Чёртов модный приговор

- Jisatsu no mori страшен в первую очередь лицам с суицидальными наклонностями, что можно понять по названию, - слабым голосом бормотал Миран, которого на руках нес Дайтан. – Страх преодолеть можно, но без воли к жизни иллюзия поглотит того, кто в ней застрял. - Откуда ты так много знаешь? – провожая взглядом птицу-проводника, спросил Шойя. - Вообще-то, нам об этом рассказывал наставник Арета. Написано же в книге «Толкования о трех мирах», раздел о гиблых местах Ада. Мы сейчас в отражении ареала срединного мира, где скапливаются души, «потерявшие надежду». Те, кто сгинул там, не попадают на небеса, так как сами стремились к своему концу. В Аду аномалия обрела собственное сознание, став живым кошмаром. А вот о том, что Лес самоубийц обзавелся хозяйкой я не слышал, - покосился на Хисаси Миран. Тот все еще был единственным, кто видел их тюремщицу, и это напрягало. - Мы пришли. Ищите Рёхея, - вслед за птицей, покружившей над их головами, друзья вышли на небольшую проплешину среди частокола деревьев, которую сами никак бы не заметили. Замученные ангелы стали оглядываться, но местность до уныния однообразная, не давала подсказок. Покореженные голые стволы, большой булыжник, поросший мхом, со стесанной наружной стороной, словно кто топором разрубил, и несколько пожухлых травинок, застигнутых морозом, стелились по земле. Никаких следов, либо же личных вещей, намекающих на недавнее присутствие их товарища. Повертевший головой вокруг Дайтан быстро пришел к неутешительному выводу: - Рёхея здесь нет. Адское создание обмануло. С чего бы ей помогать? Нужно идти дальше. Миран поджал губы, все еще плохо соображая. Но встав на ноги, присоединился к Шойе, что расчищал листья, в поиске зацепок. - Лес слишком опасный. Если снова разделимся, можем уже не найти друг друга. - Но как тогда? Хисаси посмотрел с подозрением на екая. Та сладко ему улыбнулась, довольная растерянностью ангелов. - Соглашение нерушимо. Я выполнила свою часть сделки. Не сможешь найти приятеля – он мой, а я сама выберу кого забрать, - прижав к щечке пальчик, Кимагурэ на миг задумалась. – Но ты мне не нравишься. В тебе даже толковых страхов нет. О, может я не выпущу никого? Станете духами леса. Нам будет так весело. Прятки не единственная игра, в которой я хороша. Тем временем Шойя обошел вокруг камня. - Если мы в нужном месте, значит здесь должны быть следы. - Какой наивный. Все ищет послание? Дайтан пытался забраться на дерево, но быстро отдернул руки, от одного соприкосновения с черной древесиной ободрав кожу до сукровицы. Миран устало прислонился к камню, сползая вниз. Откинув голову на плоскую поверхность, он прикрыл глаза, пытаясь дозваться ауры друга. Рёхей являлся самым молодым из них. И они не сразу приняли робкого мальчугана в свою компанию. Скорее сначала просто позволяли находиться рядом, не прогоняя. Рёхей встречал старших товарищей после тренировок, старался быть полезным, принося на встречи в тайном месте закуски, бегал за материалами, когда юные ангелы мастерили свои первые планеры и никогда не перечил, когда бывало, Шойя и Хисаси предлагали разные игры, соглашаясь на любую авантюру. Улыбался, слушая как Миран с Дайтаном полушутя спорили о преимуществах своих способностей, и с восторгом ловил каждое слово, когда речь заходила о «воздушных замках», и о великом путешествии в мир людей, когда все они достигнут совершеннолетия. В Преисподнюю его брать не планировал никто. Справедливости ради, никто из них не собирался спускаться в Ад, где весельем и не пахло, а смотреть, пусть на заслуженные, пытки грешников зрелище ниже среднего. Но у Шойи пропал брат и тот никого не стал бы слушать, скажи ему товарищи успокоиться и не влезать в неприятности. Поэтому следом за Хисаси Миран и Дайтан собрали то немногое, что могло пригодиться в опасной затее, и уже были на пути к порталу, когда Шойя распознал среди рассветных теней крадущегося следом Рёхея. - Верно, его способность – быть неприметным, - сморгнув воспоминание, пробормотал Миран. - Что? – Шойя, прошерстил поляну дважды, даже пытался сдвинуть камень, безуспешно, и теперь с надеждой обернулся к умному другу. - Рёхей обладает мимикрией. Но отказывается ей пользоваться, опасаясь, что и так остается часто в стороне, и однажды о нем просто забудут. Ты позволил ему пойти с нами только когда он заверил, что не будет мешать. Помнишь, он пообещал, «что мы даже не заметим его присутствия, пока он не понадобится?» - Ага, подписался быть балластом, что можно скинуть в первую очередь, - поддакнул Дайтан. Шойя нахмурился, слушая пояснения друзей. – Мы шли в опасное место, я не хотел его втягивать. Но Рёхей один из нас и запретить ему было бы не лучше, чем то, как с нами поступали наставники, выдумывая свои глупые правила. Мне никто не поверил, что ребенка забрали твари преисподней. Поэтому найти его могу только я. И, надеюсь, вы со мной, потому, что тоже в это верите. - Мы верим, - подтвердил Хисаси, опережая Дайтана, и не давая развернуться ненужной сейчас перепалке. – Что не так со способностями Рёхея, Миран? - Он говорил, что во время обучения при сильном волнении мог зависнуть в своем состоянии, неспособный вернуться к первоначальному образу. При эмоциональной дисгармонии, потере веры в себя. Или же… - Если решит, что не нужен, – закончил Шойя. - Нужно искать не следы, а то, во что он мог обратиться испугавшись, в стремлении избежать опасности. «Или же в попытке самоуничтожиться, поверив, что его бросили», - додумал Хисаси, но не произнося этого вслух. - Но здесь ничего нет, - в отчаянии повторил Дайтан, вертя головой по сторонам. Ребята обошли поляну по периметру, делая круг вокруг ослабевшего Мирана. И когда Шойя с Хисаси сошлись у него за спиной, а Дайтан остановился перед ним, в головы ангелов пришла невероятная, но очевидная догадка: - Миран, камень, на котором ты сидишь. Миран обернулся, но не увидел на поверхности камня никаких надписей, или рисунков. Таких серых булыжников и среди небесной тверди хватало. - Посмотри с этой стороны. Дайтан помог ему подняться, и четверка ангелов сошлась в одной точке с тыльной стороны камня. С другого бока камня проступил рельеф. Абрис, напоминающий скрюченную фигуру, со склоненной к коленям головой и охватившими их руками. - Мы сможем его вернуть? – шепотом спросил Дайтан. - Почему он не дождался нас? Настолько не верил, что мы придем за ним? – с горечью произнес Шойя. - Нет, Рёхей не силен физически, но дух его крепок. Так не должно быть, - опустился на колени перед камнем Миран, ощупывая безжизненную поверхность. Екай довольно захохотала, наслаждаясь зрелищем чужого отчаяния. - Нет, я не позволю. Он не мертв. - Шойя сбросил с себя плащ и рубашку, прежде чем его схватил за локоть Хисаси. - Постой, что ты собираешься делать? - Отойди. Мне понадобится пространство. - Шойя, - с сожалением поднял на него глаза Миран. - В сторону, - сухо приказал Шойя и троица друзей расступилась, давая ему подойти вплотную к каменному изваянию. - Что он пытается сделать? – недоумевала Кимагурэ, с любопытством наблюдая. Шойя занял место Мирана перед камнем. Смежив веки он зашептал: - Вернись. Ты нужен мне. От него кругами стала расходиться энергия, пока не сконцентрировалась между лопаток ангела, формируясь в полупрозрачные сияющие крылья. - У него получится? - Если нет, то Шойя только зря обозначил наше местоположение. А за нарушение границ Преисподней небожителями мы навлечем на себя гнев и Ада, и Эдема. Шойя не обращал внимание на перешептывание Дайтана с Мираном, пытаясь дозваться до души Рёхея в застывшем камне. Все происходило в тишине. Свечение крыльев окутало Шойю и глыбу, заслепив глаза наблюдателям. Когда же способность видеть вернулась, друзьям предстала лишь трагически сутулая спина Шойи с оголенными лопатками. Никто не решался сделать шаг вперед. Слова утешения не шли с языка. Но тут словно окаменевший торс обняли робко тонкие руки. Пальцы судорожно сжались в кулачки, и парни услышали едва слышное пыхтение. - Помогите мне выбраться, он тяжелый, - раздался приглушенный голос. Как по команде три пары рук потянулись к ним. Дайтан взвалил на себя потерявшего сознание Шойю, Миран накинул на озябшее тело подобранную одежду, Хисаси поднял на ноги немного бледного, но бесспорно живого Рёхея, заключая младшего товарища в свои объятия. Лоб Рёхея уткнулся в его плечо и послышался тихий всхлип. - Теперь всё в порядке. Мы вновь все вместе и скоро покинем проклятый лес, - поглаживая того по макушке, успокаивающе прошептал Хисаси. - Это не совсем так, - влезла в момент воссоединения екай. - Пришло время выбрать жертву или я всех вас перебью без затей. Пусть мне не достанется вкусная душа, но я заполучу ваши тела. Хисаси прищурился, крепче прижимая к себе мелкого. - Что сказала екай? – первым обратил внимание на его напряженную позу Миран. - Договор был, что ты заберешь одного из моих спутников, которого я назову, а ты выведешь меня и остальных из леса, - в полный голос ответил нечисти Хисаси, не скрываясь от друзей. - Верно, - подтвердила Кимагурэ. – Но, на случай, если ты собирался скормить мне вашего проводника, то забудь. Икирё мертв. Хисаси побледнел, обводя взглядом товарищей. Вокруг поляны вспыхнул ритуальный круг, соединяя горящими полосами демоническую пиктограмму, в центре которого возникла девушка в потрёпанном кимоно. В одно мгновение по коже ее пошли трещины, расходясь словно раны от порезов, глаза утратили всякую живость, а выражение лица приобрело звериную хищность. - Если не можешь выбрать, я заберу тебя. - Нет, подожди. – Взгляд Хисаси перебегал с одного спутника на другого, не решаясь произнести какое-либо имя, пока глаза его шокировано не распахнулись, и он произнес: - Акира. - Говорю же, ты не можешь дать в жертву того, кто и так умер в моем лесу. - Технически ты, конечно права, но в Преисподней я еще могу сойти за живого, - отозвался Акира, обозначая свое присутствие. Махнув ангелам, он пожаловался: - Вас было не легко найти. В лесу очень проблематично не потеряться из-за тумана и отсутствия ориентиров. - Невозможно. Тебя поглотил кошмар. Ты не мог уцелеть. – Возмутилась Кимагурэ, топнув ножкой. - Сам бы не справился. Повезло, что что со мной друг. От его головы отделилась черная заколка, округлившись, надувшись в шарик, «вещица» отрастила крылышки, явив маленького монстра. – Знакомьтесь, это Сайи. Без него я бы не смог вас разыскать. А он способен ощущать ауры живых существ. Пока вы вновь не собрались вместе, направление все время менялось, такое чувство что я бродил кругами. - Но кошмар… - попыталась настоять екай. Взгляд Акиры стал несколько виноватым. Он потер грудь, где по рубахе растеклось подсыхающее бурое пятно. - Я не могу отдать то, что мне более не принадлежит. Я человек подневольный. Лоза, пробившаяся из-под земли в шаге от него, оттянула ворот рубахи, обнажая печать, екай передернула плечами с гадливым выражением на лице. – Шавка Первого Генерала. Ты скованный контрактом дух. Акира кивнул, не сильно обидевшись, ведь так и есть. - Прискорбно. – Поджала губки Кимагурэ. – Похоже ты совсем недавно в Преисподней, такой сладкий запах мученика… Потеряв интерес к икирё она снова сосредоточилась на ангелах. У этих защитников в Аду точно не было. И их энергия стала намного привлекательнее после потери основного блюда. - Так на чем мы остановились? Ах, да. Я выберу кого съем первым. – Взгляд нечисти остановился на Шойе. – Может, этого? - Нет, подожди. Я выбрал, - заступил вперед Хисаси, становясь перед хозяйкой Леса самоубийц. Остальные напряженно следили за его действиями. - Наша сделка еще в силе. Я назначаю в жертвы любого из своих спутников, остальные беспрепятственно покинут это место. Таков уговор. Кимагурэ разочаровано выдохнула. Пригладив прическу, она милостиво махнула рукой. – Тогда скорее укажи на жертву. Преданное сердце особенный деликатес. И хоть я бы охотно сожрала вас всех, но на превеликий жаль, испытания, пусть и в круговую, вы прошли. Я вас не трону. Не стану препятствовать, даже подсвечу дорожку к опушке, как только получу причитающееся. Даю слово. - Тогда это будет он, - указал на проводника Хисаси. -  Собственность демона хочешь отдать мне? – Хохотнула Кимагурэ. - Я же сказала, эта душа под печатью. Хм, можно конечно попробовать, самой интересно чем чревато поддразнивание высшего демона… Повернувшись к икирё, она окинула его цепким взглядом. - Попробую вскрыть тебя как устрицу ножом. Придется пропустить праздник Владыки демонов, но после экзотической трапезы лучше два-три столетия держаться подальше от столицы. Конечно если вообще останусь жива после соприкосновения с магией высшего, - облизнулась екай, теряя всякую привлекательность. К Акире потянулись ее покрытые струпьями посеревшие пальцы. - Нет, я говорю не об Акире, - повысив голос, снова помешал планам нечисти Хисаси. – Забирай крылатого. Он очутился здесь вместе с нами. Екай застыла, не поворачивая головы, скосив глаз с бешено вращающимся зрачком на бесстыжего ангела. Маленький крылатый демон, беспокойно затрепыхав короткими крылышками, зарылся в волосы Акиры. Сам Акира нахмурился, остальная четверка подростков сгрудились вокруг своего лидера, чувствуя, как волоски стают дыбом по всему телу от усилившего градус мороза. Туман взметнулся, окрашиваясь в черный, сухие деревья под напором поднявшегося ветра стали поскрипывать, несколько стволов раскололось, рухнув где-то в лесу. - Постой, - сделал шаг вперед Акира, подняв руки. – Платье. Ты получишь платье в знак нашей признательности. Мы благодарны за защиту и шанс уйти невредимыми. Как только я доберусь до столицы. И никому не нужно умирать. Туман, под действиями которого начала тлеть земля, окружил полянку, готовый поглотить их всех. Но застыл темной дымкой, в ожидании приказа хозяйки. - Продолжай. - Ты сказала, что собиралась на праздник Владыки демонов. Твое кимоно сильно износилось, а такой красивой женщине нужен достойный наряд. Зачем же дразнить могущественного демона моей смертью и прятаться от его гнева двести лет, если можешь сделать своим должником? Прием у Владыки такое редкое зрелище. Самой не обидно пропускать из-за худосочной души грешника и его случайных попутчиков? Сайи что-то пискнул, но Акира звук проигнорировал, не сводя взгляда с нечисти, что постепенно стала принимать вид юной девушки. - Это должен быть дорогой наряд, белоснежный, расшитый цветами и морозом, с драгоценными камнями. И с разводами настоящей крови. - Можешь даже группу крови указать, - закивал Акира, понадеявшись, что Мейса Карагури сможет удовлетворить всем запросам хозяйки Jisatsu no mori. Кимагурэ прищурилась, вглядываясь в него, после чего расхохоталась, оказавшись к нему вплотную. - Это сделка. Если обманешь, отвечать будет твой хозяин. Отросшим когтем она чиркнула поперек груди икирё, вплетая в печать демона свою руну. Оторвав от подола кимоно полосу, Кимагурэ бросила ткань под ноги. Та, словно горный ручеек, потекла между деревьев, огибая поваленные стволы и образовавшиеся в тверди трещины, не теряясь даже в окружавшей их тьме. - Не сворачивайте с тропы и выберетесь из моего леса невредимыми. За платьем я приду через два дня. Крылатый шарик теперь мой, через него я найду и тебя, мальчик. Акире в этом обещании послышалась угроза. Но он увиливать не собирался, лишь бы добраться относительно живыми до столицы. – О, и мой вам совет. Выбирая путь между зловонными болотами и Ледяной долиной скорби, я бы предпочла последнюю. - Почему? – задал вопрос Шойя. - Госпожа северных земель милосердна. Платой за проход по-прежнему может оказаться чья-то жизнь, но старшая сестрица позволит вам самим выбрать орудие убийства. Напугав их еще больше, екай вновь стала прозрачным духом леса, неотличимым от густого тумана. Теперь и Акира с Хисаси не могли ее различить. Когда ее присутствие перестало ощущаться, вновь полный отряд поспешил убраться из леса самоубийц. Трудно было вообразить, что страшное приключение, чуть не стоившее всем им жизней, продлилось меньше суток.