Часть 12
23 ноября 2024 г., 19:44
— Она закрылась там! Она угрожает убить младшую сестру! У нее пистолет! — кричала женщина, бросаясь на Стрелецкого. Тот был совершенно спокоен. Их снова дернули на вызов, с которым мог справиться психолог из МЧС, но раз уже он тут, то надо работать.
— Успокойтесь! — требовательно сказал Артём, пробираясь к комнате, где находились девочки, — откуда у вашей шестнадцатилетней дочери пистолет? — замер он на полпути и озадаченно посмотрел на женщину.
— Мой муж… он служит в полиции. Это его — табельное, — всхлипывала она, — не знаю, как она его достала.
— Понятно, — это Стрелецкого не волновало так сильно, как вероятность того, что одна сестра может причинить вред другой.
Он приехал несколько минут назад. Обычная девятиэтажка на юго-западе столицы. Новый двор с детской площадкой. Парковка, забитая иномарками средней ценовой категории. Приятная атмосфера, где мамочки катают в колясках малышей, а дети постарше катаются с горки. Подростки тусуются около тренажеров, болтая и смеясь. Этакая идиллия, в которую Стрелецкий перестал верить уже давно, хотя было время, когда он представлял, как будет гулять на такой же площадке с Дашей и Кириллом. Как его сын будет весело скатываться с горки, а Даша будет ловить его. Он мечтал, как будет качать мальчика на качелях, пока его жена делает памятные фото для толстого семейного альбома.
— Все в порядке? — голос женщины дернул его в реальность.
— Да, в полном, — Стрелецкий снова оценивает обстановку. Кроме него и матери девочек в прихожей стоит мужчина, значительно старше, чем сам Стрелецкий. Судя по всему отец. Еще двое сотрудников полиции, — так что произошло перед тем, как все это началось? — интересуется он, выстраивая картину событий.
— Наша старшая дочь — Вера, она узнала, что мы ее удочерили, когда она была совсем крошкой, — сообщает женщина, всхлипывая, — и у нее как перемкнуло. Она начала кричать, что мы ее не любим, что мы только что-то требуем от нее….
— Ну на ровном месте такие заявления, как правильно, не делают, — перебивает ее Артём, так как терпеть не может, когда ему недоговаривают.
Эти недоговорки и заявления о нормальности отношений в семье, всегда бесили Артёма. Когда он учился в университете, то даже думал о том, что хочет стать именно детским психологом, но проведя несколько недель на практике в центре поддержки семей, понял, что просто не справиться с тем, чтобы убедить родителей в своей неправоте. Они же приходят к психологу за чудом, чтобы тот переделал настройки их ребенка и сделал его удобным для них. Когда речь шла о терапии взрослого человека, который пришел сам, то все обстояло иначе.
— Ну да, мы требовательные и строгие родители, — возмущенно вмешался мужчина, — но что с того-то? Нас вон лупили в детстве и ничего — людьми выросли!
— Очень спорное утверждение, — парировал Артём, — и как я понимаю, такими вы были только в отношении старшей дочери, да? — предполагает Стрелецкий и по последовавшей после его вопроса тишине, понимает, что оказался прав.
— Знаете, вас сюда позвали не для того, чтобы вы читали нам лекции о том, как надо детей воспитывать, — возмущается женщина, — вы собираетесь что-то делать или нет?
Артём с трудом сдержался, чтобы не высказать, все что он думает. Еще в первый день работы ему дали четко понять, что есть моменты, в которых лучше просто промолчать и не усугублять ситуацию. Так что сейчас он просто молча подошел к двери.
— Сколько лет младшей девочке и как ее зовут? — почти шепотом уточнил он, посмотрев на родителей.
— Кристина, — ответила женщина, — ей девять.
Артема бесил тот факт, что его пока что отправляют на всякую ерунду и пока он работал с неугомонным подростком, которого просто не поняли родители, Аделина и Руслан работали на вызове, где в заложники взяли посетителей банка. Конечно, они работали в отделе куда дольше, но у него было больше опыта, чем у Сторожиловой, а занимается всякой фигней, с которой даже Мотя бы справился. Тем не менее, Артем подошел к двери вплотную и прислушался. Слышались тихие всхлипы и такие же тихие слова недовольства и приказы замолчать. Артем дернул ручку, но та не поддалась, тогда он постучал.
— Вера, привет, — Стрелецкий начал бодрым и уверенным тоном, чтобы не показывать девушке, что он волнуется и готов пойти на уступки.
— Уходите! — послышалось из-за двери.
— Да брось, — Артем сел на корточки около двери и жестом показал, чтобы посторонние ушли из коридора, — думаешь, что это прям крутая идея? Ну убьешь ты ее и что дальше? Думаешь, что после этого они тебя сразу полюбят? Сразу все станет идеально? Так ты думала?
— Я…. я не знаю, — в голосе Веры промелькнуло раздражение, а потом она рявкнула, судя по всему на сестру, — зда захлопнись ты!
— Вер, ну ты же хороший человек, — пытался достучаться до нее Стрелецкий, — и сейчас еще все можно исправить. Просто отпусти сестру и мы с тобой поговорим. Если хочешь, то мы поговорим вместе с вашими родителями.
— Вы скажите им, чтобы они от меня отстали?!
— Мы обо всем поговорим, я тебе обещаю, — Артем умел убеждать, порой слишком резко, но это, как правило, работало.
Замок щелкнул и Артем тут же дергает ручку. Когда он попадает в небольшую спальню, то почти сразу понимает, что это комната старшей девочки. На стенах — постеры с известными поп исполнителями и актерами из зарубежных фильмов. Заплаканная Кристина сидела на полу, около батареи, а Вера в офисном кресле. Рядом с ней, на письменном столе, валялся пистолет. Артем даже подумал о том, что девушка не умеет им пользоваться.
— Привет, меня Артем зовут, — бодро представился он, — давай отпустим Кристину, хорошо? Ты же хочешь по взрослому, да? — Артем посмотрел на заплаканную девочку.
— Да, хорошо, — соглашается Вера и кивает сестре. Кристина медленно встает на ноги и идет через комнату. Артем осторожно берет ее за руку, чтобы вывести.
— Все, все в порядке, — успокаивает ее Стрелецкий, приобняв, — там в комнате ждут родители. Скажи, что мы с твоей сестрой поговорим и позовем их. Все хорошо, ты молодец, — девочка глотала слезы и кивала.
— Вы психолог? — спрашивает Вера, когда они остаются одни. Обычный подросток. Темные длинные волосы, в которые вплетены ярко-розовые пряди. На ней худи и джинсы с рваными коленями.
— Да, — какой смысл врать, если даже манера его речи выдавала его профессию, — и я правда хочу тебе помочь, — заверил Артем, сев на край кровати.
Он не засекает сколько времени провел в квартире. Сначала долго говорил с Верой, пытался понять суть ее претензий к родителям и сестре, потом с ними всеми. Он терпеть не мог семейную терапию, так как обычно любая попытка разобраться в происходящем превращала происходящее в балаган от которого голова шла кругом. Когда же все наконец разрешилось, он попросил родителей подписать бумаги и оставил контакты кризисного центра, где с ними будет работать психолог.
Артем думал про их с Аделиной разговор, который был вчера, после того, как у нее случилась истерика. Он обещал ей помочь и от слов своих не отказывался. Конечно, лучшим вариантом было бы поговорить о несостоявшейся терапии со своими отцом, но Артем сомневался в том, что Александр помнит, кто такая Аделина. Да и видеть этого человека у Стрелецкого не было никакого желания. Запрашивать документы по ее супервизии в ассоциации тоже бесполезная трата времени. Пока что он мог опираться только на воспоминания самой Аделины, но Артем понимал, что из-за создания своих выдуманных реальностей, она могла заблокировать многие вещи, которые ее травмировали.
— Завтра я еду к твоему отцу, — Артем чувствовал ее панику так сильно, что казалось, может ее потрогать.
Они встретились в небольшом ресторане, чтобы поужинать после работы, так как готовить что-то самостоятельно не было сил. Стрелецкий не спрашивает зачем она туда собралась, так как прекрасно знает ответ, поэтому молча перемешивает свой салат.
— А если он откажется делать новый тест? — интересуется Артем. Это его интересовало куда больше, чем другие тонкости этой встречи.
— Твой папа хочет проблем с ФСБ? — она вопросительно изгибает брови, после чего широко улыбается. Артем только качает головой и сам расплывается в улыбке. Он медленно опускает свою ладонь на руку Аделины, которая лежит на столе и смотрит в ее глаза.
— Все в порядке, — заверяет Артем, — ничего ужасного не происходит.
Ей не хочется выдергивать ладонь, так как она ощущает приятное тепло, которое исходит от Стрелецкого. Он в самом деле смог завоевать хотя-бы немного ее доверия и ему это определенно льстило.
— Интересно, твой отец меня вспомнит? — обеспокоенно спрашивает Аделина.
— Не знаю, — Стрелецкий пожимает плечами и гладит костяшки ее пальцев, — у него были серьезные проблемы с памятью, так что я не знаю, в каком он состоянии сейчас. А ты хотела бы чтобы он вспомнил или нет? — уточнил мужчина.
— Скорее — нет, — честно признается Аделина, — не хочу возвращаться к тому, на чем закончилась наша последняя встреча.
