Дрожь

[ 6-7 сентября 1977 года ]

      Если бы только она послушала Пандору и перестала предпринимать попытки наладить общение с Регулусом. Теоне следовало бы общаться с ним исключительно в рамках занятий по Зельеварению — по крайней мере, тогда неловкое напряжение не было бы таким сильным — но, конечно, она должна была проверить. Она должна была убедиться, что Пандора не слишком драматизирует.       Шестое сентября было обычным холодным днём, дождь неистово стучал по окнам, а студенты плотнее закутывались в свои мантии, чтобы согреться. Начало утра Теона провела на Прорицаниях с неприветливой Сивиллой Трелони, а конец — с очаровательным профессором Романом. Обед был скучным, однако брюнетка заметила среди всех блюд тарелку с бибинкой и мысленно поблагодарила Ксенофилиуса за его старания.       Зельеварение — вот, где все пошло не по плану. Всё началось так же, как и всегда: «как прошёл день, Регулус?», «хорошо, а у тебя?», «тоже». Затем они начали варить зелье Старения. Теона специально позволила Регулусу вести процесс, поджидая нужного момента, чтобы поговорить. Она как раз нашла этот момент, когда Блэк застопорился, делая сто пятьдесят помешиваний по часовой стрелке — счётные чары, которые девушка наложила на котёл, помогли ему не думать о счёту в голове, и вместо этого позволили сосредоточиться на её тонком допросе.       — Итак, Пандора упоминала, что вы двое были друзьями. — начала брюнетка, наблюдая за тем, как напрягся парень. — Что случилось?       — Выросли. — пожал он плечами, прикусив губу так сильно что она заболела.       Это был первый раз, когда Бэлл задумалась о том, чтобы отстать от него (несмотря на то, что она только начала свое расследование). Видя, как ему становится не по себе при одном только упоминании Пандоры, она почувствовала себя виноватой.       — Правда? Вам стоит воссоединиться. — непринуждённо произнесла она. — Может, ты присоединишься к нам за обедом завтра?       — Нет, не думаю. — вздохнул Регулус, качая головой.       — Почему нет? — спросила Тео и, возможно, это прозвучало слишком заинтересованно, потому что в этот же момент парень прищурил глаза и взглянул на неё.       — А тебе-то какое дело? — хмыкнул он, расправляя плечи.       Уже второй раз она подумывала сдаться: меньше всего ей хотелось вступать с Блэком в спор посреди занятия, но, увы, она была слишком любопытной, чтобы сдержаться.       — Она моя подруга, ты мой друг. Я просто подумала, что это может быть здорово, вот и все. — пробормотала Бэлл, бросив взгляд на Пандору, которая варила зелье с Барти Краучем-младшим.       — Я тебе не друг. — насмешливо ответил брюнет, возвращаясь к котлу. Он почти был на семьдесят пятом помешивании.       — Ауч. — усмехнулась она. — Это было больно, Регулус.       — Ты не захочешь быть моим другом, Бэлл. — проворчал парень самым драматичным тоном.       — Осторожно, только друзья знают, что друг другу нужно. — поддразнила Теона, слегка подталкивая его рукой. На губах Блэка заиграла улыбка, и, хотя ей не хотелось портить этот момент, все же поняла, что, пожалуй, стоит продолжить выяснять отношения, пока он в хорошем настроении. — Так что же на самом деле произошло между тобой и Дорой?        — Я же сказал, мы выросли. — повторил Регулус, и Теона не могла не заметить, как он напрягся - ему хотелось поскорее уйти от этого разговора.       В третий и последний раз девушка думала о том, чтобы все прекратить, но вместо этого сменила тактику. Очевидно, что её допрос не сработал, поскольку парень всеми силами уклонялся от её вопросов.       — Честно говоря, я тебе не верю. — хмыкнула Бэлл, переключая внимание на учебник и начиная лениво листать страницы. — Пандора, кажется, рассказывала о ситуации иначе... В любом случае, мне, наверное, стоит взять ингредиенты, необходимые для следующего шага.       — Подожди, что тебе сказала Пандора? — спросил Регулус, нежно положив руку девушке на предплечье, чтобы не дать ей уйти.       — А? — пробормотала она, глядя на парня невинными глазами.       — Что... Что именно тебе сказала Пандора? — спросил Блэк, настороженно оглядываясь по сторонам.       Отчасти ей захотелось слегка драматизировать ситуацию: наклониться к нему и прошептать «всё». Конечно, это была слишком большая ложь, чтобы произносить её вслух, и Регулус бы мгновенно раскусил её.       — Ну, во-первых, она считает, что следует держаться от тебя подальше. Не думает, что мне стоит дружить с тобой - похоже, у вас есть что-то общее, мистер 'Ты не захочешь быть моим другом'. — объяснила Теона, изучая его лицо на наличие каких-либо изменений в его каменном выражении лица. — Конечно, если бы ты объяснил мне, почему она так думает, я бы сама решила, что мне нужно делать, а что нет.       — Типичная Пандора. Играет в героя. — проворчал Регулус, глядя на котёл.       Теона нахмурила брови, снова посмотрев на Пандору, которая с момента их знакомства, не проявляла к ней ничего, кроме доброты, а затем снова на Блэка, который говорил о ней тоном, полным отвращения. Бэлл понимала, что не имеет права его осуждать — ведь она понятие не имеет, что произошло между ними двумя, — но в то же время понимала, что хочет встать на защиту Пандоры. То, как Регулус воспринимал её, определённо не нравилось Теоне.       — Знаешь ли, она никогда не спускается с своего трона. Стоит тебе сделать хоть что-то, что отличается от её идеального представления о тебе, как она тут же уйдёт, испугается или ещё что-нибудь. У неё нет чувства верности, долга, ей никогда в жизни не приходилось работать. — рассуждал парень, возвратившись к помешиванию зелья.       — Я не думаю, что вы тоже много работали, лорд Блэк. — подколола Теона, глядя на правильного и воспитанного парня.       — Я работал, будь уверена. — заявил он, слегка прикрыв глаза и оскалившись. Брюнет открыл рот, словно собирался что-то сказать, возможно, перечислить примеры, но вскоре закрыл его.       — Я так и думала. — хмыкнула девушка, отодвигая его в сторону, чтобы продолжить помешивать зелье. Близился конец занятия, и нужно было успеть закончить работу, дабы получить хоть какую-то оценку.       — И что это значит?       — То и значит: я так и думала. Ты симпатичный богатый парень, который никогда нигде не работал. Но ничего страшного, я сама хорошенькая богатая девушка, так что я тебя не осуждаю. — объяснила Бэлл, краем глаза наблюдая за парнем. Казалось, его щеки порозовели от комплимента в его сторону, но, в целом, его раздражение не пропало. — Так ты расскажешь мне, что произошло, или оставишь меня до конца жизни гадать, что именно стало причиной разрушения дружбы между Пандорой Сейлстрим и Регулусом Блэком?       — Ты правда хочешь знать? — Регулус понизил голос, и на его лице промелькнуло поражение. Девушка кивнула, завершая последнее помешивание, но не обращая внимание на легкое “дзинь”, которое издало её заклинание. — Мы… Даже не знаю, как об этом сказать… Мы на противоположных сторонах этой войны.       По позвоночнику Теоны пробежали мурашки, а её глаза распахнулись из-за его слов. Подобного она точно не ожидала. Это мог быть длинный рассказ о глупости, которую совершил Регулус, или даже попытка завязать с Пандорой нечто большее, чем дружбу, но никак не это. Брюнетка прекрасно знала, на какой стороне находится Сейлстрим, а для Блэка это значило только одно.       Она попыталась успокоить себя, дабы не делать поспешных выводов. Как и всегда, пыталась увидеть только хорошее. Может быть, семья Регулуса была такой же ужасной, как и семья Теоны, и у него не было выбора. Да, возможно так и было.       — Ты… — начала она негромким голосом. — Ты хочешь быть на разных сторонах? Если ты понимаешь, о чем я?       Регулус молчал, мучительно долго молчал, опустив взгляд на стол. Его длинные пальцы выстукивали неизвестную мелодию, а язык проскользил по нижней губе.       — Да.

      Именно так Теона и оказалась в нынешней ситуации: седьмого сентября она стояла в дверях класса, где проходили занятия по Зельеварению. В то утро она наслаждалась Чарами и Травологией, блаженно игнорируя тот факт, что после обеда ей придется встретиться с Регулусом. Однако теперь этого было не избежать: она смотрела на его затылок, с силой прикусив губу. Напряжение стало слишком сильным, а он даже не подозревал о её присутствии.       — Ещё не поздно повернуть назад. — пробормотала она самой себе, крепче хватаясь за сумку. — Я могу просто уйти и никогда… о, черт.       Как бы неловко это ни было, в итоге она была рада, что Регулус поймал её взгляд. Она была рада, что он повернул голову и увидел её и, конечно же, она была рада, что он выглядел таким же растерянным, как и она сама. В конце концов, Бэлл была рада, потому что если бы он этого не сделал, она бы никогда не переступила порог кабинета и никогда бы не подошла к Слизнорту.       — Профессор? — прошептала она, наклоняясь к мужчине чуть ближе, чтобы слышать её мог только он.       — Да, мисс Бэлл? — ответил Гораций, оторвавшись от чтения бумаг и сняв свои очки.       — Я просто подумала… Может, я могла бы поменяться с кем-нибудь местами? Подальше от Регулуса Блэка? — спросила она, неловко оглянувшись на парня, но увидела, что он уже смотрел на неё.       — Простите, дорогая, но план рассадки не обсуждается. — сообщил Слизнорт, откинувшись на спинку кресла и сложив руки на животе.       — Я не уверена, что вы правильно меня поняли, сэр. — начала Теона, отвернувшись от Регулуса и серьезно посмотрев на профессора. Она ещё понизила голос и продолжила. — Я думаю… Я думаю, что у него могут быть… предрассудки по поводу происхождения.       Улыбка Слизнорта тут же исчезла, его губы вытянулись в прямую линию. Он медленно встал, бросив взгляд за спину девушки. Бэлл была уверена, что этим человеком был Регулус.       — Давайте поговорим в моем кабинете, мисс Бэлл. Я уверен, что ваши однокурсники не откажутся немного подождать.       Она проследовала за ним в конец класса, проходя через большую деревянную дверь.       Его кабинет был оформлен со вкусом: с небольшим зеленым акцентом, демонстрирующим гордость за свой факультет, и мягким светом, исходящим от свечей. В кабинете было тепло и уютно, и брюнетка без колебаний села в кресло. Гораций устроился напротив неё, окидывая студентку серьезным взглядом.       — Мне очень жаль, но я не могу пересадить вас с назначенного места. — вздохнул Слизнорт, и Теона изо всех сил постаралась скрыть свое разочарование. — Я знаю, это может показаться несправедливым, но вы должны понять, что это в наших общих интересах. Если то, что вы говорите о мистере Блэке, правда, то делать что-либо, что может задеть его… может быть не слишком безопасно для нас с вами. Я всегда знал Регулуса как милого мальчика, совершенно спокойного, но я также встречался с его матерью и не могу сказать о ней того же.       Бэлл кивнула, прекрасно понимая, на что намекает профессор. Он считал, что в разгорающейся войне лучше сохранять нейтралитет, и девушка не могла с ним не согласиться. Если она с братом хотела держаться в тени, то злить Регулуса Блэка — ещё больше, чем она уже сделала — было не самой хорошей идеей.       — Обещаю, что если бы я мог - с чистой совестью - пересадить вас к новому партнеру, я бы это сделал.       — В любом случае, спасибо, профессор.       Первые несколько минут занятия были невыносимо неловкими. Теона постоянно ерзала на своем месте, а Регулус продолжал поглядывать на неё краем глаза. Лекция Слизнорта казалась длиннее, чем обычно, и не помогало то, что взгляд профессора постоянно останавливался на двух подростках.       По правде говоря, девушка могла бы отнестись ко всей этой ситуации более спокойно, если бы не её собственное непростое прошлое, связанное с чистотой крови. Она сама выросла в семье, где придерживались кровных принципов — что было редкостью для американских волшебников, ведь Ильверморни буквально была основана магом — и девушка бы солгала, сказав, что никогда не верила идеалам своих родителей. На самом деле Теона очень глубоко восприняла их взгляды, чего никогда не делал её брат. Когда она находилась рядом с Регулусом, то больше всего боялась, что он проникнет в ту часть её сознания, которую она так старательно скрывала.       — Ты настучала на меня. — пробормотал Блэк, когда Слизнорт наконец закончил свою вводную часть.       — Да. — выдохнула Теона, приподняв брови на внезапное изменение в поведении парня, резко ставшего невозмутимым. Что случилось с тревожным боковым взглядом? Смущающим зрительным контактом? С глазами, в которых вполне возможно было прочесть все, что угодно?       — Даже не спросишь, как прошел мой день? — спросил он, поджав губы.       Брюнетка на мгновение окинула парня скептическим взглядом, прежде чем произнести:       — Как прошёл твой день?       — Плохо, а твой?       — Вполне нормально.       — Рад это слышать.

——

[ 7-9 сентября 1977 года ]

      Если бы он только послушал Пандору и перестал бы разыгрывать Теону Бэлл. Сириус Блэк окончательно вымотался, придумывая очередные шутки, и уже начинал сомневаться, не является ли Теона полным психом; то было единственным объяснением того, почему она так искренне воспринимала каждый его поступок.       Седьмого сентября она, похоже, пребывала в самом скверном настроении, которое он когда-либо наблюдал. Поэтому Сириус ожидал, что розыгрыш только ухудшит её настроение, и он наконец почувствует себя удовлетворенным от этого. Но нет — когда посреди коридора её волосы распушились до размеров воздушного шара, она хохотала до тех пор, пока не стала краснее его гриффиндорского галстука.       Восьмого числа Бэлл выходила из кабинета Прорицаний, когда он совершил ещё одну попытку. Блэк наколдовал, по меньшей мере, четверть Черного озера, пока на её голову с потолка сыпались рыбы и другие загадочные водные обитатели. Однако даже в мокрой одежде, прилипшей к телу, с водорослями в волосах и гриндилоу, грызущим её лодыжку, она не переставала смеяться. Пожалуй, единственным человеком, которого это забавляло больше, чем саму Теону, была её однокурсница Сивилла Трелони.       Наконец, девятого числа он едва не вышел из себя. У Лунатика иссякли идеи и, цитата, ему было «все равно на маленькую одностороннюю войну Сириуса». Сохатый устал от роли сообщника, заявив, что ему нужно больше времени уделять себе, чтобы полностью не зацикливаться на Лили Эванс. А Хвост… Хвост по-прежнему твердо верил, что они должны отстать от бедной девушки.       И тогда, когда все друзья оставили его, Блэк придумал гениальный план.       — Хэй, Теона! — позвал Сириус, подбегая к когтевранке. Они были одни в коридоре и опаздывали на ужин.       — Привет, Сириус. — усмехнулась Теона, пряча за спиной руки. — Опять пришел разыграть меня?       — Вообще-то нет. — хмыкнул он. — Я пришел пригласить тебя и мою дорогу Дору сесть с нами за ужином.       — Под “нами” ты имеешь в виду легендарных Мародеров, верно? — насмешливо спросила Теона, и Блэк кивнул. — И что это тебе даст?       — Я придумал, возможно, самый жалкий розыгрыш в истории. — признался Сириус. — Который придется по душе моему другу.       Теона захихикала, слегка откинув голову назад. Когда она наконец взяла себя в руки, то произнесла:       — Я все равно не понимаю.       — Ну, ты же у нас невосприимчива к розыгрышам, дорогая. — заметил парень. — И поэтому, если не можешь победить противников, присоединись к ним.       — Ладно, конечно, а какова настоящая причина?       — Если я и вправду собираюсь тебя разыграть, то, к сожалению, мне нужно узнать тебя получше.       — Очаровательно, Сириус.