Ночь Самайна

Хенджин еле разлепляет глаза, морщась от головной боли и ломоты, прознающей все тело. Ощущение, будто бы он всю ночь мешал алкоголь, который точно не стоит смешивать. Тело кажется ватным, но одновременно с этим до ужаса тяжелым и неподъемным.  Помутненный взгляд оглядывает комнату, в которой находится парень, смутно узнавая интерьер. Снова темные оттенки. Те же блэкаут шторы. Он вновь в комнате вампира. Голова раскалывается, мысли не собираются в кучу, а воспоминания с вчерашнего вечера упрямо не объединяются в цельную картинку. Хван приподнимается на локтях, ища взглядом Минхо, который сидит на том же самом кресле, что и в ночь после Самайна. Из-за штор непонятно, сколько сейчас времени, сколько парень пролежал в отключке. Вся эта ситуация, все эти чувства вызывают сильное чувство дежавю, только вот в этот раз Ли сидит, склонив голову. Хенджину думается, что он спит. Охотник медленно встает с кровати, подходит ближе к старшему, который выглядит слишком расслабленным. Рука сама тянется к темным волосам, перекрывающим лицо вампира. Только пальцы едва касаются головы, она поднимается, и глаза приоткрываются, сонно смотря на подошедшего парня. — Не боишься к вампиру так близко подходить, котенок? — Издевается. — Опять ты за свое, — Хенджин, как ошпаренный, на несколько шагов отлетает от Минхо, убирая руку, ранее тянущуюся к чужой голове, за спину, — почему я снова в твоём доме? — А ты не помнишь? — Ли встает с кресла, направляясь к выходу из комнаты, — пойдем, накормлю тебя. — А сколько я спал? — Интересуется охотник, следуя за старшим. — Ну, сейчас около семи утра, так что ты проспал минимум всю ночь, — вампир видит в чужих глазах возрастающую тревогу, а потому добавляет, — твои родители предупреждены, что ты остался у меня с ночевкой, чтобы доделать исследование.  — Блять… так и что произошло? Воспоминания Минхо с прошлого вечера. Как обычно, дождавшись включения ламп в комнате Хенджина, вампир медленно разворачивается и направляется к дому. Однако, когда до него остается идти совсем немного, у Ли появляется желание погулять подольше. Все равно дома никто не ждёт, так зачем же так торопиться туда попасть? Поэтому Минхо ещё добрых несколько часов петляет по улицам и дворам родного городишки, думая о Хенджине. Сначала Ли оправдывал мысли о нем тем, что ему нужно было продумать, что же делать дальше, но сейчас в этом нет необходимости. Кажется, все вампирское сообщество уже забыло ночь Самайна и постепенно начинает готовиться к следующему. Никто уже и не вспоминает о том, что клан Ли не объявил новообращенного, не показал свету, родители тоже замяли эту ситуацию.  Однако Минхо продолжал оберегать охотника, следить за тем, чтобы никакой другой вампир не положил на него глаз, переживать, поел ли он, как себя чувствует. Это не похоже на банальную предусмотрительность и желание, чтобы его жертва была в порядке. Наверное, он бы продолжал крутить мысли об этом, отбирая варианты, кто же теперь для него этот котенок, если бы не внезапно появившиеся на горизонте вампиры. Их четверо. И настроены они явно не на дружелюбный разговор. — Какая встреча! — Театрально восклицает один из них, — сам Ли Минхо из клана Ли! Они разрываются громким надменным смехом, нарушая призрачную тишину безлюдной улицы. Минхо останавливается в нескольких метрах от вампиров, следя за каждым из них.  — Что же, у «лучшего», — последнее слово тот выделяет кавычками в воздухе, — клана нет привычки здороваться? — Ее нет, когда вы, очевидно, не на светскую беседу настроены. — Спокойно, — что вам нужно? — Всего лишь понять, почему же твой клан все еще считается самым пиздатым, когда ты не смог в Самайн обратить человечишку.  — С чего такой вывод? — Ну, а где же твой новообращенный, а? Столько времени прошло, а ты все так его и не представил, — вампир начинает потирать руки, намекая на драку, — мне кажется, пора бы показать, что твой клан давно уже не самый могущественный. Этот вампир, очевидно, сам представитель какого-то не самого низкого клана со своими приспешниками, резко бросается в атаку, выпуская клыки. Минхо реагирует незамедлительно, отскакивая в сторону, выставляет кулак, попадая в живот. Тут же на него начинают нападать и оставшиеся трое. Ли отбивается от каждого, понимая, что убить он их точно не может. Так не делается, его не так воспитывали. Тем более это вампиры, по сути, родня ему.  Спустя пару минут отступает один из них, по видимому, самый слабый, только новообращенный, однако тот, что во главе, определенно сильный и опытный. И Минхо порядком раздражается, понимая, что они никак не отступают, желая что-то доказать себе, показать, что клан Ли не так и силен теперь, стараясь прикончить его, чтобы навсегда опустить клан по социальной лестнице. Вдруг Ли замечает какое-то движение сбоку, он готовится отразить и эту атаку, однако она направлена не на него, а на тех вампиров. Хенджин. Это Хенджин, появившийся из неоткуда и бросившийся на помощь. Удивляться времени нет, нужно закончить эту потасовку. Хван умело отражает атаки двух более слабых вампиров, делая точные удары. Его тренировки определенно не прошли даром.  Ярость Хенджина чувствуется на физическом уровне, его движения правильно поставлены, попадают точно в цель, обескураживая противника и не давая ни шанса на нападение.  Вампиры отступают, когда понимают, что в драку вмешался охотник, причем, именитый охотник.  Хван тяжело дышит, сгибаясь и опираясь на колени. Дыхание рваное и глубокое, такое, будто он пробежал марафон. Хенджин побелел, мышцы тела заметно задрожали. Прямо перед самым падением Минхо успел подхватить его на руки. Конец воспоминания. — Пиздец. — Все, что мог сказать Хенджин после нескольких минут молчания и обдумывания ситуации. Теперь его воспоминания стали более полными. Он помнил только то, что поругался с родителями и решил прогуляться после этого. После, он заметил Минхо, и все как в тумане. Голова все ещё болит, неприятно отбивая ритм в висках, в мыслях — вихрь рассуждений.  — Но почему ты потерял сознание и отключился на всю ночь? — Решил узнать Ли, старательно нарезая овощи (получалось из рук вон плохо) и следя за туркой, в которой варится кофе. — Ну, это те самые последствия твоего яда в моей крови, — тяжело вздыхает, — а откуда у тебя продукты? — Ну, пришлось вечером сходить в магазин, как тебя донес. Хван замечает, как Ли тяжело управляется с ножом, тихо смеется и, подходя, забирает прибор. — За кофе следи, я сам нарежу, глупый вампиреныш, — смеясь, говорит Хенджин, ловко орудуя ножом, — ты себе пальцы быстрее отрежешь, чем салат приготовишь.  Минхо закатил глаза, но отступил, встав рядом с плитой.  Ни один из них не ожидал, что они будут так спокойно коммуницировать. Минхо ожидал, что Хенджин устроит очередную истерику и выбежит из его дома, а Хван не рассчитывал на то, что Ли позаботится о нем. Они спокойно завтракали, понимая, что до начала учебы ещё много времени. Охотнику забавно смотреть на то, как вампир вампир мерно потягивает из кружки кровь, будто бы это кофе.  Время проходит безмятежно, с легкими разговорами о чем-то отстраненном, будто бы они давние друзья. Они смеются с глупых шуток, рассказывают истории из детства, совершенно забывая факт того, что они враги. Или когда-то были ими. ***  После университета Хенджин возвращается домой. Родителей дома не оказывается, из-за чего он напрягается, ведь обычно мама всегда предупреждает, если их не будет, но не в этот раз. Хван старается не думать о том, из-за чего это, а просто занимается своими делами. Однако внезапно открывшаяся дверь в его комнату и злой взгляд отца не сулят ничего хорошего. — Хван Хенджин, живо в гостиную.