Провокативный метод

Некоторое время назад. Дом семьи Стрелецких.

      В кабинете Александра Андреевича пахнет деревом, крепким кофе и чем-то еще, но Аделина не может различить этот запах, что-то химическое. Она предполагает, что это может быть полироль для дерева, так как все поверхности выглядят весьма ухоженными. Стеллажи забиты многочисленными книгами, на полках небольшие статуэтки, фоторамки, старинные часы с двумя лебедями, которые своими телами окружили циферблат.       Немолодой психолог сидел в своем кресле из темно-коричневой кожи и поправлял очки. У него седые волосы, выразительные глаза и слишком успокаивающий голос, от которого ее медленно клонит в сон, но она старается фокусировать внимание на Александре Стрелецком. На подлокотнике его кресла лежит ежедневник, в котором он то и дело делал какие-то заметки.       — Аделина, я понимаю, что вам трудно говорить об этом, но это часть вашей терапии и часть вашего прошлого, которое вы не можете игнорировать, как-бы сильно вам этого не хотелось, — Александр, как и во время прошлых сессий, тактичен и спокоен. Он терпелив к ее паузам и сменам темы разговора, хотя с последним старается искусно бороться.       — Я понимаю, — тяжело выдыхает девушка, которая занимала один из диванчиков, — может… мы могли бы вернуться к этому разговору во время следующей встречи? — интересуется Аделина.       Она понимает, что остается совсем мало времени для того, чтобы закончить супервизию и продолжить подготовку к вступлению в ассоциацию психологов и психотерапевтов, но ничего не могла с собой поделать, так как события, которые предлагал обсудить Стрелецкий, были слишком травматичными.       — Аделина, — прокашлявшись, начинает психолог, — мы с вами уже несколько недель пытаемся приступить к обсуждению того, что с вами произошло в детстве, и, к сожалению, у нас остается не так много времени на завершение супервизии, поэтому я предлагаю вам успокоится и продолжить работу.       — Я… я правда не могу, — она встает с кресла, — я вынуждена закончить супервизию.       Она понимала, что принимает это решение на эмоциях, но сейчас не может поступить по другому. Больше всего ей хочется просто схватить свои вещи и покинуть кабинет, а затем и дом, чтобы больше никогда сюда не возвращаться и не пытаться говорить о том, что доставляло столько боли.       — Хорошо, это ваше право, — соглашается Александр, — но вы же понимаете, что тогда ваше заявление будет отклонено. Кроме этого, как человек, который совсем скоро получит диплом психолога, вы должны не хуже меня понимать, что свои травмы лучше прорабатывать, а не становиться их заложником.       Это была его последняя попытка достучаться до Сторожиловой и убедить ее в необходимости дальнейшей терапии. Ему были не так важны бумаги для ассоциации, чем возможность помочь этой девушке. То, что с ней происходило в детстве казалось Стрелецкому настоящим безумием и кошмаром, справиться с которым Аделине придется, рано или поздно. Оставлять все так, как есть не самый безопасный метод, ведь рано или поздно это приведет к саморазрушению.       — Аделина, вам нужна помощь, мы оба понимаем это, ведь так? — он пытается скрыть свое волнение, ведь понимает, что в таком состоянии она может наделать дел.       — Понимаю, — выдыхает девушка, встав с места, — и я правда не могу…       — Давайте я дам время? — предлагает мужчина, — пару дней, чтобы вы смогли собраться с мыслями…       — Я не приду на сеанс, Александр Андреевич, — заявляет она и покидает его кабинет.

Настоящее время.

      Аделина припарковала авто около уже знакомого загородного дома. Это место вызывало у нее не самые приятные воспоминания, но она понимала, что должна пройти через это, чтобы помочь Артему и поставить точку в истории с отцовством. Ей пришлось предупредить Стрелецкого о своем визите, но по телефону он ее не узнал, или же сделал вид, что не узнал.       — Здравствуйте, Аделина Николаевна, — ее встречает Ольга — домработница семьи Стрелецких. Это крепкая женщина, среднего роста, с короткой стрижкой и теплыми карими глазами. Она добродушно улыбается посетительнице и принимает у нее куртку, — Александр Андреевич, к вам посетитель, — она приводит ее в кабинет.       Обстановка в кабинете совсем не изменилась. Словно это место застыло в тот момент, когда она покинула его в прошлый раз и снова начало жить с ее появлением. Статуэтки, картины, мебель, даже смешанный запах — все осталось на своих местах. Разве что немного постарел мужчина в очках, который встал из кресла, чтобы поприветствовать посетительницу.       — Здравствуйте, — тон такой же мягкий и спокойный, как раньше. Едва заметная улыбка и морщинки вокруг губ, — спасибо, Ольга, — отпустил он помощницу и та, покинула кабинет, прикрыв за собой дверь, — Аделина, рад вас видеть в добром здравии.       Когда она позвонила ему вчера и попросила о встрече, то Александр решил, что девушка все-таки готова продолжить терапию. Не то, чтобы он особо вспоминал о ней все это время, но звонок освежил воспоминания, особенно те, в которых руководство ассоциации пыталось понять, почему молодой и подающий надежды специалист отказался от вступления и перестал посещать супервизию. У него даже ответов на их вопросы не было, так как Стрелецкий не понимал, что именно так сильно мешает девушке, которая снова стоит перед ним.       — Взаимно, Александр Андреевич, — это не простое решение, которое она принимала после долгих размышлений. До сих пор Аделина не была уверена в том, что поступила правильно. Вероятно, ей стоило найти кого-то из коллег, кто мог бы помочь с этим.       — Итак, что привело вас ко мне снова? — он жестом приглашает ее сесть на диван, а сам возвращается в свое кресло.              — Это связано с Соловьевым Кириллом, — ей пришлось немного подготовится и судя по тому, как мужчина вскинул брови, поняла, что ее заявление ее заинтересовало, — есть основания полагать, что тест ДНК, который был произведен в частной лаборатории Старлаб — недостоверен, — вытащив из рюкзака заранее подготовленные документы, она протянула их Александру, — да, это не совсем поле моей профессиональной деятельности, но если я передам это в органы опеки, то сами понимаете, какие последствия будут для мальчика.       Александр немного озадачен тем, что Аделина занимается этим. Когда она звонила ему, то говорила, что работает в ФСБ, но это точно не входило в ее рабочие обязанности. Тем не менее, он изучает предложенные ей бумаги, чтобы оценить происходящее. Аделина подсуетилась. Сделала несколько запросов и узнала, что у лаборатории в самом деле так себе репутация — были недовольные клиенты, некоторые из которых даже подавали в суд. Так что теперь у Александра были документы, которые подтверждали каждое слово Сторожиловой. Стрелецкому она ничего не говорила, так как не хотела усугублять происходящее. Он итак был на нервах в последнее время и Аделина его прекрасно понимала. Все же на кону было очень многое.       — Почему вы этим занимаетесь? — уточнил Александр, явно желая застать ее врасплох, но она подготовилась и к такому вопросу.       — Потому что если идти долгим путем, то Кирилл снова окажется в детском доме, — парировала девушка, — а так, он будет находится с пока что единственным установленным родителем — мамой. Вообще, у меня много вопросов к этому делу.       — И каких же? — Стрелецкий внимательно смотрит на девушку.       — Вы про закон о триста дней после развода слышали? — интересуется Аделина и Александр отрицательно мотает головой, — он гласит, что если брак между родителями расторгнут, но со дня расторжения брака до дня рождения ребёнка прошло не более трёхсот дней, сведения об отце ребёнка вносятся на основании свидетельства о браке или иного документа, подтверждающего факт прекращения брака, — прояснила ситуацию Аделина, — я могу пойти в ЗАГС и сообщить об этом нарушении. Готова ставить что угодно, но Артем Александрович Стрелецкий без всяких тестов подтвердит свое отцовство и позволит вписать себя в свидетельство о рождении Кирилла Соловьева. Тогда оспорить что-либо будет гораздо сложнее.       Стрелецкий возвращает ей документы и понимает, что она права. Если он не согласиться на повторный тест или будет как-то препятствовать пересмотру дела, то Артема могут просто признать отцом мальчика, по факту брака с его мамой, а этого ему совершенно не хотелось. Да, Александр был полностью уверен в том, что Кирилл — это его сын, но сейчас была не та ситуация, когда стоило спорить.       — Хорошо, я согласен на повторный тест, — кивает Александр, — мне нужно что-то подписать? — уточняет он.              — Нет, — Аделина складывает документы в папку, — завтра с утра приедет сотрудник лаборатории, чтобы взять материал, — сообщает она, — просто будьте дома.       Аделина встала с дивана, мысленно радуясь тому, что все прошло так чинно и гладко. Она хотела вернуться домой, чтобы поужинать и договориться о встрече с Дашей, так как взять материал Кирилла она могла только с согласия законного представителя, ну или в судебном порядке, до которого, разумеется, пока что не хотела доводить.       — Аделина, я могу задать вам один вопрос? — спрашивает Стрелецкий, когда она уже стояла около двери. Это ей совершенно не нравилось и вызывало какое-то неприятное предчувствие, но она все же кивает, — вы смогли справиться с тем, что мешало вам закончить терапию? — интересуется он.       Она ощущает, как снова наступает то безвыходное состояние, когда перед ней появляется куча битого стекла. В прошлый раз у нее случилась истерика из которой ее с трудом вырвал Артем, но сейчас ей нельзя было допускать подобного. Аделина не знала, намеренно Александр спросил этом, чтобы вывести ее из строя, или же он правда был обеспокоен ее состоянием.       — Все в порядке, Александр Андреевич, — заверила она и покинула кабинет.       Забрав у Ольги свою куртку, девушка быстро натянула ботинки и буквально выскочила из дома, едва не упав на ступеньках крыльца. Ей хотелось как можно скорее покинуть этот поселок и оказаться в своей квартире, где она ощущала хоть какое-то подобие безопасности. Рухнув на водительское сидение, Аделина кинула на соседнее рюкзак и щелкнула ремнем безопасности. Воспоминания душили ее, как туго завязанный шарф, как душил ее он… монстр, который искал любой удобный повод, чтобы снова воспользоваться ей.       Проехав метров пятьсот, может немного больше, она оставила дом Стрелецких позади. Съехав на обочину, Аделина шумно набрала воздух носом, пытаясь отогнать от себя мысли о прошлом. В последнее время они становились все ярче и ярче. Она понимала, что свою роль в этом сыграли и гипноз, в который ее вводил Артем и вообще воспоминания о той неоконченной терапии у Александра. Сторожилова ненавидела себя за свою слабость перед тем, что не могла справиться с этими воспоминаниями. Что позволяла своим травмам быть сильнее и не давать ей пройти полноценную терапию, в которой она так нуждалась.       У нее даже промелькнула мысль о том, чтобы развернуться и поехать к Александру, сказать, что ей все еще нужна его помощь, но нет. Сейчас она не должна показывать ему свою слабость, иначе это сыграет против нее, когда она будет дальше решать вопросы с отцовством. Дрожащими руками Аделина набрала номер Артема. Он уже должен был освободиться.       — Да, Аделина, — голос у Стрелецкого бодрый и даже немного веселый.       — Ты можешь приехать в поселок, где дом твоего отца? — он знает о том, что она собиралась поехать сюда, но всех тонкостей не знал.       — Конечно, что-то случилось? — в голосе Артема тут же заскользили нотки беспокойства.       — Просто приезжай, ладно, — она не хотела говорить о происходящем по телефону. Получив положительный ответ, Аделина кинула устройство в подстаканник.       Она опустила голову на руль, чтобы немного успокоится, но чем больше она это делала, тем сложнее и детальней становились образы прошлого. Она снова ощущала тот ужас, который происходил, когда за дверью ее комнаты слышались шаги отчима. Как он хватал ее за плечи и кидал на кровать. Он затыкал ей рот и стягивал белье. Только сейчас она вспомнила о том, что он ее душил. Теперь чертовски болело горло, словно она физически ощутила это на себе снова. Резкий стук по стеклу выдернул ее из мыслей и посмотрев в окно, Аделина увидела Артема, который улыбался ей и показывал, что машина заперта, поэтому он не может сесть в салон. Она сняла блокировку.       — Машина сломалась? — первое, что предположил Стрелецкий, — ну тогда тебе надо было сразу вызывать эвакуатор, потому что я в этом ничего не понимаю, — тараторил Артем, но потом посмотрел на заплаканную Аделину и остановился, — ты чего? Из-за машины что ли? Да ее починят, не парься ты…       — Дело не в машине, Артем, — перебила его девушка, — снова воспоминания. Снова все это дерьмо! — она ударила по рулю.              — Так, спокойно, — настойчиво просит Стрелецкий, — а то так машине правда потребуется СТО, — он нервно усмехается, — давай я сяду за руль, — предлагает он, но Аделина отрицательно мотает головой. Она никого не пускала за руль от слова совсем. Это была ее машина и только ее, — Аделина, ключики мне дай, пожалуйста, — почти строго продолжает Артем.       Его раздражало то, что она с ним спорит. Он даже подумал о том, чтобы силой вытащить ее из салона и усадить на пассажирское сидение, но не стал этого делать. Вместо этого Стрелецкий снова строго посмотрел на Аделину и воспользовавшись ее замешательством, вытащил ключи из зажигания.       — Какого?! — возмутилась девушка.       — Садись на мое место, — приказным тоном говорит Артем. Он покидает салон авто и открывает дверь со стороны Сторожиловой, — давай, вперед. Я все равно никуда не уйду, — настойчиво сообщает психолог и ей приходится пойти на уступки.       Артем помогает ей сесть на пассажирское сидение и пристегивает ремень, после чего садится за руль и возвращает ключи в зажигание. Он все еще сердито смотрит на Аделину, которая ведет себя, как маленький и очень вредный ребенок. Да, Артем понимал, что ей тяжело и больно, но это не означает, что нужно вести себя, как упрямая овца.       — Твой отец согласен на повторный тест, — сообщает она, сложа руки на груди, — завтра приедут из лаборатории. А мне нужно встретиться с Дашей, чтобы получить добро на сбор материала Кирилла.       — Хорошо, — Стрелецкий решает, что салон авто — не лучшее место, где они могли бы поговорить о том, что именно вспомнила Аделина. Он вернется к этой теме дома.