Как делают помогаторы, или Мемуары с космодрома

Засыпал Болт в ту ночь с особым трудом. Естественно – мало того, что он не мог сжечь энергию за станком, выполняя отточенные, но всё же затратные действия; так ещё и будоражила мысль встречи с Бикером. Но пламени любопытства поглотили его заживо только потому, что он ни разу не встречался с фармацевтом вне рабочих часов. Не могло быть иных причин, нет-нет! Как вы могли такое подумать? Сварщик уже старался не думать, вонзив иглу под кожу, введя туда бесцветную жидкость и закутавшись в тонкое одеяло. Он ещё раз взглянул на фикситаб с целью проверить будильник, нажал на боковую кнопку выключения и зарылся носом в подушку. Наверно, стоило всё-таки заняться стиркой после переписки с Бикером. Хотя, вдруг там уже стояла очередь, но из кого…? Болт проснулся под крикливый звонок, оповещающий о начале дня. Потянувшись, он смахнул пальцем по экрану и побрёл к шкафу, чтобы достать один из многочисленных малиновых комбинезонов, абсолютно идентичных друг другу, за исключением только различной степени опрятности, которую понимал только владелец гардероба. Пошарив руками по гладкой ткани, внезапно у сварщика возникла мысль, что рабочая одежда из универсального материала не совсем подходит для утренней пробежки. Нет, конечно, комбинезоны фиксиков были пригодны для практически любых погодных условий, – в сильную стужу, которую Болт редко ощущал на своей коже, хватало шарфика, варежек и шапки для восстановления температуры, – но то была особенная встреча, выпавшая на не совсем желанный отпуск! Пусть Бикер и видел Болта во всех возможных состояниях, и даже касался его груди и спины холодным стетоскопом, в этот день хотелось впечатлить терапевта; как сказал бы Молотов: «Показать себя с лучшей стороны»! Конечно, он-то был мастером первых впечатлений. Удивительно, что со своим опытом он так и не смог вскружить ни одной прелестной даме голову своими пьесами. А ведь он даже пытался сочинять стихи! Романтика чистой воды! Вот и Болт решил, что ему необходимо немножко поэкспериментировать. Оглядев все полки, он на цыпочках дотянулся до самой верхней, где лежали вещи редко нужные. Пусть и можно было их сложить в помогатор, но тот предназначен исключительно для бытовой техники и прочего подобного, а смешение тряпок фигуральных с тряпками буквальными явно ни к чему хорошему бы не привело. Уцепившись за штанину, он вытащил сложенные пополам спортивные шорты и положенную на них трикотажную – слава мастерам! – футболку. Болт разложил оба предмета одежды и осмотрел их на наличие дыр. К его счастью, одёжке фиксиков не грозила такая угроза как внезапное съедение молью, ведь вторжение чужака было гораздо заметнее для крошечных владельцев гардероба, чем для людей. Посмотрев ещё раз на время, сварщик принялся втискиваться в спортивную форму. Если футболка ещё смогла растянуться под новой жировой и мышечной массой, то шорты туго обхватили бёдра и ягодицы, что заставило сварщика их непривычно быстро снять, будучи частично ослеплённым смущением, усилившим свечение его волос. Поняв, что он себя не пересилит и ни при каких условиях не покажется на глаза фармацевта в подобном виде, Болт продолжил ощупывать верхнюю полку. Бессмысленно поводивши подушечками пальцев где-то пять минут по мебельному пластику, он снял с вешалки один из комбинезонов – самый растянутый, мягкий и оттого висевший поодаль от остальных. Нагрудник и лямки, для поддержания вида, скрылись под футболкой. Однако, проведя по карману на животе и выпирающим застёжкам, Болт тяжело выдохнул и обратно потянулся за облегающими шортами. Негоже, всё-таки, даже частично в рабочей одежде выходить, а то даже технически выходит какая-то несуразица. Когда Болт надел знакомые носки и кроссовки, он вышел из своей каморки с фиксибордом под мышкой, на выходе неспеша вступив на него и подлетев к окну. Воздух непривычно ласкал его голени, предплечья и шею, не прикрытую воротником свитера, от чего сварщик ненадолго покрылся мурашками перед тем, как выйти на свет. Тёплое позднее весеннее солнце игриво закидывало свои лучики, приземляясь на холодной стальной поверхности автоматизированных механизмов по производству автомобилей. Окинув взглядом помещение, будто он больше сюда не собирался возвращаться, Болт поднялся до уровня форточки и вылетел на шумную улицу Москвы. Сначала он подумал самостоятельно долететь до Бикера, но, прикинувши дальность маршрута и высоту, на которую ему пришлось бы подняться, он приземлился на крыше автобусной остановки. Там уже сидел на своём ховерборде какой-то молодой мужчина –двадцати с чем-то лет точно – и потягивал сигарету, листая что-то в фиксифоне. Завидев потенциального попутчика, Болт прикрыл оголённые ноги, внезапно вновь пожалев о своём решении. Он не собирался возвращаться, чтобы переодеться, а комбинезон под футболкой выглядел куда потешнее, чем неприлично короткие шорты; и всё же этот образ не давал ему покоя. И как ему хватало наглости носить такое раньше?! Неужели у него ноги вытянулись? Или они сели от неудачной стирки? Сварщик не стал долго задаваться вопросами, ведь вскоре подъехал нужный ему автобус. Он быстро скрылся под крышей и присел на свободное место, ожидая какой-то весточки от фармацевта: какой именно он и сам не знал, но явно нуждался в ней. Так прошла одна остановка, вторая, третья… Механическая энергия от тряски, пусть и непривычная, несколько подкрепила Болта, который в своих раздумьях забыл с утра подзарядиться. Хотя, с приобретёнными габаритами, если судить по одежде, ему стоило бы воздержаться от излишнего накопления энергии. Да, он мог бы её истратить, если бы регулярно так договаривался с Бикером. Глядя на его фигуру, словно срисованную с греческих статуй, он точно регулярно бегал – и не только бегал, но и посещал зал. Если так подумать, он бы мог использовать Болта в качестве утяжелителя. Да, он мог бы отжиматься, пока сварщик ворковал бы на ушко, сколько осталось сделать. А если бы они пошли вдвоём на равных, то фармацевт мог бы показать Болту как использовать тренажёры, подводя его к рукояткам и страхуя на скамье, смотря своими чудесными, прелестными глазами прямо на него, удерживая гриф, грозящий раздавить его. Он бы смотрел на него с такой нежностью, с небольшой одышкой от всех упражнений, слегка растрёпанными золотистыми волосами и сияющей потной кожей, что Болт бы взял его за воротник и… «О чём я думаю?!» Автобус остановился. До аптеки оставалось две остановки. Молодой мужчина с уже выброшенной сигаретой давно ушёл, ухмыляясь сообщениям в фиксифоне. Наверно, его ждала девушка. Или парень. Кто-то ждал. Болта тоже ждали, и поэтому он должен был взять себя в руки. Дёрнувшись с места, сварщик встал у щели и стал ожидать знакомую улицу. Вскоре он вскочил на фиксиборд, стремглав подлетел к окошку с уже открытой форточкой, откуда нёсся лёгкий запах спирта, и приземлился на пластиковой раме, аккуратно постучав. – Бегу-бегу! – послышалось где-то издалека. Болт вдохнул полной грудью и собранно выдохнул, спустившись на стол. Обычно он не находился на улице среди бела дня, а тем более не заваливался без каких-либо жалоб к фармацевту – так он обосновал непонятную тревогу, одновременно оправдывая свой спуск с «порога». Однако стоило появиться аптекарю, как стало очень трудно верить собственным рассуждениям и построенным причинно-следственным связям. Мужчина был так же одет в футболку и шорты, натянутые поверх его форм. Болт с трудом поднял глаза и улыбнулся Бикеру, глядя на его усы как на наименее притягательную часть лица. Нет, усы были ухоженными, бесспорно, и на них было приятно смотреть; но они меньше смущали, чем пронзительные глаза. Бикер распростёр руки в объятьях и прижал сварщика к себе, позволив ему ощутить гул собственного сердца. Или то было нечто другое? В любом случае, Болт сконцентрировался на более приятном источнике звука: – Как замечательно, что ты смог прилететь! – Конечно я прилетел, – промычал Болт, отводя взгляд на «корону» фармацевта, когда его отпустили. Хорошо иногда иметь низкий рост: не всегда было понятно, насколько далёк предмет, на котором ты сфокусировался заместо лица или… Того, что было прямо напротив носа. – Просто, знаешь, я боялся, что ты передумал и забыл сказать, – усмехнулся Бикер, почесав затылок. – Хотя, с твоей памятью, такого бы не случилось. – Да брось, я тоже иногда забываю всякое, – отмахнулся сварщик. – Поверю, – сказал фармацевт, не без доли чувства вины. – Кстати, наверно ты зря слез с фиксиборда. Если, конечно, не хочешь пробежаться здесь. – Ты где-то в другом месте бегаешь? – Я предпочитаю на свежем воздухе, – он сделал паузу, – на крыше. До сих пор не поймали ни птицы, ни люди. Но, если тебе страшно или не хочется… – Бикер, я не ребёнок. Фармацевт потупил взгляд в пол. – Знаю, но я не могу тебя заставить бегать через силу. Нехорошо это будет. Болт вздохнул и встал на фиксиборд. Винт, теперь он чувствовал себя виноватым. Действительно, Бикер только о нём беспокоился, пусть и зазря в данный момент. – Ладно, нормально всё. Веди. Мужчины встали на доски и поднялись в воздух. Оказавшись на крыше, фармацевт сразу поманил за собой на вентиляционную шахту и принялся потягиваться. Болт последовал его движениям, стараясь сильно не задерживаться на скользящей по бледно-жёлтой коже ткани. Да что с ним сегодня не так?! Неужели он настолько обезумел от одного сообщения? – Слушай, а… – начал Болт, но остановился, увидев, что Бикер прекратил потягиваться. – А зачем мы это делаем? – Как зачем? Нельзя просто так начинать занятия спортом! – Внезапно, он сделал выпад на правую ногу. – Нужно подготовить своё тело к физическим нагрузкам. – Просто я помню, – сварщик повторил выпад, – что в школе мы так не заморачивались, а сразу наматывали круги. – Не всегда уроки располагают временем, – перепрыгнул на другую ногу, – увы! – Теперь можно начать? – Думаю, да. – Бикер довольно выдохнул и слегка топнул ногой. – Я привык к площади примерно в половину крыши, сразу говорю. Не хватит воздуха – перейди на лёгкий бег, но не останавливайся! Иначе можешь потерять сознание. – Хорошо… – На счёт три! Раз, два… Бикер рванул с места ровными, но прыткими шагами. От неожиданности Болт даже пошатнулся, прежде чем он последовал за ним. Если фармацевт бежал так, будто его суставы были созданы для этого, равномерно раскачивая его руки в плечах и подгибая его ноги; то сварщик обладал меньшей грацией, но назвать его попытку неудачной было нельзя. Всё-таки он поспевал за Бикером, а это дорогого стоит! Если он, конечно, не специально сбавлял темп… Какая бы скорость ни была, она не отнимала от общей отточенности движений. Каждая мышца напрягалась и расслаблялась в чётком ритме, рассчитываемом дыханием врача. Пятки кроссовок будто и правда сверкали; так же ярко, как и широкая спина в белой футболке, на которую лёгкими мазками ложились тени от всех изгибов позвоночника и лопаток. Голени, ещё не намасленные чрезмерным потом, упруго подтягивались, следуя единому движению сжатых шортами бёдер. Каждый шаг, каждый вдох совершался с той же уверенностью, что была у Болта при изготовке корпусов. И так же, как со станка спускались почти готовые рюкзаки, так и тут общее усилие по-своему оканчивалось в лёгкой, но соблазнительной тряске ягодиц, за одну из которых так хотелось вцепиться пальцами или ровными, как отшлифованный лист алюминия, по краю зубами. Спёрло дыхание. В груди зажегся огонь. Но то было не переутомление, нет: в эту секунду, остановившись на области ниже пояса, остановившись на двух полушариях, скрытых под двумя слоями облегающего трикотажа, Болт почувствовал себя, – насколько бы ему не хотелось этого признавать, – живым. Живым в самом животном, самом диком смысле этого слова. Он хотел отвести взгляд. Он хотел оглядеться по сторонам и понаблюдать за летящими птицами, которые могли его сожрать и не подавиться за такое наглое поведение. Но он был будто очарован. Хоть фиксики и не питались привычной людям и другим животным пищей, во рту начала копиться слюна, грозясь пузырями выбраться наружу, аки у бешеной собаки. Действительно, он ничем не был лучше уличной псины, гонящейся за оболтусом, решившим подразнить её куском кровавого, свежего, только размороженного мяса. И ведь он мог бы попытаться ускориться, чтобы приблизиться, но, к его счастью, ноги не позволяли такой роскоши. Иначе, вторила совесть, кто знает, что могло бы случиться. Никто не любит бешеных дворовых собак. – Ух! – внезапно вырвалось из фармацевта, начинавшего сбрасывать темп. – Думаю, одного кружочка для первого раза хватит. Оставшуюся половину пройдём вот так, хорошо? Из сварщика вырвался воздух со звуком, отдалённо напоминавшим согласие. – Ты себя нормально чувствуешь? – спросил фармацевт, обернувшись. И как ему удалось без усилий бежать задом наперёд… – Ага, – выдохнул Болт с большей силой. В своём самобичевании он и не заметил, как выдохся. – А ты с утра заряжался? – с большей тревогой спросил фармацевт. Его домашний тон сменился на более деловой, словно он вот-вот должен был переодеться в халат. – Нет… Мне… – Потом всё скажешь, сейчас лучше не говорить… – Бикер опять повернулся и медленно сравнялся с Болтом, чьё лицо уже залилось краской – далеко не от стыда. Один шаг, другой, третий… Болт, под пристальным взглядом врача, перешёл на привычный шаг, перегнулся с одышкой и чуть не упал на цемент, позволив подогнувшимся ногам уронить тело. – А вот садиться не надо, – пытаясь сохранить улыбку, поднял, удерживая за подмышки, Бикер. – Постой немножечко, дай дыханию восстановиться. Ты же воду с собой взял? – Что…? – Только это и вырвалось из хриплого горла, прежде чем Болт поднял глаза на палящее вдали солнце и упал набок болтиком с поломанной головкой. Проснулся он уже в знакомой аптеке, лёжа с прикреплёнными к голове проводками, подключёнными к переносному аккумулятору. Такой, вроде, применялся, чтобы быстро растормошить разрядившегося фиксика, наподобие дефибриллятора, но с более питательными свойствами. Рядом стоял фармацевт с надетой поверх футболки портупеей с круглой кнопкой на груди – даже спросонья, в карих глазах сварщика, он выглядел прекрасным – и помогатором на спине. Из рюкзачка торчал не включенный шланг, который, благо, не капал. – А зачем это тебе? – Болт показал на резиновую трубку с металлической узкой насадкой. – Хотел достать воду, и бутылка не выскочила, – слегка затараторил Бикер, пока сварщик оправлялся от шока. – Лучше присядь! Я ещё не успел осмотреть твою голову. – А я не успел удариться, – хихикнул Болт, но не воспротивился аккуратным движениям пальцев по его скальпу. – Мало ли! Совет… Винтом клянусь, у меня чуть сердце не остановилось! – Фармацевт схватился за щёки своего внезапного пациента. – Это ж как так ты не зарядился?? Ладно воды не успел набрать, но зарядка…! – Я по пути зарядился немного, – отвёл глаза Болт. – Механически. – Ох, ну Болт! – Бикер слегка покачал головой. – И потом, мне это… Наверно на пользу. – Внезапные голодовки никому на пользу не идут! – В глазах фиксика появилась злоба. Но не такая злоба, которую испытывал разочарованный в своём ребёнке родитель. Нет, то было нечто общее. Нечто, желавшее уничтожить то, что портило жизни. – Если уж ты и хочешь сбросить вес, – Бикер проговорил последние два слова так, будто ему было больно представлять последствия этого решения, – то договорись со специалистом! – Договорюсь… – Ты поэтому согласился на пробежку? – Черты фармацевта заметно смягчились. – Тебе не нравится, как ты выглядишь? – Нет, мне просто нечем больше заняться в отпуск, винт его дери. – Совсем? – Совсем, – вздохнул Болт. – Завтра или сегодня пойду стирать одежду, убираться – и всё, кончились мои планы на неделю. – Хм… Может договоришься со своими друзьями? Пеллет упоминала, – от одного упоминания шкипера, Болт мысленно выругался. Эта женщина не могла хранить секреты, даже под угрозой смерти! – что один, собственно, договорился с начальником насчёт ситуации. – Не начальником, а его внуком, – поправил мужчина, будто фармацевт мог знать все тонкости управления его цехом. – Но я подумаю… Так себе будет неделю пролежать на диване. – Вот и отлично! – Погоди, а почему бы мне ещё с тобой так не побегать? Ты во сколько выходишь? – Ой, в часов шесть-семь… Для тебя будет рановато. – Будет, – со скрипом выдохнул Болт. – А на выходных? Примерно так же? – На выходных я ещё хожу в зал. Я мог бы тебя познакомить с моими друзьями там! Коллектив дружный, никто никого не стыдит. – Бикер только потянулся за фиксифоном, как он заметил, что всё ещё сжимает шланг. – Но ты решай сам! Напишешь, когда сможешь. А пока достану воду: небось ещё и не пил неделями. – Я не против из шланга, – усмехнулся Болт, расправив руки и приготовившись к тому, чтобы увлажниться менее церемонным способом. – Из шланга только в раковине, – отрезал Бикер и протянул бутылку свободной рукой. Сварщик отвинтил крышку и опорожнил половину содержимого на себя. Из этого же объёма только часть впиталась в ткань, слегка прилипшую к телу из-за пота. Фармацевт с долей интереса смотрел на исчезавшую воду, но отвернулся практически на девяносто градусов, стоило ей стечь с лица на грудь и живот. – Спасибо, – Болт протянул обратно бутылку и дёрнул горловину. – Такого больше не повторится, я постараюсь. – Ну что ты, первый блин всегда комом. – Его голос слегка дрожал, но недостаточно, чтобы сделать поспешных выводов. – Всё же заряжайся вовремя, ладно? И найди чем заняться! – Конечно, Бикер, – мягко протянул Болт, подходя к своему брошенному фиксиборду и помогатору. – До встречи, тогда? – Да-да, до встречи! Сварщик с улыбкой юркнул в форточку и скрылся на крыше автобусной остановки. Солнце всё ещё непривычно жгло, сдвинувшись к западу – вероятно, сейчас был разгар дня. Но на этот день ему хватило занятий. «Как приеду, постираюсь. Наверно, надо заказать новую одежду… Хотя Бикер на неё не жаловался. Столько наговорил, а шорты не заметил. Ну и слава Трансформатору». Когда подъехал автобус, Болт занял своё место с лёгкой улыбкой на лице.