочу путешествовать с тобой, — Гарри не собирался уступать в этом моменте.       — Можешь ездить со мной в поездки, по вечерам обещаю уделять тебе время, — пожал плечами Том.       — … — Гарри подозрительно нахмурился.       — Так намного удобнее, отпуск я брать не буду точно, а у тебя будет личное время.       — Ладно, пойдет, — Гарри важно кивнул.       — И мы никому не скажем об этом, — в качестве последнего пункта резюмировал Гарри.       — Почему это? — резко изменился в лице Том, нахмурился и недовольно сощурил глаза.       — Я как-то не хочу придумывать тонну объяснений родителям и друзьям! У тебя никто не спросит, а у меня…       — Значит никто не будет знать о нас, ты будешь шляться на ваши гриффиндорские сходки и там обниматься с этой Патил?       — Какой Патил?       — Я против, все должны знать, — Том скрестил руки на груди.       — Я ни с кем не обнимался, к твоему сведению, — Поттер вскочил, а стул за ним громыхнул об пол.       — Откуда мне знать? — хмурился мужчина.       — Ну, например, покопаться у меня в мозгах, ты всегда так делаешь, — Гарри обвиняюще ткнул пальцем.       — Я не хотел это видеть.       — Ну так этого и нет, чтобы это видеть!       Гарри загнанно дышал, сдерживая злость. Он не понимал, что ему делать. Доказывать свою верность или настаивать на секретности. Мужчина же напротив сверлил его взглядом, сцепив зубы.       — Мы расскажем всем, — спустя долгую паузу процедил Том.       — Нет, я не хочу! — воскликнул Гарри.       — Хочешь.       — Нет!

***

      Они поссорились. Ненадолго. Гарри пришел с обедом в министерство на следующий день, и на него все воззрились, как на восьмое чудо света.       — По старой памяти решил супчик занести, — неловко отбрехался он.       Долохов показал ему палец вверх. Гарри смерил взглядом нового секретаря, дрожащую девушку. Она, еле сдерживая слезы, пыталась разобрать почту. Поттер попытался вложить в свою улыбку для нее всю возможную поддержку. А в кабинет он зашел, тихо постучавшись. Том сидел хмурый.       — Прости, мне просто надо время, — начал Гарри, — Давай сначала повстречаемся. Посмотрим, подходим ли мы друг другу, а там и расскажем всем. Сам подумай, зачем тебе в репутации такое пятно, как неудачный роман со мной?       — Ты прав, — Том мило улыбнулся и подошел обнять его. — Повременим с этим. Что ты принес?       — Стейк рибай с бататом, — заулыбался Поттер.       — Я уже в предвкушении, — Том облизнулся, смотря ему в глаза.       — Что ты сделал с той бедной девушкой? — Гарри спросил чуть позже, когда они с удовольствием уплетали стейки.       — Не важно, я уволю ее вечером, — отмахнулся тот.       Гарри на самом деле придумывал, что сказать все утро. Изрядно ему помогли рассказы ловеласа Дина, который успешно окручивал наивных девочек вокруг пальца, а им рассказывал способы, как это сделать. По плану Гарри, это «повстречаемся» растянется на долгое время, а там он еще придумает, чем отмазаться, ну или у Дина спросит совет. Поттер немного боялся, что Том полезет в его мысли и весь его план вскроется. Но Гарри решил рискнуть. Да и что такого, он же ради хороших отношений старается!

***

      Зажили еще лучше, чем раньше. Обедали вместе, Гарри с удовольствием бегал куда-нибудь за едой или готовил что-то сам. Каждый раз радуясь, как он все удачно придумал, и теперь одному есть не нужно. Ужинали тоже вместе, то у Гарри, то у Тома. Гарри пару раз носил вкусный кофе к обеду, варя его дома и переливая в картонные стаканчики. — Чтобы ты не говорил, магглы молодцы! — Гарри хвастался стаканчиком с пластиковой крышкой, а Том довольно переливал кофе в фарфоровую кружку.       Да, Гарри был влюблен. И он это признал. Признал то, что он сумасшедший, раз влюбился в Тома. И еще признал, что ему не стыдно было немного мужчиной манипулировать. Тем более, все это было совершенно безобидно. Том же тоже получал свое удовольствие, обеды там, секс. Да и, как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься.

***

      На его день рождения у министра была поездка во Францию. Гарри, конечно, метался. Но впервые за столько лет выбрал провести этот праздник с Томом, а не с друзьями. Он уже спланировал все: какие рестораны, какие достопримечательности, на какие аттракционы.       — А круассаны я попробую тут, и здесь еще недалеко есть бутик, хочу себе там пальто купить, — вещал Гарри для Тома, пока они готовили вместе пасту.       — Выдели мне один день, я его сам спланирую, — Том легко поцеловал его в щеку.       — Сюрприз? — Гарри готов был прыгать от предвкушения.       — Да, тебе понравится, — приобнял его мужчина, горделиво улыбаясь.       Друзья расстроились, что уже традиционной пьянки с салютами, танцами и похмельем не случится.       — Во Францию? — удивилась Гермиона.       — Ну да, а что?       — Да нет, ничего, — смотрела она на него хмуро, — И прям вот один едешь?       — Ага, — кивнул Гарри.

***

      В карете они с Томом развлекались, как могли. Гарри и прыгал, и на коленях стоял, и лежал. Том был больно жадным, вбивался с силой, впиваясь пальцами в бедра и талию, и шептал:       — Ты мой, Гарри, — легонько кусал мочку.       — Мой, — выдохнул в гаррины растрепанные кудри.       — Скажи, что ты мой, — губы Тома легко прихватывали гаррину нижнюю губу.       Поттер хотел попроситься на ручки, когда пришло время выползать из кареты. Долохов ехидно улыбался, когда они рядом плелись за министром к встречающему их министру Франции. Гарри же показал пожирателю язык и сбежал в отель пораньше, не дожидаясь всех.       Он побывал везде, где только можно, следуя путеводителю, подарку Тома. По вечерам они гуляли за ручку по шумным улицам, и хоть Гарри и боялся, что их поймают, Том успокаивал.       — Я обо всем позабочусь, ты же знаешь, пресса у меня на поводке.       Гарри в ответ влюбленно улыбался. Бабочки в его животе трепетали, коленки подгибались. Париж наконец превратился для него в город любви. День рождения они провели, как Гарри и хотел, в Диснейленде. Министр ходил хмурым и в итоге остался в каком-то ресторане, отпустив их с Долоховым на американские горки.       — Практически как на метле! — восхитился Гарри.       — Вообще огонь, может, на мертвую петлю еще раз? — кивал пожиратель.

***

      А в их последний вечер здесь Том, крепко сжав его за руку, повел на свой сюрприз. Они сидели в каком-то ресторане с видом на Эйфелеву башню.       — Ты говорил, она страшная? — подначивал Гарри.       — Я понял, что она все же романтичная, — довольно улыбался мужчина.       Они еще долго болтали, Гарри постепенно пьянел от шампанского, подливаемого заботливой рукой Тома. Наконец башня засверкала серебряными огоньками, и Гарри, погруженный в дымку алкоголя, восхищенно охнул. А потом кто-то вокруг заохал и заахал с еще большей громкостью.       — Гарри, — мягко позвал Том, — Посмотри на меня.       Тот не нашелся на своем месте, а оказался на одном колене рядом с гарриным стулом. Он держал маленькую бархатную коробочку с кольцом и улыбался.       — Ты выйдешь за меня?       Вокруг Гарри начался какой-то водоворот из звуков, перед глазами все плыло. Поттер тщетно пытался понять, как быть. Он был так пьян, и ему так сложно было что-то придумать. Но придумать что-то надо, как сказать «нет» или «да», но настоять на тайной церемонии. К головокружению добавилась пульсирующая головная боль. Гарри зажмурился, чтобы яркий свет больше не бил в его уставшие глаза.       Но тут он понял: его слепила не башня, она далеко. Вокруг толпились люди, и сверкали вспышки. Он поднял голову, сталкиваясь взглядом с Долоховым, тот лыбился, как полоумный. Гарри в ужасе замотал головой из стороны в сторону, их окружала куча народу: пожиратели, кто-то с камерами, ослепляя его вспышками.       — Гарри, — Том сел на стул и наклонился ближе, чтобы только Гарри мог услышать его следующие слова, — Ты же не откажешь мне перед всеми собравшимися?       — Нет, — Гарри испуганно замотал головой, дышать было как будто нечем, — Не откажу.       — Он сказал «да»!       Заулыбался Том, отворачиваясь от Поттера и сверкая улыбкой. Он надел на гаррин палец сверкающее колечко под звуки поздравляющей толпы. Гарри совсем потерялся в водовороте. Его уже откровенно мутило, и он хотел побыстрее скрыться в уборной. Гарри уронил голову на плечо Тома. Мир в буквальном смысле плыл перед его взором. Кажется, он все-таки перебрал.       — Я что, сплю? — переживая, что это просто кошмар, еле шептал Гарри.       — Сплю я, Гарри, и это самый прекрасный сон, — Том отвечал громко, и его звонкие слова резали по гудящей голове.

***

      С тяжелой головой Гарри читал газету, сидя в карете, по дороге обратно в Великобританию. «Романтичный диалог» про сон, как отметила Скитер: «Растопил сердца всех присутствующих». Куча народу дала свои ценные комментарии для этой отвратительной статьи. Долохов, например, растрепал, как работал курьером по доставке цветов. А какой-то незнакомый ему пожиратель отметил, что всегда знал, что они будут вместе, ведь они просто созданы друг для друга.       Напротив сидел Том, гаденько улыбаясь. Гарри уже часа два делал вид, что этого психа просто не существует. Зелье от похмелья ему никто не предлагал, хотя Гарри знал, что у этого черта всегда есть все и на все случаи жизни. Бесил Гарри этот тип безумно, догадаться, что все это подстава, у него заняло ровно одно утро.       — Ты же не думал, что я и правда согласился с той чушью «повстречаемся, посмотрим»? — противно передразнил Том.       — Я за тебя не выйду, Реддл, — выплюнул Гарри.       — И почему же? Все отреагировали нормально, как видишь. Ты не умер, тебя никто ни о чем не спрашивает, потому что, как помнишь, я контролирую прессу. Ты просто выйдешь за меня и все.       — И на кой тебе это? — Гарри хлопнул газетой себе по коленям.       — Потому что я так хочу, — улыбнулся отвратительно приторно Том.       — Очень информативно, — он закатил глаза.       Дальше летели в тишине, на подлете к Лондону Гарри хотел аппарировать домой прямо из кареты, но ему помешали антиаппарационные чары.       — Наложил их ради твоей безопасности, — пожал плечами Том.       — Выпусти меня, — рявкнул Гарри.       — И куда ты пойдешь?       — Домой!       — То есть на встречу с твоими родителями мне идти одному? — продолжал лыбиться мужчина.       — Никто не пойдет на встречу с моими родителями! Тем более ты! — у Гарри уже сдавали нервы.       — Тогда посетим наше будущее семейное гнездышко, — миролюбиво улыбнулся мужчина, — Там как раз заканчивается ремонт.       — Просто выпусти меня! — Гарри бессильно пнул запертую дверь.       — Когда долетим, конечно.

***

      Гарри не смог аппарировать, и когда они прилетели. У семейного гнездышка оказался не менее противный препятствующий барьер.       — Ради нашей безопасности, — пояснил Том с самым невинным видом.       — Мне казалось, для моей безопасности, наоборот, более полезна свобода перемещения!       — Тебе казалось, — и спустя долгую паузу он добавил, улыбнувшись еще более слащаво, — Тебе показалось, что у тебя здесь нет свободы перемещения, а теперь идем, я тебе все покажу.       К удивлению, дом не напоминал логово темного, свихнувшегося мага. Все было светло и даже не сильно классично.       — Я изучал маггловские журналы по интерьеру. Стиль модерна мне пришелся по душе, и тебе, думаю, он тоже будет близок, — Том важно начал экскурсию.       Спальня комфортная, с огромной кроватью, просторная гардеробная. Гарри отметил, что тут поместится вся его одежда и еще место останется. Он сейчас хранил всю одежду в магически расширенном шкафу, и это было дико неудобно. Кухня большая и светлая, там стояла куча коробок с самой разной посудой, а на полке стройными рядами блестели десятки книг по кулинарии. Гарри дрожащими пальцами полистал одну, но, увидев довольную улыбку напротив, хлопнул книгой по каменной столешнице.       — У тебя не получится меня купить, Реддл! Я все это барахло, — он обвел пальцем кухню, усмехаясь, — И сам себе домой могу купить.       — Ты просто еще не видел всего, — поддразнил его мужчина.       А потом они зашли в огромный зал. Высокие окна с двигающимися витражами, под потолком имитация неба, как в большом зале Хогвартса. Это был бассейн, с первого взгляда очень глубокий. Гарри увидел кружащих в воде ярких рыб, а на самом дне сквозь прозрачную гладь проглядывали водоросли, кораллы, даже рифы.       — Я помню, ты начинал заниматься плаванием, — Том приобнял шокированного красотой Гарри, — Это не настоящие рыбы и риф. Иллюзия, как и потолок, просто, чтобы тебе было интереснее.       — Это очень красиво, — пролепетал Гарри, мечтая уже потрогать воду руками. Ему казалось, что она обязательно должна быть теплой и мягкой.       — А там баня и ванная с массажными струями, как в моем старом доме, — мужчина махнул в сторону.       Гарри не хотел уходить, хотел еще немного насладиться атмосферой. Да и нырнуть он готов был прямо сейчас. Но Том настойчиво потянул его дальше, обещая еще большие впечатления.       Теплое, отделанное деревом помещение. Широкие столы, шкафы, лампы, спускающиеся с высокого потолка к столам, кружащие под потолком свечи отбрасывали причудливые мягкие тени. Гарри с благоговением скользил пальцами по брусочкам дерева, миллиону баночек на стеллажах. Жадно ощупывал охапки прутьев. Это была мастерская. Самая идеальная мастерская во всем мире! Она была забита разными материалами, наполнена теплым светом, и казалась самой комфортной на свете.       — Ты сможешь здесь все поменять под себя, вся мебель мобильна. Света, если не хватает, можно еще добавить. А в теплое время года можешь распахивать те окна, и у тебя будет выход в сад, там терраса, можно вынести столы и мастерить на свежем воздухе, — Том не переставая рассказывал.       А Гарри ходил завороженно. Он даже боялся думать, что это все его и только его. Это было слишком идеально, чтобы быть правдой.       Они ушли из мастерской не скоро. Гарри не хотел уходить. Том уговаривал его идти, ведь нужно было еще посмотреть спортивный зал, который он сделал по примеру маггловских, как Гарри ему рассказывал. Спортивный зал Гарри тоже оценил. И даже уже пофантазировал, как будет удобно тут тренироваться. Но на самом деле он продался, еще когда они осматривали мастерскую. Покидать самый красивый дом на свете не хотелось, но Том повел его осматривать сад. Тот был еще в процессе высадки, но дорожки и пруд уже были готовы.

***

      Гарри шокировано стоял на пороге шикарного семейного гнездышка, когда ему на голову упало письмо, принесенное родительской совой.       — Гарри, где ты?! Я вся на нервах! Отец и твой дед прятали от меня газету весь день, но все-таки летучемышиный сглаз у меня отличный! Немедленно иди домой и объясни уже, что происходит! — Письмо-кричалка замолчало и рассыпалось рваными кусочками.       Гарри сжался. Дом был так хорош, а реальный мир все еще нависал над ним. Он боялся столкнуться с любой реакцией. А что говорить? Правду, конечно, но как же страшно. А еще друзья. Они точно будут в ужасе. Гриффиндорцы, в большинстве своем, и так были не фанатами Темного Лорда, ака нынешнего Министра.       — Нужно идти к твоим родителям, твоя мама явно переживает, — на гаррино плечо опустилась тяжелая рука.       — И по чьей же вине? — фыркнул Гарри, растеряв всю браваду.       — Признаю, половина вины лежит на мне. В семье все же стоит распределять ответственность поровну.       — У нас не семья, — покачал Гарри головой.       — Это пока.       Том потянулся, чтобы прижать Гарри ближе к себе. Гарри уткнулся носом в бархат мантии. Не хотелось ничего решать. Хотелось спрятаться здесь, ухватившись за мужчину. И не хотелось одновременно, на самом деле.       — Что я скажу семье, друзьям…       — Я, признаться, все уже придумал. Мы скажем всем, что после твоего увольнения мы осознали, что не можем жить без друг друга, начали общаться неформально и тут же влюбились. А так как я джентльмен, то я не мог не сделать предложение, потому что для меня важны вопросы чести.       — Отвратительная версия, — усмехнулся Поттер.       — Почему же?       — Потому что ты не думал ни о какой чести эти семь лет, да и всю свою жизнь. Ты, может, забыл, что ты тиран, узурпировавший уже три страны?       — Мои политические взгляды и амбиции не относятся к нашей личной жизни, — поморщился он.       — Какие к дракклам… У меня уже едет кукуха! — Гарри оттолкнул мужчину. И как-то загнанно оглядел шикарный дом, не менее потрясающий сад и отвратительно идеального во всем мужчину.       — Ты привыкнешь, последние сутки слишком насыщены эмоциями. Тебе нужно время. Отправляйся к родителям, поговори с ними. Увидься с друзьями. А меня познакомишь с родными через пару дней, — Том мягко поглаживал его по пояснице.       — Мы правда поженимся?       — Да.       — А если я сбегу?       — Зачем?       — Ну просто.       — И потеряешь свою замечательную жизнь? У тебя заказ для самих гарпий, насколько я помню.       — Я пошел, короче, — Гарри не хотел выслушивать свои же аргументы против себя.       — Давай, милый, и завтра жду тебя в обед, — Том смачно поцеловал его, а Гарри хулигански оттолкнул его и быстро аппарировал.

***

      Дом встретил его тишиной. Семья сидела в гостиной, каждый думал о своем и смотрел в никуда. Его прибытие, правда, всех расшевелило. Отец и дед подобрались и смотрели настороженно, отец держал палочку наготове.       Мама подбежала и крепко обняла его. А потом настойчиво впихнула ему в руки склянку.       — Пей.       Гарри принюхался, узнавая антиприворотное. Под беспокойным взглядом матери он выпил.       — Ну? — мама бегающими глазами глядела на него.       — Я все еще собираюсь замуж, — пожал он плечами и скривился. Гарри впервые признал и произнес это вслух. Но на счастливого человека, скоро выходящего замуж, он тоже похож не был.       Гарри плюхнулся на стул и сцапал кусок маминого пирога. Отец с дедом глядели одинаково хмуро, когда садились рядом. Злились или беспокоились, у Поттера-младшего сил разбираться не было. Мама засуетилась с чаем и ужином. Она без конца причитала.       — Как же так, Гарри! Мы так волновались! Дедушка был в министерстве, но министр там так и не появился! Неужто это правда?       И на кивок Гарри, продолжающего спокойно жевать, продолжала.       — А как же это? Почему же ты не сказал, с кем едешь во Францию?..       Отец и дед сверлили его глазами. Гарри впрочем это не мешало запихивать в себя пирог и какой-то салат, поставленный мамой в центр стола.       — Я еще торт купила, потом разрежу, и мясо, сейчас… Мерлин! Как же все из рук валится!..       Когда мама наконец успокоилась и села, а еда стояла перед их носами, отец наконец отмер:       — Ну, мы ждем объяснений.       — Да там трудно объяснить, — Гарри спрятался от взглядов семьи, уткнувшись в тарелку.       — Ну уж постарайся! — отец возмутился.       Гарри еще по дороге сюда решил, что врать родителям не будет. Как-то не в его привычке это было. Он всегда говорил правду или немного недоговаривал, но откровенно врать не привык.       — Мы с ним нуу… Давно уже вместе, — начал Гарри не спеша.       — Он тебя вынудил? — брови отца грозились уже соприкоснуться от такой степени хмурости.       — Да не, я сам хотел.       — Тогда почему ты расстроенный? — мама заботливо погладила его по плечу.       — Ну, я просто не ожидал предложения, — Гарри устало вздохнул и еще раз проклял Тома в своей голове.       — Почему? — мама продолжала смотреть на него самым сочувственным взглядом на всем белом свете.       — Ну как будто это в порядке вещей: встречаться с министром. Да и не хотел я, чтобы все знали.       — А что такого? Сказал бы нам. Мы же семья! — мама уже полностью его простила.       — Это было несерьезно, чтобы вам говорить, я же не думал, что все дойдет до свадьбы…       Они еще долго говорили. Гарри рассказал, что началось все через полгода после начала работы.       — Он воспользовался тобой! — отец бахнул кулаком по столу. — Я ему что-нибудь оторву, руку, член или нос хотя бы!       — А я думал, он на тебя от безответной любви так облизывается, — усмехнулся дед.       — Когда это? — воскликнул Гарри хором с родителями.       — Ну я это на всех заседаниях Визенгамота видел, ты бы тоже видел, если бы не летал в облаках.       Он деду не очень поверил. Мама же упомянула про такие частые и очевидные служебные романы.       — И как я не догадалась! — вздохнула она.       Потом Поттер рассказал, как они классно проводили время. Свидания, вкусная еда...       — Ну и... Ну как-то так и влюбился, — покраснел Гарри.       Отец скрипнул зубами. Дед хихикнул. Мама тоже покраснела. Еще рассказал, что Том просто чудо и разговаривать с ним интересно, и путешествовать, и готовить, и все такое. Гарри, пока описывал, какой у него хороший парень, и сам начал думать так. И как он раньше этого не понимал?! Да за такого и замуж можно!       — Том… Ну надо же, — фыркнул отец и закатил глаза.       — А как ты прикажешь называть своего парня? По фамилии? — мама уже оттаяла от романтических рассказов и встала полностью на его сторону.       Потом рассказ зашел про увольнение и недолгое расставание. Как Гарри грустил и переживал, и как ему не хватало внимания, и вот он сам решился прийти к министру и предложить ему продолжить отношения. Да, приукрасил. Но Гарри и не думал рассказывать тут про романтичные подарки. Это он хотел сохранить в секрете. Как самые приятные воспоминания.       — Ты молодец, Гарри, за любовь надо бороться, — уже счастливо улыбалась мама.       — И он сделал предложение аж через семь лет? — отец продолжал оставаться недовольным.       — Ой, не начинай, — закатил глаза дед, — Гарри окрутил такого мужика, теперь все мои законопроекты будут под протекцией министра. Молодец, внучок!       Гарри знал, что на принятие ситуации отцу понадобится время. А если по-честному, то и Гарри тоже предстояло смириться со многими вещами.

***

      Друзья приветствовали его грозовой тишиной. Посматривали настороженно, будто он и не Поттер, а какой-то его злой двойник.       — И как тебе удалось добиться этого? — изящно приподняла одну бровь Дафна.       — А ты разве гей? — удивленно хором спрашивали Лаванда и Парвати.       Гарри как-то мялся. И боялся любых негативных реакций, но все скорее были в шоке. А не злились или еще что похуже. Гарри еще боязно косился на Криви, не хотел он столкнуться с противной журналисткой жилкой.       — Всем изданиям и журналистам запретили с тобой общаться, — Колин закатил глаза, — А я не хочу рисковать работой.       Девчонки упрашивали рассказать, как ему сделали предложение, восхищенно рассматривая колдографии в газете и «Ведьмополитане». Гарри, признаться честно, помнил плохо. Он хорошо запомнил, как уже в отеле обнимался с унитазом. И то самое кольцо безбожно испачкал. Ну не будем в подробностях обсуждать, как и чем.       — Гермиона сказала, что мы все идиоты, раз не поняли этого раньше, — Рон развел руками, как бы прося у Гарри защиты       — Ну вы не идиоты, — развел руками Гарри в ответ.       — Он поехал во Францию один! В предыдущий день в газете написали о том, что министр едет туда. Совпадение? Могло бы быть, если бы Гарри не был его секретарем раньше, и если бы он не носил обеды министру последний месяц, хотя уволился, — Гермиона оглядела всех удивленно.       — Я думала, это слухи! — воскликнула Лаванда.       — С нами теперь что, будет тусить министр что ли, я ничего уже не понимаю, — воскликнул Дин.       — Не думаю, что у него есть время на таких оболтусов, как вы, — фыркнула Дафна.       — Ты вообще-то с нами тусуешься, значит тоже оболтус, — Парвати обиженно зашипела на нее.       Гарри рассказал им неправду. Точнее, правду, придуманную министром. Что тот ему цветы дарил, Гарри чуть сопротивлялся, но потом пал жертвой великой любви. А потом, будучи изрядно пьяным, признался в настоящей правде Гермионе.       — Я понимаю, Гарри. Просто будь осторожен, он все-таки не душка, которая будет баловать тебя подарками и только. И само то, что такой вечный одиночка вдруг проявляет к тебе такое сильное внимание…       — Ну пока все идет, так, как я и хотел, — слукавил Гарри и рассказал про шикарное семейное гнездышко.

***

      А весь следующий день провел дома и не пошел с обедом в министерство. Ему было страшно столкнуться с новыми взглядами людей на него. Даже Невилл, ранее всегда критиковавший министра в их компании, вчера осекся и странно посмотрел. Поттер целый день размышлял о том, что он дурак, раз не раскусил замысел Тома вовремя. Все-таки намеков было предостаточно. Тот же Долохов назвал его мистером Реддлом раз сто, пока они гуляли по Диснейленду. И на гаррино:       — Я Поттер, идиота кусок!       — Это пока, — ответил Долохов. А Гарри ничего не заподозрил.       Работа с трудом отвлекала от пугающих мыслей. Гарри думал о том, что будет, если они когда-то все же разведутся. О том, что будет теперь с отношением Дамблдора к нему и его семье. Да и с отношением всех его знакомых и знакомых его родителей… Гарри было до политики как до луны. Но он понимал, что многие его близкие к этому относились серьезно. И теперь он мог стать для многих просто врагом, получается?

***

      Днем нагрянул Сириус.       — Фините инкантатем! — кинул он в него с порога.       — Ты в себе?! — заорал Гарри, споткнувшись и свалившись от испуга со стула.       — Джеймс сказал, что не опробовал на тебе снимающее чары заклинание!       — Я не заколдован и не опоен. И вчера в меня фините кинули раз пять друзья, — Гарри попытался вручную устранить беспорядок, учиненный крестным.       — И правильно сделали! Он тебя изнасиловал, заставил, выставил посмешищем! — Сириус вместо помощи ему только мешал, размахивая руками и поднимая пыль в не таком уж и чистом помещении.       — Сириус! — рявкнул Гарри.       — Я предлагаю убить его, — серьезно уставился на него крестный.       — Ты спятил?       — Он бессмертный, понимаешь? Тебе придется терпеть его до самой своей смерти!       — Что за бред? Не может человек быть бессмертным. Ты уже совсем спятил от своих теорий заговора! — Гарри за локоть выпроводил Сириуса из сарайки и повел в дом.       — Я клянусь тебе, все серьезно, Слизнорт…       — Слизнорт поехавший шизик! Он лечился в Мунго десятилетия, прежде чем сбежать оттуда. Его сам Дамблдор туда сдал после первого побега. А кто уж, как не Дамблдор, не воспользовался бы тем, что якобы знает этот слизняк! — Гарри усадил крестного за стол и начал заваривать чай, решив под шумок налить туда успокаивающего, да побольше.       — Ты не понимаешь, Беллатриса, она случайно проговорилась, что знает тайну, а Слизнорт…       — А то ей не знать! Они постоянно о чем-то шушукаются, и тайн она знает предостаточно! — Гарри поставил рядом с Сириусом блюдо с пиццей, чтобы тот занял свой рот и заткнулся, — Успокойся уже, и давай поедим. Или проваливай и не мешай мне работать!       — Ладно, прости, — Сириус покаянно уставился на него и сцапал кусок с блюда.       — Приятного аппетита, — Гарри закатил глаза.       Он рассказал ему то же, что и родителям. Сириус при рассказе о доме Тома напрягся.       — Ты видел змею? — прищурился он.       — Какую змею?       — Огромную и страшную, зовут Нагайна.       — Это опять твои теории тупые? — Гарри подлил ему еще чаю с огромной порцией успокаивающего.       — Это не теории! Ее надо убить! — Сириус снова попытался, — А этот Вол...       — Сириус, жуй, — Гарри впихнул ему в руку кусок пиццы.       — Ладно, прости, продолжай, очень вкусная пицца.

***

      Когда Сириус уходил, на пороге умудрился столкнуться со страхом всей своей жизни — министром Реддлом. Он отпрыгнул от него чуть ли не на метр и зашептал что-то еле слышно, схватившись за треугольный медальон на шее. Знак их шизанутого кружка по интересам.       — Твой крестный поклонник Слизнорта? — поцеловав его в щеку, спросил Том.       — Да, в семье не без психа, знаешь ли. Но я его все равно люблю, он смешной и добрый, — сразу заступился за него Гарри.       — Как же он переживет нашу свадьбу?       — Обвешается защитными амулетами и придет, не знаю, — Гарри пожал плечами.

***

      Вообще это шизосообщество появилось совсем недавно. Организовал его сбежавший из Мунго Гораций Слизнорт. Того упекли туда лет двадцать назад, потому что в какой-то момент начал рассказывать сомнительные сказки про Тома и пожирателей. Гарри насколько понял: Слизнорт стал жертвой какого-то кривого магического заклинания, своего же эксперимента, и потом свихнулся на одном из самых любимых своих учеников.       А Том, пытаясь помочь, отправил того на лечение, но не помогло. Печально, но Гарри не понаслышке знал, что магия не всегда может вылечить. Как уж на собрания этого теоретика попал Сириус, оставалось для всех загадкой. Он, как верный член их кружка, хранил все тайны в себе, кроме, естественно, тех тайн, которые стоило знать всем. Родители пока тревогу не били, но отец вел расследование, пытаясь найти Слизнорта и уже посадить его обратно в психушку.

***

      Гарри пришлось приготовить пасту на скорую руку, потому что Сириус оставил один кусок от пиццы. Том рассказывал, что очень тосковал в обед, и что ему очень тяжело без помощника. Гарри тактично проигнорировал вторую часть и извинился за обед.       — Когда идем знакомиться с родителями? — спросил Том, уплетая длинные макароны.       — Завтра, и я рассказал им правду. А не твою бредятину, — Гарри просто сидел напротив, составляя компанию. Мыслей у него уже никаких не осталось: из него за пару часов всю душу вытянул Сириус.       — Зачем? — нахмурился Том.       — Не хочу им врать.       — Похвально, ты никогда не врешь семье? — просиял он.       — Есть такой грешок, — усмехнулся Гарри.       — Мне нравится, все же я скоро стану твоей семьей.       — Мне все еще дурно от этой мысли.       — Ты привыкнешь.       — Ты очень добр, — закатил глаза.       Гарри крутил в руках стакан с тыквенным соком. Настроения болтать не было, хотелось просто завернуться в одеяло и заснуть. Еще он бы предпочел одиночество, но его визави кажется был настроен остаться.       — Когда свадьба? — Гарри нарушил тишину.       — В конце августа, начале сентября. В пятницу встреча с организатором, там и решим. Ты хочешь пойти?       — На встречу с организатором?       — Да.       — А типо можно не ходить? — скептически спросил Гарри.       — Я все и сам могу организовать, мне несложно, — Том как будто не понял его пассаж.       — Нет уж, я все-таки надеюсь выйти замуж один раз, поэтому в организации свадьбы участие приму, — на самом деле Гарри боялся не принять участие, а потом столкнуться с последствиями в виде страшных костюмов, тупых традиций и так далее.       — Молодец, — разулыбался Том.       Реддл ему вальяжно отсосал. Но ответного с Гарри не требовал. Поттер решил обнаглеть окончательно: лениво помог рукой с его эрекцией. А потом наконец завернулся в одеяло, не оставив Тому даже краешка. Объяснить причины ребяческого поведения он не мог даже самому себе, но и остановиться не получалось. А когда они лежали, разглядывая темноту, Гарри сказал:       — Я оставлю свою фамилию.       — Как хочешь, — сонно пробормотал мужчина и обнял кулек, который сейчас представлял из себя Гарри.

***

      Знакомство с родителями прошло лучше, чем Гарри думал. Мама приготовила роскошный ужин. Том притаранил для мамы огромный букет и рассыпался в комплиментах весь вечер. Отцу он вручил какой-то дико древний огневиски. Деду подарил самогонку из России. Гарри чуть не умер, когда немного понюхал ее, но вот дедушка радовался.       — Ваш сын красотой определенно пошел в вас! — подлизывался Том к маме.       — Вы прекрасно готовите!       — Ваша последняя статья была невероятно интересной, вы правда добились увеличения срока действия зелья при помощи…       Отец хмурился. Сурово сжимал руку в кулак, угрожая разве что стакану и вилке. Фыркал на каждый комплимент в мамину сторону. А когда Том начал рассказывать, как он счастлив, что Гарри теперь есть у него:       — На минуточку, вы еще не поженились. И я еще не дал своего благословения. Что значит ваш? Он свой собственный. Мой сын не вещь, — отец обвиняюще ткнул в сторону министра пальцем.       — Мистер Поттер, — слащаво улыбался министр, — Конечно, я бы хотел получить ваше благословение. Просто думал, что такой мудрый отец, как вы. Увидит влюбленные глаза своего сына и согласится сразу же. Вы же не хотите лишать Гарри его единственной любви?       Гарри открыл рот от удивления. Он, конечно, хотел возмутиться и воскликнуть, что никого он тут так-то не любит, и что все просто вот так получилось. Но вовремя захлопнул рот обратно. Под твердым взглядом Тома, его слащавым оскалом и хмурыми глазами отца Гарри стушевался.       — Да, пап, Том прав, — Гарри сглотнул с трудом.       — Конечно, прав, солнце, — улыбнулся ему Том и обернулся к отцу, — Вы же даете свое благословение, мистер Поттер?       — Даю, — спустя долгую паузу процедил отец, не отводя глаз от Тома и не моргая.       Мама радостно зааплодировала. А дед поднял какую-то по счету рюмку и заорал тост.       — Горько!       — Обойдемся без горько, — Том легко поцеловал его в щеку, а Гарри и от этого весь покраснел.       Дальше в основном болтали мама и Том. Дед нажрался в говно, почему такая прыть, Гарри понять не мог. А он же переглядывался с отцом. Тот то хмурился, то стрелял глазами в маму, то возмущенно смотрел на деда.       Том уже описывал маме предстоящую концепцию свадьбы. Мама причитала, что тоже хочет поучаствовать в организации, и получила уверенное приглашение.       — Я и сам надеялся, что вы составите Гарри компанию. Все же у меня работа, а одному ему будет трудно. А у вас уже и опыт, и взгляд женский очень важен!       Гарри хотел возмутиться, что у него тоже работа, но он знал, что это бесполезно. Дед где-то еще через минут тридцать отмер. Диалог про свадьбу как раз свернулся, и наступила неловкая пауза, в которую мама побежала ставить чай и разогревать синнабоны.       — Министр, я, признаться, хотел обратиться к вам с одним политически важным вопросом…       Дальше дед начал нудную презентацию своих законопроектов. Том явно бесился и уже не улыбался так же слащаво, как маме пять минут назад. От деда знатно разило тем пойлом, и Гарри, признаться честно, и сам мучился. Но вот отец, наоборот, ожил и даже был рад дедушкиному напору, подбадривая того продолжать и задавая тому кучу уточняющих вопросов. Спасла ситуацию мама, доевшая синнабон.       — Ох, вы посмотрите, сколько уже времени! Джеймс, а ведь тебе завтра рано вставать!       — Да, вы правы, завтра и мне тоже нужно быть на работе к восьми, — Том подхватил и потащил Гарри за локоть к двери.       Все засуетились. Гарри расстроился, потому что свой синнабон доесть не успел. Дедушка явно приуныл и вцепился в рюмку. Гарри стало его жалко, и он поспешил приобнять его. Дедушка же просто горел своим делом, Поттеру-младшему бы тоже не понравилось, если бы его не слушали про его метлы.

***

      Вернулись они с Томом в его дом. Тот был в приподнятом настроении. Делился впечатлениями, говорил, что мама у него душка, а отец привыкнет. И вообще он молодец, что защищает сына.       — Как тебе дедушка? — подозрительно прищурился Гарри.       — Ты и сам знаешь, зачем спрашиваешь, — поморщился.       — Это хороший законопроект, почему бы его не принять? С твоей протекцией он бы смог пропихнуть его хоть завтра!       — Ты решил заняться политикой? — Том скептически хмыкнул.       — Для дедушки это важно, он работал над ним годами! — Гарри закипел в секунду.       — И что? Сейчас нет средств на это все.       — Так перестань устраивать перевороты в странах, и деньги появятся!       — Гарри, ты перешел на опасную территорию, — Том, используя преимущество в росте, навис над ним.       — Нет уж, послушай! Или ты принимаешь законопроект, либо я за тебя не выйду! — Гарри не успел проконтролировать, его нога сама топнула об пол.       — Очень мило, но не действенно. Ты теперь все, что угодно, будешь требовать через эти глупые манипуляции? — усмехнулся он.       — Я сейчас…       — Это на самом деле легко делается, милый, — перебил его Том, — Я научу тебя, просто нужно предложить мне что-то равноценное. И тогда я, так и быть, пропихну этот идиотский законопроект и даже пожму руку твоему деду и похвалю его гениальность.       — И что же ты хочешь? — Гарри подозрительно насупился и скрестил руки на груди.       — Я думал, это ты придумаешь что-то, — Том явно его дразнил.       — Ты явно уже что-то придумал, поэтому просто уже скажи и не разыгрывай спектакль! — Гарри окончательно психанул, бессильно взмахнув руками.       — Я хочу кофе, чтобы ты варил мне его каждое утро и когда я попрошу. А домовик будет его забирать и приносить ко мне на работу, — Том упер руки в бока и самодовольно улыбнулся, смотря сверху вниз.       — И все? — удивился Гарри.       — Да, а что?       — Просто кофе, которое будет относить к тебе на работу домовик? — уточнил. Просто он ждал каких-нибудь извращений или нерушимых обетов, а тут какой-то кофе.       — Да, — кивнул Том.       — Окей, я согласен, — Гарри мгновенно расслабился, снова вспомнил, что зверски устал и мечтал о душе всего пару минут назад.       — Я рад что мы нашли компромисс, у тебя же еще остались сиропы? — и после гарриного кивка продолжил, — Завтра напишу твоему деду, чтобы зашел ко мне.