Сумерки. Забытая история.

—Элизабет, здравствуй. – в динамике раздался голос Билли. —Мы обсудили твою ситуацию и приняли решение. Так таковой помощи мы оказать тебе не может. С такой ситуацией мы раньше не сталкивались, но мы постараемся тебе помочь. —Спасибо большое. – облегчённо выдохнула девушка. —Мне к вам в определённые дни приезжать или когда захочу? —Было бы лучше если бы ты находилась тут, в резервации. Поговори с отцом, если он не согласится я постараюсь его уговорить. Элизабет пробрало потом. Нельзя чтобы Билли и Даниэль встретились, ведь квиллеты могут отказать в помощи. —Не переживайте, мистер Блэк. Я уговорю отца, а где я буду жить? —У нас в доме. – прокашлявшись мужчина продолжил. —Комнаты моей старшей дочери свободна. Думаю, она не будет против если ты пару недель в ней поживёшь.    Девушка закончила разговор и тяжело выдохнула. Ей предстоял разговор с папой и целая неделя без друга. Собравшись с мыслями она пошла в кабинете отца.  —Пап, мистер Блэк звонил. Он сказал, что они помогут чем смогут. Но лучше чтобы я пока пожила рядом с ними. Ты не против? Некоторое время была тишина. Было видно, как Даниэль обдумывает это предложение. Ему эта затея мало нравилась, но ничего с этим сделать не мог. —Хорошо, только обещай быть осторожной оборотни бывают вспыльчивыми. Элизабет чуть не подпрыгнула от радости, но постаралась скрыть свое возбуждение. — Конечно, папа. Я всегда буду осторожна. — Вот и славно. Я доверюсь тебе, милая. Когда планируешь переезжать? — Завтра. Билли сказал, что комната его дочери свободна, и я могу заселиться в любое время. Даниэль кивнул. — Хорошо. Я помогу тебе собрать вещи. Элизабет обняла отца, чувствуя облегчение и благодарность. Она не ожидала, что он так легко согласится. Но теперь ей было еще важнее не допустить их встречи с Билли. На следующий день Даниэль помог Элизабет собрать вещи. Он нес чемоданы к машине, молча, погруженный в свои мысли. Элизабет чувствовала его пристальный взгляд на себе, но старалась не обращать на это внимания. Когда они подъехали к границе резервации, Даниэль остановил машину. — Ну что ж, — сказал он, поворачиваясь к Элизабет. — Приехали. — Да, — ответила Элизабет, чувствуя, как ее сердце начинает учащенно биться. —Тебя встретят? –  обеспокоенно спросил мужчина. —Да. Эмбри обещал помочь. —Тогда ладно, – мужчина достал сумку из машины и обнял дочь. —Позвони мне вечером. —Хорошо пап. Попрощавшись, Даниэль уехал. Элизабет смотрела вслед удаляющейся машине отца, чувствуя, как волнение начинает нарастать. Ей нужно было сохранять спокойствие и не допустить катастрофы. "Всё будет хорошо," - повторяла она себе, собираясь с духом. Эмбри с радостной улыбкой подбежал к девушке. —Лиз, привет. – слегка запыхаясь говорил парень. —Привет. —Неожиданно что ты захотела пожить в резервации! – воскликнул он, подхватывая сумку. —Эмм.. Да! Они направились вглубь резервации. Элизабет старалась вести себя непринуждённо, расспрашивая Эмбри о жизни в резервации и последних новостях. — Билли очень рад, что ты здесь, — сказал Эмбри, когда они подошли к дому Блэков. —Спасибо Эмбри. Ещё увидимся. Эмбри с волнением и лёгкой грустью попрощался с девушкой и пошёл по своим делам. В доме Элизабет ждал Билли. Он тепло улыбнулся Элизабет. Мужчина провёл небольшую экскурсию по дому для гостьи. —Лиз, вот твоя временная комната, – Билли открыл перед Блэквуд дверь. —Располагайся, если что-то понадобится не стесняйся обращаться.  Билли распахнул дверь, и Элизабет шагнула в комнату, выдержанную в спокойных коричневых тонах. Уютная и обжитая, она сразу же создавала ощущение тепла и уюта. На полу лежал мягкий ковёр кофейного цвета, приглушая шаги. Вдоль одной из стен выстроились три массивных шкафа, один из которых был пустым. У противоположной стены стояли кресло и кровать, застеленная цветастым покрывалом. Рядом с окном располагался деревянный стол с полкой и простой стул. Собственная ванная комната, небольшая, но аккуратная, завершала картину. Элизабет поблагодарила его и начала разбирать вещи. Вещей она брала немного. Девушка начала раскладывать вещи в шкаф. Она разложила одежду, книги на полку и поставила несколько фотографий на стол. Когда она закончила, комната приобрела более личный вид. Спустившись вниз, Элизабет обнаружила Билли в кресле-качалке у камина. Она предложила свою помощь с ужином, но Билли отказался, сказав, что все уже готово. Наступил ужин. За столом сидели Элизабет, Билли и Джейкоб. Билли рассказывал истории из девства Джейкоба. —Пап, ну хватит, – парень сильно смущался и решил сменить тему. —Лиз, расскажи нам, как тебе тут у нас, в резервации.    —Мне здесь очень нравится, — начала она, слегка покраснев от внимания. — Леса потрясающие, очень тихо и спокойно. —Это хорошо. Остаток ужина прошёл в спокойной и комфортной остановке. Элизабет вызвалась помочь убрать и помыть посуду, а Джейкоб отправился спать. Билли сказал, что завтра Сэм познакомит её с другими членами стаи и она будет проводить с ними время. Вечером, после ужина, Элизабет позвонила отцу. Даниэль был рад услышать ее голос и убедиться, что она добралась благополучно. Разговор был коротким и непринужденным, но Элизабет почувствовала облегчение, зная, что отец не беспокоится. Проснувшись рано утром, Элизабет почувствовала приятное волнение. Сегодня она должна была познакомиться с остальными членами стаи. Она быстро собралась и спустилась вниз, где ее уже ждал Билли с сытным завтраком. —Доброе утро, Лиз, — поприветствовал ее Билли. —Надеюсь, хорошо спала? —Доброе утро, мистер Блэк, — ответила Элизабет. —Да, отлично. Спасибо. Завтракая, Билли рассказал ей немного о Сэме и остальных членах стаи. Он подчеркнул, что они очень дружелюбные и гостеприимные, но при этом серьезно относятся к своей ответственности за защиту резервации. Вскоре Сэм пришёл за Лизи. Они вдвоём пошли через лес. Вокруг пели птицы, местами бегали грызуны. Вскоре они вышли к дому. Внутри сидели два парня. На них были футболки без рукавов и джинсовые шорты.      —Элизабет, знакомься это Джаред Кэмерон и Пол Лэйхот. Они тоже оборотни, как и я. Джаред и Пол с любопытством оглядели Элизабет, оценивая ее взглядом. Джаред, более упитанный из них, с дружелюбной улыбкой кивнул в знак приветствия. Пол, напротив, выглядел настороженным и даже немного враждебным. Его темные глаза прожигали Элизабет насквозь, словно пытаясь разгадать ее секреты. —Привет, Элизабет, — сказал Джаред, протягивая ей руку. —Рад познакомиться. Сэм рассказывал о тебе. Элизабет пожала его руку, чувствуя тепло и искренность в его прикосновении. —Мне тоже очень приятно, — ответила она, стараясь не обращать внимания на сверлящий взгляд Пола. —Не обращай на него внимания, — прошептал Сэм ей на ухо, заметив ее дискомфорт. —Пол просто немного… нелюдимый. Он недавно присоединился к нам. Элизабет кивнула, понимая, что Пол, вероятно, просто охраняет свою стаю от чужаков. —Думаю нам стоит показать Лиз как мы обращаемся, - сказал Джаред. Пол фыркнул, но промолчал. Сэм же кивнул. —Хорошая идея, Джаред. Лиз, мы хотим показать тебе, как происходит наша трансформация, чтобы ты понимала, с чем имеешь дело. - Сэм посмотрел на Элизабет, ожидая ее реакции. Элизабет не знала, что и думать. С одной стороны, наблюдать за трансформацией оборотня – это уникальная возможность лучше понять их природу. С другой – она боялась последствий. Если стая, не дай Бог, почувствует запах вампира от нее, как она будет выкручиваться? —Я… Я не знаю, - пробормотала она, чувствуя, как ее ладони становятся влажными. — Это безопасно? —Если близко подходить не будешь, то вполне. – развеселился Джаред. Элизабет неловко переступила с ноги на ногу. Она чувствовала себя загнанной в угол. С одной стороны, ей было безумно интересно увидеть трансформацию. С другой, опасения перевешивали любопытство. Но как отказаться, не вызвав подозрений? — Ладно, — наконец сказала она, стараясь говорить как можно увереннее. — Я согласна. Но только издалека. Сэм одобрительно кивнул. — Отлично. Тогда пошли на поляну в лесу, там больше места. Они вышли из дома и направились вглубь леса. Элизабет шла позади, стараясь держаться на расстоянии от парней. Пол продолжал бросать на нее косые взгляды, что заставляло ее чувствовать себя все более некомфортно. Выйдя на поляну, Сэм остановился и повернулся к Элизабет. — Лиз, ты должна знать, что трансформация — это болезненный процесс. Не пугайся, если мы будем выглядеть не очень хорошо. Элизабет кивнула, стараясь запомнить все, что он говорит. — Хорошо. Я постараюсь. Сэм переглянулся с Джаредом и Полом. Они встали в круг. Элизабет отошла на безопасное расстояние, прислонившись к дереву. Она чувствовала, как ее сердце бешено колотится в груди. Сначала ничего не происходило. Затем Джаред издал глухой рык. Его тело начало содрогаться, кости трещали. Он рос в размерах, одежда рвалась на куски. Его лицо вытягивалось, покрываясь шерстью. Через несколько секунд на месте Джареда стоял огромный волк с густой коричневой шерстью. Трансформация Пола началась одновременно с Джаредом, но протекала иначе. Он не рычал, а скорее стонал от боли. Его тело словно выворачивалось наизнанку. Вместо шерсти его тело покрывали короткие, жесткие щетинки. Вместо волчьей морды — нечто среднее между собачьей и человечьей. Пол превратился в свирепого, злобного пса. Трансформация Сэма произошла быстрее и плавнее, чем у остальных. Он не издавал никаких звуков, его движения были грациозными и уверенными. Он превратился в огромного черного волка, излучающего силу и благородство. Элизабет была в шоке. Она никогда не видела ничего подобного. Это было одновременно ужасающе и завораживающе. Она не могла отвести взгляд от волков, которые начали кружить по поляне, обнюхивая друг друга. Внезапно Пол повернулся в ее сторону и оскалился, обнажив острые зубы. Элизабет отшатнулась, инстинктивно ища защиты. Она чувствовала, как страх сковывает ее тело. Сэм рыкнул на Пола, заставив его отступить. В момент рыка от тела Сэма, от его черной шерсти, исходило то самое бледно-голубое свечение, словно подчёркивая его доминирующую роль, его авторитет в стае. Элизабет завороженно наблюдала, понимая, что это не просто трансформация, это что-то… большее. Это бледно-голубое свечение, окутывающее оборотней во время трансформации, придавало всему зрелищу какую-то нереальность. Казалось, что они не просто меняют форму, а черпают энергию из какого-то потустороннего источника. Свет искривлял пространство вокруг них, создавая ощущение, что они не полностью принадлежат этому миру. Во время мучительной трансформации Джареда и Пола, эта дымка выглядела особенно жутко, словно подчёркивая боль и насильственную природу процесса. Пол оскалился на Элизабет, и в этот момент бледно-голубое свечение вокруг него вспыхнуло с особенной яркостью, окутывая его в ауру ярости и неконтролируемой агрессии. Элизабет почувствовала не просто страх, а леденящий ужас, парализующий ее. Это было словно взгляд в бездну. Сэм, в своей волчьей форме, двигался плавно и грациозно, словно танцевал. Вокруг него голубая дымка пульсировала, излучая ощущение силы и уверенности. Она подумала, что, возможно, именно Сэм, как вожак стаи, наиболее контролирует это свечение, эту энергию. Когда трансформация закончилась, и волки начали кружить по поляне, Элизабет не могла отвести взгляд. Голубая дымка медленно рассеивалась, но оставила после себя ощущение нереальности, чуда, смешанного с отвращением. Она ощущала на себе взгляд Пола, даже в форме волка, и знала, что он чует ее, чувствует разницу. Вскоре волки начали возвращаться в человеческую форму. Это было зрелище еще более болезненным и отвратительным, чем сама трансформация. Кости хрустели, мышцы рвались, а вокруг них снова вспыхивало тошнотворное бледно-голубое свечение. Элизабет отвернулась, стараясь не видеть их мучений. Она боялась, что не выдержит, что ее истинная сущность будет раскрыта. Она чувствовала острый запах крови и шерсти, смешанный с тонким металлическим запахом, который, как она подозревала, исходил от этого потустороннего свечения. Когда все трое снова стали людьми, они были измучены и обессилены. Голубая дымка окончательно рассеялась, оставив после себя ощущение тяжести в воздухе. — Думаю, на сегодня хватит, — проговорил Сэм, тяжело дыша. — Лиз, нам пора возвращаться. Элизабет кивнула, чувствуя себя опустошенной. В голове кружились образы трансформации, бледно-голубого свечения, ненавидящего взгляда Пола. Она следовала за Сэмом, чувствуя себя чужой, словно наблюдая за всем этим издалека. Ей отчаянно хотелось поскорее вернуться в свою комнату, в свою скорлупу, где она могла попытаться все это осмыслить и придумать, как выжить в этом опасном и непонятном мире. Несколько дней после демонстрации трансформации выдались напряжёнными. За это время Блэквуд узнало многое о оборотнях: о повышенной температуре, о связи между стаей, о запечатлении и о быстрой регенерации. Пол продолжал прожигать Элизабет ненавидящем взглядом, и его отношение оставалось враждебным. Элизабет старалась держаться от него подальше, но чувствовала его взгляд на себе почти постоянно, взгляд, пропитанный подозрением и скрытой насмешкой. Особенно ей не нравилось, как он называл её «Бледнолицей» – это слово, как плевок, подчёркивало её чужеродность, её отличие от них. Когда Элизабет прогуливалась по лесу в одиночестве, она услышала тихий стон. Подойдя ближе, она увидела Пола, сидящего под деревом и держащегося за руку. На его лице застыла гримаса боли. — Что случилось? — спросила Элизабет, невольно почувствовав беспокойство. Пол поднял на нее взгляд, в котором впервые за все время промелькнула не злость, а какая-то уязвимость. — Упал, когда патрулировал территорию. Вывихнул запястье, наверное, — прорычал он, пытаясь скрыть боль. Элизабет подошла ближе, несмотря на предупреждающий взгляд Пола. Она знала, что должна помочь. — Дай посмотрю, — сказала она, мягко беря его руку. —Я немного разбираюсь в медицине. Пол сопротивлялся, но в конечном итоге позволил ей осмотреть запястье. Элизабет осторожно ощупала его, стараясь не причинять еще большей боли. — Кажется, и правда вывих. Нужно вправить. Пол нахмурился. — Я не допущу, чтобы ты, Бледнолицая, ко мне прикасалась. Вдруг ты… — Вдруг я что? Отравлю тебя? Убью? — перебила его Элизабет, стараясь сдержать раздражение. Его постоянные нападки, это унизительное «Бледнолицая», начинали её выводить из себя. — Я просто хочу помочь. Если не хочешь, могу оставить тебя здесь. Твоё дело, но с вероятностью девяносто девять и девять десятых у тебя неправильно пройдёт заживление. Действовать нужно сейчас. Пол замолчал, обдумывая ее слова. Он знал, что она права. Ему нужна помощь, и она единственная, кто сейчас рядом. — Ладно, — пробурчал он, отводя взгляд. — Делай, что должна. Элизабет аккуратно вправила ему запястье, несмотря на протестующие стоны Пола. Она знала, что причиняет ему боль, но это было необходимо. — Готово, — сказала она, отпуская его руку. — Лучше? Пол пошевелил запястьем. Боль стала меньше, но все равно ощущалась. — Нормально, — ответил он, стараясь не смотреть ей в глаза. —Спасибо. — Не за что, — ответила Элизабет, чувствуя, как напряжение между ними немного спадает. — А теперь давай помогу тебе дойти до дома. Пол не стал спорить. Он встал, опираясь на Элизабет, и они медленно направились к дому стаи. Всю дорогу они шли молча. Воздух был наполнен ощущением неловкости, но и чего-то еще… признательности? Когда они подошли к дому, Пол остановился и посмотрел на Элизабет. — Слушай, — начал он, запинаясь. — Я… Я был к тебе груб. Прости. Элизабет удивленно подняла брови. Она не ожидала услышать извинения от Пола. — Вот это неожиданно. Я не знала, что ты умеешь извиняться. – язвила Лизи Пол состроил недовольное выражение лица, но ничего не сказал. —Ладно, ладно. Я молчу продолжай. — Я просто… переживаю за своих. И ты для нас новая, непонятная. И это Бледнолицая… просто слетело с языка. Я не хотел тебя обидеть. — Я понимаю, — повторила Элизабет. — Но я не собираюсь вам вредить. Я просто хочу разобраться в своей силе. — Мне кажется, я уже доверяю тебе. Возможно, я даже рад, что ты здесь. В этот момент Элизабет почувствовала, что между ними, действительно, что-то изменилось. Нельзя было сказать, что они стали друзьями, но лёд был сломан. — Я тоже рада, — сказала она, улыбаясь. — Может быть, мы даже сможем подружиться. Пол усмехнулся. — Может быть. А может и нет. – усмехнулся парень. —Но, по крайней мере, я не перестану называть тебя Бледнолицей. Элизабет улыбнулась. Первая неделя проживания в резервации закончилась, а ничего нового о своей силе она не узнала. Как выяснилось бледно-голубая дымка исходящая от оборотней — это показатель их души, но больше ничего. В один из дней Элизабет пригласил гулять Эмбри. Они гуляли по Ла-Пушь. —В последнее время к Джейкобу приезжает Белла. Она и сейчас, наверное, здесь. Не хочешь к ним? Вы же с Беллой дружите? – от слов друга девушка остановилась. —Мы дружили. – сухо ответила девушка. Эмбри нахмурился, почувствовав неладное. Он знал Элизабет давно и понимал, что за этой сухостью скрывается что-то большее. — Что-то случилось? – осторожно спросил он. — Я думал, вы лучшие подруги. Элизабет поджала губы. Она не хотела рассказывать Эмбри о том, что произошло. Это было слишком личное, слишком болезненное. Но она знала, что он переживает за нее. — Все сложно, Эмбри. – ответила она, стараясь говорить как можно более спокойно. — Мы … Мы были подругами. Эмбри нахмурился еще сильнее. Он никогда не видел Элизабет такой. — Почему? – настойчиво спросил он. Элизабет покачала головой. — Это не важно. Главное, что мы больше не подруги. И я не хочу ее видеть. Эмбри понимал, что давить на нее бесполезно. Он знал, что Элизабет очень упрямая, и если она что-то решила, то ее невозможно переубедить. — Хорошо. – сказал он, поднимая руки в знак сдачи. — Как скажешь. Но знай, если тебе что-нибудь понадобится, я всегда рядом. Элизабет слабо улыбнулась ему. — Спасибо, Эмбри. Я знаю. Она замолчала, глядя вдаль. Эмбри не стал настаивать, понимая, что ей нужно время, чтобы все обдумать. — Как хочешь. Но если тебе понадобится поговорить, ты знаешь, где меня найти. Я же обещай Джейку помочь с мотоциклами. Элизабет слабо улыбнулась ему в знак благодарности. — Спасибо, Эмбри. Она отвернулась и пошла прочь, оставив Эмбри в замешательстве. Он не понимал, что могло произойти между двумя подругами, но чувствовал, что это что-то серьезное. Он надеялся, что они смогут помириться, но знал, что все зависит только от них. Через три дня после их разговора к стае присоединился Эмбри. Присоединение Эмбри к стае оборотней стало шоком для всех, особенно для Элизабет. Лизи проснулась от странного ощущения. Внутри нее будто что-то натянулось, как струна, готовая вот-вот лопнуть. Она не могла понять, что это, но интуиция кричала об опасности. Она выскользнула из дома, направляясь к лесу, к тому месту, где чувствовала себя хоть немного спокойнее. Идущая вдоль берега, она услышала отдаленный, душераздирающий вой. Это не был обычный звериный крик – в нем звучала такая боль и растерянность, что сердце зашлось от тоски. Она побежала на звук, продираясь сквозь кусты, пока не вышла на небольшую поляну. Там, посреди поляны, корчился в муках человек. Элизабет сразу узнала его – Эмбри. Но это был уже не тот Эмбри, которого она знала. Его тело искажалось, кости трещали, мышцы увеличивались в размерах. Он кричал, но крик этот был больше похож на рычание. Вокруг него клубилась та самая бледно-голубая дымка, но в этот раз она была не просто яркой, а почти ослепительной, словно из него вырывалось само ядро его души. Элизабет замерла, парализованная ужасом. Она видела, как трансформируются другие оборотни, но видеть, как это происходит с другом, было совсем другим делом. Сердце разрывалось от жалости и бессилия. Она хотела подойти и помочь ему, но понимала, что это бесполезно, а возможно, и опасно. Вдруг вокруг неё раздался топот. На поляну один за другим выбежали Сэм, Джаред и Пол, уже в форме волков. Они окружили Эмбри, словно защищая его от чего-то. Пол, в своей полу-волчьей форме, рычал на неё, словно предупреждая, чтобы она не подходила. Но Элизабет не могла отвести глаз от Эмбри. Она видела, как его тело, с каждой секундой, менялось, пока не превратилось в огромного зверя, с густой шерстью неопределенного цвета, словно смешанные оттенки леса. Волк поднял голову и снова завыл, но в этот раз в нем звучало уже не только боль, но и какое-то дикое, первобытное ликование. Трансформация закончилась, и Эмбри, уже в волчьей форме, сделал несколько неуверенных шагов, словно не понимая, как управлять своим новым телом. Сэм, в форме черного волка, приблизился к нему и коснулся его своим носом. Эмбри ответил тем же, и в этот момент Элизабет почувствовала ту самую связь стаи, о которой ей рассказывали. Внезапно Эмбри обернулся к ней. В его волчьих глазах она увидела проблеск страха, мольбу о понимании. Он сделал шаг в её сторону, но Пол тут же преградил ему путь, рыча и оскаливая зубы. Сэм тоже подошел ближе, словно готовясь защитить Элизабет. Затем Джаред увёл Лизи к Эмили, говоря, что парни сами справятся. Так закончилась вторая неделя проживания в резервации. К середине третьей недели Эмбри уже освоился и вот они всей весёлой компанией сидели у Сема на кухне. Лизи помогала Эмили готовить и попутно включалась в разговор стаи. —Кстати, – хитро ухмыльнулся Пол. —раз тема зашла про запечатление. Я думал, что наречённой Эмбри будет Бледнолицая. После этих слов на кухне повисла напряженная тишина. Элизабет замерла с ножом в руке, а Эмбри, сидевший рядом с Джаредом, подавился чаем. Лица у обоих вытянулись. Сэм нахмурился, глядя на Пола. Тот, казалось, был очень доволен произведенным эффектом. – Пол, веди себя прилично. – Строго сказал вожак стаи. – Ну а что? – Не унимался Пол. – Она рядом была, когда он впервые обратился. Плюс, вспомните описание этого самого… запечатления. Разве не подходит? Плюс, он с ней всегда был очень близок. Эмили кашлянула, пытаясь разрядить обстановку. – Пол, это очень личное дело. Не стоит его обсуждать. Эмбри сам разберется. Но Пол уже разошелся. – Да ладно вам, чего тут такого? Просто интересно. Тем более, что это все равно произойдёт. Это же неизбежно! Ей ведь уже девятнадцать, пора бы. Элизабет, чувствуя, что краснеет, бросила нож на стол. – Знаешь, Пол, а тебе не приходило в голову, что не все в этом мире сводится к оборотням и запечатлению? У меня вообще-то есть свои планы на жизнь. И в них как-то не входит быть нареченной волком. Без обид, Эмбри. Эмбри, наконец, проглотив чай, попытался что-то сказать: – Лиз, я и не думал. —Если бы Элизабет была наречённой Эмбри, – подал голос вожак стаи. —то запечатление давно бы произошло. Эти слова Сэма немного разрядили напряжённую обстановку. Пол смутился и замолчал, осознав, что его любопытство зашло слишком далеко. Эмили ласково потрепала Сэма по плечу в знак благодарности за поддержку. Джаред облегчённо вздохнул. — В любом случае, — продолжил Сэм, стараясь перевести разговор в другое русло, — нам нужно сосредоточиться на патрулировании территории. Виктория может быть где-то поблизости, и мы должны быть готовы. —А давайте на скалы? – предложил Пол. Все охотно согласились, кроме Эмили. Она решила остаться дома и прибраться.

***

Белла с Джейкобом ехали в красно пикапе попутно разговаривали. —А если бы я не смог чинить байки. Чтобы ты делала? —Ты сомневаешься в своих способностях? – с заминкой спросила Белла. —Нет. Байки будет отлично бегать. Просто, - улыбка сползла с лица парня. —будь я умнее не спешил закончить ремон. —Если бы ты не смог бы чинить байки. Я бы ответила что это плохо и нам бы пришлось поискать другое занятие. – улыбаясь говорила Свон. Они посмеялись. Взгляд Беллы снова вернулся к дороге, но не надолго. —Это Сэм Юлиа? – непонимающе спросила девушка. Со стороны скалы доносилась крики «Давай прыгай!». —Да. – ответил Джейкоб. — С сектантами. Джейкоб и Белла увидели как из хватки парня вырывалась девушка, а затем прыгнула со скалы. В след ей послышались радостные возгласы. Узнав в девушке Элизабет Белла свернула на обочину. —Боже! – девушка остановила машину. —Ты виде? Свон вылезла из машины и перебежала дорогу.  Джейкоб просто посмеялся. —На самом деле они не дерутся, Белла. Прыгают со скалы, - парень подошёл к подруге. —страшно жуть, зато дикий адреналин. —Адреналин? —Мои прыгают с нижних ярусов. А выпендриваются пусть Сэм со своими адептами. —А ты с ним типа на ножах? —Да не знаю. Они считают себя тут главными. Лизи как приехала к нам сразу стала с ними общаться. Эмбри назвал их дворниками на анаболиках, а теперь вот смотри. —Это же Эмбри! —Да. – согласился Блэк. —Откуда он там? И Лиз? —Перестал ходить в школу. Став повсюду бегать за Сэмом, как щенок на верёвочке. Тоже самое с Полом и Джаредом. Сэм на меня так смотрит, - Джейкоб трудно сглотнул. —будто меня ждёт. Мне от этого не по себе. —А ты не встречайся с ним. Пять минут назад —Пол, стой! – закричала девушка, барахтаясь в его хватке. —Я сама прыгну! Сама, только не бросай. —Хорошо, давай. Замирание в вышине, мгновение абсолютной тишины, когда мир сужается до края обрыва и бездны внизу. Кожа покрывается мурашками не то от высоты, не то от предвкушения. Сердце бьется как пойманная птица, отсчитывая последние секунды свободы. Затем – прыжок. Словно птица, сорвавшаяся с ветки. Ветер свистит в ушах, пронося перед глазами панораму скал и раскинувшейся внизу глади воды. Секунды полета растягиваются в вечность, наполненную ощущением падения, освобождения и легкого безумия. И вот, она – прохладная, манящая бездна. Погружение – как объятие ледяного шелка. Вода смыкает свои объятия, вытесняя воздух из легких, даря ощущение первозданной чистоты. Тело пронзает приятная дрожь, а сознание на мгновение замирает в блаженном оцепенении. Под водой – другой мир. Мир тишины и глухих отголосков. Солнечные лучи пробиваются сквозь толщу воды, рисуя на дне причудливые узоры. Кажется, будто паришь в невесомости, растворяясь в прохладной синеве. Резкий вдох обжигает легкие, как первый глоток после долгой жажды. Это не просто воздух – это сама жизнь, вырванная у водной стихии. Солнце бьет в глаза, ослепляя и согревая одновременно. Капли, как россыпь драгоценных камней, стекают по лицу, омывая и очищая. Вода вокруг – уже не ледяная бездна, а ласковая колыбель. Тело покалывает от контраста температур, отчаянно радуясь возвращению тепла. Мышцы дрожат от напряжения, но в этой дрожи – не страх, а восторг победы над собой. В груди разливается волна эйфории, захлестывая с головой. Хочется кричать, смеяться, танцевать – просто жить, дышать полной грудью и ощущать каждой клеточкой себя. Мир становится ярче, краски – насыщеннее, звуки – отчетливее. Кажется, что после этого короткого погружения ты видишь все по-новому, открываешь для себя что-то важное и ценное. Это не просто радость, это – катарсис. Очищение души и тела, перерождение. Чувство, будто сбросил с себя груз забот и тревог, оставив их там, в прохладной глубине. На губах Лиз играет улыбка, светлая и искренняя, как восход солнца. И в этот момент ты понимаешь – ты живой. По-настоящему живой. И это – прекрасно. Через секунду рядом раздаётся всплеск, а дальше выныривает Пол. —Ну как тебе, Бледнолицая? —Это превосходно! – радуясь лепетала Блэквуд, а затем закричала. —Круто!  —Ну, хоть не утонула со своим. Думал, придется тебя вытаскивать. – парень направил девушку к берегу. —В следующий раз предупреждай, что собираешься орать, а то у меня чуть сердце не остановилось. Даже под водой его руки были тёплыми. Лизи звонко рассмеялась, отбиваясь от Пола брызгами. —В следующий раз обязательно предупрежу! А ты неженка, оказывается, - поддразнила она, выходя на берег. Песок под ногами был мелким и теплым, согревая озябшие ступни. Лиз обернулась, чтобы полюбоваться видом, который открывался с этого укромного пляжа: отвесные скалы, поросшие цепкими соснами, и бескрайнее синее море, сливающееся с горизонтом. Это место было особенным для них, секретным уголком, куда они убегали от шума и суеты большого города. Пол, выбравшись из воды, тряхнул головой, разбрызгивая капли, словно игривый щенок. Парень подошел к Лизи. — Ну что, довольна своей дозой адреналина? — спросил он, лукаво улыбаясь. — Более чем! — Я знал, что тебе понравится, — Пол потрепал о ее волосы. — Просто тебе нужно было немного подтолкнуть. Они несколько минут стояли молча, наслаждаясь тишиной и теплом солнца. Лизи чувствовала, как ее сердце наполняется благодарностью.